Изгой.

Держа крепко за руку, блондин тащил меня за собой: по коридорам, вниз по лестнице и прямо на выход из "адского логова". Выйдя на крыльцо школы, Максим отпустил мою руку. Обернувшись назад, посмотрел в мою сторону, взъерошив волосы на своей голове, тяжело выдохнул и подошел чуть ближе. Это заставило меня отступить назад, чтобы держаться от парня подальше. Благодаря моей репутации проблемы могли бы начаться и у него самого. Засунув одну руку в карман, парень окатил меня своим пронзительным взглядом и спросил: — До дома сама дойдешь? Я закивала, соглашаясь, опустив голову, вытирала слезные дорожки с щек. Потому что до сих пор не могла поверить, что меня спасли, что на сегодня этот ад закончен. И я спокойно могла вернуться домой без сильных побоев. — Спасибо, — очень быстро проговорила я, на что парень махнул рукой и, ничего не ответив, ушел в сторону остановки. До дома я добралась быстро. Там меня уже ждал Сергей. Спрашивал, как прошел первый день в школе, готова ли я к учебе. Я ответила ему, что все хорошо, и не нужно беспокоится, что я всегда готова к труду и обороне. Братишка улыбнулся и ушел на кухню разогревать обед. Разница у нас с Сережкой всего год. Но эта разница не чувствовалась, никогда не чувствовалась. Я хоть и старше, но порой мне кажется, что все наоборот. Он почти каждый день пытался своими допросами вытащить из меня информацию о том, как я проводила день в школе. Иногда мне казалось, что он все знал. Или догадывался. Но я не должна допустить, чтобы он узнал об этом. Ведь он находился в школе на хорошем счету. Отличник, красавец, девочки за ним толпами бегают. Я не хотела портить жизнь еще и брату. Единственному в мире человечку, которого я люблю больше, чем себя. Он не должен узнать, он не заслуживал такого. Я хотела оставить все в неведении для него. Матери с отчимом еще не было, они должны были вернуться только завтра. Поэтому, сделав уроки, Сережка поскакал на секцию по боксу. Ходит он туда уже где-то полгода. И изменения видны: подтянулся, подкачался. И да, он хоть и был выше меня на целую голову, но это не давало ему права не слушаться и перечить мне. Так как я в доме за главного! Так как я осталась дома, уселась за письменный стол и начала рисовать. Рисовала обычно карандашом и то, что нравится. Например, красивых людей, девушек, парней. Из животных рисую только волков и гепардов. Краски? Нет. На рисование красками нужно очень много времени. А у меня этого времени не было, да если что, то не сотрешь, поэтому только карандаш. После того, как Сережка вернулся домой. Я накормила его, и отправила готовиться ко сну. Сама поплелась к себе в комнату. Зайдя, начала переодеваться, сняла футболку и, подойдя к зеркалу, стала осматривать спину. Всего-то пару синяков и одна царапина. Легко отделалась. После я завалилась на кровать, накрылась одеялом и, подложив одну руку под голову, задумалась. "Почему он мне помог? Зачем ему такие проблемы? Ведь я одна против всех. Скорее всего, самое страшное ожидает меня впереди. Так как этот Максим приглянулся Лизе. Это сто пудов! Уверена в этом! И чувствую, этот год будет убийственным. Господи, дай мне сил! "

***

Утро. Мы с братом снова собирали в школу. Опять опаздывали, как всегда, из-за меня. Он уже был готов, стоял возле двери, ждал пока соберусь я, нервно притоптывал какой-то ритм. Еще десять минут, и я была готова. Была у меня дурацкая привычка, собирать учебники в рюкзак утром. Ничего не поделаешь. Какая есть. Подъехали к школьной остановке и вышли из автобуса. Сережка поскакал впереди меня, ссылаясь на то, что у него первая физическая культура и ему нужно переодеться, свалил. Оно и к лучшему. Чем меньше мы пересекались в школе, тем лучше было для него. Снова переступила порог школы, почувствовала "душеотходящие" ощущения. Сейчас зайду в класс, и опять начнется. Пока иду по коридору, мысленно проговарила молитву "Отче наш", чтобы хотя бы сегодня не побили сильно. Подошла к двери, выдохнула и открыла ее. Зашла в класс, все на меня смотрели, закрывая рты, ржали. Соседа еще не было на месте. Уже хорошо, что он пропустил очередную сцену моего унижения. Я старалась проигнорировать это стадо неадекватов и прошла к своей парте. Но не села, выложила учебники и вовремя заметила, что на стуле было что-то намазано. Бросив в сторону хихикающей Лизы, презрительный взгляд, достала из сумки влажные салфетки и попыталась оттереть эту гадость. В классе снова начался галдеж, многие уже не обращали на меня внимания и тупо занимались своими делами. Лиза же сидела за своей партой, и скрестив на груди руки, пыхтела от неудавшейся попытки поиздеваться. Закончив со стулом, все-таки уселась за парту. И тут мне прилетела очередная записка, по-любому от этой бесхребетной горгоны Лизы, первой красавицы в классе. Развернула листок и начала читать: "Если ты от него не пересядешь сама, то я тебя заставлю! Сука, не зли меня!". Дочитав, выбросила записку на пол. Прямо перед учителем в класс забежал запыхавшийся Максим. Подбежал к парте, плюхнулся на свой стул, счастливый до чертиков. Он смотрел на меня, расплываясь в очаровательной улыбке, и поймав мой удивленный взгляд, тихо сказал: — Фу-у-ух! Успел! Не знаю почему, но я улыбнулась ему в ответ. Невозможно было сидеть с каменным лицом, когда тебе улыбнулся этот парень. "Мне действительно надо пересаживаться от него? Не хочу. Хочу сидеть с ним, хочу улыбаться ему в ответ. Хочу нормальной жизни, спокойной. Я даже готова стать невидимкой для них, лишь бы они меня больше не трогали." В класс вошла учительница, это заставило меня вернуться к реальности. Подняла руку и стала ждать, пока Светлана Николаевна не обратила на меня внимание. — Лика, ты что-то хотела? — оторвавшись от записей в журнале, классная руководительница даже подняла голову и посмотрела в мою сторону. — Да. Можно мне пересесть за последнюю парту? — опустив руку, я встала со стула и посмотрела на учителя умоляющим взглядом. — Зачем? Сядь обратно. — неожиданно блондин одернул меня за руку и потянул вниз, усаживая меня же на мое место. — Но... — не успела я и слова вставить, как меня перебила учительница. — Недрикова, ты определись для начала, — окатив меня лютым взглядом, учителка продолжила что-то записывать. Я собралась возразить, сказав о том, что определилась. Собиралась еще раз подняться, как меня опять за руку начал держать сосед по парте, не позволяя даже оторваться от стула; немного приблизившись, Максим шипит: — Сидишь рядом и никуда не сбегаешь. Поняла меня? Я молчу. "А что мне ему сказать? Максим, мне нельзя с тобой сидеть, потому что Лиза запретила? Так, что ли? Нет, я не знаю, как это ему объяснить, да и не хочу." — Ты меня поняла? — опять повторил блондин и случайно наступил на скомканный листочек, который валялся на полу. Поднял его, прочитал, затем посмотрел на меня удивленным взглядом. "Мне так стыдно! Черт! Надо было выкинуть в мусорку." Показывая мне записку, помахал ею перед моим лицом и сказал: — Это причина? — и снова, не дождавшись от меня ответа, продолжил бубнить. — После урока не убегай. Поговорить надо. Хорошо? Внезапно услышала стук, учительница злилась, отстукивала дотошный ритм на доске и орала: — Третий ряд, третья парта! Тишина-а-а! Затем весь урок я продумывала план побега. "Как бы свалить? С уроков сбежать? Не вариант, завтра все продолжится. Как бы еще не хуже было. Она же меня теперь убьет. Или доведет, боюсь." Страшно было до ужаса, сердце бешено стучало, волнение зашкаливало, ладони вспотели. С вида сидела и слушала учителя, а в мыслях каша, боролась сама с собой. "О чем говорить? Что нового он мне может сказать? Не хочу его втягивать в это. Видно же, что парень хороший." За две минуты до конца урока учительница попросила Максима отнести карты мира и области в кабинет географии. Да, наша классная учительница - географ с высшей квалификацией, кучей медалей, грамот и дипломов. Вся такая деловая, современная бабенка сорока лет. Парень подхватил огромные свертки с картами и вышел из класса. Прозвенел звонок, а его все нет. Сижу на месте, развалившись на парте, ждала его. Но тут почувствовала хлопок. Резко развернулась и увидела, как ко мне идет озлобившаяся Лиза, подошла ближе и толкнула меня в спину. Отчего я пошатнулась, но удержалась на стуле, чтобы не упасть. Опустила взгляд вниз. — Эй, ты! Идиотка! Пошли поболтаем? — скривившись, бывшая подруга прошипела это так, будто готова меня сожрать с потрохами. Позади Лизы стояло ее стадо из пяти подружек-шлюшек и гадко улыбалось. "Так и знала. Черт! Так и знала, что она теперь меня будет уничтожать." Не дождавшись ответа, Лиза схватила меня за локоть и вместе со своими подругами повела на крышу школы.

***

Я стояла недалеко от края, метрах в двух от самих перил. Рядом стояла толпа девчонок, и посередине была Лиза. Она осмотрела меня с ног до головы, и улыбнувшись, толкнула в грудь. Отчего я упала вниз, приземлившись на попу. — Ты тупая? — подсев ко мне на корточках, Лиза ухватилась за мои волосы, и подергивая, начала кричать. — Я тебе сказала, пересесть от него! Мразь! Противостоять не могла; изобьют до посинения. Я одна, а их шестеро. Лучше было перетерпеть, постараться перетерпеть. Слезы самовольно скатывались по щекам, поджала губы и старалась не разревется. Отшвырнув меня в сторону, Лиза поднялась и, подозвав к себе подруг, улыбнулась и проговорила: — Давайте-ка, ее распечатаем немного. Я уже сидела на полу крыши, поджимала к себе ноги и обхватывала их руками, пытаясь хоть как-то спрятаться. Эти звери подошли ко мне с улыбками счастливого садиста и начинали сдирать с меня одежду. Пытаясь вырваться, выкрикивала, что есть мочи: — Не-е-ет! Не трогайте меня! Пожалуйста, не бейте! А-а-а! Больно! Лиза, не надо! Больно... Раздев меня до нижнего белья, девчонки скинули всю мою одежду с крыши и, посмеиваясь, убежали. Оставляя меня одну, зажатую в угол, недалеко от выхода с крыши, практически без одежды. Закрыла голову руками, поджала колени к груди и начала истерично плакать, впиваясь ногтями в собственную кожу. С носа капала кровь. Руки и ноги были в ссадинах, синяках. Одна лямка с бюстгальтера, вообще, была порвана. Жить не хотелось. Дышать не хотелось. "Может прыгнуть? Один прыжок, и проблемы решены. Единственный выход." Подошла к краю, держась за перила. Посмотрела вниз, потом в небо. Каменное лицо, ручьи слез не останавливались, капали на обнаженные места на теле. Холодно... Но не страшно.

***

POV Автор. После ухода девушек. В классе, двадцатью минутами ранее. Перемена, все детишки скакали по коридорам, радовались очередной десятиминутной свободе от уроков. Максим возвращался в класс, посмотрел на парту, не найдя взглядом девушку-соседку, начал спрашивать одноклассников о том, куда ушла Лика. Все пожимали плечами, делали вид, что ничего не видели, ничего не слышали, ничего не знали. Парню ничего не оставалось, как сесть на свое место и, нервно поглядывая на часы, ждать. Со звонком в класс заваливается Лиза со своими подругами. Они смеялись и что-то обсуждали, потирая между собой покрасневшие руки. Заметив ее, блондин подскочил и подбежал к шестерке местных красоток. — Где Лика? — сжимая кулаки в карманах, спрашивал парень, злился, глаза горели, он нахмурился и посмотрел на Лизу в упор. — А мне-то откуда знать? — посмеиваясь, ответила девушка и, переглянувшись с подругами, снова засмеялась, прикрывая рот ладонью. Затем поворнулась к парню и, поправляя на его рубашке галстучек, сказала: — Может домой пошла? Зачем тебе эта лохушка? Отшвырнув от себя руки девушки, парень выбежал из класса, несмотря на то, что урок уже пять минут как шел. Быстро спустившись по лестнице, выбежал на крыльцо, посмотрел по сторонам. Пробежав немного вперед, заметил валяющиеся на земле вещи. Поднял, осмотрел порванные клочки ткани, и увидел, что юбка и блузка очень похожи на Ликину Одежду. Расширив глаза, резко обернулся и посмотрел по сторонам еще раз, потом поднял голову вверх и увидел полуголую девушку, которая стояла на крыше, очень близко к краю, и смотрела в небо. Из уст парня вырывались бранные слова, и, подняв остальные вещи, он понесся со всей скоростью на крышу.

***

POV Лика. Я стояла уже минут пятнадцать на одном месте и смотрела в небо. "Чертовы слезы, почему не останавливаетесь? Чертова жизнь! Чертова школа! Ненавижу людей! Твари! Какие же они твари! Как их носит матушка-земля? Ненавижу себя! Жалкая трусиха!" От этих мыслей начала плакать еще сильнее, опустившись на корточки возле перил, закрыла ладонями залитое слезами лицо. Всхлипнула и заскулила от боли, зажмуривая глаза... Внезапно почувствовала, как на мои плечи упало что-то теплое, что-то из одежды. А следом мое хрупкое, избитое, в ссадинах тело сжали чьи-то теплые объятья. От которых просто хотелось выть еще сильнее, и я не в силах была сдержаться. Я услышала голос: — Тише, тише, девочка моя. Не плачь, пожалуйста. Тебя больше никто не тронет. Я буду защищать тебя, обещаю! "Это голос Максима? Боже, неужели это он? Почему он здесь? Как он узнал? Почему он меня обнимает? Как он меня сейчас назвал? Нет! Не обещай! Тебе нельзя находиться со мной рядом! Ведь ты сделаешь хуже только себе..."