Часть четырнадцатая или Воспоминания заглушали всё остальное...
20 июля 2016 г., 01:33
***
Я заварила себе чай, взяла лимон и села за стол у себя на кухне. Спокойно уставилась в окно. Погода сегодня была жуткой, но мне нравилась. Ветер шумел и завывал целый день. Он кружил в маленьком урагане пыль на дорогах, рвал и метал листья на деревьях, клонил верхушки даже самых крепких из них к земле. И снова, когда я осталась наедине со своими мыслями, моё сознание наполнилось воспоминаниями, которые я теперь часто буду воскрешать в своей памяти. Я сидела и тупо смотрела на дверь. Наверное сейчас мое лицо не могло выражать ничего кроме потрясения или удивления. Что сейчас было? — Боже, как я надеюсь, что ты действительно не причём, — внезапно громко заговорила Анастасия Павловна, — потому что так поступать с людьми — это хуже, чем низко! — продолжала она предостерегающе. Женщина на секунду замолчала. Я хотела сказать ей что-то, но она не дала мне этого сделать. — Учиться этому специально?! — преподаватель явно была шокирована, — Чтобы просто сделать человеку больно?! Что он мог такого сделать?! — она задавала и задавала риторические вопросы, словно пытаясь понять что-то. Моё раздражение начинало нарастать. Я ничего не могу понять, но мне не дают и рта раскрыть. Анастасия Павловна обвиняет меня в чем-то. Я почти вижу злость или даже ненависть в ее зеленых глазах. С каждой минутой я все больше чувствую вину за какой-то поступок, но не знаю за какой. — Вам не кажется, что пора мне уже хоть что-то объяснить?! — я даже не пыталась скрывать своё раздражение, потому что терпеть эти загадки уже не было сил. Анастасия Павловна пристально осмотрела меня. Затем она вздохнула и опустила глаза, видимо все-таки разглядев в моем лице искреннее непонимание. — Пообещай мне, Скарлетт, что ты не специально пела так похоже, — сухо проговорила брюнетка. Кажется, она была подавлена чем-то. — Похоже? О чем вы говорите? — во мне бурлили эмоции. Она может объяснить все нормально или нет?! Брюнетка замолчала, пытаясь собраться с духом. Я заметила, что ее выразительные глаза заблестели от слез. — Ты поешь, точно так же, как мама Кристиана. И не просто так же, у вас полностью идентичные голоса, тембры голоса, просто всё, — сбивчиво выдавила из себя женщина. Кровь прилила к моему лицу. У меня словно камень с плеч упал. Всего то? Я похоже пою. Ну и что с того? Неприятно конечно, что мой голос не эксклюзивен, но в мире все может быть. Но облегчение не продлилось долго. Пришло осознание того, что такая реакция Костова и Анастасии Павловны была не с проста. Смутно мой разум уже перебрал всевозможные причины и уже всё понял, но я не могла принять это. Я хочу услышать подтверждение, правду, а не глупые предположения. — Анастасия Павловна… — начала было я. — Мама Криса умерла, когда ему было четырнадцать, — быстро пролепетала брюнетка, — у ее был просто удивительный глубокий, проникающий в самую глубь души, голос, я восхищалась ей, — женщина говорила очень тихо, ее глаза затуманились, — Кристиан очень сложно переживал ее смерть, даже не просто сложно, а ужасно. Его регулярно навещали истерики, нервные срывы, бывало он по долгу молчал или, наоборот, кричал, что есть мочи. Его отцу понадобилось много сил и средств, чтобы помочь мальчику. Когда же эмоциональное здоровье Криса стабилизировалось, то он ушел в разнос, стал неуправляем, его поступки не подчинялись логике, он совершенно отбился от рук, удивительно, как не загремел в детскую комнату полиции в то время. Отец, поняв, что в этом окружении мальчик не исправится, отправил его учиться в Лондон, в академию для парней. Долго там Крис не проучился, но в Великобритании все-таки остался до нынешнего времени. Очень много людей кололи его в самые больные места, пытаясь затронуть за живое, все это очень озлобило его. А ты так поешь, это невероятно, такое случается раз на миллион, как бы не реже. Ты вообще очень похожа на неё, не внешностью, чем-то другим. Он думает, что ты специально… Вспомнив все это снова, до мельчайших подробностей, я охнула и закрыла глаза. Со дня этого разговора прошли дни. Я похожа на маму Кристиана. Я напомнила ему о его горе. Не представляю, как это выглядело в его глазах. Я, как и все остальные, словно издевалась над ним. Для него все так и было. Он решил, что я специально сделала это. Как бы это глупо не звучало, для него это так и есть. Я сжала пальцы вокруг пустой кружки. Она совсем остыла. Я, словно во сне, встала и направилась к раковине. Воспоминания заглушали все остальное.
Примечания:
Хочу напомнить, что это лишь сюжет и ничего больше)
Спасибо, что читаете)
