Ну, допустим здрасти (part 2)

— Хелена! — услышала я истеричный крик Шеннона на втором этаже, а потом громкие и быстрые шаги. Я, понимая причину истерики Ше, встала с дивана и попыталась побыстрей смыться из дома, города, страны, планеты, солнечной системы… Я уже добежала до двери и открыла ее, сделав шаг за порог, но тут почувствовала, что кто-то хватает меня за руку и резко возвращает меня в дом. Я повернулась и увидела лицо разъяренного Шеннона, который просто пепелил меня взглядом. — Привет, Шенни, — мило улыбнулась я, будто не понимая, из-за чего этот сыр-бор. — Надо мной весь Эшелон смеётся! — закричал Ше, топнув ногой как маленький ребёнок. И тут весь наигранный страх перед этим разъяренным хомяком испарился, и я начала громко смеяться, вспоминая недавнюю шутку. Буквально три дня назад мы ходили в парк, чтобы покататься на роликах. Кое-как уговорила Шеннона и маму сходить со мной. Мы пришли, взяли ролики в прокате и начали кататься. Мама неплохо каталась, я тоже часто бывала в роллер-парках с Брэндоном, но вот для Шенна эта прогулка была настоящей пыткой. Он падал, спотыкался (не понимаю, как можно спотыкаться на роликах, катаясь по ровному асфальту, но у него неплохо это получалось), матерился на меня, на маму, на Джареда, которого с нами не было, на маленькую девочку с мороженным, которая убежала от него вся в слезах. В общем, это был не его день, но мы с мамой просто ухохатывались, глядя на него. Мы подъехали (я и мама подъехали, а Шеннон дополз) к озеру, и мне захотелось снять на камеру это прекрасное место. Я уже настроила камеру, нажала на кнопочку, как услышала громкий мамин смех. Я повернулась, естественно повернула камеру и увидела, как Шеннон стоит попой к верху, пытаясь подняться, а потом, как по волшебству, его узкие штаны рвутся прямо по шву, позволяя всем лицезреть его весёлые труселя со Спанч Бобом. Прошла всего неделя как Эшелон официально знает, что у Шеннона есть дочка, и всего за эту неделю на моей страничке в Инстаграме стало на несколько тысяч подписчиков больше. Всем было интересно узнать обо мне и о Шенне. Да я все не очень-то и скрывала, поэтому эта запись с роликами и Спанч Бобом появилась там. Я долго думала: выставлять ее или нет, но вчера решила, что это должны увидеть все. И всего за ночь этим роликом поделились несколько сотен раз не только в Инстаграме, но и в разных социальных сетях, даже на главном сайте 30STM он красуется. Вот Майклу, кто ведёт их официальный сайт, не поздоровится. — Твои трусы — шикарны! Я ещё тогда это сказала. А Ника Лав Лето 45 даже хочет такие же и спрашивает, где их можно купить, — читая в телефоне один из комментариев, я подняла на Шеннона голову и невинно похлопала глазками, но этот трюк сейчас не прокатит, так как он точно хочет разорвать меня на куски. Конечно, сам-то выкладывает крутые сэлфи, фото своего кофе, с людьми на улицах, которые готовят кофе. В общем, не одной нормальной. Хорошо, что я исправила это: теперь по сети гуляет нормальное видео с Шенноном Лето. — Ладно, — Шеннон прищурил глаза и хитро улыбнулся. Ох, не к добру все это. В прошлый раз, когда у него было такое выражение лица, мои вещи оказались изрезаны и в бассейне, а сейчас-то я задела его эго посильнее. — Тогда… — он достал телефон и начал там что-то печатать. Спустя несколько минут мой телефон завибрировал, давая понять, что пришло какое-то оповещение. Я достала телефон и посмотрела на экран: «Instagram. shannonleto упомянул (-а) вас в комментарии: Моя любимая дочурка ХЕЛЕНА ШЕННОН ЛЕТО. Это война @helenaleto, сучка маленькая.» А сверху красовалось моё фото в грязевой маске. Тогда я решила заняться своим лицом: нанесла маску, собрала волосы, надела старенький халатик, устроившись на шезлонге около бассейна. Солнышко прогревало моё лицо, и после этого оно было у меня как попка у младенца. Да, вид у меня был, мягко говоря, не очень. Я-то думала, что дома одна и меня никто не фотографирует. — Ладно, сучка-переросток, это война! — прочитав пост, я встала и подошла вплотную к Шеннону, смотря на него снизу вверх. Шеннон прищурил глаза и тоже смотрел на меня. — Ох, не к добру, — мимо нас прошла мама и посмотрела на нас. Мы даже не обратили на неё внимание, пепеля друг друга взглядом и придумывая план в голове.

***

Я тайком пробралась в домашнюю студию Лето, где как раз репетировали ребята. Шум стоял на весь дом, но мы с мамой уже привыкли, а иногда, когда совсем надоедали своим долбанем по барабанам и гитарам, мы сбегали в наш старый дом, на окраине Лос-Анджелеса. Мама уже уехала к себе, оставляя Шеннона репетировать, а я решила остаться и посмотреть. Шенн думает, что я уехала, но он ещё никогда так не ошибался. Спрятавшись за диван, я начала следить за ребятами: Джей что-то строчит в своём чудо-блокноте, который некто не смеет трогать; Томо перебирает струны, ища нужный звук, а Шенн… Шеннон сидит за барабанами и считает воображаемых ворон. Нет, я серьёзно. Он просто сидит за барабанной установкой и пялится в потолок. Это так сейчас репетиция называется?! Я тихо сидела за диваном, выжидая нужный момент, пока Шеннон не сделал это. Продолжая сидеть на стуле, Шенн огляделся по сторонам и засунул свой прекрасный палец в свой прекрасный нос. Я быстро сфотографировала его и со злобным смехом, привлекая к себе внимание, убежала из студии.

***

Сегодня выдался жаркий день, поэтому я не нашла ничего лучше, как запереться в своей комнате и валяться на полу под кондиционером. Но мне это быстро надоело, поэтому я включила музыку и села на кровать, придумывая очередной план по захвату стремной фотографии Шеннона. Но в голову ничего не лезло и стало ещё скучнее. В колонках начала играть A Beautiful Lie, а моё отражение в зеркале так и кричало: «что как лох? Танцу-у-уй». Люблю эту песню, люблю своё отражение, люблю свои мысли. Просто так танцевать — тупая идея, а вот переодеться в своего дядю — шикарная. Я сняла с себя свои шмотки, натянула растянутую футболку, тёмные разноцветные ласины, яркие шорты, кожанку, парик и начала петь перед зеркалом в швабру. Я была на все сто процентов уверена, что дверь заперта, но вот когда в коридоре послышался громкий смех старшего Лето, моя уверенность испарилась, а телефон завибрировал, давая понять, что этот гад выложил видео.

***

Для следующей фотографии мне ничего не пришлось делать. Шеннон очень любит баловать нас с мамой вкусными ужинами, и этот вечер ничем не отличался от остальных. Мы сидели за столом и ждали, пока Ше поставит нам тарелки какого-то нового блюда, которое мы попробуем впервые. Естественно, я напряглась, когда услышала это, но мама меня уверила, что еда к нашей войне не относится, и я могу есть спокойно. Но я все равно на чеку. С милой улыбкой Шеннон нес две тарелки, а потом споткнулся и громко упал на пол, вываливая на себя всю еду и разбивая тарелки. Я спокойно достала телефон и подошла к мужчине, фотографируя его. Я даже удивилась, что все так легко вышло, но вот только Шеннон не разделял моей радости.

***

Прохладный душ после пробежки. Что может быть лучше? Скинув с себя все вещи, я устроилась в душевой кабине и подставила лицо струям воды. Я уже закрыла глаза и просто растворилась в душевой, как холодная вода резко стало горячей. Я завопила и вылезла из душа. Я, конечно, поняла, чьих их это рук дело. Напялив махровый халат, я выбежала из душа, а потом и из комнаты. Единственное, что мне сейчас очень хотелось, — это убить Шеннона. Душ — это священное место. Это время, когда тебя никто не должен трогать. Вся такая разъяренная, злая я побежала искать Лето, чтобы ввалить ему по полной. Хотя это было странно, ведь не звука телефона, не вспышки, не смеха чокнутого профессора, ничего не было слышно. Неужели он это сделал не для фотографии, а просто из-за злобы душевной? Двойной гад! Нашла я своего врага номер один около бассейна, попивающего коктейль. — Ты чего творишь? Зачем? — закричала я, встав около него. Он даже коктейлем подавился и немного разлил на себя. Жаль фотоаппарата не было, иначе хороший бы снимок получился. — Что? — удивился Шенн, снимая с себя мокрые от коктейля очки и смотря на меня. — Что?! Пф, он ещё спрашивает! — продолжала вопить я. — Это не он, — из-за угла вышел Джаред и сделал это очень даже эффектно. Там была тень, поэтому я не сразу заметила его. Наверно, долго место выбирал. — Что не я? — сел на шезлонге Шеннон и начал смотреть то на меня, то на брата. Джей лишь самодовольно хмыкнул и сложил руки на груди. — И зачем? — задала я интересующий меня вопрос. — Я попросила, — из той же тени вышла мама и встала рядом с Джаредом, так же самодовольно глядя на нас. И как они там поместились? — Вы достали нас, — пояснил Джаред. — Мы не можем репетировать, так как Шеннон постоянно ждёт подвоха. — Ты уже неделю пьешь одни соки, ешь в забегаловках и сидишь в комнате, так как везде ждешь подвоха, — сплеснула руками мама. Мы с Шенноном тяжело вздохнули и взглянули друг на друга. Действительно, эта война у нас затянулась. Счёт равный. Конечно, Эшелону даже нравилась наша перепалка, и все с интересом следили за нами, добавляя к каждой фотографии или видео свои смешные комментарии, но для нас это было очень тяжело, а последние «фотосессии» даже опасные. Шенн на меня соседского пуделя натравил. — У вас ничья, вот вам медальки, — мама и Джей запустили руки в карманы и достали оттуда яркие золотые медали на желтых ленточках. Подойдя к нам, они одели их на нас. Мы с Ше опять переглянулись, одарив друг друга добрыми улыбками. Не скажу, что я больше не буду выкладывать «хорошие» фотографии Лето, но теперь не буду специально делать их. По взгляду Шеннона я поняла, что он — тоже. — Так, стоп, они же собачьи, — разглядывая медальку, сказал Шенн. Я тоже взглянула на награду и убедилась в словах Лето. Мама с Джеем переглянулись и с умным выражением лица убежали с заднего дворика. «helenaleto сменила имя на hsleto» «Новая публикация от hsleto: Конец войне. Привет миру в доме!» Сэлфи со мной и Шенноном, показывающие награды за «участие», но каждый из нас тогда думал, что именно он выиграл.