Галактика умерших звёзд

       Несмотря на то, что эту утреннюю истерику мог спровоцировать и просто обычный кошмар, Нацу всё же решил отнести её в гильдию, чтобы там уже разобрались с её состоянием. Подобные истерики у Люси случались не впервой, бывало, она могла свалиться посреди боя на землю, в ужасе что-то кричать, отгонять их от себя. Раньше он думал, что девушка просто разыгрывает его, не придавал этому особого значения, игнорировал, изредка подшучивал. А сейчас, когда она уже начала быть более похожей на сумасшедшую, он запаниковал.        — Эй, Нацу… — неуверенно начала Эрза, находясь возле кровати бледной, прямо как Смерть, Люси. Та во сне ворочалась, иногда кричала, молила о помощи, даже плакала. — Похоже, у неё жар. Как давно это началось?        Нацу сжимает руки в кулаки крепко-накрепко, испуганно сглатывает и трясётся, смотря на свою напарницу. Ему хочется схватить её за плечи, накричать, попытаться привести в норму, разбудить, словно от страшного сна, но он не может. Боится, что когда она придёт в себя, всё обернётся совсем другим боком.        — Почти три недели, — нетвердо отвечает он, мнясь, и отходит прочь, к окну. — После задания.        — Ты шутишь?! Какого лешего ты не сказал нам раньше?!        Нацу опешил. У него и мыслей не было, что это окажется столь важным и ему следовало бы поделиться этим с гильдией. А тем более не считал, что её постоянные лихорадки, плохое самочувствие и видения что-либо значат.        — Успокойтесь! — утихомирил недовольства Грея и Эрзы Макаров. — Нацу, будь добр, расскажи, что произошло.        Из-за спокойного голоса мастера стало много проще. Исчезло невидимое напряжение, давящее на него горестным грузом, но чувство вины всё так же не позволяло растаять кому в горле.        — Помните, мы тогда неделю не возвращались? — начал он нерешительно, смотря на грустного Хеппи на подоконнике. — Во время задания она приняла на себя какую-то очень мощную атаку, что предназначалась мне, её откинуло, она упала с обрыва. Когда я нашёл её, она не приходила в себя пять дней, а когда очнулась — какое-то время не говорила. Мы думали, что Люси просто обиделась на нас, вот и не говорили вам… а потом ей начали сниться кошмары, иногда она даже бралась орать без причины, убегать от нас.        По мере того, как он говорил, лицо Макарова становилось всё более озадаченным. В его словах не было ничего, что могло бы толком объяснить им её состояние, а единственной зацепкой была та магия, которой её атаковали.        — Хм… — старик в раздумьях потёр подбородок. — А с её магией ничего странного не происходило?        Нацу ненадолго задумался, после чего, словно будучи чем-то шокирован, выдавил:        — Нет… — он сглотнул, вновь пытаясь избавиться от колючего кома. — Нет, она совсем не использовала при нас магию. И на заданиях не была особо активна, на последнем так вообще заперлась в гостинице и не выходила всё то время, что мы работали. Говорила, что плохо себя чувствует. Часто падала в обмороки.        — Нацу, Хеппи, — обратилась-скомандовала Эрза. — Отправляйтесь к Полюшке и спросите у неё, не может ли та чем-то помочь. Немедленно!        От одного упоминания этого имени ему стало не по себе. Ему ведь сейчас и так не очень хорошо, настроение отвратное, а если эта женщина примется на них орать, проклинать и гнать из дому, Нацу вполне мог не сдержать своей злости и сделать что-то, о чём после бы пожалел. Но не послушаться не посмел. Ловко выскочил через окно вместе с Хеппи и унёсся к дому целительницы.        Той, к сожалению, дома не оказалось. На двери висела записка, выведенная кривым размашистым почерком, из которой ему удалось узнать, что в данный момент Полюшка пребывает в соседнем городе Ирисе, где можно было всегда закупиться хорошими материалами для различных зелий. Сердито кряхтя и при этом слегка балуясь бранью, он отправился за ней. В Магнолии они оказались лишь ночью. Гильдию предусмотрительно оставили открытой и Нацу, раздражённо фырча, направился в лазарет.        На втором этаже, где и располагалось место для отдыха раненых, витала абсолютная тишина и лёгкий, слабо ощутимый запах крови. Нацу с опаской принюхался, вновь пробежался глазами по коридору, после чего, блеснув глазами, ворвался в палату, где должна была быть Люси. Но вместо неё там его поджидало кое-что другое: жуткий бардак и поломанная мебель.        — Это ещё что? Неужто Хартфилия спятила?        Нацу с последних сил боролся с желанием высказаться целительнице не в самом добром тоне. Помогало, наверное, только то, что он поставил Люси выше этого, вывел её на передний план. Комната сейчас была больше похожа на погром после драки, но поломанная мебель и разбросанные вещи были ничем по сравнению со следами крови на стенах. Создавалось ощущение, будто бы кто-то «царапал» стены, и, в конце концов, это дошло до того, что он в кровь стесал свои пальцы. Нацу до последнего надеялся, что это — не дело рук Люси, но запах крови — её крови — говорил об обратном        Люси лихорадочно трясло. Она не могла мыслить нормально, постоянно перебегала из одного места в другое, пока не оказалась в лесу за городом. Облегчение пришло только спустя два часа после того, как она сбежала, но от этого лучше не стало. Отвратно болели руки, пальцы и ногти в особенности, которыми она так усердно впивалась в стенку, пыталась найти у неё защиту от дивных монстров в лицах её друзей. Все руки, ноги, лицо в крови, осколках стекла от окна, в которое она бросилась, ища спасения, и грязи. Утром был дождь, поэтому в лесу сплошь лужи и отвратная жидкая грязь, которую столь сложно отмыть.        Она вновь попятилась назад. На сей раз к ней медленно полз не то змей, не то дракон. Весь металлический, покрытый прочной тёмной чешуёй, с блестящими яркими янтарными глазами и острыми зубами, выглядел он весьма угрожающе и явно грозился разорвать её тело на части. Люси, подобно жертве у ног хищника, рыдая, прижалась к холодной поверхности огромного камня у подножья скалы. Зверь испускал из носа пар, скалил зубы и уже почти уцепился ей в исцарапанную ногу, но не успел. Люси застыла и прекратила рыпаться, когда огромный поток крови хлынул из его шеи, а голова свалилась рядом с ней, как и всё ещё дёргающееся тело.        — Ты как? В порядке? — поинтересовался незнакомый голос в метре от неё. Из-за застывших в глазах слёз и сильного потрясения Люси всё никак не могла разглядеть своего спасителя (или врага?). Что-то ударило в голову, будто бы резкий порыв ветра, и она, не удержав натиска и слишком резкого запаха, потеряла сознание.