Book of the future

—  «Глава 18. Лунатик, Бродяга, Сохатый и Хвост» . Название говорит о многом, — вздохнул Римус. »— Питера Петтигрю нет в живых! — сказал Гарри. — Он убил его двенадцать лет назад. Лицо бывшего узника исказила гримаса. — Я действительно хотел убить, — зарычал он, скаля желтые зубы. — Да малыш Питер оказался хитрее меня… Но на этот раз у него ничего не выйдет.» Римус прекратил чтение. На лице Сириуса одна эмоция моментально сменяла другую — от глубокого разочарования до неописуемого ужаса. Джеймс с надеждой смотрел на книгу в руках Люпина, ожидая опровержения этой абсурдной ситуации. »— Потому что… если бы Питер Петтигрю был анимагом, это знали бы все. Мы занимались анимагами у профессора МакГонагалл, и я много читала о них в учебниках, когда делала домашнее задание. Министерство магии ведет учет всем колдуньям и волшебникам, которые могут превращаться в животных; есть специальный реестр, в нем сказано, в каких животных они превращаются, даны их приметы и отличия… Я нашла там профессора МакГонагалл… В этом столетии было всего семь анимагов, и имени Петтигрю в этом в списке нет…» — Какая умная девочка, — шепотом восхитилась Лили. »— Здесь, собственно, всё и началось. Из–за того, что я стал оборотнем. Ничего бы не произошло, если бы не моя безрассудная тяга к риску…» — А вот и не правда! — возразил Джеймс. — Прекрати обвинять в этом себя! Это было наше обоюдное согласие! — Римус неуверенно кивнул и продолжил. «Но если не считать превращений, то, пожалуй, я был счастлив, как никогда в жизни. Впервые у меня были друзья, трое верных друзей — Сириус Блэк, Питер Петтигрю и, разумеется, твой отец — Джеймс Поттер. Естественно, мои друзья не могли не заметить, что раз в месяц я куда–то исчезаю. Я сочинял всевозможные истории — говорил, что у меня заболела мать и надо ее навестить… Больше всего на свете боялся, что, узнав, кто я такой, они бросят меня.» Римус тяжело вздохнул и отложил книгу. Сириус и Джеймс переглянулись и хотели было что-то сказать, но их остановила Лили, легким кивком головы дав понять, что Римус должен успокоиться сам. Каждое слово в этой книге давалось друзьям очень тяжело, а когда разгадка смерти двоих из них была так близка — нервы сдавали у всех. Питер не смел что-либо сказать и вообще не издавал каких-либо звуков, хотя в душе его бушевал страшный ураган — он давно решил, что не перейдет на сторону зла, он отрекся от матери и идеалов Темного Лорда, он обещал сам себе никогда не предавать друзей, но, возможно, впереди кроется то, что заставит их отказаться от такого ненужного всем Питера… » — Сейчас, Сириус, сейчас… Теперь, когда мы все могли превращаться в животных, открылись невероятные, захватывающие возможности. Мы покидали Хижину и всю ночь бродили в окрестностях школы или по деревне. Сириус и Джеймс перевоплощались в довольно крупных зверей и вполне могли при необходимости сдержать оборотня… Вряд ли в Хогвартсе был хоть один студент, знавший территорию школы и Хогсмид лучше, чем мы. Вот так нам и пришла в голову мысль составить Карту Мародеров и подписаться прозвищами. Сириус — Бродяга, Питер — Хвост, а Джеймс — Сохатый. — А в какое животное… » — В оленя, Гарри. В огромного и любопытного оленя, — произнесла Лили, и Джеймс грустно улыбнулся. Римус слегка дрожащим голосом продолжил. »— Снегг — профессор в Хогвартсе, — невесело ответил Люпин, взглянув на Гарри, Рона и Гермиону. — Профессор Снегг когда–то учился вместе с нами. Это он больше всех противился моему назначению на должность преподавателя защиты от темных искусств. Весь год он твердил Дамблдору, что мне нельзя доверять. И у него были основания… Видите ли, Сириус некогда сыграл с ним одну шутку, которая едва не убила его… Без меня там тоже не обошлось… Блэк саркастически усмехнулся: — Он это заслужил. Шнырял вокруг, вынюхивал, чем мы, четверо, занимаемся. Жаждал, чтобы нас исключили. — Северуса очень интересовало, куда это я пропадаю каждый месяц, — продолжил Люпин. — Мы были однокурсниками, ну и… хм… слегка недолюбливали друг друга.» — Ну ты и приврал, Лунатик, — воскликнул Сириус. — Слегка недолюбливали! Да ненавидели, вот и все! » Но твой отец, Гарри, узнав, что придумал Сириус, бросился за Снеггом и, рискуя жизнью, увел его из подземного хода. Снегг все же мельком увидел меня — в самом конце туннеля. Дамблдор строго–настрого запретил ему разглашать мою тайну. Но с тех пор он знает мою особенность. — Так вот почему Снегг вас не любит, — медленно произнес Гарри. — Он, конечно, думает, что и вы участвовали в той шутке. — Совершенно верно, — раздался холодный, насмешливый голос за спиной Люпина. Это был Северус Снегг. Он сбросил с себя мантию–невидимку, его волшебная палочка была направлена прямо на Люпина.» — Ублюдок! Подлец! — громко негодовал Джеймс, косясь на книгу. — Каким был, таким и остался. Я вообще удивлен, как он верным приспешником Волан-де-Морта не стал. Работал в школе, под крылышком у Дамблдора, сволочь, и строил козни против Рема. — Тише, Сохатый, — урезонил его Сириус. — Лунатик, продолжай. — А глава-то закончилась, — пожал плечами Римус и перелистнул страницу. — Следующую? — Но уже поздно… — Лили пыталась возразить, но не нашла поддержку в присутствующих и сдалась, махнув рукой и сложив руки на груди.