Исповедь убийцы

      Спустя три недели хождений вокруг вампиров, относительно весёлой школьной жизни и почти ежедневных звонков от Жаклин, Фелисити и мамы я наконец-то вошла в ритм Стоунбриджа и перестала дёргаться по пустякам. Кроссманы окончательно ко мне привыкли, спокойно относились к моему повышенному к ним вниманию и вроде бы не раздражались, когда я позволяла себе то сесть с ними в столовой, то поболтать ни о чём на переменах, то просто помучить их вопросами насчёт повседневной жизни. Город мне в целом понравился – посмотреть тут было на что, сходить есть куда, магазинов поблизости обнаружилось предостаточно, к тому же дом мне достался по-настоящему уютный и просторный. Как говорится, полный сервис.       Как-то раз, когда я уже устала намекать Кроссманам, что было бы неплохо мне заглянуть к ним выпить чаю, Питер с Моникой с какой-то стати решили подождать меня после занятий. Зачем они так сделали, долгое время оставалось для меня тайной, тем более, что с последнего урока они благополучно сбежали, а у меня этих уроков, как назло, садисты завуч и директор поставили ровно 8. После приятных трёх-четырёх пар в колледже сидеть на нудных занятиях в классе было просто невыносимо.       Когда я, еле переставляя ноги, вышла из школы и уже приготовилась просить Аниту довезти меня до дома, Кроссманы дружно вылезли из своего белоснежного внедорожника и замахали мне. Упускать такую возможность подтвердить своё дружелюбие было бы глупо, поэтому я показательно встрепенулась и заулыбалась. Джерри и Анита, которая ради исключения разлучилась с Тейлором, с сокрушённым видом могли наблюдать картину того, как я чуть ли не рысцой бросилась к вампирам. А что? Игру в хорошие манеры ещё никто не отменял.       - Привет ещё раз! – поздоровалась я радостно и забралась на заднее сидение машины, поймав на себе хитрый взгляд Питера. – Где вы были на последнем уроке?       - Как будто кто-то заметил, что нас нет… – фыркнула Моника.       - Конечно! Мистер Браун просил передать, что ждёт от вас завтра утроенное задание по итальянскому.       - Утроенное? – проворчал Питер. – Да уж, не надо было нам устраивать себе укороченный день…       - Сами виноваты, согласна, - кивнула я, выглядывая в открытое окно. – Куда мы поедем, кстати? Вы мне так ничего и не сказали.       - А мы и не хотели ничего говорить. Сейчас тебе нужно будет забросить сумку домой, и мы приглашаем тебя в гости! Мама как раз не на работе, и ты сможешь с ней познакомиться. Ей интересно, с кем это мы успели подружиться, особенно если учесть, что с половиной школы мы совсем не общаемся.       Я воодушевлённо подняла голову и чуть ли не захлопала в ладоши. Ну наконец-то чудо свершилось! Ура!       ***       Дома я торопливо зашла в прихожую и бросила сумку на пол. Мне хватило ума перед разворотом на 180 градусов взглянуть на себя в зеркало, чтобы оценить свой внешний вид и понять типично женскую истину: для знакомства с родителями и возможной расправы над ними мой простенький деловой наряд точно не подходил! Пришлось подняться наверх, громко топая по лестнице и напевая прилипчивую мелодию специально для оставленных в машине Кроссманов. Если они по-прежнему находились в неведении относительно моей личности, пусть остаются в нём как можно дольше.       Я почти жестом фокусника расстегнула одну из своих дорожных сумок и порылась среди платьев, выбирая то, которое не надо было гладить и которое совсем не стесняло движений. И такое мне повезло найти, хотя я до последнего сомневалась, что взяла его с собой, – приталенное, с юбкой-колокольчиком и круглым вырезом на спине, а расцветка идеально подходила к моим глазам: травяной узор на тёмно-зелёном фоне. Мило и красиво. Да и в больших боковых карманах без труда спрятались пара маленьких ножей и «походный» пистолет. Зачем было носить оружие так заметно и близко к телу? Да потому что выходить из дома и идти в гости к вампирам лучше вооружённой, чем потом, лишившись сумки, с голыми руками выискивать любую острую вещь в чужих комнатах. Это простое правило накрепко засело у меня в памяти благодаря Жаклин.       Закончив переодеваться и подкрасив губы персиковым блеском, я спустилась вниз. Карманы платья немного отвисали при ходьбе, но это вполне можно было списать на ключи и сотовый, место для которых там пусть и с трудом, но всё-таки нашлось. Конечно, сумка была бы удобнее, однако с ней я бы возилась гораздо дольше. Я и так только успела застегнуть пальто и надеть полусапожки на плоской подошве, как во входную дверь постучали, причём с громкостью, достаточной для того, чтобы достигнуть моих ушей даже на втором этаже. Меня это не удивило – никому не хватит терпения выжидать так долго, сидя в машине, особенно кому-то вроде вампиров, чья жизнь мчалась вперёд с умопомрачительной скоростью.       И точно, стоило мне открыть дверь, как я увидела, что за моим порогом переминался с ноги на ногу Питер. Он смерил меня оценивающим взглядом, на что я ответила вздёрнутым подбородком и хитрым прищуром, после чего безмолвно развернулся и пошёл обратно к Монике. Мне не оставалось ничего другого, кроме как последовать за ним, на ходу вспоминая, закрыла я окна или нет. Сталкиваться во второй раз с «гостем» мне совсем не хотелось…       ***       - Слушайте, как вам не холодно? – задала я логичный для человека вопрос, когда мы втроём садились в машину.       Действительно, сейчас, в конце осени, дул холодный пронизывающий ветер, тучи опять закрыли солнце, а градусник наверняка показывал не больше пятидесяти градусов по Фаренгейту*. Несмотря на такие арктические условия, оба Кроссмана стояли на улице в лёгких свитерах и джинсах. Я невольно посмотрела на себя в зеркало заднего вида и машинально подтянула резинку хвоста. По сравнению с вампирами я выглядела настоящим полярником, хотя и не была виноватой в собственной теплокровности в отличие от этих монстров, чья кожа имела температуру холодильника.       - У нас мама помешана на здоровом образе жизни, - с улыбкой на губах ответил Питер, но в его глазах на мгновение зажглись огоньки отнюдь не веселья. Наоборот, он как будто взглядом приказывал мне держать рот на замке, вот только кто сказал, что я собиралась его слушать?       - Поэтому и не болеем! – фыркнула Моника. – Закаливание, купание в проруби и прочие радости детства, проведённого в Канаде.       Мимо окон внедорожника замелькали сначала дома, а затем деревья, и я поняла, что мы едем прочь от города. Почему-то у меня совсем вылетело из головы место, где жили Кроссманы, поэтому теперь, чем дальше мы отъезжали от цивилизации, тем тревожнее мне становилось. Непроизвольным движением я положила руку на карман, в котором находилось оружие. Если меня раскусили (а к такому сценарию я была готова), сначала я должна была попытаться спасти свою шкуру мирным способом. Возможно, я собиралась сделать глупость, но разве риск – не благородное дело?..       - Вы живёте не в городе? – невинно спросила я у Моники.       - У нас два дома: один в центре, над галереей матери, а другой за городской чертой. Там очень здорово в ноябре и вообще осенью, поэтому сейчас мы живём в нём.       - Ясно, - протянула я уже более уверенно.       Похоже, всё в порядке. Мне не стоило волноваться и лишний раз сжигать нервные клетки, чьё количество в последнее время уменьшалось с катастрофической скоростью. Думая над этим, я даже не заметила того момента, когда машина, взвизгнув шинами по мокрой дороге, остановилась. Времени рассиживаться у меня не было, поэтому я выскочила из внедорожника и в немом восхищении посмотрела на дом Питера и Моники. Конечно, я уже видела его на фотографиях, но они и вполовину не передавали ошеломляющее великолепие жилища вампиров!       Дом, больше похожий на особняк, полностью соответствовал дому моей мечты, который я довольно часто рисовала в своём альбоме: большой балкон над входной дверью, ступеньки крыльца спускались к асфальтовой дорожке, сбоку – гараж, а само здание было выполнено в коричнево-бежевой гамме. Аккуратно подстриженные кусты и деревья завершали образ тихого уголка на лоне природы, оазиса посреди леса вдали от крупного мегаполиса с его грязью, серостью, сыростью и вечной суматохой. Здесь царила атмосфера непринуждённости и покоя, которых мне, честно говоря, не хватало с моим кочевым образом жизни.       Залюбовавшись архитектурой, я немного выпала из реальности и не сразу поняла, что мои спутники не торопятся присоединиться ко мне и пойти к двери, а вместо этого напряжённо смотрят на явно незнакомую им машину – синий «Ягуар» с аэрографией дракона на капоте и молниями на правом крыле. Я пролистала мысленный каталог машин вампиров, который мне показывала Фелисити и заставляла зазубривать для тренировки памяти, но не смогла определить хозяина этой красавицы: то ли автомобиль только что купили, то ли его владелец (или, скорее, владелица) совсем недавно приехал в США. Другого объяснения у меня попросту не нашлось.       - У вас гости? – спросила я, желая разрядить обстановку, которая заметно накалилась.       Моя рука снова вернулась на карман, и я пальцами ощутила рукоять пистолета.       - Похоже на то, - сквозь зубы процедил Питер и, отодвинув меня за спину, пошёл к дому.       Моника тенью скользнула за братом, и по её хмурому виду я поняла, что в доме сейчас находился кто-то опасный и… наверное, лишний. Но откуда он взялся? Неужели совершенно случайно приехал в то же самое время, что и я, навестить родню? Кроссманы вели себя слишком враждебно, чтобы можно было говорить об их госте, как о друге. Мои размышления прервал (по уже сложившейся традиции) низкий раскатистый рык, напоминающий волчий. Я резко повернула голову к источнику звука и заметила переместившегося поближе ко мне Питера. Так-так-так, а ситуация-то вышла из-под контроля! Я убрала руки в карманы и начала вытаскивать оружие из ножен, но вовремя спохватилась, что тороплю события, и просто оставила застёжки открытыми. При необходимости можно будет легко выхватить ножи и пустить их в дело.       Кроссманы сдвинулись с места и друг за другом вошли в дом, беззвучно ступая по дорожке. Я поторопилась за ними, догадываясь, что они обо мне забыли, и машинально изучая обстановку, чтобы знать, в какую сторону бежать в случае надобности.       В прихожую при нашем появлении тут же вышла женщина лет тридцати. Симона, чьё лицо я отчётливо помнила по фотографиям в её личном деле. Зеленовато-голубые глаза вампирши впились в моё лицо с вежливым интересом, а губы изогнулись в улыбке. Она была одета в простое чёрное платье, которое спереди закрывал фартук. Волосы спадали ей на плечо, собранные в низкий хвост. Взрослый монстр, быстрый и беспощадный, изучал меня с нескрываемым любопытством учёного, только что открывшего новый вид мотылька. Чтобы отвлечься от очередной цели своей миссии, я перевела взгляд на новую фигуру в этом театре пантомим – странную девушку-брюнетку с хризолитовыми глазами. Она держалась у стены, словно боялась нас, но всё в ней, особенно лицо, выражало вызов. Одета она была в забрызганные грязью джинсы и потрёпанную футболку, испачканную глиной и бог знает чем ещё, однако даже в таком ужасном виде незнакомка казалась героиней мифов о Древней Греции. Её волосы живописно спутались, из них торчали мелкие ветки и листья, что только усиливало её сходство с лесной нимфой, забредшей в этот дом по ошибке. Если бы я была простым человеком, я бы непременно расплылась перед этими двумя вампиршами в восхищённой улыбке, но, к счастью, я была охотником, поэтому всего лишь распахнула глаза пошире и медленно покачала головой, якобы сражённая наповал неземной красотой семейства Кроссманов, что было не так уж далеко от истины…       - Познакомьтесь, это Илона, моя племянница, - сказала приятным грудным голосом хозяйка дома. – А это Питер, Моника и их подруга Эстер.       Я вздрогнула, услышав своё имя, произнесённое будничным тоном и совершенно неотличимое от имён детей Симоны.       - Приятно познакомиться, - с неохотой проговорила Моника, выходя вперёд и загораживая меня от Илоны. Я удивлённо покосилась на неё, гадая, с какой стати она решила меня защитить, и упрямо шагнула к стене, выходя из-за спины вампирши. Зачем меня охранять? И от кого? Хотя… Вспомнился странный рык и звериный взгляд Питера. Может, мне стоило испугаться и всё-таки вытащить ножи? Или пистолет?       - Здравствуйте, миссис Кроссман, - вместо всего хищного, на что я была способна, сказала я с милой улыбкой и сделала ещё пару шагов в сторону вампирши, таким образом окончательно вырвавшись из защитного кольца брата и сестры Кроссманов.       - Никаких «миссис». Просто Симона! – тут же запротестовала хозяйка дома и бросила быстрый взгляд в сторону Питера, который с опасным блеском в глазах подбирался всё ближе и ближе к Илоне.       От меня не укрылось, что молодая вампирша ничуть не боялась исходившей от Кроссмана угрозы и как будто приглашала его вступить с ней в бой.       - Хорошо, Симона, - нарочито радостно и довольно громко поправилась я, постукивая пальцами по карману с пистолетом и прикидывая, как быстро смогу вытащить его из кобуры.       Питер за моим плечом в своём стремлении выгнать Илону из дома явно не отдавал себе отчёта в своих очень странных для человека движениях. Чем больше времени он проводил в узком коридоре, тем яростнее становилось его лицо, постепенно теряя людские очертания.       Вот и Симона заметила перемены, произошедшие в своём приёмном сыне, поэтому спохватилась и заговорила скороговоркой:       - Проходите в дом, нечего стоять на пороге, скоро будем ужинать.       Слова насчёт ужина навели меня на тревожные мысли, но я смело отмела их как нереальные (и в самом деле, ну кто сначала зовёт жертву к себе в дом и знакомит её со своей семьёй, а потом убивает?) и вслед за вампирами вошла в безупречную гостиную Кроссманов, где моё внимание сразу же привлёк огромный камин, в котором весело потрескивал сине-зелёный от морской соли огонь. Илона, чью кошачью фигуру я ни на мгновение не выпускала из вида, села от пламени дальше всех, избегая даже его света. Странно. За другими членами её семьи такого не наблюдалось, а ведь эти вампиры были очень старыми... Причём здесь старость? Ответ был прост до безобразия – чем дольше «ночные охотники» жили на этом свете, тем сильнее подвергались воздействию всевозможных амулетов, символов, металлов и стихий. А иначе откуда бы взялись невероятные истории о серебряных крестах, святой воде, огне и чесноке? Как бы безумно это ни звучало, но с течением времени вампиры становились опытнее, сильнее, умнее, быстрее, хитрее и, само собой, гораздо опаснее, однако взамен они превращались в крайне уязвимых существ, если кому-то вдруг взбредало в голову их убивать.       Исходя из напряжённого внимания, которое Илона оказывала открытому огню, она была на порядок старше и Симоны, и Моники, и, конечно же, Питера. А потому громкое звание племянницы она получила скорее за внешность, чем за её реальный возраст.       - Илона приехала несколько минут назад по какому-то срочному делу, и я решила подождать вас, чтобы всё обсудить. Правда, я не ожидала, что Эстер приедет вместе с вами, - сказала Симона извиняющимся тоном, садясь в кресло около камина и протягивая к нему свои молочно-белые руки с красивыми вытянутыми ногтями.       Я перевела взгляд на пушистый ковёр, будто смутилась и почувствовала неловкость, а Питер с неожиданной мрачностью посмотрел на мать и произнёс голосом, похожим на скрежет металла по стеклу:       - Мы не думали, что здесь будут гости, особенно из нашей семьи. Надо было позвонить и сказать об этом. Ты же знаешь, что я всегда держу телефон под рукой и могу прочитать смс.       - Ничего страшного, кузен, - впервые с момента нашего знакомства подала голос Илона. Она говорила медленно, почти устало, музыкально растягивая гласные. От этого создавалось впечатление, что она напевает.       Монике её неожиданно нагрянувшая родственница тоже не нравилась. Это было понятно по каждому слову, которое она выдавливала из себя, поддерживая брата:       - Как же «ничего страшного»? Мы привезли Эстер познакомиться с мамой, а не взваливать на неё свою полоумную родственницу с туманными предлогами для визитов. Мы не хотим, чтобы всё это обернулось для нас неприятностями! Но раз уж ты, Илона, теперь здесь, предлагаю нам с Питером и Эстер немного прогуляться, пока вы тут разговариваете. Питер, ты согласен?       - Конечно. Я знаю несколько мест для прогулок. Можно сходить к заливу. Он не так уж и далеко от дома, и там сейчас очень красиво.       А вот в этом месте разговора я поняла, что ещё минута промедления, и я рискую вообще ничего не узнать. Этого допускать не стоило. Мой возмущённый голос прозвучал очень неожиданно для всех собравшихся в гостиной:       - Кхм, дадите сказать? На улице не май месяц – для прогулок холодно. Я вполне могу посидеть в уголочке и даже заткнуть уши, если вы собираетесь обсуждать что-то личное. Но зачем вам меня выставлять? А если вы переживаете, что кое-какие вещи покажутся мне странными, не спешите. У меня тоже хватает безумных родственников и не менее безумных историй с их участием.       - Ты уверена? У нас специфические темы для разговоров, – ехидно произнесла Илона, не обращая внимания на Питера и такую злую Монику, что воздух вокруг неё сгустился до мрачных туч. К слову, Симона как-то уж очень внимательно смотрела на свою племянницу, и это бросалось в глаза. – Хотя я не против, чтобы ты осталась с нами. Думаю, ты не услышишь ничего нового…       Золотисто-зелёные глаза Илоны впились в мои, до неприличия обыкновенные, передавая сотни молчаливых сообщений, от которых я спрятала руки в карманы и схватилась на рукояти оружия. Нож – в одной ладони, пистолет – в другой. Прохладный металл охладил мою разгорячённую от волнения кожу и внушил слабое подобие безопасности. Впрочем, даже этого оказалось мало, чтобы успокоить меня и мои нервы, лихо отплясывавшие румбу где-то в районе висков.       Она всё знала.       Илона приехала в город только затем, чтобы предупредить Кроссманов насчёт меня! Она прекрасно знала, кем я была и с какой целью сюда заявилась.       Проклятье. В этот момент я вдруг отчётливо поняла, что моя жизнь повисла на микроскопически тонком волоске, который грозил оборваться с минуты на минуту. *50 градусов по Фаренгейту равны +10 градусам по Цельсию.