After 3

- Господи. - я слышу голос Гарри глубоко внутри моего затуманенного разума. - Блять, Тесс, прости меня. Это всё моя вина. - простить за что? - Ты всё правильно понял! Это твоя вина! А теперь выметайся из моего дома, пока тебя не вышвырнула полиция! - визжит моя мать. - Вы успокоитесь?! Я никуда не уйду. Продолжайте, вызовите полицию и пусть вас потом обсуждает весь город, хотя мы все знаем, что вы этого не хотите. - Прекратите! - я хочу наорать на них обоих: не могу смотреть, как они ссорятся. Моя мать опять что-то говорит, но я не слышу её, темнота снова утаскивает меня, вот почему моя голова такая тяжелая... - Надеюсь, ты слышишь меня. Мне жаль. Господи, прости меня за все это. Я с самого начала не должен был позволять тебе идти. О чём я думал? - Но тебя ведь даже не было там? - говорю я. Он слышит меня? - Думаю, ты будешь гордиться мной, немного... Я не убил Дена, когда нашел, а только удалил несколько раз в лицо... ох, и я немного подушил его, но он всё еще может дышать и я ужасно хотел выпил сегодня, но вовремя передумал. Я не хочу чтобы между нами всё стало ещё хуже. Знаю, ты думаешь, что мне всё равно, но это не так, я просто не знаю, как показать свои чувства. - голос Гарри ломается, но он нежно продолжает. - Ты слышишь меня? - спрашивает он. - Да, а что насчет Зейна? Ты избил его? - выдыхаю я, я наконец могу думать и изо всех сил пытаюсь составить предложение, но не уверена, что мой рот и мозг работают вместе. - Нет, это Гарри. Я Гарри, не Зейн. Знаю... Думаю, что знаю... Гарри здесь, это не Зейн. Подождите, Зейн тоже здесь. Не так ли? - Нет, Гарри, ты избил Зейна? - темнота втягивает меня, унося подальше от голоса Гарри. Голос моей матери наполняет комнату, но я не могу выговорить ни слова, разборчивым остается лишь голос Гарри. - Нет. - рявкает он. - Конечно, где её комната? Через несколько мгновений, я чувствую, как что-то просовывается под моё тело, руки Гарри? Я не совсем уверена, но меня подняли с дивана и знакомый мятный запах ударяет в нос. Почему он вообще здесь и как нашёл меня? Через секунду меня уже нежно кладут на кровать и снова поднимают. Я не хочу двигаться. Трясущиеся руки Гарри одевают на меня футболку и я хочу накричать на него, чтобы он перестал трогать меня. Последнее, что мне нужно - чтобы меня трогали, но как только ладони Гарри прикасаются ко мне, воспоминания об отвратительных прикосновениях Дэна отступают. - Дотронься до меня ещё раз. Сделай так, чтобы они ушли. - умоляю я. Он не отвечает. Он слышит меня? Глубоко внутри я знаю, что не слышит, но мысленно молюсь, чтобы слышал. Его ладони продолжают придерживать мою голову, мою шею, волосы и я пытаюсь поднять руку и положить на его, но руки оказываются слишком тяжелыми. - Я люблю тебя и мне очень жаль. - слышу я перед тем, как моя голова снова ложится на подушку. - Я хочу отвезти её домой. Нет, оставь меня здесь, думаю я про себя, даже не пытаясь говорить. Но не уходи... *** Моя голова тяжелая, слишком тяжелая и солнце светит слишком ярко через жёлтые занавески. Жёлтые занавески? Я снова открываю глаза и вижу знакомые желтые занавески, которые висят в моей старой спальне. Последние двадцать часов разбиты на мелкие кусочки воспоминаний, в которых нет никакого смысла. Ни в чем нет смысла. Мне требуются секунды, минуты, чтобы хотя бы попробовать осознать, что случилось. Стеф и её предательство - вот, что я помню лучше всего. Как она могла так поступить со мной? Я никогда не думала, что такое может произойти. Я помню своё облегчение, когда она зашла в комнату, но как оказалось, только для того, чтобы сказать, что никогда не считала меня своей подругой. Она что-то подсыпала в мой стакан, чтобы в моей голове все замедлилось или чтобы я отключилась, не уверена, но точно знаю, что она накачала меня наркотиками. Меня накачала наркотиками девушка, которую я считала своей подругой. Осознание этого с силой ударяет по мне и от злости на моих щеках появляются слёзы. Боль от предательства заменяется унижением, когда я вспоминаю Дэна и его камеру. Я никогда не забуду красный свет в той тусклой комнате. Каждый раз, когда я думаю, что могу отдохнуть от постоянного сражения - случается что-то типа этого. Я не должна жаловаться, у меня хорошая жизнь и я не хочу жаловаться, но это одерживает вверх надо мной. Почему из всех людей именно Стеф? Я всё ещё не могу понять это. Если то, что она сказала, было правдой и она действительно сделала это только потому что я не нравлюсь ей или потому что у неё с Гарри что-то произошло, почему она не сказала мне всё это с самого начала? Зачем она притворялась моей подругой всё это время? Чтобы в конце поиздеваться надо мной? Я медленно сажусь: это всё ещё занимает слишком много времени. Я слышу своей пульс и мне хочется побежать в ванну и выблевать остатки наркотиков. Но вместо этого я просто закрываю глаза. Когда я снова просыпаюсь, голове становится немного лучше и я вылезаю из маленькой кровати. На мне нет штанов, только футболка, которую я не помню, как одела. Наверное, это сделала моя мать, я была просто не в состоянии одеться сама. Единственные пижамные штаны, которые остались в моём шкафу, оказываются очень не удобными и короткими. Я набрала вес, когда уехала в университет, но на самом деле теперь мое тело нравится мне гораздо больше. Когда я захожу на кухню, моя мать сидит за столом и читает журнал. Её чёрное платье хорошо выглажено и накрахмалено, высокие каблуки идеально подходят к платью, а волосы идеально накручены. Когда я смотрю на настенные часы, оказывается, что только восемь утра. - Как ты себя чувствуешь? - робко спрашивает мать, поворачиваясь ко мне лицом. - Ужасно. - мычу я. - Представляю, после такой-то ночки. Вот и началось. - Вот кофе и аспирин, выпей, тебе станет лучше. Я медленно киваю и иду за кружкой кофе. - Я иду в церковь, думаю, ты не пойдешь? - спрашивает она. - Нет, сейчас я не в состоянии идти в церковь. - только моя мать может предложить пойти с ней в церковь, после такой ужасной ночи. - Хорошо, я скажу Портерам, что ты передавала привет. - она хватает со стола свой клатч и снова поворачивается ко мне. - Я вернусь около одиннадцати, может чуть позже. Я всё ещё не звонила Ноа, после того, как узнала, что его бабушка умерла. Знаю, что должна позвонить и мне самой нужно это, позвоню ему после церкви, если конечно, смогу найти свой телефон. - Как я попала сюда прошлой ночью? - я пытаюсь соединить кусочки пазлов воедино, помню только, как Зейн ворвался в комнату и разбил камеру. - Кажется, его зовут Зейн. - она смотрит в свои журналы. - Оу. Ненавижу это, ненавижу не знать, что вчера произошло. Мне нравится всё контролировать, а вчера я не могла контролировать свои чувства и тело. - Позвони мне, если тебе что-нибудь понадобится, - говорит моя мать, направляясь к двери. - Хорошо. - Ох, и поройся в моём шкафу, поищи что-нибудь для себя. - она в последний раз смотрит на мою пижаму разочарованным взглядом и выходит из дома. Как только входная дверь закрывается, изображение Гарри вспыхивает в моей голове. - Это всё моя вина. - сказал он. Возможно, это вообще был не Гарри и мой разум просто снова играет в свои игры со мной. Мне нужно позвонить Зейну и поблагодарить его за то, что он привёз меня сюда. Хотя, на самом деле, мне нужно поблагодарить его за то, что он ворвался в ту комнату и забрал меня с вечеринки. Даже представить не могу, что бы произошло, если бы он не пришёл. Солёные слёзы начинают катиться из глаз, смешиваясь с черным кофе и я не могу успокоиться ещё полчаса. Но, наконец, я заставляю себя встать из-за стола и иду в ванную, чтобы смыть со своего тела отвращение вчерашней ночи. И к тому времени, как я уже перерыла весь шкаф матери, пытаясь найти что-то, где нет ужасного лифа - я чувствую себя намного лучше. - У неё вообще есть нормальная одежда? - мычу я, отбрасывая вешалку за вешалкой, на которых весят коктейльные платья. Сейчас я в таком состояние, что лучше буду сидеть голая, пока не найду обычный свитер и джинсы. Джинсы сидят идеально, а свитер немного мал в груди, но я рада, что нашла хоть что-то, так что не буду жаловаться. Хожу по комнате в одном полотенце, ожидая пока мои выстиранные трусики и лифчик сохнут и заодно ищу свой мобильник и клатч. Я ничего не помню, так что понятия не имею, где они могут быть. Думаю, моя машина всё ещё стоит около общежития Стеф, надеюсь, она не проколола мне колеса. - Где её комната? - спрашивает мужской голос. Почему мой мозг просто не может очиститься и вспомнить всю вчерашнюю ночь? Я иду обратно в свою спальню и быстро открываю полку команда. Мой телефон лежит внутри поверх клатча. Я включаю телефон и жду пока он загрузится, но мне хочется снова выключить его, как только начинается бесконечная вибрация. Одно сообщение за другим, пропущенный вызов за пропущенным. Гарри...Гарри...Зейн...Гарри...Неизвестный...Гарри...Гарри... Внутри меня всё переворачивается, когда его имя появляется на экране. Он знает. Кто-то сказал ему о том, что случилось и поэтому он писал и звонил мне столько раз. Я должна позвонить ему и сказать, что я в порядке, пока он не свел себя с ума. Несмотря на наши нынешние отношения он, наверное, огорчён из-за того, что случилось. После шестого гудка, как только включается его автоответчик, я скидываю, и несусь в комнату моей матери, чтобы привести свои волосы в порядок. Меньше всего сейчас меня заботит мой внешний вид, но я не хочу выслушивать упреки матери, поэтому пытаюсь привести себя в более-менее приличный вид. Замазываю консилером тёмные круги под глазами, накладываю немного туши на ресницы и расчесываю волосы. Сейчас они уже почти высохли и выглядят очень неплохо, завиваясь в естественные кудряшки. Пусть это и не выглядит так хорошо, как мне бы хотелось, но у меня больше нет сил, чтобы возиться с волосами. Чей-то слабый стук в дверь заставляет меня выйти из комнаты и спуститься вниз. Кто это может быть в такое время? Моя паранойя увеличивается от мысли, что это может быть Гарри. - Тесса? - раздается голос, как только дверь открывается, и входит Ноа. Облегчение и вина ударяют меня, как только на его лице появляется знакомая улыбка. - Привет. - кивает он, переступая с ноги на ногу. Не думая, я практически кидаюсь на него, обвиваю руки вокруг его шеи, зарываюсь лицом в его мягкий кардиган и начинаю плакать. - Ты в порядке? - его сильные руки обнимают меня и держат, не давая нам обоим упасть. - Да, просто... Нет, я не в порядке. - поднимаю голову, не желая испачкать своей потекшей тушью его коричневый кардиган. - Что случилась? Твоя мама сказала, что ты приехала. - говорит он, а я просто наслаждаюсь присутствием знакомого человека. - Многое, слишком много, чтобы объяснить... Как бы драматично это не было. - мычу я. - В университете к тебе относятся всё ещё не так, как ты хочешь? - спрашивает он, проходя за мной на кухню. Я делаю ещё одну кружку кофе, а он садится за стол. - Нет. И я переезжаю в Сиэтл. - Твоя мама рассказывала. - Ты всё ещё собираешься в WSU весной? Я бы не рекомендовала. - пытаюсь пошутить над своей неудачливостью, но слёзы наполняют глаза. - Ага. Но мы с Беккой также думали о Сан-Франциско. Ты же знаешь, как я люблю Калифорнию. - Бекка? Ты всё ещё встречаешься с ней? - отвращение очевидно в моем голосе. - Всё не так, как ты думаешь, она сама не знала, во что ввязалась. Стеф - твоя бывшая соседка по комнате - подставила её. - голубые глаза Ноа ярко светятся под флюоресцентными лампами на кухне. - Что? Как? - Ну, Бекка встретилась с ней на работе, она работала в Зумсе или что-то типа того, в общем в магазине, и однажды эта Стеф увидела там Бекку вместе со мной. - Ты был в Пулмане? - прерываю его. - Ага, чтобы увидеться с Беккой. Я должен был позвонить тебе, но между нами всё было так странно. - Знаю, всё в порядке. - уверяю его и позволяю ему закончить. - В общем, потом Стеф предложила Бекке потусить вместе и она была восхищена. Я просил её держаться подальше от Стеф, но она многое скрывала от меня и не рассказывала о том, что делала Стеф. Она буквально сказала ей, что ты... ну, сама понимаешь и ещё много разной фигни о тебе, которая не была правдой. - Какую фигню? - Просто фигню, я не хочу повторять это, но Бекка считала тебя ужасным человеком, поэтому не отказалась, когда Стеф попросила её просвети время с этим Зейном. - Стеф сказала провести ей время с Зейном только для того, чтобы позлить меня? - изумляюсь я. - Да, я узнал это не так давно, я бы сказал тебе. Ты знаешь, - говорит он и я понимаю, что он не врёт. - я расстался с ней сначала, но потом она всё объяснила и ей очень жаль. - Такое чувство, что я больше никому не смогу доверять. - вздыхаю я и Ноа хмурится. - Кроме тебя. Каждый человек, с тех пор, как я поступила в колледж, врал мне. - даже Гарри. Особенно Гарри. - Вот, что случилось прошлой ночью? - Типа того. - интересно, что именно мать сказала ему. - Должно быть, это что-то очень серьёзное, раз ты даже приехала домой. Я киваю и он тянется через стол, чтобы взять меня за руку. - Я скучал по тебе. - шепчет он, грусть очевидна в его голосе. - Мне так жаль, что я не позвонила, когда это случилось с твоей бабушкой. - Всё в порядке, я знаю, что ты занята. - Это не оправдание, я вела себя просто ужасно. - Нет. - врёт он. - Ты знаешь, что это так. Я плохо относилась к тебе с тех пор, как уехала из дома и мне жаль. Ты не заслуживаешь этого. - Перестань винить себя, всё хорошо. - уверяет он с теплой улыбкой, но вина не утихает. - Всё равно я не должна была быть такой. - Если бы ты могла начать всё с начала, что бы ты изменила? - его вопрос удивляет меня. - То, как я ко всему относилась, я не должна была обманывать тебя и изменять. Я знала тебя полжизни, а потом так неожиданно бросила, это было ужасно. - Да уж. - начинает он. - Но теперь я понимаю тебя. Мы не подходили друг другу, точнее, вместе мы были идеальны, но в этом-то и проблема. - смеётся он и тяжесть спадает с моих плеч. - Ты так считаешь? - Да. Я люблю тебя и всегда буду любить. Просто я люблю тебя не так, как думал, и ты никогда не любила меня так, как любишь его. - я затаиваю дыхание от упоминания Гарри. Он прав, совершенно прав, но я не могу говорить о Гарри с Ноа. Не сейчас. Нам нужно сменить тему. - Значит, Бекка делает тебя счастливым? Она не та девушка, которую я представляла рядом с тобой. - улыбаюсь я. Она совершено не похожа на меня и у неё, есть татуировки. Не так много, но я не могу представить их с Ноа, как пару. - И Гарри тоже не тот, кого я представлял рядом с тобой. - улыбается он и хихикает. - Думаю, нам обоим нужен был кто-то другой. Он прав, снова. - Думаю, да. - смеюсь я и мы болтаем, пока нас не прерывает ещё один стук в дверь. - Я открою. - говорит он, встает на ноги и выходит из кухни, прежде чем я могу остановить его. POV Гарри. Рано... слишком рано. Знаю, я должен был посидеть в машине дольше, но не могу. Наблюдение за тем, как на часах меняются цифры медленно убивает меня. Я бы лучше вырвал все волосы у себя на голове, чем сидеть здесь и ждать, пока не наступит полдень. Машины Тессиной матери нет на парковке, тут вообще нет машин, кроме Тессиной, в которой сижу я, и кроме машины Лиама. Он согласился доехать со мной, чтобы я отвез её машину и все вещи сюда, а потом он отвез меня обратно в квартиру. К счастью, Лиам обожает её, поэтому мне не пришлось долго убеждать его. На самом деле, вообще не пришлось, я предложил и он сразу же согласился. - Иди и постучи в дверь или это сделаю я. - говорит Лиам, как только я беру трубку. - Хорошо! Дай, мне, блять, одну минуту! Я не знаю, есть ли там кто-нибудь. - Ну, тогда оставь ключи в почтовом ящике и поехали. - я хочу, чтобы она была там, поэтому и не уехал сразу же. Мне нужно знать, что она в порядке. - Я пошёл. - говорю я и кладу трубку. Семнадцать ступенек до двери дома её матери - самые худшие мгновения моей жизни. Я стучу в дверь, но не уверен, что достаточно громко. Блять, я стучусь снова, в этот раз сильнее. Слишком сильно. Я опускаю руку только тогда, когда тонкое стекло трескается. Чёрт. Дверь открывается и вместо Тессы, её матери или кого-либо другого на всём белом свете, я вижу Ноа. - Ты что, блять, издеваешься надо мной?! - рычу я и он пытается закрыть дверь прямо перед моим лицом, но я останавливаю её своим ботинком.