Исповедь убийцы

      Мы с Марго подъехали к моему дому, когда уже совсем стемнело. Улица тускло освещалась фонарями, и подъездная аллея тонула во мраке. Я сидела всю дорогу молча, обдумывая состояние дел. Если мне не удастся в ближайшее время уговорить Стефани научить меня обращаться с колом, то надо будет позвонить Жаклин или Тамине и на полном серьёзе попросить кого-нибудь из них заказать мне памятник на могилу. Александра без подготовки точно не одолеешь. К тому же, я до сих пор не представляла, где искать таинственного Чарльза, которого так желал заполучить мой заклятый враг. И что нужно делать потом? В случае победы я заранее настроилась приказать Маркула покончить с собой, а дальше? Ситуация с Питером до сих пор тревожила меня и не давала спокойно спать. И Софи с Эриком куда-то пропали. Уже третий день никто из них не звонил, поэтому у меня голова шла кругом из-за их исчезновения. Чёртова совесть тоже не давала расслабиться. И какого лешего я сюда приехала, спрашивается? Предполагалось, что я закончу колледж, найду работу и буду спасать жизни людей медициной, а вместо этого я связалась с вампирами, ликанами, средневековыми интригами и прочими «радостями» приключенческих фильмов. Просто шикарно, что тут скажешь…       Выбравшись из машины и подняв голову, я увидела на небе яркий диск луны, который медленно затягивало тучами. Символично.       — А у нас гости, — задумчиво произнесла Марго, принюхиваясь к новому порыву ветра. Она неслышно подошла ко мне и вглядывалась в темноту за моей спиной. — Кто же к нам пожаловал? Знакомый запах…       Я ощутила, как по спине пробежали мурашки, никак не связанные с холодом. Страх за свою жизнь вернулся, и неожиданно мне захотелось с криками убежать из Стоунбриджа — можно пешком, лишь бы подальше от этого проклятого города.       Мне потребовалась почти минута, чтобы глубоким дыханием успокоить нервы и вернуть себе прежнюю невозмутимость. И правда, чего мне бояться? Со мной Марго, а моя полиция меня бережёт.       — Кто? — задала я вопрос тихим голосом, после чего вытащила из сапога нож и вгляделась в темноту по примеру вампирши. Мне показалось, что кто-то стоял рядом с забором и следил за домом, но с равным успехом это могла быть тень от чего-нибудь типа куста или садового украшения. Паранойю ещё никто не отменял, а у страха глаза велики.       — Я же сказала, что не знаю! — раздраженно заявила Марго. — Пойду проверю, а тебе советую идти в дом и запереть дверь на все замки.       — Как будто замок и дверь остановят вампира! — Теперь уже мой голос сорвался на шипение рассерженной кошки. — Идём вместе.       Марго неожиданно послушалась и с видом хищной кошки на полусогнутых двинулась в сторону забора. Значит, там была всё-таки не тень от куста и даже не садовый гном. Жаль.       — Ты бы лучше в машине посидела… — обернувшись на секунду, сказала вампирша. Час от часу не легче. Если аргумент с дверями дома её переубедил, то что бы изменилось от дверей машины? Сорвать их с петель для монстров — плёвое дело.       — Тебе напомнить, из чего сделан кузов «Пежо»? — спросила я саркастично и последовала за Марго, которая снова обернулась ко мне и прищурилась с фирменным недовольством.       — Симона меня прикончит, если с тобой что-нибудь случится. А Питер добавит.       — Да отстань ты от меня. Я могу за себя постоять, — отмахнулась я от переживаний вампирши. Ну-ну, за меня она волновалась, как же. Да её порвут на британский флаг, если со мной что-то случится в её вахту.       Я гневно посмотрела на Марго и встретила такой же взгляд. По спине стайкой пробежали мурашки, но мне стало от этого весело. Ку-ку подкралось незаметно…       Вместо ответа вампирша тяжело вздохнула и на цыпочках скользнула за границу освещённого пространства. В темноте она казалась тенью опасного хищника: то пригибалась, то выпрямлялась, то вдруг срывалась с места и преодолевала светлые участки асфальта одним прыжком. Я не видела её спину, но всё равно знала, что тащилась следом за Марго в правильном направлении.       Тут мне почудилось, словно за нами крался кто-то ещё.       Я обернулась, ничего, конечно же, не увидев, и внезапно врезалась в столб. Откуда он тут взялся, явилось для меня загадкой.       — Ай! — воскликнула я скорее от неожиданности, чем от боли.       Столб шевельнулся, из чего я сделала вывод, что это была спина Марго. Вампирша без промедления бросилась вперёд, а через секунду послышались звуки драки. Я вытащила из сумки фонарик и щёлкнула выключателем, забыв о всякой осторожности. Вспыхнул свет, и мне пришлось зажмуриться. Правда, я сумела быстро открыть слезившиеся глаза. Открыть и увидеть занимательную картину!       Марго шипела и готовилась вцепиться в шею незнакомого мне вампира. Тот, в свою очередь, держал мою телохранительницу за руку и, судя по треску, постепенно ломал ей кости. Когда он повернулся лицом ко мне, я с изумлением узнала такого же потрясённого и немного испуганного Питера. Ноги сами понесли меня к нему, однако я смогла побороть себя и замерла в ярде от него. Уж кого-кого, но Питера я ожидала увидеть меньше всего, особенно после визитов Кроссманов в окрестности Сиэтла.       — Ты?! — бесконечно удивилась Марго и перестала шипеть.       — Я, — недовольно проворчал Питер. — Чего кидаешься? Ты меня что, в темноте не увидела?       — Кидаюсь?! Я? А ты не мог предупредить, что собираешься приехать?       Вампирша заворчала и отодвинулась от Питера, но было понятно, что она рада его видеть.       — Ну ничего себе. Я сегодня несколько раз звонил, но весь день никто не брал трубку! Я стал переживать, Александра же мы упустили! И вот я приезжаю сюда, никого нет, а в воздухе ощущается присутствие вампира. В этот момент на меня кто-то прыгает и пытается загрызть! Конечно, я стал защищаться.       — Ага, защищался он… — Марго продемонстрировала следы от пальцев на своём предплечье, которое приобрело чуть изломанные очертания. — Мне сегодня капитально везёт на драки. Сначала этот чокнутый Фредерик, теперь ещё ты, «воитель» несчастный…       — Какой Фредерик? — напрягся Питер. — Кажется, я что-то пропустил?       Я кивнула и вдруг заметила среди кустов соседнего участка волчьи глаза. Ага, значит, кто-то из ликанов присматривал за моим домом, пока меня нет. Вот только разговаривать под пристальным наблюдением «подчинённых» Аниты не слишком хотелось. Волки не знали о Гордонах, и я не хотела, чтобы эта информация дошла до вожака их стаи раньше времени. Неприятностей и так было хоть отбавляй, а плюсовать к ним разборки между ликанами и вампирами мне явно не стоило.       — Пойдёмте в дом, не то рискуем попасть под дождь. Похоже, гроза на подходе. К тому же, тут чертовски холодно.       От Марго и Питера не укрылась засада в кустах, поэтому они не спорили и зашли за мной в прихожую. Сразу же стало тесно и душно. От волос и одежды Маргариты удушающе пахло розами и фрезией. Запах сам по себе был приятным, но не в застоявшемся воздухе моего дома.       Даже не став раздеваться, мы втроём направились в гостиную, где я тут же настежь распахнула окно и включила вентилятор. Его гудение заглушало шум улицы и наши разговоры, чего я и добивалась.       — Марго, так почему ты меня не увидела? Я не прятался.       Питер уселся на диван, но сделал это так, чтобы не задевать грязными ботинками мой почти чистый ковёр.       — Я давно не была на охоте, и организм требует нормальную пищу, а не человеческие продукты. Ты же знаешь, что нам, древним вампирам, сложнее с едой, чем вам, молодёжи.       — А под «нормальной пищей» ты подразумеваешь кровь? — спросила я, резко поворачиваясь к Марго. — И чью же?       Гастрономические интересы вампиров волновали меня в первую очередь. Я как-то упустила из внимания, что не все монстры уходили на охоту, а когда Марго это делала, я совсем не помнила. Мне казалось, она вообще никуда от меня не отлучалась на долгое время с самого отъезда Кроссманов.       — Да, кровь. Без разницы чью, лишь бы была настоящей и не консервированной. Увы, пакеты из больничных запасов — это не для меня.       — Ну здрасьте — приехали…       — Меняемся? — спросил Питер и посмотрел на Марго с беспокойством, похоже, полностью разделяя мои опасения. Голодный вампир — неуправляемый вампир — опасный вампир. Цепочка выстраивалась не самая радужная и приятная.       — Я в порядке. Ещё недельку могу прожить на обычной пище. Сейчас не до охоты, — замотала головой вампирша.       Для голодного монстра Марго и правда выглядела прилично, и не производила впечатление неадекватной психопатки. Двигалась спокойно, разговаривала логично и разумно, одевалась аккуратно и со вкусом. В общем, ничто в ней не указывало на естественные вампирские потребности.       — Чего задумалась? — спросила у меня Марго, когда по-хозяйски обшарила холодильник. Видимо, там ничего стоящего не было, поэтому она разочарованно вздохнула и села на стул. Правда, это не помешало ей включить чайник и выудить из низкого шкафчика три чашки.       Когда мы с вампирами переместились из гостиной на кухню, я за своими размышлениями даже не заметила. Вот я стою возле дивана в одном помещении, а через минуту уже сижу на стуле в другом.       — Да так, пустяки! — как можно беззаботнее ответила я и полезла за чаем. Кофе закончился сегодня утром, чему я была не рада, а вдвойне не рада, что забыла его купить. Теперь до завтрашнего дня мне предстояло жить без любимого напитка.       — Ты что, теперь боишься Марго? — удивился Питер.       — Нет! С чего ты взял? — пришла моя очередь удивляться.       Я прекратила переставлять с места на место баночки со специями и впервые открыто посмотрела на Кроссмана. За время нашей разлуки он немного изменился — нет, не внешне, просто в глазах появилось что-то выжидающее и немного тоскливое. По привычке я ждала от Питера радостных возгласов, улыбок и попыток вести себя приветливо, но… Вместо этого он держался очень формально и не собирался возвращаться к поведению маленького щенка. Интересно, что на него нашло? Неужели Монике удалось вбить в голову брата немного разума?       — У тебя вид напряжённый, а глаза злые. Что у вас тут случилось? Новые неприятности?       — Если не учитывать, что Александр подослал к нам в школу шпиона, в центре Стоунбриджа поселились отмороженные братья-вампиры Гордоны, сегодня я познакомилась с кланом Морганов, а ликаны пытались устроить на вашу семью охоту, тогда у нас точно ничего не случилось.       Я налила в кружку кипяток и добавила чайный пакетик.       Марго деликатно кашлянула и выскользнула из кухни, по-своему истолковав ситуацию. Я беззвучно застонала, помянув недобрым тихим словом чёртову тактичность вампиров. Маргарита что, решила оставить нас с Питером наедине, чтобы мы отношения выяснили? Или поговорили о деле?       — Ты в порядке? — спросил Питер мягким голосом. Ну вот, теперь благодаря телохранительнице он считал меня напуганной и соскучившейся по семейству Кроссманов девушкой. Приплыли, называется. С учётом того, что сейчас я хотела спать, а не слушать милые утешения Питера, захотелось завыть и свернуть Марго шею.       Я честно задумалась, что бы такого хорошего ответить вампиру, после чего просто сменила тему:       — Ты в курсе, когда приезжает Симона?       Питер посмотрел на меня, как на душевнобольную, и неуверенно ответил:       — Точно не знаю. Кажется, на следующей неделе…       — Понятно, — кивнула я наполовину довольно, наполовину разочарованно. Если Симона задерживается, то и Моника не появится. Если не появится Моника, число моих рыцарей-защитников от Гордонов и Александра остаётся на уровне двух, то есть Питера и Марго.       Задумавшись, я не перестала прислушиваться к окружающим звукам. Издалека доносились свист ветра и шум моторов автомобилей.       Вот Питеру надоело играть предмет мебели, и он расправил плечи, видимо, собираясь с духом для разговора. Ну да, тут он был прав. Нам и правда стоило всё обсудить, включая моё «общение» с Эриком и его новый статус. Кого? Время покажет. Одно не подлежало сомнению: я не собиралась ходить вокруг да около и жалеть Питера. Хватит, надоело. Столько раз я вспоминала, что нужно позвонить вампиру, поговорить с ним о сложившейся между нами ситуации, но вечно врывалась шальная реальность, разрушая тщательно продуманный план действий. Теперь мне ничто не мешало наконец-то прояснить ему, что я никогда не хотела иметь с ним ничего общего. Вот только с чего начать? И как преподнести ситуацию в правильном свете, чтобы Питер не возненавидел меня? Чёрт, ну не умела я вести беседы на деликатные темы!       — Что-то случилось? Расскажи… — проницательно сказал Питер, но заботы в его голосе я не услышала, а во взгляде вампира даже промелькнуло что-то типа разочарования. Неужели и правда дошло?       Я усмехнулась, после чего пожала плечами. А что рассказывать? Все нужные новости я давно озвучила, надеясь на поддержку Марго. Вот только я не рассчитывала, что вампирша меня оставит наедине с Питером. А что до Эрика… Разум советовал помалкивать. Совесть умоляла рассказать.       — Ничего важного… — проговорила я наконец и вздохнула. Ситуация получалась неприятной, и я не знала, как из неё вылезти. К счастью, Питер сам мне помог.       — Например, ничего важного в новеньком? Эрик, кажется?       Я нахмурилась и начала постукивать пальцами по коленям. Упоминание имени Эрика нервировало. Да и Питер не выглядел особо счастливым, наоборот, явно злился и смотрел на меня колюче.       — Эстер, ты считаешь меня круглым идиотом?       — Нет… Просто не думала, что это сейчас важно.       — Это касается тебя. Это всегда важно, — с особенной интонацией произнёс Питер, и меня пробрала нервная дрожь. Ну почему Марго ушла именно сейчас? Неужели она не понимала, какой эффект произведёт на Кроссмана мой рассказ об Эрике? Или понимала?..       — Это Марго тебе рассказала? — спросила я излишне резко и встала, намереваясь уйти из кухни.       Атмосфера ощутимо накалилась, и мне стало неуютно сидеть рядом с разъярённым вампиром. Питер даже не пытался прятать свои эмоции, хотя обычно вёл себя сдержанно и мило.       Вместо ответа Кроссман внезапно соскочил со стула с такой скоростью, что сквозняк пронёсся по кухне. Я приготовилась к нападению, но новое потрясение ожидало меня секундой позже. Клыки не коснулись моей шеи. Никто не ломал мне кости.       Питер не собирался меня убивать. Он меня обнял.       В одно мгновение вокруг меня сомкнулись руки вампира, и я задохнулась от ярости, отвращения, смущения, стыда и паники. Эмоции внутри сплелись в тугой комок, и вычленить какую-нибудь одну было невозможно. Стало трудно дышать, но не от силы объятий, а от страха и воспоминаний. От того древнего как мир ужаса добычи перед хищником.       — Отпусти меня!       Я безуспешно пыталась оттолкнуть от себя Питера, упираясь ему в грудь обеими руками, но безрезультатно. С тем же успехом я могла толкать товарный поезд.       Тогда разум сработал иначе и выдал идею получше.       — Зачем ты это делаешь? Мне неприятно.       Мои глаза с готовностью наполнились слезами, которые лишь наполовину были фальшивыми. Память подсунула очередное жуткое воспоминание о вампирах, и я вздрогнула. Стало в разы противнее. Я как будто снова превратилась в начинающего охотника на первом задании.       Питер вопросительно приподнял бровь и взглянул мне прямо в глаза. Увиденное его расстроило, однако он не подал вида и рук не разжал. Наоборот, его правая ладонь легла мне на макушку, приглаживая волосы. В попытке успокоить? Как же, как же…       — Ты же знаешь, что я тебе ничего не сделаю. Просто стой и не шевелись, — отстранённо произнёс Питер, с нечитаемым выражением лица рассматривая меня.       По спине пробежал холодок. Захотелось закричать или ещё каким-нибудь способом позвать на помощь. Какого чёрта Кроссман творит? Чего добивается? Зачем весь этот театр одного актёра с моим участием?       — Что ты делаешь? И что вообще на тебя нашло? А ну отпусти!       Я ещё раз рванулась, но особых успехов не добилась и сердито насупилась. Ага, ещё бы ногами потопать для пущего эффекта и разреветься.       — Чем. Я. Хуже. Него? — раздельно спросил Питер и наклонился вплотную к моему лицу, так что нас разделяло не больше дюйма. Я ощутила его дыхание с нотками мяты и лимона, будто вампир только что почистил зубы. Мысль была настолько странной и неуместной, что меня затрясло от смеха. Класс. Стою в руках монстра и думаю о том, что у него изо рта пахнет зубной пастой. Клиника, одним словом!       — Если ты об Эрике, то ты ничем не хуже и не лучше. Ты просто не моего поля ягода, и ничего с этим не поделаешь, — отсмеявшись, ответила я, но улыбаться не перестала, находя в этом неожиданный покой.       «Мы должны уничтожать монстров, или монстры уничтожат нас».       — То есть я тебе не нужен, и ты просто хочешь меня убить? Так?       Я поборола желание закатить глаза и, прищурившись, просто смотрела на Питера. Перемены в его настроении меня пугали и сбивали с толку, но я верила, что он меня не тронет. Если бы хотел, давно бы свернул мне шею и не стоял тут как памятник безысходности. Тем не менее, я бы лучше в этот момент находилась от Кроссмана на расстоянии пары тысяч миль: хоть в лапах Александра, хоть в Гильдии, получая взбучку от Жаклин. Лишь бы не видеть совершенное лицо Питера, его тёмно-зелёные глаза и бурю желаний, которая ясно в них читалась.       — Если ты думаешь, что застанешь меня врасплох и заставишь передумать, то ты ошиба…       Договорить мне не дали.       Ледяные губы Питера накрыли мои, заставляя замолчать. Он меня что, целует?!       В ярости я замычала, задёргалась вдвойне сильнее, но куда мне до силищи вампира? Кроссман даже не пошевелился, а через секунду я почувствовала, что он улыбается, не переставая меня целовать. Очень умело. Приятно. Неожиданно мягко, словно изучая и приглашая ответить.       Ага, размечтался.       Воспользовавшись отвлечённостью Питера, я нашарила позади себя нож и томно прикрыла глаза, лишь бы вампир не заметил в них торжествующий блеск.       Вооружившись, я уже без опаски «ответила» Кроссману, позволяя ему прикусить свою нижнюю губу и против воли ощутила, что это было действительно потрясающе. Всего на секунду поддавшись порыву, я обхватила свободной рукой вампира за шею и зарылась пальцами в его мягкие густые волосы, будто тоже приглашала, но уже на что-то большее, чем простой поцелуй.       Питер игру оценил и довольно зарычал, целуя меня с жадностью и нескрываемым желанием, прижимая к себе так сильно, что было сложно дышать полной грудью. На короткий миг я будто потерялась в пространстве. Голова не кружилась и разум оставался кристально ясным, но, тем не менее, было волнительно, отчасти мерзко, отчасти приятно и необычно.       Губы Питера отличались от губ парней-людей — они были прохладными и чересчур подчиняющими. И никаких клыков. Кроссман целовал аккуратно, грамотно, словно своим поцелуем Питер спрашивал разрешение на что-то другое, более весомое и важное.       «А как же Эрик?» — шепнул внутренний голос, и это меня отрезвило.       Когда кухонный нож по самую рукоятку вонзился в плечо Питера, тот поначалу даже ничего не понял. А когда понял, было уже поздно.       — Что за?..       Воспользовавшись растерянностью вампира, я вырвалась на свободу и припустила прочь из кухни — в гостиную, где под столом в кобуре меня дожидался пистолет и полная обойма патронов.       В голове билась лихорадочная мысль: «Как бы успеть…», а перед глазами стоял образ потрясённого и обиженного Кроссмана. Одним движением я превратила себя из безобидной девушки в предательницу и настоящего охотника. Так и надо, но что-то не давало мне покоя.       — Зачем ты это сделала?!       Грозный вопль Питера совпал с моментом, когда я достала оружие и развернулась, целясь в дверной проём.       Кроссман стоял на пороге гостиной, кривясь и зажимая рану рукой. Между пальцами просачивалась густая чёрная кровь, похожая на дёготь. Складка между бровями казалась неуместной на его красивом лице. Глаза смотрели на меня с обидой и неверием, только обиды в них было почему-то больше, чего я искренне не понимала.       — А разве я не просила меня отпустить? — ответила я вопросом на вопрос и постаралась сделать невозмутимый вид. Двадцать раз у меня это получилось. Губы пересохли, но облизать их я не могла, всё ещё ощущая привкус мяты. Пришлось вспомнить, что когда-то у меня в голове были мозги, а заодно то, что я служила Гильдии без малого 8 лет. — Ты влез в моё личное пространство, поцеловал меня! Думал, я спущу всё с рук?       — Я же сказал, что не трону тебя! Эстер, чёрт подери!       Питер, шипя и ругаясь, сделал шаг в моём направлении, но замер, когда я сняла пистолет с предохранителя и взвела курок. Несмотря на всю опасность ситуации мне было легко и даже весело. Захотелось засмеяться в голос, чего я не сделала, хоть и с трудом.       — Я тебе что сказала? Не лезь и скажи спасибо, что я всадила нож в плечо, а не в сердце.       Мой голос прозвучал именно так, как надо: холодный сердитый тон подействовал на Питера отрезвляюще. Вампир совсем перестал шевелиться и только смотрел на меня, не мигая и не отводя взгляд от оружия в моих руках.       К своей чести, я не дрогнула и держала пистолет почти без усилий, из-за выброса адреналина чувствуя себя превосходно и практически всемогущей.       — Хорошо, я наконец-то тебя понял. Уйти ты мне разрешишь или пристрелишь как бешеную собаку?       Питер, забывшись, передёрнул плечами и тут же зашипел от боли. Кровь хлынула между его пальцами в два раза сильнее, из отдельных капель превратившись в ручеёк. На полу под ногами Кроссмана уже образовалась небольшая лужа, в которой отражалась люстра.       — Я не собираюсь тебя убивать, но палец может соскочить… — с приторной улыбкой, от которой свело скулы, произнесла я. При этом я действительно начала давить на курок, точно понимая, когда остановиться, чтобы по-настоящему не выстрелить и не привести в дом соседей с полицией до кучи.       Питер с грустной улыбкой кивнул и вышел в коридор. Секунду спустя хлопнула входная дверь, и в доме воцарилась тишина, нарушаемая только уличным шумом, тиканьем часов и моим громким дыханием.       Вот и поговорили…