Something to talk about

Из сна Ньюта вырвал какой-то неприятный скрежет у окна. Блондин поморщился и, потерев глаза, перекатился на край кровати, взяв в руки телефон. Шесть пятнадцать утра. - Что за дебил..? - просипел он, севшим ото сна голосом. Он спустил ноги с кровати и очень медленно, натыкаясь на все подряд, подошел к окну, отдергивая шторы. Отворив окно, Ньют вскрикнул и отпрыгнул в сторону, ударяясь головой о раму, когда мимо него пролетел небольшой камень. Потирая ушибленное место и готовый поубивать всех, блондин опустил взгляд на фигуру под его окном. - Прости, Ньют! Давай, одевайся и пойдем прогуляемся. - Да ради всего святого, Томми! - яростно прошептал Ньют, - шесть часов утра! Это не может подождать? Томас засунул большие пальцы в карманы джинсов и отрицательно покачал головой. Он уже был здесь, полностью одетый, и что-то Ньют сомневался, что тот просто развернется и уйдет. - Я вообще не спал - заснуть не мог. А ты все равно уже проснулся. Закатив глаза, Ньют пригладил взлохмаченные волосы и тяжко вздохнул. - Спущусь через пятнадцать минут, - он запер окно, после чего отправился в ванную, принял холодный душ и, быстро одевшись, взглянул в зеркало. Он не выглядел ужасно, но явный недосып был на лицо, хотя в этом нет ничего необычного. После нескольких глубоких вдохов Ньют оторвал взгляд от своего отражения, схватил рюкзак и, обувшись, вышел на улицу к Томасу, который курил, сидя на ступеньках крыльца. - Доброе утро, которое таковым не является, - Ньют легонько ткнул коленом Томаса в спину, выказывая свое недовольство. - Я не хотел будить тебя так рано. Я просто... Нервничал, - он показал трясущуюся ладонь, прежде чем протянуть сигарету Ньюту, который отрицательно покачал головой. - Да, да. Ты довел себя до истерики, пошли уже. Томас поднялся на ноги и, сделав последнюю затяжку, бросил сигарету на землю, притаптывая ее ботинком. Он добежал до машины и стал ожидать, когда Ньют присоединится к нему. Как только блондин подошел к автомобилю, Томас чопорно открыл перед ним дверь. - Ты правда должен перестать так делать, - фыркнул Ньют, садясь внутрь. - Умоляю, тебе нравится это, - насмешливо протянул Томас в ответ, садясь на водительское сидение. - Итак, где мы будем шататься два часа до школы? - Мы отправимся в тайное место, которое я нашел совсем недавно. Ньют повернул голову к Томасу, который завел машину и выехал с парковки. - И есть какая-либо причина, по которой мы едем туда? - Там удобно. И мы сможем поговорить, - Томас метнул взгляд в Ньюта, когда смешок сорвался с его губ, - обещаю, я не собираюсь тебя убивать. - А мы не могли поговорить в школе? - Я же тебе сказал - не мог заснуть. *** Когда они доехали до «тайного места», Томас сразу же метнулся к кирпичному зданию и, зайдя внутрь, остановился на лестнице, махнув рукой, чтобы блондин следовал за ним, что тот и сделал. Он всегда следовал за Томми. Добрых пять минут они поднимались по ступенькам. За это время они запыхались и взмокли, понимая, что им не помешают упражнения для выносливости. Крыша, на которую они вышли, оказалась довольно пыльным местом. Но город был словно на ладони. Солнце застенчиво выглядывало из-за горизонта, окрашивая край неба в нежно розовый цвет. Ньют потерял дар речи, рассматривая представившийся взору вид. Брюнет лениво прошелся по крыше и остановился у края, запрыгнув на небольшой выступ. Ньют сложил свой пиджак и сел рядом, притягивая колени к груди. - Томми, просто... Осторожнее, ладно? - нервно сглотнул Ньют, бросая беглый взгляд вниз. Повернувшись спиной к городу, Томас подмигнул и, спустившись, сел рядом с ним, запрокинув руки за голову и зажмурившись, словно решил позагорать на рассвете. - Я хотел поговорить... И спросить, свободен ли ты сегодня вечером. Надежда, что вспыхнула в груди Ньюта по пути сюда, погасла, будто по щелчку пальцев. Он сразу же понял, к чему этот вопрос. - Это насчет секса втроем, так ведь? - Ага. Ньют закатил глаза, игнорируя глухую боль, и коротко выдохнул. - Что ж, мой ответ - да. Я свободен. - Ты уверен? - Томас облокотился на плечо Ньюта, - потому что ты не обязан проходить через это, если не хочешь. Я понимаю, ты боишься. В смысле, я боюсь, но, если ты будешь рядом, то страх... Исчезнет, понимаешь? В голове у Ньюта пронеслась мысль о том, чтобы пойти на попятную, оставляя Томаса самого разбираться с заварившейся кашей. Но какой друг так поступает? К тому же, если он не придет сегодня, то упустит единственную возможность привлечь Томаса в сексуальном плане. Точнее говоря, попытаться привлечь. - Нет, я точно не брошу тебя со всем этим. Я помогу. Улыбка, такая же лучистая, как и восходящее солнце, заиграла на губах Томаса. Она озарила его лицо, которое сияло радостью. Ньют никогда не видел ничего более прекрасного. Томас обладал неземной, утонченной и невероятно притягательной красотой. - Тогда отлично. Значит, мы в деле! Но ты помнишь наш уговор? Мы делаем все то, о чем говорил Минхо, а потом ты придумываешь какую-нибудь отговорку, чтобы уйти, и оставляешь меня с Терезой, ага? Мир сразу стал мрачнее при упоминании девушки. Ньют осторожно кивнул и почувствовал, как начинает дергаться правый глаз, подумав, что только нервного тика ему не хватало. Он не знал, сколько они пробыли на крыше. Они просто сидели, соприкаясь плечами, и, погрузившись в тишину, наблюдали за тем, как солнце медленно появляется на небе, освещая каждый уголок земли. В конце концов, боль Ньюта ушла вместе с сумраком. - Нам пора в школу, - Ньют встрепенулся, проверяя часы. - Вот зануда, - усмехнулся Томас, вставая, и протянул руку, чтобы помочь блондину подняться. Пока они спускались по лестнице, Ньют хотел вырвать себе глаза за то, что не мог отвести взгляд от маячащей перед ним пятой точки брюнета. - ...Понял? - спросил Томас, оборачиваясь через плечо, и Ньют резко поднял голову, понимая, что не услышал ни слова из того, о чем говорил брюнет. - Прости, ты не мог бы повторить? - Я сказал, - терпеливо произнес Томас, когда они вышли на улицу, - встречаемся на квартире около восьми, идет? Кивнув, Ньют ускорил шаг по направлению машины, как вдруг споткнулся на ровном месте, подворачивая ногу. - Ауч! - взвыл он, массируя лодыжку, - грёбаный... Томас сразу же подскочил к нему, поддерживая за руку. - Ты в порядке? - Да, просто задумался и не смотрел под ноги. Я такой деб... Что ты делаешь? - вскрикнул Ньют, когда Томас с легкостью поднял его на руки, словно блондин был какой-то девицей в день своей свадьбы. - Ого, ты только посмотри на нас, - хихикал Томас, пока нес Ньюта к автомобилю через всю улицу, - как думаешь, насколько мило мы выглядим? Если бы Ньют не наслаждался прикосновением рук Томаса и близостью его тела, то уже давно пнул бы ногой этого насмешника прямо в его идеальное лицо. - Поставь меня на место, я в порядке. - Неа, мне не сложно. Я не хочу ждать, пока ты доползешь до машины. Как в тот раз, помнишь, когда ты залез на ограждение на моей вечеринке, а мне потом пришлось возиться с еще более медлительной версией тебя несколько недель! Ньют улыбнулся, погружаясь в воспоминание о приключении на одиннадцатом дне рождения Томаса, и неосознанно прижался к своему лучшему другу. После того, как Томас довез их до школы за пятнадцать минут, день стал таким же обычным, как и все остальные. Если не вспоминать о том, что через несколько часов им предстоит секс втроем. *** Когда день в школе подошел к концу, Ньют так накрутил себя, что готов был сорваться и убежать как можно дальше ото всех. Он отсчитывал каждый свой шаг, надеясь, что ему хватит сил не сорваться на бег. Он уже почти вышел на свежий воздух, как вдруг его перехватил Минхо, криво улыбаясь, и паника в груди Ньюта немного поутихла. От одного появления друга ему уже стало легче. - Запомни насчет сегодняшнего вечера: не смей оставлять Томаса с Терезой! Иди и заполучи его, - подмигнул ему Минхо, сжимая запястье, прежде чем продолжить свой путь, - о, и надень что-нибудь сексуальное. Ньют смотрел на уходящую фигуру Минхо, обдумывая его слова. Он задумался, откуда Минхо знает, что произойдет сегодня вечером, но этот вопрос быстро вытеснили мысли о том, есть ли в его гардеробе что-то сексуальное. Он был уверен, что проблемы с одеждой - это по части женщин, но все же надеялся отыскать что-нибудь подходящее. Кажется, автобус в этот раз ехал медленнее обычного, потому что Ньют успел искусать все губы и напридумывать много всего. А также проехать свою остановку. Но он вовремя всполошился и нажал на звонок, чтобы транспорт остановился. С горем пополам добравшись до дома, блондин зашел в свою комнату с целью обшарить весь шкаф. Он разбросал по комнате рубашки и носки, пока не наткнулся на что-то, что лежало в глубине за нижним бельем. Ньют взял в руки коробочку, на которой все еще лежало поздравление с Рождеством, на которое он и получил этот подарок. Ньюту. Теперь мы с твоей мамой живем вместе, и я должен смущать тебя как отец! Не надевай их слишком часто. Счастливого Рождества! С любовью, Стив xx Он покраснел, вспоминая, как достал из коробки под ёлкой боксеры, задняя часть которых была полупрозрачной, выставляя все напоказ, словно у какого-то стриптизера. Тогда Ньют немедленно влетел в свою комнату и спрятал их под стопкой нижнего белья, где они и лежали до этого дня. Дело было два Рождества назад, а Ньют все еще терпеть их не мог, но решил, что они должны классифицироваться, как «сексуальные». Надеясь, что боксеры ему впору, он запер дверь в комнату и, сняв одежду, натянул их. Ткань была мягкой, но, когда он взглянул на себя в зеркало, то лишь надеялся, что это не слишком вульгарно. Блондин решил просто успокоиться и пустить все на самотек. В конце концов, если ему повезет, то он не пробудет там долго. - Проклятье, - тихо ругнулся Ньют, представляя себе возможные исходы этого вечера. Проверив, уже в который раз за этот день, время, он увидел, что у него в запасе еще три часа. Это немного успокоило его. Лучшее, что он мог сейчас сделать - это принять душ и привести себя в порядок. Он уделил особое внимание своей прическе, после того, как позаимствовал у Стива гель после бритья, надеясь, что он придаст ему аромат брутальности. Выйдя из ванной, он наконец заставил себя принять, что это действительно происходит. Он на самом деле поедет в тот дом, и пути назад нет. Следующий час он провел перед шкафом, психуя сам на себя. Стоя перед зеркалом, он совершенно не знал, что должен надеть, но время уже поджимало, и мяться было некогда. Нервно покусывая нижнюю губу, он вытащил белую рубашку, когда ему на глаза попалось черное пальто. Ньют не помнил, когда в последний раз надевал его. Оно было длинное, почти до колен и очень теплое. Он вынул его из шкафа и, сняв с себя пиджак, укутался в него, скрывая все, что было под ним. Он понимал, что это финишная прямая. Взглянув на часы (семь двадцать, а ему еще нужно заехать в аптеку), он тихонько спустился с лестницы, осторожно ступая на каждую ступеньку, и прошмыгнул мимо гостиной, где в обнимку смотрели телевизор его мама с отчимом. Он уже ликовал, что добрался до входной двери без приключений, когда его остановил звонкий голос будущей сводной сестры. - Куда намылился? «Вот же черт», - подумал Ньют, держа ладонь на дверной ручке. Он невозмутимо посмотрел через плечо на брюнетку, которая сложила руки на груди. - Эм, туда? - тупо указал он в сторону выхода. - Неужели. Почему в пальто? Ньют отпустил ручку и, полностью развернувшись к сестре, горячо зашептал: - На улице холодно, Бренда. - Скажи мне, куда идешь, или я позову маму. Слово «мама» заставило Ньюта поежиться. Он задался вопросом, когда они успели так сильно сблизиться, но сейчас было некогда об этом думать. - Я иду к Томасу. Не волнуйся, - заверил он ее, наконец открывая дверь и выходя наружу, не дожидаясь ответа Бренды. Пока он выезжал на дорогу, его трясло из-за адреналина, струившегося по венам. К счастью, аптека была по пути, так что он не потерял много времени, пока смущенно покупал презервативы и тюбик непонятно чего, который лежал рядом, с надписью «Смазка». Ньют не смог взглянуть в глаза продавцу, пока, бледнея и краснея, трясущимися руками отдавал деньги. После этого он схватил в охапку свои покупки и метнулся к двери, чуть ли не врезаясь в нее. Остаток пути Ньют провел размышляя над тем, как забавно все обернулось: он, возможно, будет близок с Томасом в месте, которое наполнено их счастливыми воспоминаниями из детства. Он помнил, как отец Томаса частенько работал допоздна и слишком уставал, чтобы ехать домой в другой конец города. Тогда он использовал эту квартиру как перевалочный пункт, где отдыхал, а утром продолжал свой путь. Ньют с Томасом проводили там многие свои выходные. Вопреки тому, что квартира была убогой, мальчики любили ее и воображали, что это тайная база или крепость, которая отгораживает их ото всех. Ньют припарковался у подъезда и, вцепившись в руль, сделал несколько вдохов, пытаясь унять обуздавший его страх. Напротив его машины стоял старенький минивэн мамы Томаса, и это означало, что брюнет уже здесь. Зная Томаса, можно предположить, что сейчас он осыпает кровать лепестками роз или занимается подобной чепухой. Отстегнув ремень безопасности, Ньют на негнущихся ногах зашел в здание и остановился перед дверью квартиры. Он тщетно пытался заставить себя сжать ладонь в кулак и постучать. Уже поднеся руку к двери, он увидел, что та не заперта. - Кажется, мы как раз вовремя. Блондин вытянул шею и увидел, как рядом с ним возникла Тереза в очень коротком, очень обтягивающем красном платье с очень глубоким вырезом. Несмотря на его уже привычное желание задушить девчонку, он не мог отрицать, что она выглядит великолепно. Выныривая из своих мыслей, Ньют неохотно кивнул и толкнул дверь, заходя внутрь. Он прошел по узкому коридору, пока Тереза закрывала дверь, и зашел в спальню, которую мерил шагами Томас. Как истинный джентльмен, Ньют остановился, пропуская вперед Терезу и делая вид, что совершенно не против ее присутствия здесь. Что было абсолютной ложью. Он пожалел об этой авантюре в ту секунду, когда Томас окинул девушку восхищенным взглядом с ног до головы и шумно выдохнул. Ревность царапнула сердце Ньюта изнутри. Но затем Томас обратил внимание на блондина. И выражение его лица стало другим - нечитаемым. Это напугало Ньюта еще больше. Все трое неловко уселись на огромной кровати, сложив руки на коленях и смотря прямо над собой. - Итак, - нарушил ледяную тишину Томас, хотя в его голосе слышался нескрываемый испуг, - начнем? Ньют взглянул на лучшего друга, когда тот встал и протянул ему ладонь, которая, как все видели, сильно дрожала. Взявшись за нее, Ньют встал напротив Томаса. «Адский ад», - подумал блондин, пытаясь не забыть, как дышать. Его сердце все ускоряло и ускоряло темп, хотя, казалось, быстрее биться уже некуда. Тереза откинулась на спину, растянувшись на кровати и наблюдая из-под ресниц за нервно мнущимися перед ней парнями. Ее взгляд сверлил их обоих, что в конечном счете заставило Ньюта взять себя в руки. Краем глаза он отметил, что Томас, смотря только на него, трясущимися руками расстегнул первую пуговицу на своей рубашке. У блондина не было выбора - ему пришлось взглянуть в глаза лучшего друга. Щеки сразу же приняли красный оттенок, когда брюнет, медленно стянув с себя рубашку, позволил ей упасть под ноги, после чего его ладонь спустилась ниже. Казалось, Ньют вечность наблюдал за тем, как длинные пальцы Томаса расстегивают молнию джинсов, и ему было чрезвычайно сложно проглотить образовавшийся ком в горле, когда брюнет предстал перед ним в одном лишь нижнем белье. Он начисто забыл, что Тереза была здесь. Теперь настала его очередь. Блондин поднес руки к своему наглухо застегнутому пальто и неторопливо начал расстегивать пуговицу за пуговицей. Закончив, он поднял взгляд вверх, как раз, чтобы увидеть, как Томас закусывает нижнюю губу с тем же странным выражением лица, что появилось у него ранее. Ньют прикрыл глаза, досчитывая до пяти и позволяя спокойствию разлиться по его телу. Он повел плечами, сбрасывая с себя пальто, и рывком стянул рубашку, чудом не разорвав ее, после чего перевел дыхание. Когда он осторожно приоткрыл глаза, то мог поклясться, что зрачки Томаса были расширены, а его дыхание стало поверхностным. Ньют сделал ошибку, позволив себе проанализировать состояние Томаса - они встретились взглядами как раз в тот момент, когда блондин принялся за свой ремень. Звон металлической пряжки разнесся по комнате, и джинсы Ньюта больше ничего не держало. Он съежился, перешагивая через них, и снова робко посмотрел на лицо Томаса, взгляд которого метался от глаз блондина к его паху. И брюнет, кажется, забыл, что ему необходимо дышать. Комната вокруг них стала расплывчатой, а время остановилось. Сейчас существовали только они двое, друг напротив друга, дрожа от жара, что окутывал их. Ньют был опьянен этой картиной: его прекрасный Томми, который никогда не показывал своего страха, сейчас трясся, словно новичок в первый день школы. Ньют настолько нежно, насколько мог, прикоснулся к подбородку Томаса и провел тонкими пальцами по каждой родинке, пересчитывая их про себя. Он чувствовал, как колеблется брюнет, но то, что рядом с ним был именно Ньют, заставило его моргнуть и очнуться от транса, в который он погрузился. Делая шаг вперед, так что теперь их носы соприкасались, Ньют облизнул свои губы и мягко улыбнулся. - Расслабься. Томас наконец поднял взгляд на Ньюта и, моргнув несколько раз подряд, уставился на его губы. Дыхание Ньюта, что обжигало губы Томаса, участилось, когда он прижался сильнее, положив руки на талию брюнета. Томаса трясло, словно в лихорадке. С последним глубоким вдохом Ньют прижался к губам Томаса, который шумно втянул воздух через нос. Все тело Ньюта охватил пожар, биение сердца отдавалось эхом в его голове, когда он вцепился в плечи Томаса, прикусывая его губу и зажмуривая глаза. Он растворился в блаженстве, чувствуя, как рука Томаса прочерчивает путь, ложась на его шею. Когда их тела соприкоснулись, прижимаясь друг к другу, Ньюту показалось, что сердце пытается проделать дыру в его теле и пробраться в грудную клетку Томаса. Оно надрывалось, крича, чтобы Ньют сейчас же рассказал брюнету о своих чувствах. Но он мог только сосредоточиться на том, чтобы не застонать в рот Томасу. Его рука сжала бок брюнета, а большой палец скользнул по мягкой коже, выводя круги и как бы напоминая, что он здесь. Что они вместе. Я держу тебя. Ньют не мог сказать, кто первым разорвал поцелуй, их лица все еще были в невыносимой близости, пока они пытались отдышаться. Ньют осторожно открыл глаза, рассматривая дрожащие веки Томаса. Он почувствовал непреодолимую потребность снова поцеловать его и понял, что этот момент - его единственная возможность. Поэтому губы Ньюта скользнули к уголку рта Томаса, а затем, не сдержавшись, снова вовлекли в поцелуй. В этот раз слишком короткий, но, когда он отстранился, то услышал как Томас прошептал кое-что, что кроме них двоих никто разобрать не смог. - Вау. Сердце кувыркалось у него в груди, вытворяя невозможные кульбиты. - Я знаю. С этими словами он потянулся за еще одним поцелуем, но Томас повернул голову в сторону Терезы. Он закусил губу, переводя взгляд на Ньюта. В его глазах читалось неприкрытое замешательство. - Я... Я не могу. Простите, - голос Томаса дрогнул, когда он, подхватив одежду, вылетел из комнаты. Ньют стоял как вкопанный посередине комнаты, сжимая и разжимая кулаки. Хлопнула входная дверь. Он сделал что-то не так? Повернувшись к Терезе, Ньют сглотнул и покачал головой. - Тебе лучше уйти. Девушка выглядела такой же смущенной, как и он сам. Когда она вышла из комнаты, не проронив ни слова, Ньют первым делом подбежал к окну и распахнул его, надеясь окрикнуть Томаса. Но на улице уже никого не было. Признавая свое поражение, он закрыл окно и собрал разбросанную одежду, неожиданно почувствовав себя уязвимым, хотя никто за ним не наблюдал. Когда он полностью оделся, то снова выглянул в окно. Но, как он и ожидал, Томаса не было на улице. Так что он вышел из квартиры и запер ее ключом из-под коврика. Ньют спустился по лестнице, сел в машину, заводя ее, и подтянул ноги к груди, осторожно, чтобы не удариться о руль. - Что это было? - выдохнул он, сжимая голову руками. Сначала он целовался с лучшим другом, а потом Томас посмотрел на него с... Этим выражением лица, которое Ньют никогда прежде не видел и не мог понять, что оно означает. И после этого брюнет сбежал... Он уткнулся лбом в руль и часто задышал, стараясь не поддаваться панике. Когда он полез в карман за телефоном, то вещи из аптеки выпали, и он с остервенением начал запихивать их назад. Затем он поискал в другом кармане и, выудив то, что ему было нужно, лишь со второго раза набрал номер Томаса трясущимися пальцами. На девятую попытку дозвониться, ему ответил автоответчик. Ньют решительно отбросил телефон и, вцепившись в руль, поехал к дому Мёрфи. Где он может быть? Ньют кусал губы, пока ехал по дороге, выискивая глазами лучшего друга. Но, когда блондин доехал до его дома, то увидел, что минивэна нет. Это означало, что Томас не здесь. Ньют, стараясь взять себя в руки, вернулся к себе домой и забежал в комнату, всем сердцем надеясь, что Томас сидит на крыше, свесив ноги с края, с зажатой между зубами сигаретой. Сердце Ньюта ушло в пятки, когда он понял, что его лучший друг не приходил сюда. Еле переставляя ноги, Ньют сел на кровать, потирая лицо руками. Он лишь надеялся, что после сегодняшних событий его дружба с Томасом не разрушена окончательно и что завтра все будет хорошо. Он чувствовал себя полностью ответственным за то, что произошло - он предложил такой выход (хотя идея принадлежала Минхо), причем сделал это, чтобы переспать с Томасом. А ведь он знал, что Томас заинтересован в Терезе или, по крайней мере, думает, что заинтересован. Мог ли Томас потерять интерес к девушке? Как бы сильно не желал такого исхода Ньют, ответ, скорее всего, был «Не за один вечер». Но он не собирался выходить из игры. Он только начал. Убедившись, что звук на телефоне поставлен на максимум, на случай, если Томас позвонит или напишет, Ньют наконец избавился от этой дурацкой совершенно-не-сексуальной одежды и надел комфортные боксеры, после чего скользнул под одеяло. Положив телефон на вторую подушку, Ньют постарался заснуть под беспокойные мысли о своем лучшем друге.