Something to talk about

Томми: мне жаль. Ньют вскочил с кровати, как только услышал писк телефона, громко оповещающий о новом сообщении от лучшего друга. Блондин немедленно прочитал его, и волна облегчения прошлась по телу. Он ворочался всю ночь, изводя себя мыслями о том, где может быть Томас, и смог задремать только под утро. Ньют: слава Богу! Где ты? Прошло пять минут, а ответа от Томаса так и не пришло, тогда Ньют, решив не терять время, отправился в ванную. Он натянул на себя узкие черные джинсы и уже застегивал рубашку, когда увидел, как засветился экран телефона. Томми: не волнуйся обо мне. Иди в школу. Сообщение Томаса было таким резким, что Ньют забеспокоился, а вдруг это отвечает не его лучший друг, а какой-то самозванец. Ньют: увидимся там, ладно? Сможем поговорить И снова ответа не последовало. Вздохнув, Ньют собрал рюкзак и отправился в школу своим ходом, предварительно позавтракав бутербродами. В ту секунду, когда он зашел на территорию школы, девушки всех возрастов начали пялиться на него, стреляя глазками, а некоторые парни одобрительно хлопали по спине. Блондин едва ли знал и половину тех людей, которые подходили к нему, но принимал их поздравления, не понимая, к чему это. Насчет Выпускного? Нет, с этим уже покончено - должно быть что-то еще. Ньют не имел ни малейшего понятия о том, как справляться со всем этим вниманием без Томаса под боком, поэтому он прошелся по коридору, выискивая в толпе лучшего друга. Сердце потяжелело, когда он не смог найти его и отправился на свой первый урок в одиночестве. Может быть, парень просто опаздывает? По крайней мере, он надеялся на это. Но и во время обеда Томас не появился в их обычном месте, поэтому Ньют решил найти укромный уголок на улице, где смог бы спокойно посидеть. В одной руке он держал контейнер для еды, а другой вынимал телефон и уже собирался написать Томасу в сотый раз за этот день, когда перед ним возник Минхо. - Итак, как это было? - Что как было? - непонимающе переспросил Ньют, и только через несколько секунд понял, о чем идет речь, - о! Секс втроем? Я, хм, не хочу говорить об этом... - Ну, ты может и не хочешь, зато вся школа только об этом и трещит, - Минхо ухмыльнулся, - как тебе Томас? Все пошло по плану? Ньют продолжал спокойно идти, размышляя о местонахождении Томаса... Подождите, что сказал Минхо?! - Что? Откуда вся школа знает, что мы с Томми и Терезой собирались заняться сексом втроем? Минхо нахмурился, а на его лице появилось замешательство. - Тереза, - сказал он так, будто это было очевидно. - Ах, эта мелкая... - А теперь рассказывай. Ты сделал то, что я сказал тебе? На губах Ньюта появилась язвительная усмешка, когда он процедил: - Она сказала всей школе, что мы сделали это? - Стоп. Не сделали? Блондин отрицательно закачал головой, и губы Минхо округлились, когда он выдохнул тихое «Ого», продолжая следовать за другом. Сев на траву, Ньют положил рядом с собой контейнер с едой, и Минхо устроился рядом, требуя объяснений. - Что ж, мы разобрались со всем этим раздеванием, на мне было нижнее белье, которое я посчитал сексуальным, и у Томаса было такое выражение лица... Он взглянул на меня так, как никогда прежде не смотрел, и я не знаю, что это значит, - на одном дыхании выпалил он и, немного пожевав губу, продолжил, - а потом мы поцеловались. И я готов поклясться, в ту секунду он наслаждался этим, Минхо. Клянусь тебе. Сердце Ньюта глухо застучало о ребра, когда в голове всплыли ощущения, возникшие при поцелуе. Он дотронулся двумя пальцами до губ, а затем встрепенулся и сфокусировался на Минхо, понимая, что не может так выпадать из реальности. - Это же шикарные новости, Ньют! Черт. Что было дальше? Блондин вздохнул и бросил короткий взгляд на Минхо, прежде чем смущенно пробормотать: - Он просто... Ушел. Он сказал «Я не могу» и сбежал. А теперь он не появился в школе, и я не представляю, где он. Я даже не знаю, может быть, он попал в какую передрягу или... - снова затараторил Ньют, так что перехватило дыхание, и запнулся, прежде чем произнести следующие слова, - Минхо, что, если ему противно? Что, если я ему отвратителен и он возненавидел меня? К удивлению Ньюта, Минхо осторожно взял его лицо в свои ладони и с нежностью повернул голову к себе. - Эй, Ньют, посмотри на меня. Не смей так думать. Не нужно выдумывать то, чего ты не знаешь, хорошо? Моргнув пару раз, Ньют кивнул, и Минхо отпустил его щеки. - Я просто хочу поговорить с ним. - Знаю. Мягко потрепав его по плечу, Минхо сменился в лице и фыркнул: - Готов поспорить, прямо сейчас он дрочит на твой светлый образ. Ньют сглотнул и провел пятерней по спутавшимся прядям волос. Ему нравилось, что Минхо пытается приободрить его, старается быть хорошим другом для него. - Не могу поверить, что Тереза рассказала всем, включая меня, что вы дошли до конца прошлой ночью, - неверяще покачал головой Минхо. - Мне плевать, - безразлично пробормотал Ньют, притягивая колени к груди и крепко их обнимая, - я просто хочу, чтобы у Томми все было хорошо. Минхо подвинулся ближе и притянул его в медвежьи объятия. - Давай не будем думать об этом, хорошо? Томас крутой парень с еще более крутой задницей, - Ньют усмехнулся, чувствуя, что узел в груди немного ослаб, - давай поговорим о том... Как Томас поцеловал тебя в ответ! Как это было? Он ценил то, что парень пытается поднять ему настроение. Ньют пожал плечами, даже не стараясь скрыть улыбку, которая появилась при воспоминании о губах Томаса на его собственных. - Нормально, наверное. Подняв бровь, Минхо ухмыльнулся. - Просто нормально? Улыбка стала шире, и Ньют стыдливо спрятал лицо, уткнувшись в колени, чувствуя себя легкомысленным ребенком. - Ладно, отлично! Это было восхитительно, - вспыхнул Ньют, - я даже забыл о Терезе. Боже, Мин. Я бы продолжил прямо там, будь такая возможность. Минхо улыбнулся, рассматривая такого живого и счастливого друга, положив руку на его спину. - А я о чем говорил? Уверен, Томас совсем скоро осознает свои чувства. Они просидели на траве еще десять минут, просто болтая, пока не прозвенел звонок. Минхо встал первым и протянул Ньюту руку. Тот улыбнулся и, поблагодарив Минхо за все, отправился на свой урок.

***

День шел своим чередом, как и следующий. Без единого слова от Томаса. Садясь в машину после очередного длинного дня в школе, Ньют не мог думать ни о чем, кроме того, что произошло две ночи назад. Это воспоминание заполнило все его мысли на пути домой. Он был удивлен, что доехал без дорожных происшествий. На парковке у дома кто-то стоял, и Ньют, подъехав к нему, резко остановил машину. Томас. Быстро вынув ключ зажигания, блондин вылетел из автомобиля, совершенно забывая обо всем на свете. - Ньют... Беспокойство, что преследовало Ньюта последние дни, испарилось, оставляя его просто задыхаться. - Господи, Томми. Слава Богу, - ему не терпелось подойти еще ближе и обнять брюнета, прижать его к себе и никогда не отпускать, но ноги словно приросли к земле и он не мог их контролировать. К тому же, Томас сам притянул его в свои объятия. Руки Ньюта просто висели вдоль тела, а брюнет прижимал его все сильнее, чуть ли не раздавливая легкие. Наконец блондин опомнился и обнял его в ответ, утыкаясь лицом в плечо. Пока Ньют держал его, и тепло разливалось в его груди, он слышал тихое бормотание Томаса. - Мне так жаль. Просто невероятно, безумно жаль. - Не смей больше так пугать меня, Томми, - прошептал Ньют, усиливая хватку, - никогда, - он почувствовал, как брюнет напрягается, и прикусил губу, - за что ты извиняешься? - Я разрушил нашу дружбу, так ведь? Я зашел слишком далеко, и все никогда не будет как прежде. Я не могу больше заставлять тебя делать это... Ньют нахмурился, небольшая морщинка появилась между его бровей, когда он взглянул на лицо Томаса. - К чему ты ведешь, Томми? Блондин выпрямился и скрестил руки на груди, ощущая, как сердце снова со всей силы ударяется о ребра. - Я хочу сказать, - Томас отвел взгляд, - мы должны бросить это. Мы прекратим притворяться и опять станем друзьями. Как только Томас договорил, настроение Ньюта кардинально поменялось. Его первым порывом было отказаться, сказать, что идея абсурдна, встряхнуть Томаса за плечи и приказать прекратить нести чепуху, но потом он понял, что такая реакция сделает очевидными его чувства. - Если ты этого хочешь, то конечно, - устало ответил Ньют ровным голосом, принуждая себя добавить немного радости в эти слова. Закивав головой, Томас поднял взгляд на Ньюта и зашаркал ногой. - Да. Ведь ты сказал, что хочешь этого после Выпускного... И вот мы здесь. В голосе брюнета проскользнула грусть или Ньюту показалось? - Мы сможем стать прежними? Ну, знаешь, после всего, что случилось. Ньют не мог не задать самый волнующий его вопрос. Ему нужно знать, перечеркнула ли все, что у них было, та ночь или нет. Широко улыбнувшись, Томас похлопал Ньюта по плечу. - Конечно сможем. Ты все еще мой лучший друг, и это никогда не изменится. Так было все эти годы и так будет всегда. Ньют выдохнул, прикрыв глаза, и рассмеялся. Конечно же смех был с хорошо завуалированной грустью. Но лучше Ньют будет повязан с этой болью внутри груди и никогда не предпримет попыток сблизиться с Томасом, чем полностью потеряет парня. Навсегда. Закончив смеяться, Ньют наконец спросил, где же пропадал брюнет эти два дня. - Я, эм, должен был выяснить кое-что. Теперь я в порядке... Вернусь в школу завтра, - скомканно ответил Томас и, не задерживаясь больше ни на секунду, напоследок махнул рукой, прежде чем пойти вниз по пустынной улице в направлении своего дома. Ньют молча смотрел вслед Томасу и понимал, что... Вот и все. Больше не будет никаких оправданий для поцелуев, никаких переплетенных пальцев. Не будет ничего. Он почувствовал черную, всепоглощающую пустоту внутри себя и, пытаясь выкинуть из головы все мысли, забрал вещи из машины, захлопнул дверь и направился домой. Он выпустил тяжелый вздох, родившийся в глубине его души, когда оказался на крыльце. - Ньют, милый, это ты? - закричала Энн из кухни, из-за чего блондин раздраженно застонал. Последнее, что ему сейчас было нужно, - это разговаривать с матерью. Но мама снова позвала его, и Ньют обреченно сдался. - Ага, - он еще даже не зашел на кухню, а уже увидел, как весь стол заставлен тарелками с разнообразными пирожными. Энн осторожно держала одну из тарелок, отрезая кусочек бисквита вилкой. - На свадьбу? - спросил Ньют, нерешительно подходя ближе. Кивнув, она отставила свою тарелку и махнула рукой: - Попробуй каждое из них и скажи, какое тебе нравится больше, - мило улыбнулась Энн, будто не она кричала на сына несколько дней назад. Но что-то промелькнуло в ее взгляде, когда она посмотрела на Ньюта. Могла ли она таким образом извиняться? Блондин не знал, но и спорить с ней не хотел, поэтому остался. На сорок втором пирожном Ньют почувствовал, что еще кусочек - и его желудок взорвется. К тому же, все они были похожи друг на друга по вкусу. - Выбери, которое тебе самой нравится, мам. Я иду к себе в комнату. Не дождавшись ответа - скорее всего, Энн бы, расхохотавшись, притворно пожаловалась, какой безнадежный у нее сын - он поднялся по лестнице, считая каждую ступеньку, когда на нее приземлялся его правый ботинок. Досчитав до двадцати и достигнув второго этажа, Ньют неожиданно врезался в своего отчима, быстро забормотав извинения. - А, Ньют! - счастливо протянул Стив с широченной улыбкой, озарившей все его лицо, - как раз хотел спросить: как продвигаются дела с речью у моего шафера? Ньют резко вскинул голову, нахмурившись. - Я должен написать речь? Мужчина легонько усмехнулся, а потом, видимо поняв, что Ньют не шутит, медленно кивнул, беспокойно поглядывая на парня. - Конечно же, сынок. Ты уж постарайся на славу, хорошо? Я многого ожидаю от тебя! Дождавшись от Ньюта кивка, Стив удовлетворенно потрепал его по плечу и спустился по лестнице к своей невесте. Наконец зайдя в комнату, Ньют сокрушенно зарычал. Он и думать-то не мог о какой-то там речи в данный момент. Он плюхнулся на кровать, прижимая к груди подушку. Ньют до сих пор не мог принять тот факт, что они с Томасом больше не притворяются. Он уже привык к тому, что без особой причины может взять брюнета за руку, и его поистине ужасало то, что больше ничего такого не будет. Лежа на спине, он пялился в потолок, призывая себя поверить, что возвращение к «просто друзьям» означает магическое исчезновение чувств к Томасу... Но все его попытки были тщетны. Он прекрасно понимал, что это ложь. Закрыв лицо руками и нажав пальцами на глаза до появления пляшущих цветных точек под веками, он мрачно подумал: «Черт. Я же на самом деле влюбился». Чувство было настолько сильным, что переполняло его через край. Он сел прямо, прислоняясь к изголовью кровати и рассматривая фотографии, на которых было запечатлено их с Томасом взросление. Безрадостно усмехнувшись, Ньют покачал головой и тихо произнес в пустоту. - Как же я облажался. Не выдержав, он прижал подушку к лицу и закричал в нее изо всех сил. Как он мог быть таким тупым?! Он настолько отчаялся найти любовь, что его сердце привязалось к тому, кто никогда не будем принадлежать ему? Свернувшись клубочком на середине кровати, Ньют пообещал себе, что плачет из-за Томаса в последний раз. Неожиданный взрыв эмоций, которые копились в нем несколько недель, полностью истощил его, и он необычайно быстро провалился в сон.