Исповедь убийцы

      Домой мы с Маргаритой вошли вместе, на ходу обмениваясь ехидными замечаниями. Я сразу же бросилась к телефону и набрала подзабытый за ненадобностью номер. Длинные гудки не желали сдаваться без боя и прекращаться. Я настойчиво ждала, когда в трубке раздастся голос Питера, с которым мы не говорили уже целую вечность. К моему большому сожалению и к не меньшему волнению, ответил мне только автоответчик, хотя я минут пять требовательно сверлила взглядом противный аппарат.       - Марго, он не отвечает! Может, что-то случилось? Как думаешь? – спросила я взволнованным голосом.       Пусть моё волнение было вызвано скорее риском провалить задание и подбросить чикагским боссам повод выгнать меня из Гильдии, я всё равно волновалась за Питера. Да, сейчас в моей жизни появился Эрик, но забывать Кроссмана я не собиралась.       - Может, рядом враг или просто нет времени. Предлагаю позвонить попозже или подождать, пока Питер сам не перезвонит. Не понимаю, с чего мне в голову пришло попросить тебя с ним связаться! Наверное, ошиблась, - легкомысленно отмахнулась Маргарита, расстёгивая сапоги с изяществом прирождённой танцовщицы.       Я бросила на вампиршу недовольный взгляд и скрестила руки на груди в позе укоризны. Если Марго так отчаянно защищала Питера от ликанов, что позволила себя ранить, с какой стати она проявляет столько безразличия сейчас, когда Кроссман очень рисковал? Александр убьёт любого, кто встанет на его пути. Почему тогда вампирша спокойна? Почему она не стала настаивать, чтобы я немедленно связалась с кем-нибудь и не выяснила, где сейчас находится Питер?       Впрочем, если я что и выяснила на счёт вампиров, так это то, что они не всегда руководствовались понятной человеку логикой и доводами рассудка. К тому же, особой болтливостью они тоже не отличались.       - Поможешь приготовить ужин? Или ты не по этой части? – спросила я, надеясь на дружелюбие Маргариты.       - Ага, держи карман шире! Я 10 лет работала в ресторане и была неплохим поваром. Я обожаю готовить человеческую еду, - фыркнула Марго и вперёд меня двинулась на кухню.       Я поспешила за вампиршей, но вспомнила о верхней одежде, которая валялась на полу, и задержалась в прихожей ещё минут на 5.       Когда я закончила исполнять роль хозяйки и добралась до места назначения, кастрюля с водой уже стояла на плите, а гора неочищенного картофеля «маняще» возвышалась в раковине.       - И что это будет, посвятишь? – обратилась я к Марго, садясь на стул и беря в руки упаковку влажных салфеток. Откуда они взялись на кухне, я не знала, но была рада хоть чем-то себя занять.       - Это будет моё фирменное блюдо – яичница с картофелем и сыром! – с торжеством в голосе заявила Маргарита, и меня посетило дурное предчувствие.       Кулинарные эксперименты окружающих хозяек с детства внушали мне опасения, а подобные эксперименты в исполнении вампирши привели в настоящую панику. Она-то могла хоть гайки есть без особого вреда для здоровья, но мой многострадальный желудок этого бы не выдержал.       Впрочем, переубеждать Марго, чтобы она отказалась от готовки, я не собиралась. Всё равно, как было не раз проверено, бесполезно. Гораздо лучше для меня сходить к телефону и позвать в гости кого-нибудь вредного. Кого в последнее время стало не жалко в случае чего…       В общем, я только-только собралась звонить Джерри, как была безжалостно остановлена Марго и возвращена на стул.       - Не уходи! А вдруг кто-нибудь решит заглянуть к тебе в спальню, пока меня нет рядом? – буднично спросила моя телохранительница и занялась посудой, на этот раз сковородкой.       Я не смогла удержаться и фыркнула, хотя спорить не стала. Это тоже было бесполезным делом в случае разговора с вампирами. Раз уж Марго неожиданно вспомнила об обещании присматривать за мной, пусть смотрит. Всё равно делать нечего, а Александр на горизонте явно не появится.       - И зачем мне сидеть тут, когда ты со всем справляешься без моей помощи? Я тебе не нужна, а мне бы хотелось переодеться и позвонить кое-кому из знакомых.       Попытка улизнуть была жалкой, но постараться стоило.       - Например, твоей новой подруге? Что, старые теряют актуальность, да? – ехидно проворчала вампирша, за что получила мой возмущённый взгляд в ответ. – Извини, но это всего лишь моё мнение. Ты слишком легко сходишься с посторонними людьми, а потом так же легко расстаёшься с ними. Это не принесёт тебе ничего хорошего. Помяни моё слово, люди чувствуют, когда их считают «пересадочными станциями» и начинают использовать в своих целях.       - Да, я использую людей, но далеко не всех, поэтому не читай мне нотации. И разве ко мне никто так не относится? Я что, для всех местных людей и монстров буду другом до скончания времён? Вовсе нет. Вот и не начинай втирать мне что-то на счёт «золотого правила нравственности»*.       Марго, до этого стоящая ко мне спиной, неожиданно повернулась лицом и просверлила меня колючим внимательным взглядом, который в сочетании с фантастическим цветом её глаз смотрелся устрашающе. Нашла же я, перед кем хорохориться и кому дерзить.       - С тобой опасно иметь дело, Эстер! Ты умеешь быть очень убедительной, особенно ради своих интересов. И при этом ты можешь пойти по трупам, если это будет выгодно тебе или твоим близким. Не понимаю, каким чудом ты всё ещё жива.       - Я жива, потому что у меня много хороших знакомых! – ответила я, стараясь сохранять спокойный тон и приветливое выражение лица. – К тому же ты сама сказала, что я могу быть очень убедительной, когда это для меня выгодно. Это не все видят и понимают, так что результат их наивности стоит сейчас перед тобой и несёт какую-то чушь. Ох, и не любила же я оказываться в неудобных ситуациях, похожих на эту. Особенно мне не нравилось оправдываться за свои поступки, потому что в последнее время я сама не была уверена, что поступала правильно.       Марго, по сути, говорила интересные вещи, которые мне доводилось слышать только один раз, много лет назад. Пойти по трупам? Дружить только с теми, кто будет полезен? Безусловно. А как иначе?       Если кто-то, споткнувшись, тебя увлечёт за собой,       Ты тоже не станешь бояться сломать что-нибудь:       Чем больше людей собралось у тебя за спиной,       Тем проще подняться, других под себя затолкнув.       - Мне смешно за тобой наблюдать. Маленькая взрослая девочка, которую охотники заставили пройти через ад, но не поняли, что разбудили демона, который спокойно спал внутри неё. Так ты себя ощущаешь? Называешь нас убийцами и монстрами, а сама чем лучше? Спишь с оружием под подушкой и не расстаёшься с ним практически никогда; маскируешь шрамы театральным гримом, особенно летом; одеваешься неброско и почти не красишься, чтобы стать незаметной. Чем ты лучше нас? Почему ты заслуживаешь право пользоваться всеобщей защитой, но лишаешь этого права других? Нас, к примеру? Угрожающие нотки исчезли из голоса Маргариты, и она заговорила непривычно глухо, будто заглядывая в далёкое прошлое.       Я нахмурилась, обдумывая услышанное, но ничего толкового ответить не смогла. Да и что отвечать? Что мне было жаль убивать монстров? Что я жила полноценной жизнью? Ага, как же. Повторять одно и то же каждый раз не входило в мои привычки – я была чудовищем, которое убивало других чудовищ, чтобы обычные люди могли жить. Жестоко? Да. Цинично? Конечно. Справедливо? Жизнь покажет.       - Молчишь? Значит, я угадала? – улыбнулась Марго, но сделала это без притворства чуть ли не впервые с нашего знакомства. Настоящая улыбка ей шла – благодаря ей вампирша стала совсем юной и красивой. Ушла присущая всем «ночным охотникам» неестественность и ледяная маска Снежной Королевы: словно из-под снега на мгновение выглянул цветок подснежника.       Я невольно устыдилась чего-то, чему не могла найти объяснение. Марго была отменным психологом, и я вдруг с неудовольствием поняла, что ничего, абсолютно ничего не знала об этой вампирше, кроме предсказаний Софи и собственных догадок – ни кем она была раньше, ни кем являлась сейчас (за исключением роли моего сторожа). Она постоянно крутилась поблизости, выполняя просьбу Питера защищать меня от опасности, но ни разу не обмолвилась о том, кем являлась в реальной жизни. Что я знала о существе, которое охраняло мой сон и сейчас готовило мне еду?       Марго была не просто старым вампиром. Она была… древней. Одной из немногих, кому удалось пережить и времена Столетней войны, и Инквизиции, и открытие Америки, и, вполне вероятно, она могла застать правление Александра Македонского или даже возникновение Римской империи. Сколько ей лет? Что она делала на протяжении веков своей жизни? Что она знала о Гильдии охотников и как сумела выжить до сих пор?       - Кто ты? Помимо того, что тебя приставили ко мне охранником.       Моя просьба повисла в воздухе, и Марго снова стала собой – язвительной древней вампиршей со своим кодексом чести и верности.       - А разве это важно? Что изменится, если ты узнаешь о моей жизни? Ни ты, ни Гильдия ничего не сможете мне сделать. Поверь, многие пытались, но ещё никому не удавалось загнать меня в угол.       - Я не хочу загонять тебя в угол. Я просто хочу понять, с кем имею дело и кого впустила в свой дом.       - Поздно же ты спохватилась… - фыркнула вампирша, но хотя бы не отказалась отвечать. Впрочем, и продолжать говорить она не стала, а сосредоточилась на приготовлении картофеля.       Я не решилась встать из-за стола и принялась скручивать влажные салфетки из упаковки в тугой жгут. Пропитка закапала мне на руки, но я не обратила на это внимания и продолжила следить за вампиршей, рассчитывая всё-таки получить ответ на свой вопрос.       - У тебя должна быть потрясающая жизнь: все эти Советы, сражения, дуэли, враги и интриги… Это всё так увлекательно звучит! – произнесла я спустя 15 минут молчаливого ожидания. На самом деле я так не думала, и Маргарита не хуже меня это знала.       - Увлекательно? – расхохоталась Марго и начала нарезать лук, двигаясь слишком молниеносно, чтобы я хоть на мгновение забыла, кем она была, и наконец-то расслабилась в присутствии вампирши. – Ты себя со стороны видела? Сидит тут такая восторженная дурочка и пытается вникнуть в то, в чём ничего не смыслит! Выглядело бы очень забавно, если бы не было так печально…       - Восторженная дурочка? Я? – искренне удивилась я и, закончив терзать салфетки, приступила к приготовлению чая. Всё-таки наглеть надо постепенно!       - Охотник – это образ жизни, а не диагноз, - покачала головой Марго. – Ты всё-таки до сих пор нормальная девушка, просто работа у тебя странная и страшная в понимании общественности.       - В моём случае даже не образ жизни, а сама жизнь, - возразила я без малейшего сомнения в голосе и погрузилась в созерцание закипавшего чайника.       Маргарита вдруг засмеялась, чем вызвала у меня справедливое желание покрутить пальцем у виска. Чего это она так развеселилась, словно я только что рассказала отличную шутку? Да, я действительно считала охоту своим призванием и тем, чему я посвятила всю свою жизнь, так почему вампирша повела себя так странно?.. Неужели не поверила?       - Я не буду уточнять, когда я родилась и кем была до превращения в вампира – сейчас это не имеет никакого значения и ценности для моей истории, - без предупреждения заговорила Марго, и мне стоило больших усилий не заорать от счастья. Да неужели она решилась? – Меня обратили давно, во времена первых цивилизаций, ещё до появления в мире Цезаря или Нерона. До возникновения христианства и даже знакомых тебе богов Древнего Египта или Междуречья. На моих глазах одна империя уступала место другой, цари убивали друг друга, строился Колизей, жил Леонардо да Винчи, Моцарт, Паганини и Вальтер Скотт. При мне брали Бастилию, зверствовал клан Борджиа и так далее по списку. Марго наконец-то отложила в сторону продукты и повернулась ко мне. Её глаза затуманились, заглядывая в прошлое. Я навострила уши и внимательно слушала, втайне от самой себя восхищаясь вампиршей. Действительно, древнее неё, наверное, уже никого не осталось. Она была воплощением минувших времён, свидетельницей событий, о которых не сохранилось документальных упоминаний.       Не подозревая о моих возвышенных чувствах в её адрес, Марго продолжила, изредка делая паузы, словно взвешивая, что именно мне можно было говорить, а что оставить при себе.       - Я была одна слишком долго, чтобы всё ещё называться человеком. Увы, я стала кем-то другим, более сильным и безжалостным существом, но даже мне не было чуждым желание прекратить скитаться и найти свой дом. В шестнадцатом веке у меня появилась семья – муж, двое приёмных детей, милый домик на окраине Парижа и положение в местном обществе. Тогда я считала, что это была настоящая жизнь. Муж и дети меня любили. Они знали о моей сущности, но закрывали на неё глаза и позволяли мне просто быть собой. Жаль только, что Гильдия охотников их взглядов не разделила. Не знаю, кто из соседей донёс на нас, но через полгода после моего переезда в мой дом пришла беда. Охотники не церемонились: они убили всех, сожгли всё, растоптали и развеяли по ветру то, что я по праву считала своей мечтой. Но ничего, я отплатила Гильдии сполна. Это я разрушила филиал охотников в Париже и, сполна насладившись местью, решила идти дальше и больше не забивать себе голову мыслями о семье и близких людях. К сожалению, от Гильдии так просто не сбежать – это ты и сама знаешь, Эстер, - усмехнулась Марго и снова просверлила меня колючим взглядом.       Я ощутила знакомые мурашки страха, но вида не подала. Инцидент в Париже я знала по истории Гильдии и теперь была поражена тем, что смотрела на виновницу ужаса, который сотворили с поместьем охотников. Его буквально утопили в крови – были перебиты все, начиная от слуг и заканчивая домашними животными. Что примечательно, никого не осушили. Вся кровь пролилась исключительно на пол и стены, превратив шикарную резиденцию Гильдии в место бойни. Жаклин много раз говорила, что вампира, который сотворил этот кошмар, так и не нашли, хотя и искали долгие годы, сотнями истребляя монстров в самых отдалённых закоулках Европы. Выходит, Марго благополучно отомстила за смерть своих близких и скрылась в неизвестном направлении. Умно, ничего не скажешь.       - Не сбежать, ты права, - усмехнулась я, чтобы заполнить паузу в рассказе вампирши. – Но у тебя это получилось, раз уж ты до сих пор жива.       - Я так понимаю, историю с Парижем преподнесли в выгодном для Гильдии свете? Сошедший с ума вампир уничтожил поместье охотников и исчез в ночи? Чем не пример жестокости по отношению к людям? – произнесла Марго донельзя цинично и, дождавшись моего согласия, хмыкнула. – Так я и думала. Вы всегда умели выворачивать наизнанку то, в чём были виноваты сами. Ты должна понимать, Эстер, я ни на кого не нападала первой. Сначала ударила Гильдия, а вот я уже ответила так, как посчитала нужным.       - Марго, ты растерзала две дюжины людей и перебила всех лошадей в конюшнях. Ты залила кровью целое поместье, не оставив без внимания даже чердак и подвал. Я понимаю, ты мстила за смерть своей семьи, но тебе не кажется, что ты перегнула палку?       Я не пыталась спорить с вампиршей, хотя так это, наверное, и выглядело со стороны. Тем не менее, мне всего лишь хотелось понять, почему Марго выбрала самый нечеловеческий из всех способов отомстить. И жалела ли она о содеянном?       - Эстер, ты до смешного двуличное создание, которое нельзя не уважать и которого стоит опасаться любому, кто хоть что-то понимает в жизни, - ответила Марго. Её белоснежные зубы с заострёнными клыками сверкнули при свете люстры, стоило вампирше улыбнуться. Я только открыла рот, чтобы возмутиться, но была остановлена властным движением руки Маргариты и её пояснением: - Я покопалась в твоей биографии, когда ты начала проявлять повышенное внимание к Питеру. Если Илона приехала в Стоунбридж, руководствуясь только слухами о тебе, то я решила выяснить всё. Как писалось в «Искусстве войны» Сунь Цзы, «Знай своего врага и знай себя, и ты сможешь провести тысячу битв без поражений».       - И что же ты узнала? – спросила я, ощущая себя мышкой, пойманной умным и старым котом. Впервые за всё время пребывания в Стоунбридже я почувствовала страх перед вампиром. Ни стая ликанов, ни сумасшедший Александр, ни жуткие сёстры Маркула – никто из них и в подмётки не годился Маргарите. Бартон называл её бестией, а Анита просила меня быть осторожнее наедине с ней. Только сейчас до меня дошёл смысл их предупреждения. Только куда деваться? Куда спрятаться? Что мне делать? Или не делать ничего?.. - Вижу, теперь ты меня боишься, - сказала Марго, с ленивой грацией пантеры подходя к окну и садясь на подоконник. Ни одного лишнего движения, даже шторы ни разу не шелохнулись. Я продолжала сидеть и наблюдать за рыжеволосой вампиршей, которая явно наслаждалась моментом. Оно и понятно – хищник играл со своей добычей. - От тебя ничего не скроешь, Марго. Не думала, что встречусь с кем-то вроде тебя. - И с кем же? - С чудовищем. - Хах, храбрая маленькая девочка, - расхохоталась Марго. – Называй меня кем угодно на своё усмотрение. Тем не менее, ты ничем от меня не отличаешься. Ты осуждаешь меня за то, что я убила охотников, но в чём разница? Ты тоже не святая. Скольких ты отправила на тот свет, когда мстила за гибель наставника? Это ведь он был твоей семьёй – не мама, не папа, не старшая сестра и уж точно не Жаклин Трейт. Кристиан Уотерфол! Блестящий охотник, легенда Гильдии и предмет восхищения любого новичка. Ты же была там, в том доме, где он умер? Была и всё видела. Это сломало тебя и превратило в убийцу! Скажешь, я не права? Отвечай! Я не права? Марго молниеносно сорвалась с места и нависла надо мной. Рыжие волосы, собранные в небрежный хвост, упали мне на лоб. Краем сознания я отметила, что они пахли клубничным вареньем. Я хотела испугаться, хотела закричать или схватить пистолет, нож, кинжал, что угодно, чтобы защититься, но вместо этого я просто смотрела на Марго, стараясь не мигать и не отводить взгляд от её глаз, в которых зрачок занял почти всю радужку. - Ты права. Да, ты права, Марго. Кристиан. Девочка на площадке. Выпускные испытания. Рой и его родители. Моё похищение. Убийство приятелей по Гильдии. Лечение в клинике. Да, это каждый раз ломало меня. И что с того? Что это меняет конкретно для тебя? Зачем ты завела этот разговор? Мой голос звучал механически. Я наивно полагала, что умею держать себя в руках, но, похоже, не всегда. Почему? Ответа я не знала и знать не хотела. Вообще ничего не хотела. За знакомое чувство безразличия я ухватилась с отчаянием утопающего, которому бросили спасательный круг. По сути, так оно и было, - я снова тонула в прошлом и не понимала, как вернуться к настоящему. - Зачем я надавила на больную мозоль? – переспросила Марго, по-прежнему нависая надо мной, но уже не пытаясь запугать или подавить своим присутствием. – Потому что ты необычный человек с печальной судьбой. Если ты доживёшь до тридцати лет, то станешь очень везучим и знаменитым охотником. Ты уже становишься им, неужели сама не замечаешь? Никого не делают наставниками для новичков без весомой причины, а ты была назначена к Рою очень рано. Для Гильдии это невероятный успех. Ты уникальна, Эстер Лили Хайд. Веришь ты мне или нет, но даже твой наставник был бы рад видеть тебя сейчас. Ты выросла, стала сильнее, хитрее и гораздо опаснее, чем была раньше. Марго отошла от меня и снова занялась готовкой, изредка поворачивая голову в мою сторону и наблюдая за моим поведением. Впрочем, ничего интересного всё равно не происходило. Я ощущала себя разбитой и растоптанной. Мысли в голове испуганными бабочками порхали из угла в угол и не давали мне сосредоточиться на чём-то очень важном. Лишь спустя какое-то время, когда Марго успела нашинковать овощи для салата, я справилась с эмоциями и смогла задать важный вопрос вампирше: - Ты его знала? Ещё не услышав ответ Марго, я уже поняла – да, они с Кристианом были знакомы. Но как это произошло? Когда? Как они оба остались живы после своей встречи? И… почему Кристиан никогда не упоминал о том, что общался с кем-то из вампиров? Этого я не знала, но отчаянно хотела узнать у единственного существа, которое могло пролить свет на эту загадку. Стоило отдать Марго должное, она не стала юлить или придумывать отговорки. Вместо этого она повернулась ко мне лицом и скрестила руки на груди. Её идеально гладкий лоб пересекли 3 глубокие морщинки, словно вампирша решалась на что-то. Наконец, её кожа разгладилась. Решение было принято и озвучено секундой позже. Я затаила дыхание и постаралась успокоить сердце, чьё биение грохотало в ушах наподобие поезда. - Мы столкнулись в Ричмонде 15 лет назад. Кристиан проходил там стажировку и перенимал опыт охоты на вампиров. Гильдия начала подозревать, что в городе появилась древняя вампирша, поэтому туда отправили боевой отряд охотников, который должен был разобраться с угрозой. Само собой, той вампиршей была я. На тот момент мне не хотелось никого убивать, особенно кого-то из Гильдии, поэтому я решила затаиться и подождать, пока шумиха не уляжется. Опережая твой вопрос отвечу, что уезжать я не собиралась. Я устала убегать, мне нужно было где-то осесть и привести свои дела в порядок. С Кристианом мы встретились, когда я подрабатывала в баре для дальнобойщиков на окраине Ричмонда. Тогда твой наставник был ещё подростком, который частенько убегал, чтобы разведать окрестности и местных красавиц. Для своего возраста он был довольно милым… - Марго почти мечтательно улыбнулась, но посерьёзнела и продолжила с невозмутимым видом. Я усмехнулась. Об очаровании Кристиана и его ранних успехах в амурных делах знали все, включая меня. – Собственно, за красавицу он меня и посчитал. К его чести, он раскусил, что я вампир, за каких-то полчаса разговора. Удивительным было то, что он не поднял шум и не позвал никого из более опытных охотников. Мы мило беседовали – сначала о настоящем, потом о прошлом. Кристиана интересовало абсолютно всё, начиная от образования городов и заканчивая ролью вампиров в мировой истории. Он говорил, что не верит в абсолютную виновность монстров и просил меня рассказать о тёмной стороне Гильдии. Почему-то он считал, будто охотники не всегда делали хорошие вещи и расправлялись с вампирами и ликанами ради защиты людей. Меня это позабавило. Я рискнула и поделилась с Кристианом кое-какими своими догадками, а заодно упомянула об инциденте в Париже. Как и ты, твой наставник пришёл в ужас и прочитал мне целую лекцию о человечности, но в итоге мы пришли к выводу, что ворошить прошлое смысла нет. Собственно, с тех пор мы и начали общаться. Об этом никто не знал, иначе нам обоим было бы очень-очень плохо. Втайне мы переписывались, созванивались, обменивались обыкновенными бумажными письмами. А как-то утром я увидела выпуск новостей, в котором говорилось о чудовищной резне, произошедшей по вине компании бездомных. Среди жертв значились пять человек, включая сотрудника полиции Кристиана Уотерфола. Марго прикусила губу, вытащила из подставки нож и всадила его в разделочную доску. Лезвие прошло насквозь и наверняка глубоко засело в столешнице, но я не стала об этом думать. - Это было 8 лет назад? - Да. Ты можешь называть меня чудовищем, убийцей, кровопийцей и вообще как угодно, но мне было жаль твоего наставника. Он был неплохим человеком, который впервые за долгие годы моей жизни отнёсся ко мне нормально и не пытался свернуть мне шею или проткнуть мою грудь осиновым колом. Я не могу сказать, что мы с Кристианом были друзьями, потому что дружба между нами – это фантастика, но нам было комфортно друг с другом. Договорив, Марго улыбнулась с обезоруживающей искренностью, которая мало вязалась с её хищной натурой и внешностью типичной ведьмы. Я очень хотела поверить словам вампирши, но всё внутри меня восставало против мысли о том, что тот, кто вырастил во мне лютую ненависть к монстрам, мог общаться с кем-то из них. И с кем именно? С Маргаритой Пирс! С чудовищем, чьи руки были запачканы кровью до самых плеч. С одной стороны, её история походила на правду, но доказательств не было. - Кристиан никогда не говорил, что знаком с кем-то из вампиров. - Эстер Лили Хайд, - произнесла Марго идеально поставленным голосом. – Я понимаю, что ты пытаешься сделать. Нет уж, я не позволю тебе испортить мой образ. Мы с Кристианом действительно знали друг друга и поддерживали связь, но кому он мог об этом рассказать? Уж явно не чикагским боссам или тогдашнему главе Гильдии. А ты? Ты в то время была слишком маленькой. Ты бы нас не поняла. К тому же Кристиан не хотел подвергать твою жизнь ненужному риску. Ты ведь тоже мало что говоришь своему подопечному! Так что прекрати переубеждать себя и поверь мне. Я медленно покачала головой из стороны в сторону и крепко зажмурилась. Всё, что сейчас происходило на кухне, походило на плохой сон, который никак не хотел заканчиваться. Марго всколыхнула в душе слишком много похороненных воспоминаний. Это душило. От этого хотелось свернуться клубочком на кровати и завыть. Мне снова было 17 лет, когда я вернулась из вылазки, лишившись наставника. Словно это было необходимо сделать, Марго подлила масла в огонь, открыв рот и начав говорить снова. Я в тот момент ощутила дикое желание немедленно зажать уши ладонями и сбежать куда подальше от вездесущей вампирши, которая рассказала невероятные вещи, поверить в которые я никак не могла, но допускала их существование. - Я знаю, что тебе больно вспоминать прошлое. Ты не хочешь меня слушать, тебе кажется, будто я специально издеваюсь над тобой. Да, отчасти это правда, но я не хочу навредить тебе. Я неплохо осведомлена о Гильдии, в курсе многого из того, о чём ваши боссы предпочли бы умолчать. Я тебе не враг, Эстер. Наоборот, мы можем быть полезными друг другу. Кристиан это понимал, поэтому теперь твоя очередь дойти до той же мысли, что и он 15 лет назад... - Марго, Бога ради, хватит! – вопреки собственному желанию мой голос прозвучал жалобно и тоскливо. – Нельзя сваливать столько всего нового на человека и ждать от него адекватной реакции. Дай переварить, прошу тебя. - Хорошо, Эстер, переваривай, но я всё же надеюсь на твоё понимание и трезвую голову на плечах. Я энергично закивала упомянутой головой и ретировалась с кухни, промямлив что-то на счёт кулинарии в одиночестве и отдыхе от назойливых вампиров и их дурацких рассказов о прошлом. Конечно, краем сознания я понимала, что сама виновата – не надо было наседать на Марго с расспросами о её жизни. Как говорится, за что боролась, на то и напоролась. И всё же кое-что узнать о Кристиане было по-своему приятно. Да, немного мазохистично, но взглянуть на своего наставника под другим углом стало новым опытом, отказываться от которого я не собиралась. *«Золотое правило нравственности» — общее этическое правило, которое можно сформулировать как «Относись к людям так, как хочешь, чтобы относились к тебе».