Что делать, если...

– И всё же... Почему я должна это есть? Яичница сгорела, и теперь лежала передо мной на тарелке, вся какая-то не очень аппетитная и местами черненькая. Я все понять не могла, за что мне такая кара едой. – Потому что это единственная еда в доме, а ты помираешь с голоду, не располагая большими финансовыми возможностями. Так что жуй, – резонно рассудил Князь, поднося ложку к моим губам. Я, стараясь не чувствовать вкуса, проглотила эту гадость и с отвращением уставилась на новую ложку. – Ты настоящий садист. – А чего ты хотела от Дьявола? Ну давай, ложечку за меня. – Я могу похвастаться друзьям, что лопаю яичницу во славу Сатаны? – Ну разумеется, – гипнотически спокойно кивнул тот, когда на тарелке оставался последний, но самый какой-то по-жуткому черный, по-настоящему адовый кусок яичницы, – теперь ложечку за Белиара. – Не буду я за него есть, он похотливый выхухоль! – Он сказал, что заберет тебя в свой гарем, – вдруг сообщил Князь, как бы между прочим. – Что? – резко встрепенулась я. – Ага-а, все вы к нему в гарем хотите... – Да я в жизни не... – начала было и заткнулась, потому что этот самый адовый кусок вдруг оказался у меня во рту. И снова Белиар виноватым вышел. – И ты меня отпустишь, что ли? – спустя пять минут после борьбы с несусветной гадостью вдруг тихо спросила я. – Нет, конечно, – Князь взъерошил мне волосы.