Исповедь убийцы

      Эрик почему-то молчал на протяжении всего пути из библиотеки до школы. По его же словам, ему нужно было забрать машину со стоянки, поэтому он отказался от моего предложения зайти в гости. Я ломала голову, что же могло случиться? Почему Скарсгард вдруг замкнулся и не желал даже смотреть в мою сторону? Сначала в голову пришла мысль на счёт Майкла — и я чуть было не развернулась обратно, чтобы поговорить с вампиром так, как обычно говорила со всеми представителями его вида. Но потом я отмела это предположение, понадеявшись на благоразумие Скарлетт, которая никогда бы не стала брать на работу глупого помощника. Он наверняка получил от неё строгие указания, какие темы с Эриком лучше не обсуждать. И вообще, Майкл показался мне нормальным вампиром, если это слово вообще было применимо к его сущности. Так почему же Эрик так изменился? Что произошло, пока я рассматривала древние книги и слушала нотации Скарлетт?       — Почему ты такой мрачный? Что-то случилось? — наконец, не удержалась я после очередной пятиминутки тишины.       — Наверное, — ответил Эрик максимально кратко и туманно.       Меня не устроило одно слово, поэтому я продолжила допрос:       — Что же?       — Почему ты мне лжёшь?       Эти слова стали для меня полной неожиданностью. Я замерла и чуть было не врезалась в кирпичную стену школы, забыв о том, что вела машину.       — О чём ты? — смогла я спросить придушенным голосом.       В голове настоящая паника, а ещё тревога и смесь безумных идей. Господи, неужели Майкл не удержался и что-то сделал с Эриком? Я убью его!       — Что происходит в Стоунбридже? Ты что, считаешь меня идиотом? — тем временем повернулся ко мне Скарсгард, не обратив внимания на возможную аварию с нашим участием.       Я нажала на педаль тормоза и постаралась взять себя в руки. Если говорить медленно, уверенно, с расстановками и лёгким недоумением на лице, можно обмануть кого угодно. Старый театральный урок всплыл в памяти очень удачно, поэтому я схватилась за эту идею и глубоко вздохнула.       — О чём ты говоришь? Я не понимаю.       — О вампирах, вот о чём! — в ярости выкрикнул Эрик и хлопнул ладонью по сиденью. Его глаза в тот момент… смотрели на меня с ненавистью, напугавшей меня гораздо сильнее грозного тона.       — О ком? Эрик, ты меня пугаешь. Вампиров не существует! — вполне натурально удивилась я, хотя внутри похолодела.       Скарсгард нахмурился. Его серые глаза пронзили меня насквозь, в них ясно читались обида, злость и… опасение. Словно я была врагом, который притворялся дружелюбным и в какой-то момент вонзил нож в спину. Для Эрика я казалась чуть ли не предателем и, говоря на чистоту, я им и была. Предателем Гильдии, который покрывал вампиров и ликанов и дружил с ними. Так неужели Жаклин отправила в мою школу новенького, так сильно похожего на Кристиана, только затем, чтобы я потеряла бдительность и выдала себя? Нет. Не может быть. Это было подло даже для Гильдии. Это было подло для меня самой.       — Ой, не строй из себя святую простоту! Я же видел, как ты с ними болтала!       — Эрик, вампиров не существует… Это сказки, которыми пугают детей…       — Отпираешься, да? Думаешь, я поверю?       Я с болью смотрела на Эрика и не узнавала его. Куда делся обаятельный скандинав, улыбка которого сводила меня с ума? Теперь на его месте сидел следователь Гильдии, который мог придушить меня голыми руками и не пожалеть об этом.       — Ты меня пугаешь, — сказала я по-прежнему размеренным тоном, подавив панику. Эрик был моим другом. Он был единственным человеком, чья жизнь не переплелась с Ночным миром. По крайней мере, я отчаянно в это верила. — Может, ты устал? Не выспался?       — Эстер, не пудри мне мозги! Я всё знаю!       — Что ты знаешь? — чуть более эмоционально спросила я и сжала свои локти, мечтая выскочить из машины и сбежать от яростных глаз Эрика.       — Слушай, ты отлично играешь роль наивной дурочки, но ты давно не наивная и уж тем более не дура. Я тоже, хоть и кажусь им, дураком не являюсь. Неужели ты думала, будто сможешь меня обмануть и всё скрыть? Эстер, очнись! Сначала тебе дарят серебряный кол против вампиров, а потом ты знакомишь меня с двумя монстрами и позволяешь им жить. Не строй из себя святую простоту, я тебя умоляю.       Если раньше я чувствовала холод, то теперь, после заявления Эрика, начала плавиться от невыносимой жары. Какая же я тупица! А Жаклин… Господи, как она могла? Да, я никогда не подчинялась ей. Я вообще слушалась только одного человека в Гильдии, и то это было очень давно. Но опускаться до шпионажа? Подсылать ко мне наблюдателя, зная, что я не смогу его проигнорировать? Жаклин побила все рекорды бессердечности.       Вслед за горечью предательства и обидой на И.О. главы Гильдии пришла ярость. Хорошо, помирать, так с музыкой. Я пыталась держать себя в руках, но слова вырвались против воли:       — Ты придурок или как?!       — Не кричи. Сама виновата.       — В чём? Псих тут ты, а не я!       — Я не псих, хватит притворяться! — повысил голос Эрик, но он не учёл, что я тоже была не лыком шита.       — Тогда прекрати истерить и не неси чушь! — Я не собиралась сдаваться и продолжала играть роль простой старшеклассницы. Пусть помучается. К тому же, а вдруг я ошиблась? Вдруг Эрик не был инспектором Гильдии? — Вампиров не существует! Перестань о них говорить! Кол — дурацкая шутка, реквизит для рождественского праздника в школе.       — А ты упёртая…       — Эрик, давай закончим этот разговор? Ты устал, я же вижу. Приведи себя в порядок, а завтра поговорим по-человечески.       — Прочитай сообщения на телефоне, а потом затыкай мне рот, Эстер Лили Хайд! — сердито ответил Эрик, кивая на мой мобильный, который настойчиво дребезжал на приборной панели.       Я тревожно покосилась на Скарсгарда, но на всякий случай решила последовать его совету и взяла сотовый в руки. На экране высветилось сообщение от Фелисити с приложенным к нему документом. Видимо, она решила отложить все свои дела и выслать мне информацию пораньше, за что я была ей благодарна. Моё спокойствие дало трещину: всё-таки я никогда не отличалась ангельским терпением, а играть роль обычной старшеклассницы в присутствии сердитого Эрика оказалось задачей непосильной. Я щёлкнула на «загрузку» и через несколько секунд уже читала содержимое отчёта.       «Эстер! Я решила, что информация по твоему другу понадобится тебе пораньше, поэтому провела небольшое расследование.       Эрик Скарсгард — на 100% человек. Родом из Швеции, но вот уже 5 лет живёт в Штатах, в Нью-Джерси, город Ньюарк. Ему 19 лет, однажды оставался на второй год, поэтому такой большой возраст для выпускника. День рождения — 11 января. Знак Зодиака — Козерог. Художник, фотограф, печатался в местном натуралистическом журнале, в прошлом году открывал свою выставку фотографий и картин, но успеха не имел. Отлично учился во всех трёх школах, куда переводился из-за переездов родителей. Свободно владеет латынью, бегло говорит на шведском. Известно, что Эрик боится глубины, поэтому редко выезжает на водоёмы и терпеть не может мосты над реками. Сейчас живёт в доме с родителями, младшей сестрой Элизабет и двумя котами. Оба — и мать, и отец — юристы. Увлекался стрельбой из винтовки, но теперь о его хобби мало что известно.       Самое важное! Имеет связи с Гильдией охотников, предположительно, общается с Жаклин и является её инспектором, но информация неточная.       Время появления в Гильдии не уточняется, причин для вступления в ряды охотников по данным информационных источников нет».       Я нажала на «удаление» и резко отбросила телефон в сторону, мало заботясь о том, куда он приземлился. В голове царила мешанина из обрывков мыслей, эмоций и воспоминаний. Я не ошиблась? Эрик и правда был подослан Жаклин для контроля над моей жизнью? Он работал на неё и доносил на меня?       Моё внешнее спокойствие дало трещину, но я неимоверным усилием воли заставила себя очнуться и не паниковать раньше времени. Когда-то давно я научилась складывать свои эмоции в воображаемую коробку и закапывать её в самом укромном уголке души. Так я поступила и на этот раз, мгновенно превращаясь в бесчувственную машину. Разум прояснился. Предательство Эрика перестало меня задевать. Он был для меня никем и никого мне не напоминал.       — Каким образом ты понял? — спросила я минутой спустя. Поймав на себе недоумённый взгляд Скарсгарда, я пояснила: — Каким образом ты понял, что в библиотеке были вампиры?       — Всё-таки надоело притворяться? — с довольным видом спросил Эрик, но, заметив моё абсолютно непроницаемое лицо, пошёл на попятную. — Майкл и Скарлетт — колоритная парочка. Оба чересчур красивые, быстрые и слишком самоуверенные. Тут знающему человеку и думать нечего. Вампира далеко видно!       — Ясно. Ты ненормальный?       Даже истерить сейчас не хотелось. Я чувствовала себя преданной, и от этого на душе было мерзко, словно туда вылили цистерну помоев.       — С чего ты взяла?       — Ты думаешь, всё так просто? Думаешь, я тебе лгала и просто так скрывала от Гильдии настоящее положение дел? — спросила я, с каждой секундой становясь спокойнее. Сделанного не воротишь, а тратить нервы на чужого человека — слишком много чести. — Я много раз, даже не зная о твоей приближённости к Жаклин, хотела с тобой поделиться, так нет же, берегла тебя, охраняла, запретила местным монстрам к тебе лезть. И как ты мне отплатил?       — Я тебе отплатил? — с хищной усмешкой ответил Эрик. — Жаклин говорила, что ты не любишь признавать свои ошибки и сваливаешь вину на других. Вижу, она была права. Никто не заставлял тебя скрывать монстров от Гильдии. Ты сама по каким-то своим причинам захотела утаить их! Не вали с больной головы на здоровую.       Я улыбнулась, ощущая себя круглой дурой. И я ему поверила? Этому волку в овечьей шкуре? С ним я вела себя мило, обходительно, волновалась за него, наряжалась для него, хотела (искренне хотела) с ним подружиться? Век живи — век учись, как говаривала моя мама после очередной неудачи.       — Чего ты от меня хочешь? Давай, пиши Жаклин, донеси на меня. За этим тебя сюда прислали, так делай свою работу.       Я ожидала, что Эрик полезет за телефоном, начнёт набирать номер И.О. главы Гильдии и сдаст меня, но он почему-то медлил. Вместо того, чтобы выполнить свой долг инспектора, он вдруг уставился на меня немигающим долгим взглядом. Его серые глаза потемнели при тусклом свете дня и казались больше, чем обычно. Их них ушла злость, зато появилось что-то новое, нечитаемое. Я занервничала, но старалась не показывать вида.       — Ты очень странная девушка даже для чокнутого охотника, каким мне тебя описывали, — медленно сказал Эрик и прищурился, словно мог заглянуть внутрь моей души и понять меня. — С твоим послужным списком ты могла или стать главой Гильдии, или давно из неё вылететь. Ты выбрала свой путь. Ты взялась за заведомо провальное задание, от которого отказались все, кому его предлагали до тебя. Почему ты согласилась?       — Кто-то же должен выполнять грязную работу и не задавать вопросов.       Чего Эрик от меня добивался? Что я расчувствуюсь и начну исповедоваться ему? Или ему и правда было интересно услышать мою точку зрения? В любом случае, посланник Жаклин удивил меня, а такое случалось крайне редко, если дело касалось служащих Гильдии.       — Я не буду звонить Жаклин и говорить ей о твоём преступлении. Я знаю закон охотников и знаю, что наказанием для тебя за сокрытие вампиров в Стоунбридже будет смерть. Ответь вот на какой вопрос — ты обо мне знала? Знала, что я не тот, за кого себя выдаю? Почему ты меня не сдала?       В первое мгновение, услышав слова Эрика, я не поверила собственным ушам и посмотрела на него огромными глазами. Затем смысл фраз дошёл до меня должным образом, и я почувствовала невольную благодарность. В мыслях я давно настроилась расстаться с жизнью. Видимо, поторопилась.       — Знала. А ещё я знала, что вампиры убили бы тебя на месте, если бы узнали, что ты — инспектор Гильдии. Я не могла допустить, чтобы с тобой что-то случилось, даже если ты приехал в Стоунбридж по приказу Жаклин, — ответила я честно, решив, что должна отплатить Скарсгарду за его честность и понимание.       — Не преувеличивай. По словам Жаклин, меня никто не тронет, — отмахнулся Эрик, но неожиданно замер. Дошло, видимо. — Погоди, ты не шутишь?       — Нет.       — Я — инспектор Гильдии. Ты — охотник. Это ты всё и всех тут знаешь. Тебя послали в Стоунбридж с заданием убить Кроссманов. Почему тебя не трогают, а меня тут же убьют? Казалось, Эрик по-настоящему растерялся. Он выпрямил спину и смотрел в ветровое стекло машины, будто ждал нападения. Я бы над ним посмеялась, если бы не допускала такой вариант развития событий.       — Ты помнишь предсказание Софи? Я уже мишень. Пока меня спасает то, что я сотрудничаю с вампирами и ликанами и нахожусь под их защитой. Это ненадолго, но в Стоунбридже любая помощь ценна. А что есть у тебя?       — Мне было сказано, что город безопасен, — уже не так уверенно, как в самом начале разговора, произнёс Эрик.       — И ты поверил? — чуть было не расхохоталась я. Похоже, Жаклин нашла идеального кандидата на роль моей сиделки!       — Жаклин выделила мне машину, перечислила круглую сумму на счёт и велела с тобой подружиться. В обмен я…       Дальше Эрик мог не продолжать. Жаклин не меняла методы многие годы, поэтому я отлично знала конец истории.       Я даю тебе игрушки, деньги и гарантирую безопасность. Ты становишься моими глазами и ушами и теряешь совесть на время задания.       Я всё ещё помнила позицию И.О. главы Гильдии, если она хотела чего-то добиться всерьёз. В ход шло что угодно — от подкупа до шантажа. На этом и строилось положение Жаклин в сложной иерархии охотников.       — Я знаю принцип работы Гильдии. Но зачем ты мне всё это говоришь? Совесть замучила?       — И она тоже. А ещё…       — Ой, только не надо рассказывать красивую сказку о нежных чувствах, о муках раскаяния и прочей сопливой чепухе. Наслушалась, хватит, — оборвала я Эрика, переступив через себя и вопивший внутренний голос, который просил меня заткнуться.       Скарсгард поднял бровь в знак удивления. Я вдруг подумала, что могла поторопиться с выводами — Эрик мог притворяться дружелюбным, он мог запудривать мне мозги, а на деле интересоваться мной как объектом для наблюдения. Такой вариант заставил меня разозлиться. Эта эмоция не причиняла боли, и мне понравилось использовать её как защиту от очередного предательства.       — Ты мне не веришь?       — Прости, но нет, не верю.       — Почему? — очень натурально загрустил Эрик. Я бы посмеялась над ним, если бы это было уместно.       — Ты служишь Жаклин и Гильдии. Ты докладываешь о каждом моём шаге. Разве это нормально? Разве после такого можно говорить о доверии?       Скарсгард задумался и, к его чести, покачал головой, согласившись с моими словами. Он поёрзал на сидении, словно ему стало неуютно находиться рядом со мной. Я его не винила — мне тоже всё это чертовски не нравилось.       — И что мне с тобой делать? — вздохнула я, нахмурившись. Да, я хотела для Эрика неприятностей, но вышвыривать его на съедение монстрам… Я не была чудовищем.— Отпускать тебя глупо, иначе ты долго не проживёшь. Я сомневаюсь, что о тебе никто ничего не знает. Прощать ещё глупее — доносчиков не люблю, уж прости. Таскать тебя за собой и следить сутками? Удовольствие так себе.       — Тогда отпусти, я никого не боюсь, — упрямо вздёрнул подбородок Эрик, насмешив меня.       — Ну да, воитель из тебя прекрасный! Много успеешь настрелять из винтовки, пока тебя не разорвут к чёртовой матери?       — Так Софи была права? Джокер реален, и он охотится на тебя?       — Да, он действительно на меня охотится и весьма успешно, — вздохнула я не без сожаления, смешанного с понятным мне самой раздражением. — Не переводи тему. Мне нужно решить, что с тобой делать.       Эрик, до этого погрустневший, воспрянул духом и… рассердился. Я бы тоже разозлилась, если бы меня посчитали слабой и не способной защитить саму себя. Между нами со Скарсгардом было единственное различие — он только знакомился с бессилием, тогда как я прошла через него и поняла, что иногда приходилось зависеть от кого-то сильнее и гораздо опытнее себя.       — Я не буду прятаться у тебя за спиной! Кто обо мне знает? Никто! Я никому не нужен. Ты разводишь панику на пустом месте.       — А ты цепляешься за эту мысль, но завтра утром придёшь к тому же выводу. Тебя видели рядом со мной. Ты приезжал в библиотеку к Скарлетт вместе с охотником и сидел с ней в машине почти 2 часа. Как это выглядит? Что о тебе подумают вампиры?       Видимо, Эрик предпочитал не задумываться о подобном аспекте наших с ним отношений, а сейчас мне удалось запустить шестерёнки у него в голове. Его лоб прорезали 3 горизонтальные морщины, делавшие его старше своих лет.       Спустя минуту, с лица Эрика схлынула краска, и оно стало очень бледным, как у покойника. Губы поджались. Глаза прищурились. Пальцы нервно перебирали край куртки, а, добравшись до молнии, принялись теребить замок-собачку.       Я наблюдала за переменами в поведении Скарсгарда и не могла отделаться от ощущения, что только что своими руками угробила его жизнь. Конечно, она была не совсем в порядке ещё с момента знакомства с Жаклин, но всё же не настолько, чтобы буквально повиснуть на волоске. А вот я… Я начала копать ему могилу, даже если не хотела ничего такого.       — Ты думаешь, что из-за тебя меня могут убить? — спросил Эрик, поразив меня своей потрясающей выдержкой. Только что я до смерти напугала его монстрами, но его голос ни разу не дрогнул. Это заслуживало уважение.       — Может, да. А может и нет, — пожала я плечами. Я и правда не знала. Следил ли кто-то за мной или нет? Понял ли Александр, что у меня появилось уязвимое место? Догадались ли ликаны, что в школу пришёл инспектор Гильдии? Прикусив губу, я продолжила размышлять вслух: — Ты должен хорошо сыграть роль обыкновенного парня-одноклассника. Никакой мистики, никаких разговоров о вампирах и других монстрах. Школа, дом, походы в гости к друзьям и прочие радости жизни. Ты ведь справишься? Не выдашь нас обоих?       — Могу попытаться… — не очень уверенно кивнул Эрик. Признаться, видеть его слабость было для меня неприятно. Я снова ощутила забытое чувство ответственности за чью-то жизнь. Именно по этой причине я просила назначать мне одиночные задания — так было легче не смотреть назад. — Эстер, как бы ты ко мне ни относилась, пообещай, что не бросишь меня одного против всех этих монстров. Ты же понимаешь: если меня не будет рядом, Жаклин отправит сюда кого-нибудь другого, кто не станет защищать тебя и твоих ручных чудовищ.       — Эрик, можешь просто замолчать? Мне нужно подумать.       Да уж. Сколько времени прошло с моего последнего парного задания, где на меня кто-то рассчитывал? Год? Два? Три? Я забыла. Я разучилась на кого-то полагаться. Я давно была одна и не хотела ничего менять, особенно сейчас. И ради кого стараться? Ради человека, который меня предал? Или…       Тот, другой, чей образ слился для меня с образом Эрика, необъяснимым образом делал Скарсгарда родным. Он был вежливым, милым, добрым и спокойным. С ним я чувствовала себя, как за каменной стеной. Он делал меня сильной, вдохновлял, заставлял думать не только о себе, но и о других людях.       Теперь, сидя в маленькой машине на школьной парковке, я смотрела на парня, который сидел рядом со мной и смотрел на меня открытым смелым взглядом. И я не могла отказать ему в помощи. Мне казалось, что таким образом я предала бы память очень дорогого мне человека.       — Прости меня, — неожиданно раздался тихий голос Эрика. — Я не должен был лезть не в своё дело. Я не должен был рассказывать тебе, кто я такой. А теперь из-за меня ты можешь пострадать. Мы оба можем.       Я вскинула голову и встретилась с Эриком взглядом. Мне хватило секунды, чтобы убедиться в принятии верного решения. Что ж, однажды я должна была вспомнить, каково это — работать с напарником.       — Ты не должен ни за что извиняться, особенно передо мной. Гильдия может казаться очень заманчивым местом, когда ты не видишь того, что скрыто от твоих глаз.       — Всё равно прости меня.       — Хорошо. Но не думай, что я изменила своё отношение к тебе и твоему положению в Стоунбридже. Я — по-прежнему охотник, ты — по-прежнему инспектор Гильдии.       — Твоё слово — закон. А сейчас мне нужно ехать домой. Думаю, от одного дня без присмотра со мной ничего не случится. Увидимся.       Эрик улыбнулся своей кривоватой улыбкой и вылез из машины, поднимая воротник куртки, чтобы хоть как-то защититься от порывов ледяного ветра.       Я ещё постояла некоторое время перед стеной и далеко не сразу завела мотор. Всё смотрела и смотрела вслед чёртовому Эрику Скарсгарду.