Просто ты умеешь ждать

Джон лежал в тенёчке на старой тахте и с наслаждением вдыхал запах цветущего жасмина и распускавшихся роз. Торчать на солнце в его положении было нежелательно, поэтому выходные он теперь проводил в своём дворе. На краешке тахты примостился Шерлок и что-то увлечённо чертил карандашом на вырванном из тетради листе. В сердце Джона царили покой и умиротворение. Ему было хорошо рядом с мужем, хотя тот молчал, и, казалось бы, не обращал на него внимания. Но теперь, даже тогда, когда мужа не было рядом, Джон всё равно ощущал незримую связь с ним, потому что частица Шерлока росла у него внутри. Джон погладил свой пока совсем ещё незаметный животик, мечтая о том, чтобы родился мальчик с такими же, как у него голубыми глазами, и такой же кудрявый, как Шерлок. Жизнь налаживалась: теперь, когда Шерлок был его мужем, Джон мог, не стесняясь, принимать от него подарки и распоряжаться его деньгами, и этих денег оказалось неожиданного много. Джон купил несколько пар обуви и пару приличных костюмов. Конечно, они не шли ни в какое сравнение с шикарными костюмами Шерлока, сшитыми на заказ, но всё равно казались выросшему в нужде Джону неимоверной роскошью. А ещё в доме появился патефон и пластинки со скрипичными концертами, которые так любил Шерлок. Джону же были больше по душе сонаты Бетховена. Грег недавно женился и снял квартиру на улице Радости. Он ушёл с шахты и теперь работал в полиции. Нэд окончил училище и устроился на работу в кондитерский цех при хлебозаводе. На прошлой неделе зажиточный Генри Найт, у которого было большое хозяйство с множеством живности и даже собственная пасека, приносившая немалый доход, приходил просить его руки. Пол сперва хотел отказать, ведь Нэд был ещё слишком молод, но, чуток поразмыслив, рассудил, что наверняка Нэду будет житься у Найта не хуже, чем дома. Свадьба должна была состояться в начале осени, после того, как Нэд достигнет восемнадцатилетия (возраст, с которого омегам дозволялось вступать в брак). Джон смотрел в пронзительную синеву неба и думал о том, как ему повезло встретить своё счастье и насколько он был глуп, что не понял этого сразу. Хорошо, что Шерлок оказался терпеливым и проявил достаточно такта и упорства, а ведь мог, подобно другим альфам просто взять своё или плюнуть на упрямого омегу и уехать из города. Из соседнего двора раздавался радостный визг катавшихся на качелях детей. На шелковице ворковали голуби. Слышен был шум моторов и шуршание шин изредка проезжавших по улице автомобилей и возгласы ходившего по дворам точильщика. Неподалёку куковала кукушка, внося свою лепту в привычный ежедневный шум. - Скажи, кукушка, сколько лет мне осталось прожить? - спросил он по старой детской привычке и начал считать. Птица умолкла на цифре 60. - Много, - решил Джон. - Шерлок, а ты не хочешь узнать, сколько проживёшь? - Джон толкнул мужа в спину пяткой. - А? Да, - рассеянно ответил тот. Кукушка прокуковала трижды и умолкла, заставив Джона нахмуриться. Этого не может быть. Он был уверен, что они с Шерлоком проживут долгую счастливую жизнь вместе и умрут в один день. - Кукушка, кукушка, сколько лет осталось жить Шерлоку? - Джон решил переспросить глупую птицу. Кукушка снова прокуковала три раза и так же затихла, как и в прошлый раз. - Становится жарко, идём в дом, - сказал Джон, у которого резко испортилось настроение, хотя в тени было ещё вполне комфортно. - Что случилось? - Шерлок наконец-то оторвался от своих эскизов и внимательно посмотрел на него. Ещё недавно вполне довольный жизнью омега выглядел сейчас расстроенным, как старый рояль. - Ничего, не бери в голову, - Джон не собирался объяснять, что поверил народной примете. Не хватало ещё, чтобы Шерлок, не признававший подобных суеверий, засмеял его. Холмс пожал плечами, но всё же последовал за Джоном. Тот прилёг на диванчик в гостиной, чтобы вздремнуть (ему теперь всё время хотелось спать), а Шерлок уселся в кресло у стола и продолжил покрывать лист закорючками. Холмс быстро привык к новому месту жительства, хотя так и не смог понять пристрастия омег ко всевозможным статуэткам и вазочкам, которыми были заставлены все горизонтальные поверхности в доме. Обычай купаться всем по очереди в одной и той же воде казался ему диким, хоть он и понимал причины такой экономии - в доме не было водопровода и канализации. В ближайшее время Шерлок собирался исправить это упущение. Ладно, ещё летом можно было помыться на дворе в корыте, вода в котором нагревалась за день на солнце, но зимой было довольно неудобно и физически тяжело качать воду из скважины, таскать её в дом, греть на печке и наливать в ванну, из которой она потом сливалась в яму под домом. Чертежи были уже почти готовы, осталось заказать необходимое, и можно было начинать работу, чтобы к рождению ребёнка в доме были комфортные условия. Джону наверняка понравится, да и Пол должен оценить новую механизированную систему для полива огорода, которую придумал для него Шерлок, хотя наверняка сначала проворчит нечто, типа: «Лень - двигатель прогресса». Сон не шёл к нему, поэтому Джон встал и отправился в летнюю кухню готовить обед, надеясь, что привычные хлопоты отвлекут его от тревожных мыслей. Отчасти это удалось, так что к возвращению папы Джон уже смог убедить себя, что не стоит расстраиваться из-за пустяков. Пол посмотрел на уставленный яствами стол и сказал: - Боюсь, что вскоре нам снова придётся затянуть пояса. Доктор Дэвидсон вызвал меня сегодня, чтобы сообщить, что он завершает практику и переезжает в Америку, так что вскоре я останусь без работы, а найти новую в моём возрасте будет непросто. - Но зачем ему вдруг куда-то уезжать? - удивился Джон. - Он полагает, что скоро начнётся война, и первыми, кого в ней истребят, будут беты, которых фюрер считает побочной ветвью эволюции. Доктор уверен, что недавний захват Германией демилитаризованной Рейнской зоны в нарушение условий Версальского договора - это лишь проба сил перед началом масштабной агрессии. - Не думаю, что Германия… - начал Шерлок и сразу же умолк, задумавшись. - Чтобы вознаградить меня за годы преданной службы, Доктор Дэвидсон выплатит мне выходное пособие в размере трёхмесячной зарплаты. Кроме того, он оставляет мне свою библиотеку, - сказал Пол, приберёгший хорошую новость, чтобы подсластить пилюлю. - Потому что слишком дорого и хлопотно перевозить её, а выбрасывать жалко. Наверняка он хочет, чтобы мы сами забрали книги, - догадался вернувшийся в реальность Шерлок. - Да, но какое это имеет значение? Ведь нам достанутся его книги, - окончивший всего несколько классов Пол испытывал трепет перед любыми печатными изданиями. - А хитрый бета сэкономит на перевозке, - резюмировал Шерлок. - Хорошо, завтра я закажу на работе служебную машину, чтобы перевезти библиотеку. - Шерлок, неужели и ты думаешь, что будет война? - спросил Джон. - Не исключаю такой возможности, - уклончиво ответил Шерлок, чем снова расстроил своего омегу. Ведь если начнётся война, то все годные к строевой службе альфы и беты будут призваны в армию, и тогда предсказание кукушки может стать реальностью. А если вдруг Шерлока не станет, то он тоже не сможет жить без своего истинного. Аппетит сразу пропал, и Джон заставил себя съесть немного супа только потому, что нельзя было держать ребёнка на голодном пайке.

***

К ноябрю Шерлок закончил все строительные работы в доме, а в середине января родился долгожданный ребенок. Он оказался светловолосым и сероглазым альфой. Супруги назвали его Эдуардом. Сочувствуя вымотавшемуся за день Джону, Шерлок, которому достаточно было всего четырёх часов сна, вставал среди ночи, едва услышав хныканье младенца, чтобы перепеленать кроху или напоить его из бутылочки козьим молоком. Через три месяца Джон принял решение вернуться к работе, оставив малыша на попечении Пола, который так и не смог найти работу. Ближе к лету вновь приехали в гости родственники Шерлока. Пока счастливые дедушки сюсюкали с младенцем, выискивая у крохи семейные черты, присущие каждому из них, Майкрофт предложил Шерлоку выйти на двор покурить. Шерлок сразу понял, что Майкрофт вызвал его для разговора, но не собирался облегчать ему задачу и молча закурил, ожидая, пока тот раскроет свои карты. - Я просмотрел твои патенты на изобретения и прочёл все написанные тобой статьи и удивился тому, что делает человек со столь неординарным мышлением в этой глуши, - сделав первую затяжку, начал Майкрофт. - Неужели тебе не скучно с этими заурядными людьми? Я мог бы предложить тебе прекрасную работу в компании виднейших учёных современности, занимаясь которой ты мог бы не только в полной мере реализовать свой потенциал, но и помочь родине. - Моё место рядом с моим мужем и моим ребёнком. Я не могу бросить их сейчас, - хоть Шерлок и понимал, что Майкрофт видит его насквозь, но не хотел признавать его правоты. Ему действительно уже стало тесно в этом маленьком городке и неимоверно скучно заниматься рутинной работой. Однако Холмс всего год назад обрёл семью, и пока не был готов с ней расставаться, поскольку хорошо представлял, какого рода работу имеет в виду Майкрофт (на территории секретных военных объектов не допускались даже члены семей работавших там учёных). Он хотел бы заниматься чем-то более интересным и полезным, чем сейчас, но пока химия связи была слишком сильна, и Шерлок не мыслил жизни без своего омеги. - Если ты хочешь защитить их от надвигающейся войны, то должен согласиться на моё предложение, - продолжал настаивать Майкрофт. - Ты так уверен в её неизбежности? – Шерлок встретился с проницательным взглядом сводного брата. - Да, потому что знаю много такого, что неведомо рядовым обывателям, судящим о политической ситуации в мире по сводкам новостей в газетах. - Но у нас с Германией договор о ненападении, - Шерлок считал, что ещё была вероятность мирного развития событий. - История знает множество примеров, когда подобные договоры были нарушены. Мы ещё вернёмся к этому разговору, когда ты убедишься в моей правоте, - уверенно сказал Майкрофт и, затушив сигарету, щелчком отправил окурок в сторону клумбы с розами. Затем он вернулся в дом, а Шерлок ещё долго стоял во дворе, глядя в пронзительно голубое и такое мирное небо.