Projection

— Их звали Аюми Нарита, Ичиро Нара и Джиро Ямикава, — сказал Шики, впуская Шизуо и Изаю в свой окровавленный офис. В центре комнаты лежало три тела; друг от друга их отделяло не больше пары сантиметров. Посреди комнаты, пол и стены которой были в брызгах крови, неестественно аккуратно лежали мертвые люди. Все трое лежали на спине, с вытянутыми вдоль тела руками и прямыми ногами. Их глаза закрыты, а одежда чиста. На самом деле, единственное, что доказывало то, что эти люди мертвы — это длинные, прямые и алые линии, рассекающие горло каждого. И даже они были тщательно очищены. Изая опустился на колени перед телами, чтобы ближе осмотреть их. Слева лежала коротко стриженная Аюми. Ее бледная кожа была чистой и прохладной. Она ближе всего к информатору, и одета в строгий рабочий костюм: черные брюки, белая рубашка и черный пиджак сверху. Рядом с ней, в центре, лежал хорошо сложенный, с немного кривым носом и коротким ершиком волос — Ичиро. Его одежда была более неформальной, чем у девушки слева: джинсы, ботинки и светло-голубая рубашка на кнопках. Карманы пусты. Справа лежал Джиро, который был немного ниже, чем Ичиро. Небольшой шрам врезался в кожу прямо под глазом. Он носил простой черный костюм. Серебряная цепочка поблескивала на шее, как раз под косой чертой поперек горла. Осмотрев тело, Изая принялся обыскивать карманы, но Шики тронул его плечо и протянул ему небольшой кусочек бумаги. — Это было в его обуви. Записка была аккуратно сложена и напоминала Изае ту, что лежала у него в кармане. Информатор знал, что к этому причастен Акито. Когда он развернул записку, все, что было написано, так это «WG», заключенное в круг. Орихара достал подобный клочок из своего кармана и сравнил написанное. Почерк оказался другим, его «PROJECTION» было написано прямее и меньше по размеру, чем обведенное в круг «WG». Он чувствовал, как Шики и Шизуо заглядывают ему через плечо. — Что это? — Я нашел эту записку после того, как на меня напали. Кажется, почерк отличается. — На тебя напали прошлой ночью? — Да. Здесь, — Изая протянул Шики написанный доклад, - все, что я смог узнать. Я буду краток, думаю, в Икебукуро появились две новые банды: «Белые Перчатки», или «WG», и «BH». Человек, который напал на меня, заявил, что он с «BH» и это все дело рук «Белых Перчаток». Основываясь на этой информации, я могу сказать, что хотя это две разные группировки, но работают они вместе. По какой-то причине они хотят уничтожить Авакусу и тех, кто, так или иначе, был свидетелем совершенных ими преступлений, как Шизуо или я. Шики начал листать доклад, и глубокая морщинка залегла между его бровями. — Я полагаю, что у вас есть информация о членах Авакусу и фотографии с места преступлений? — Верно. — Я бы хотел, чтобы вы распечатали их и дали мне, если это возможно. — Разве я не могу отправить их тебе по электронной почте? — В отчете я упомянул, что за моим компьютером, скорее всего, следят. Хотя у меня и есть новый телефон, но, если это возможно, я бы хотел иметь на руках распечатанные фотографии. — Хорошо, — Шики пошел к двери, — скоро вернусь. Выйдя из кабинета, Харуя закрыл за собой дверь, оставляя Шизуо и Изаю наедине. Они не говорили о том, что произошло в квартире. Поцелуй Хейваджимы шокировал Изаю. Информатор замечал, с каким теплом Шизуо относился к нему, но никогда бы не подумал о том, что у Сильнейшего в Икебукуро могут появиться чувства к нему. После того, как Шизуо прекратил его целовать, казалось, прошла вечность, и сам информатор потерял дар речи. Все, что он мог сделать, — занять место на диване и послушно ждать, пока Хейваджима соберется и будет готов идти. Даже по пути из Синдзюку до Икебукуро они обменялись всего лишь парой слов. Это было странно. Это было неудобно. Во время этого неловкого молчания информатор анализировал собственные чувства. Он никогда не думал, что способен чувствовать что-то кроме любви ко всему человечеству и ненависти к Хейваджиме Шизуо до недавнего времени. Мужчина понял, что лгал себе. Он и Хейваджима шагнули в ту аллею как враги, а покинули уже изменившимися людьми. А что, если он что-то чувствует к экс-бармену? Орихара по-прежнему не хотел признаваться себе в этом. Поцелуй подарил ему тепло. Поцелуй подарил ему счастье. — Слушай, Изая, о том, что произошло… — начал Шизуо после нескольких тягучих минут молчания. — Ты действительно считаешь, что сейчас лучшее время, чтобы говорить об этом? Заметь, мы стоим в окровавленной комнате с тремя трупами. — Если не сейчас, то когда? — Быть может тогда, когда мы не будем стоять в окровавленной комнате с тремя трупами? — Изая заметил краем глаза, как уголки губ Хейваджимы приподнялись. — Кроме того, Шики может вернуться в любую секунду. — Тебе ведь не так уж и не понравилось, верно? Изая молчал мгновение, прежде чем пробормотать негромкое, но твердое «нет». В этот самый момент дверь открылась и вошел Шики, держащий в руках папку, заполненную документами и фотографиями, которую он передал информатору. — Я прочту твой отчет, и хочу, чтобы ты посмотрел это. Дай знать, если найдешь что-то. Харуя проводил их до выхода, и перед тем, как закрыть дверь, он ненадолго остановился и коротко, серьезно произнес. — Будьте осторожны. Изая и Шизуо неторопливо направились к железнодорожной станции. Солнце медленно садилось над ними, окрашивая небо во все оттенки оранжевого. Холодный, зимний ветер начал бушевать на улицах, пока они вдвоем были в офисе Шики, и Изая плотнее укутался в пальто, пряча папку подальше от любопытных глаз. Иногда по дорогам проезжали автомобили, но в остальное время на улицах было тихо. Зимой всегда становилось тихо. — Изая, я… — начал было Шизуо, но не был услышан из-за невероятно громкого шума. Орихара повернул голову влево, где шел Шизуо, и увидел, как что-то потянуло его назад. Изая ненадолго замер, пытаясь понять, что происходит. Черный фургон остановился рядом с ними, и сквозь вспышки по крайней мере четыре руки тянули Хейваджиму назад, внутрь салона авто. Рукой Орихара в отчаянии потянулся, пытаясь ухватиться за рукав или руку мужчины, и их пальцы соприкоснулись друг с другом на некоторое время, пока взгляд их глаз встретился. Вскоре Хейваджиму затащили внутрь. В заднем стекле стремительно уезжающей машины мужчина мог видеть силуэт Шизуо, который пытался бороться со своими похитителями. Кто-то сжал рот Сильнейшего в Икебукуро, и он обмяк, больше не сопротивляясь. Затем фургон исчез из поля зрения. А Изая так и стоял, по-прежнему вытянув свою руку и без толку пытаясь ухватиться за чужую руку, которая исчезла. Возможно, навсегда.