Я буду рядом

— Мам, а погладь мне эту рубашку, — маленький Жан уверенно протянул маме чудо модельной промышленности канареечного цвета и вновь скрылся за дверцей шкафа. Женщина критично осмотрела рубашку и, удовлетворенно хмыкнув, принялась за уничтожение гор-складочек. Плотная ткань легко поддавалась умелым рукам, капельки воды, впитавшись в хлопок, рассерженно шипели. Через пару минут мимо гладильной доски протопал худенький мальчик в темных джинсах и с расческой в руке. Миссис Кирштайн, проводив сына смешливым взглядом, невнятно пробормотала что-то о мальчиках, которые уродились с неимоверно непослушными волосами. И вновь провела по тканевой груди черного свитера, который она всенепременно заставит одеть сына, ведь нельзя же заболеть в начале учебного года, так ещё и на свой собственный день рождения. Сам же Жан еще минут десять сражался с густой челкой цвета кофе с молоком, стараясь придать ей относительно адекватный вид. Неравный бой шел в почти идеальной тишине. И на удивление, расческа осталась целой, волосяная масса, укрепленная мощным лаком, лежала почти идеально, только худые руки болели от усилий. Но Жан только тихонько засопел и вновь критично окинул себя взглядом, ведь… Сегодня Кирштайн младший отпразднует свой седьмой день рождения и вступит во взрослую жизнь. Сегодня на праздник придут все его друзья… Сегодня он вновь увидит Марко… Вернувшись в комнату, Жан окинул ленивым взглядом украшенные стены, письменный стол с новеньким ноутбуком и стопкой спец издания любимых комиксов. Торопливо он приблизился к столу и нащупал в нижнем ящике небольшую книжечку. В неё было вложено пару фотографий и несколько листочков. Но полюбоваться своим сокровищем Жан не успел. Зашла мама, вручила ему рубашку и свитер и чмокнула в лоб «на удачу». Скоро придут гости… Словно лавина, гости проходят в загородный дом Кирштайнов. От разнообразия лиц и костюмов рябит в глазах. Многие лица Жан видит в первые, но своих одноклассников может с легкостью найти в толпе. Вот к родителям подошли Григорий и Карла Йегеры. А вот и их родной сын Эрен — воинственный задира — и приемная дочь Микаса со своим неизменным красным шарфиком. Подарок вручает Эрен, хоть и знает, что Жан живую лягушку бы проглотил ради того что-бы, именно Микаса вручила ему сверток. Откуда-то сбоку раздаются ещё детские голоса и к имениннику подлетают уже побывавшие на кухне друзья-не-разлей-вода Саша и Конни. Коробочка, обернутая фольгой, буквально выскальзывает в ладони Кирштайна. Чуть стесняясь, теребит за рукав, обращая на себя внимание, маленькая Криста в белом платьице и вручает бархатную коробочку с дорогими запонками и карточкой «настоящему джентльмену». Будто из ниоткуда перед Жаном вырастают «закадычные друганы» Райнер и Бертольд и вручают ему тяжеленный набор для дартса. Позади них возникает тощая Имир и, вручив какую-то коробку, предлагает потягать именинника за уши, на что Жан резко перемещается ближе к стене. Там его неожиданно тепло поздравляет Анни Леонхарт и доверительно кладет суконный мешочек-подарок в подставленные ладони. Хохотнув она отступает к отцу, который уже успел встретит Кирштайнов. Припоздавший зубрила-Армин уверенно вручает имениннику тяжеленную огромную Энциклопедию Мира, повязанную зеленой ленточкой. Галдеж детей, хохот взрослых, обрывки диалогов чуть удаляются. В столовой словно огромный магнит стоит накрытый стол в центре, которого, подобно Эвересту средь предгорий, возвышается многоярусный торт. Жан терпеливо ждет, стоит ближе к двери. Его праздник не начнется для него, пока не придет его лучший друг. Наконец-то раздается приглушенный скрип, и на пороге появляется брюнет в малиновой рубашке с галстуком-бабочкой. Веснушки подобно шоколадной крошке украшают мальчишеские щеки, вздернутый нос. Нежно-розовый румянец подсвечивает бледную кожу на скулах. Но стоило карим и серым глазам встретиться, как румянец почти побагровел. Жан рассматривал Марко, будто увидел его в первые. Он любовался им и никак не мог налюбоваться. Из транса его вывела протянутая ему оранжевая коробочка с ярко-желтым бантом. Жан слепо окинул взглядом коробку, но в руки взял. Еще раз повертев её в руках, он выразительно посмотрел на Марко. Брюнет засмущался и закрыл горящее лицо прохладными ладонями. Легкая улыбка подернула его губы, когда он почувствовал на щеке растянутые в счастливейшую улыбку губы Жана. Пока что он проявляет только благодарность. «С Днем рождения, Жан» «Спасибо Марко»