Poker face (Морда кирпичом)

Несмотря на просьбу принести завтрак в номер, на следующий день телохранитель появился в фойе рьёкана ни свет ни заря, едва Кисэ успел занять своё место за регистрационной стойкой и нацепить дежурную вежливую улыбку. Кисэ не предъявлял повышенных требований к дресскоду своих постояльцев, многие из них передвигались по всей территории в юката. Однако в спортивных шортах и майке без рукавов, как правило, никто не разгуливал, поэтому даже готовый ко всему на свете Кисэ слегка растерялся. Несколько секунд он задумчиво разглядывал впечатляющий рельеф ничем не прикрытых мышц рук Кагами и не сразу заметил, что тот сурово смотрит на него в упор из-под сведённых на переносице бровей.   - Доброе утро! – засиял Кисэ. – Желаете посетить источники перед завтраком? Ванны и раздевалки будут открыты через двадцать минут. - Где тут у вас спортзал? – вместо ответа спросил Кагами и окинул фойе недовольным взглядом. - Спортзал? – захлопал глазами Кисэ. - Ну да, – пожал плечами тот. – Мне нужны тренажёры и всё такое. – Какое-то время он смотрел на Кисэ сомневающимся взглядом, потом решительно рыкнул: – Пожалуйста. - О! – Кисэ засуетился. – К сожалению, у нас нет спортивного зала. Но прямо у выхода из отеля начинается грунтовая тропинка, которая как нельзя лучше подойдёт для утренней пробежки. Она ведёт к озеру очень живописным марш… - Сойдёт, – оборвал Кагами и, размяв широкие плечи, направился к выходу. - Ещё есть баскетбольное кольцо на заднем дворе, – пролепетал Кисэ ему вслед, не будучи уверенным, что нацепивший наушники Кагами его слышит. - Угу, – бросил тот через плечо и вышел наружу.   Кисэ облегчённо выдохнул и минут двадцать потратил на размышления о том, что зря господа якудза недооценивают этого амбала: у него взгляд настоящего убийцы, а манеры заправского бандюгана. Воспоминания о мускулистых руках телохранителя живо подарили пару-тройку крайне реалистичных картинок, иллюстрирующих фразу «убить голыми руками». Положит дюжину народу и своей странной двойной бровью не дёрнет, это точно. Сам Кисэ чувствовал себя не слишком хорошо уже от одного свирепого взгляда Кагами.   - Утречка, – раздалось совсем рядом, и Кисэ вздрогнул. - Ты меня напугал, – возмутился он, укоризненно сверкнув глазами в сторону опиравшегося на стойку и улыбавшегося во весь рот Такао. - Прости-прости, – усмехнулся тот. – Не думал, что с нашей маниакальной пунктуальностью, – он многозначительно кивнул за спину на возвышавшегося в самом центре холла Мидориму, – мы ещё можем появляться неожиданно. - Я просто задумался, – фыркнул Кисэ, походя бросив взгляд на часы – как всегда ровно в семь – и суетливо доставая ключ от подсобки. – Сегодня особенно большая партия. Вчера был заезд. – Он протянул ключ Такао. - Хе-хе, – Такао удовлетворённо потер ладони друг о друга. – Чем больше работы, тем больше зарплаты. Пошли, Шин-чан! – Он подмигнул Мидориме и уверенным шагом обогнул стойку и направился во внутренние помещения. - Вы меня разорите! – бросил им в след Кисэ. - Это совершенно невозможно, разумеется, – проговорил Мидорима и пригнулся, чтобы не удариться головой о низкий потолок. - Почему это? – подбоченился Кисэ. - У тебя двойная бухгалтерия, – отрезал тот, и из подсобки послышался хохот Такао.   Следующие тридцать минут Кисэ умиротворённо наблюдал за тем, как Такао и Мидорима таскали в свой видавший виды минивен тюки с грязным бельём. Особое наслаждение блондину доставляло выражение крайней степени брезгливости на бледном лице Мидоримы, который кривил губы, страдальчески прикрывал глаза и опасно зеленел, сжав увесистые тюки руками в перчатках, доходивших ему до локтей. За долгие пять лет знакомства Кисэ так и не смог понять, каким образом Такао удалось уговорить Мидориму, который мог впасть в кому от одного только слова «грязь» и которого тошнило от вида пролитой на пол минералки, открыть прачечную. Хотя Такао и пытался ему как-то это объяснить, хитро прищурившись и сообщив, что таким образом Шин-чан со всей серьёзностью борется с вселенским злом, и его жертву никак нельзя недооценивать. Все эти размышления заставили Кисэ почти забыть про убежавшего в сторону озера монстра-Кагами, который, однако, тут же напомнил о себе.   - Э! Да у вас колесо спустило, – Кагами присвистнул, уперев мощные руки в бока и уставившись на левое переднее колесо минивена прачечной. - Вот дерьмо! – не выдержал Такао и сгрузил свои тюки в объятия пребывавшего в предобморочном состоянии Мидоримы. – Шин-чан! Это же просто ужасно, разумеется! - У нас есть запаска, – простонал тот, поборов приступ тошноты, зажмурившись и сунув тюки в багажник. - А домкрат есть? – решил поучаствовать сверкавший в лучах солнечного света потными мускулами Кагами. - Не уверен, – почесал репу Такао, разглядывая громоздившиеся внутри минивена тюки с грязным бельём. – Если и есть, то он там, – он кивнул на тюки, – вместе с запаской. Ладно, – Такао засучил несуществующие рукава и сделал уверенный шаг вперёд, – будем искать. - Помочь? – удивил всех, особенно Кисэ, Кагами. - Эм, – Такао окинул его многозначительным взглядом. – Не откажусь, – наконец улыбнулся он. – Шин-чан у нас белоручка, вряд ли он захочет перемазаться в машинном масле и дорожной пыли.   Кисэ, Кагами и Такао посмотрели на Мидориму: Кисэ – с любопытством, Кагами – с интересом, Такао – с хитринкой. Мидорима не подвёл: брезгливо скривил губы, отвернулся и хмыкнул.   - Отдыхай, Шин-чан, – вздохнул Такао и хлопнул Кагами по плечу. – Мы всё уладим с нашим новым другом… - Кагами, – представился тот и, ухватив одной рукой сразу три тюка, рывком выбросил их из багажника на землю. - С нашим новым другом Кагами, – засиял Такао и принялся помогать.   Следующие полчаса Кисэ снова наблюдал. Кагами работал споро и, Кисэ был вынужден признать, красиво, Такао суетился вокруг, что-то подавая или наоборот забирая, Мидорима сверкал очками обиженно и возмущённо. Домкрат нашёлся, стараниями Кагами минивен был поднят, колесо откручено, заменено на докатку, которая, в свою очередь, «чуток подкачана» при помощи компрессора, о существовании которого в собственном багажнике не знали ни Такао, ни Мидорима. Как только машина была грузно опущена на все четыре точки, тюки заняли своё законное в багажнике, а Мидорима – за рулём, Кисэ выплыл на улицу с подносом, на котором красовался кувшин, наполненный содовой со льдом вперемешку с дольками лайма и веточками мяты, стеклянные стаканы призывно позвякивали.   - Похоже, сегодня будет невыносимо жарко, – проговорил Кисэ, намереваясь завести светскую беседу. - Угу, – срезал на корню все его попытки Кагами, налил себе полный стакан и принялся жадно пить, эффектно запрокинув голову, Такао чуть приоткрыл рот, восхищенно наблюдая за новым товарищем, а Мидорима помрачнел больше обычного. - Ладно, друг, – откашлявшись и поспешно выпив свой стакан, Такао снова хлопнул Кагами по плечу. – Спасибо за помощь! Мы у тебя в долгу. Если что понадобится, звони, – он ткнул пальцем в написанный на боку минивена номер телефона. - Угу, – повторил Кагами, – замётано.   Минивен сорвался с места, подняв клубы пыли, в ближайшем повороте он едва не опрокинулся на бок, в окно пассажирского сидения высунулась рука Такао с поднятым вверх большим пальцем. Кисэ хмыкнул: он совершенно не мог представить, что в глубине души, ну хорошо, где-то очень глубоко, Мидорима был эмоциональным, ранимым и ревнивым типом. Зато теперь Кисэ наконец начал понимать, каким образом Такао смог его убедить открыть прачечную.