Исповедь убийцы

      Первым на появление нового слушателя среагировал Питер. Он вскочил со стула и в пару размашистых шагов/прыжков преодолел расстояние от стола до двери, чтобы застыть рядом с Эриком, как соляной столп. При этом его глаза неотрывно следили за поведением Скарсгарда, словно тот мог в любую секунду напасть на вампира.       — Кофе будешь? — спросила я буднично, словно и не чувствовала леденящий холод, который расползался внутри от одного взгляда на растерянного Эрика. Всё-таки раскрывать перед ним настолько тёмные секреты своей жизни я в ближайшее время не собиралась, а тут вон как всё вышло. Непорядок.       — Кофе? После такой истории? — воскликнул Питер и внезапно расхохотался, что выглядело немного устрашающе. Он вообще производил впечатление невменяемого, словно поменялся со мной местами. Со мной из прошлого.       — Думаю, нам троим не повредит подзаправиться. И прекрати сходить с ума, это не по твоей части, Питер.       Я разлила кофе по кружкам и прошлась по кухне, но к Эрику с Питером подходить не спешила. Судя по странным взглядам обоих парней, они ещё не совсем освоились в сложившейся обстановке. По крайней мере, на Скарсгарда было жалко смотреть — таким он был удивлённым, расстроенным и мрачным. Кроссман справился с моей историей гораздо спокойнее, но его неожиданный хохот меня напугал. Так, на пару мгновений.       — Наверное, мне стоит проверить машину и позвонить Марго, — проговорил Питер, вдруг решив проявить тактичность.       Вампир, сохраняя на лице невозмутимое выражение, протиснулся мимо Эрика и, будто издеваясь, помахал мне, после чего скрылся в коридоре. Спустя полминуты хлопнула входная дверь, и я осталась наедине со Скарсгардом, как и хотела ещё час назад, а теперь отдала бы полцарства за возможность улизнуть из кухни на Карибы.       — Не присядешь? — спросила я, но предательскую неуверенность скрыть не получилось.       Всё же мне было неловко за то, что Эрик услышал наш разговор с Питером, который не предназначался для ушей других людей.       — А стоит ли? — отстранённо отозвался Скарсгард, и я сглотнула вязкую слюну. Плохо дело.       — Тебе решать.       Я отхлебнула кофе, с недовольством отметив, что он начал остывать. Эрик тем временем постоял в дверях, просверлил меня обиженным взглядом и всё же последовал моему приглашению. Я подвинула к нему кружку с дымящимся напитком, а сама застыла в ожидании развития событий. Заговаривать первой не хотелось, так что я просто пила свой кофе и вслушивалась в тишину дома.       — Кхм… Думаю, нам нужно поговорить. Начистоту, — заметил Эрик через некоторое время.       — Согласна. Не очень красиво получилось, что ты услышал кусок моей исповеди… — пробормотала я в меру пристыжено, но у меня, к сожалению, не вышло добавить в голос достаточно раскаяния.       Увы, извиняться я не умела, особенно перед теми, кто был мне по-настоящему дорог. Ну да, такая вот я несуразная личность!       — Да я не об этом, — отмахнулся Эрик и взял кружку, хотя пить не стал. Вместо этого он посмотрел мне в глаза и чуть прищурился.       — Тогда о чём? — прошептала я севшим голосом и вцепилась в столешницу правой рукой, наблюдая, как костяшки пальцев постепенно белеют от напряжения.       — Чего ты боишься? Не укушу же я тебя!       Эрик стал слишком проницательным, чтобы не понять охватившей меня паники. Он тут же поднялся со стула и подошёл ко мне сзади, а через секунду я уже чувствовала его руки на своих плечах. Он мягко надавливал на только ему известные точки, заставляя меня расслабиться и блаженно прикрыть глаза. Чувство страха отступило, сменившись удовольствием от прикосновений кого-то, кто мог одним своим присутствием успокоить бушующее море моих эмоций.       — Если ты не прекратишь меня отвлекать, я никогда ничего не скажу…       — А я тебя отвлекаю? — промурлыкал, иначе и не скажешь, Эрик и опустил подбородок мне на макушку. Я улыбнулась, но не спешила откликнуться на его действия, чтобы не испортить момент. — Ты хочешь поговорить? Откровенно?       Губы Скарсгарда оказались в опасной близости от моего уха. Я зажмурилась, чувствуя его дыхание на своей шее, а затем с явной неохотой выбралась из объятий Эрика и поднялась на ноги. В самый ответственный миг рука вдруг заныла так, словно по ней проехался асфальтоукладчик, поэтому мне срочно понадобилась таблетка.       — Прости, что не рассказала тебе о своём прошлом. Видишь ли, в нём нет ничего хорошего. Таковы будни охотника, в которые я не хотела тебя посвящать. Ненавижу, когда люди начинают меня жалеть из-за того, что в своё время на мою долю перепало немного страданий. Бесит!       Я набрала воды в стакан и запила горькое обезболивающее. Пальцы по-прежнему меня не слушались и висели, совершенно безжизненные. Чтобы лишний раз не паниковать, я сделала глубокий вдох, а потом повернулась к столу… Чтобы оказаться прижатой к груди Эрика. Его руки сомкнулись вокруг меня защитным кольцом, а подбородок снова уютно устроился на моей макушке. Я с удовольствием принюхалась к знакомой смеси запахов, ставших для меня родными, — стиральный порошок, масляные краски, бензин и ацетон. Я с неожиданной уступчивостью уткнулась лбом в плечо Эрика и замерла, наслаждаясь тем, что боль мгновенно исчезла, стоило Скарсгарду прикоснуться ко мне. А он не шевелился, позволяя мне просто стоять рядом с ним и ни о чём не волноваться. Да, мне этого действительно не хватало. Обычного человеческого тепла…       — Эстер, если хочешь, мы можем уехать. Соберём вещи и махнём куда-нибудь на Аляску, где нет ни вампиров, ни ликанов, ни гадалок с вещими снами.       — И что потом? Вечно убегать от проблем, пока они нас не догонят?       — Я смогу тебя защитить!       — Какой же ты ребёнок… — сказала я приглушённо и подняла голову, чтобы ещё раз посмотреть на лицо Эрика. Но он встретил мой взгляд с неожиданной решимостью, так что я внезапно поняла — нет, уж кем-кем, а ребёнком его не назовёшь.       После поездки с Софи в Ферндейл Эрик изменился, стал серьёзнее и сильнее. Сейчас он был больше хищником, чем жертвой, которую я увидела в нём после гибели сестры.       — Ты ошибаешься, — покачал головой Эрик и улыбнулся уголками губ. — Думаешь, ребёнок принял бы и простил вот это?..       Скарсгард покопался в карманах джинсов и достал оттуда свой сотовый. После нескольких секунд ожидания он протянул мне телефон, где в принятых файлах я увидела… Десятки видеозаписей, присланных анонимом. Щёлкнув на последнюю, я открыла рот и больше не смогла его закрыть.       На дисплее высветилась наша шутливая беседа с Питером, где мы хохотали, раскланиваясь друг с другом. Вот он положил руку мне на плечо, а я с румянцем (!) на щеках что-то произнесла. Что-то явно весёлое, потому что Кроссман фыркнул и покатился со смеху.       — Значит, эта падаль всё же написал тебе… — прохрипела я, с трудом удерживаясь от желания немедленно найти Дэвида и задушить его голыми руками.       — Кто?       — Дэвид Линдерман, мой одноклассник, а по совместительству слуга Александра Маркула. Я чуть было дважды не сломала ему руку, поэтому он решил таким образом мне отомстить.       — Но все эти ситуации действительно были? Ты и Питер?..       — Я и Питер хорошо общаемся, насколько вообще могут общаться вампир и охотник. Он подбадривал меня, когда все разъехались, а Дэвид, похоже, шпионил за нами и посылал тебе все эти видео, чтобы рассорить нас. Но между нами ничего нет. Правда.       Я бы отступила, чтобы лучше видеть Эрика, но мне было некуда деваться — слева и справа меня обхватывали руки Скарсгарда, а спиной я упиралась в кухонный гарнитур. Куда ни глянь, везде препятствия! А так хотелось очутиться на привычной дистанции, чтобы без проблем поговорить о самых сложных вещах! Обычно на расстоянии у меня лучше получалось вести тяжёлые разговоры, особенно на предмет личной жизни.       — Эстер, успокойся. Я тебе верю. Ты что, думала, какие-то непонятные сообщения от кого попало могут это изменить? Знаешь, если мне кто-то нравится, я не отступаю.       — То есть ты не хочешь прямо сейчас устроить мне допрос с пристрастием и обвинить в измене? — на всякий случай уточнила я и перестала обдумывать план побега из собственного дома, а желательно и из города.       — Обвинить? — усмехнулся Эрик, и я уже собралась ему улыбнуться, но тут он продолжил с хищным оскалом на лице: — Хочу. Ещё как.       Я спешно поднырнула под его руку и почти бегом очутилась возле стола так, чтобы он отгородил меня от Эрика и последствий. Да, это было глупо, но привычка, выработанная благодаря Кристал, никуда не делась — я по-прежнему побаивалась слов о наказаниях и допросах. Особенно от кого-то сильнее меня.       — Может, не надо?..       — Надо, Эстер, надо, иначе в следующий раз я рискую застать тебя погибшей от рук какого-нибудь монстра. Что, в этот раз на тебя напал Александр? А ты и рада стараться — светишься, как электрическая лампочка, ни о чём не думаешь, дружишь с вампирами. Охотник, то же мне!       Эрик с силой оттолкнулся от гарнитура и, словно тигр, начал приближаться ко мне. Я отступила на шаг, потом ещё, а затем всё же остановилась и гордо выпрямилась. Пусть подходит! Я его не боюсь!       — Да, это был Александр, и что с того? Было бы лучше, если бы он накинулся на Джерри? Я так не думаю!       Лучше защита — это нападение. Я дерзко вскинула голову, чтобы без раздумий ответить на любое обвинение Эрика. Я не чувствовала вину за свои действия. Я защищала приятеля. И да, я была охотником. Настоящим. Именно по этой причине Скарсгард не имел права ворчать на меня и говорить что-то плохое о моих решениях.       — Так ты встала между самым опасным вампиром на планете и простым человеком? — с садистской медлительностью уточнил Эрик, после чего замер на расстоянии вытянутой руки и наклонил голову набок, как коршун, карауливший свою добычу.       — Что-то типа того, — кивнула я без особого восторга.       Геройствовать и шевелиться я больше не пыталась, помня о руке, которая могла в любую секунду заболеть с удвоенной силой.       — Какая же ты дурочка, Эстер… — прошептал Скарсгард без малейшего веселья в голосе и вплотную подошёл ко мне. Я подобралась, готовясь к подзатыльнику или какому-нибудь другому проявлению упрёка, но вместо этого Эрик глубоко вздохнул и притянул меня к себе, зарываясь носом в мои растрёпанные после сидения на лестнице и сна волосы.       — Ты хоть представляешь, как я испугался вчера вечером? Я нёсся к тебе и нарушил кучу правил, а тут мне открывает дверь незнакомая девушка и говорит, что тебя нет. Я думал, с ума сойду! Хорошо хоть Питер выглянул и впустил меня в дом, а потом объяснил, почему ты не спустилась. Я себе таких ужасов напридумывал… Глупая, глупая Эстер… Не смей меня так больше пугать…       — Прости… — пробормотала я виновато и крепко обняла Эрика, как будто могла раствориться в нём и больше никогда не отпускать.       Скорее всего, я улыбалась, как стадо дурочек, но почему бы и нет? Я наконец-то нашла, ради кого надо идти вперёд и больше не оборачиваться. То жуткое чувство, которое постоянно всплывало в голове после смерти Кристиана, впервые за столько лет потускнело и вскоре растворилось без следа. Да, теперь я была готова идти против любого монстра.       — Ты понимаешь? — услышала я над своей головой через пару минут уютного молчания. — Понимаешь, да?       — Да, понимаю. Спасибо, что ты есть….       Как-то уж очень жалко получилось сказать последнюю фразу, но самые важные в жизни слова всегда звучат не так, как нам хочется. Вот и в моём случае признание далось легко, однако почему-то выглядело напыщенно, словно я заранее прочитала сценарий и выдала кусочек монолога, написанного бездарным автором. Впрочем, такие мелочи волновали мой разум не дольше, чем за окном пролетала ночная птица.       Я встретилась взглядом с Эриком и прочитала в его глазах столько всего, что аж дух захватывало! К чёрту всё и всех! Это мгновение принадлежало только мне и человеку, которого я… Ну, в общем, все меня поняли.