Исповедь убийцы

      Когда солнце выглянуло из-за туч, а часы отмерили далеко за полдень, я с трудом смогла перевести дух и упала на пол, совершенно обессиленная. Кристал тут же встала надо мной в позе победителя, и я поймала себя на мысли, что с удовольствием открутила бы голову некоторым чересчур активным личностям. По крайней мере, сестра могла бы ради приличия казаться уставшей, но нет, куда там! По сравнению с возмутительно бодрой Кристал я в тот момент выглядела загнанной лошадью, которая галопом пронеслась через весь материк и, похоже, без остановок.       — Плохо. Совсем плохо. У тебя грация пьяной кошки, а скорость дохлой улитки…       — Вот спасибо, обрадовала! — пропыхтела я сердито, однако и сама понимала, что сестра не ошиблась с диагнозами.       За время нашей с Кристал многочасовой тренировки я слишком часто пропускала удары, неуклюже уворачиваясь от летевших в меня предметов, да и сейчас успела так сильно выдохнуться, что хотела только одного: расползтись по полу безвольной лужей и остаться в таком положении вплоть до окончания дуэли с Александром. И пошёл бы весь мир куда подальше, возглавляемый Жаклин и чикагскими боссами!       В висках после знакомства со стеной нехило звенело (близкое знакомство было, ага), кровь стучала вместе с ненормальным сердцем, а от боли в левой руке можно если не рыдать, то подвывать, что я и делала, изредка срываясь на шипение.       По сравнению с другими днями, этот день явно не задался.       Сейчас, сидя на полу в окружении матов, разбросанного повсюду оружия и разнообразных манекенов, я вдруг с острой ясностью поняла собственное бессилие. Собственную… Беспомощность. Когда-то давно я с бравадой заявляла Бартону, что мне надоело убегать от проблем, а теперь Бартон мёртв, я почти выведена из строя, Эрик меня избегает, и даже Анита со стаей больше не стояли под окнами, охраняя мою жизнь.       Фортуна настойчиво показывала мне заднюю сторону своего мифологического тела, а я всё не могла свыкнуться с той мыслью, что ничего не контролирую. И это меня чертовски угнетало, хоть я и не рвалась открыто это показывать, особенно в присутствии Кристал, которая терпеть не могла чужие слабости.       — Ну что, сеанс жалости к себе закончен? — спросила вдруг сестра, грациозно опустившись рядом со мной и вытягиваясь в полный рост на мягком мате со следами краски для пейнтбола.       — Не было никакого сеанса… — пробурчала я, однако без должной уверенности в голосе, поэтому меня легко раскусили.       — Был, был, и не смей отрицать! — расхохоталась Кристал. — Наверное, сидела сейчас и думала, какая же ты бедная, несчастная, и вообще — полковнику никто не пишет, полковника никто не ждёт… Я же знаю, как ты любишь всё контролировать, а тут твои планы провалились, положиться не на кого, вот ты и решила погрузиться в нирвану для психов.       — Кристал, я тебя иногда вообще не понимаю. Что ты несёшь? — спросила я с недоумением, теряя нить рассуждений сестры. Похоже, она снова включила режим «придурочной».       — А то и несу, что ты опять зацикливаешься на всякой ерунде, — философски ответила Кристал и покосилась на мою перебинтованную руку если не с виной, то с опасением. — Ну да, тебе сейчас сложно, у тебя проблемы в личной жизни, да и будущая дуэль с Маркула, бьюсь об заклад, тебя не радует. Только что с того? Пожалейте меня семеро? А скатерть не принести носик вытереть?       Я возвела глаза к потолку и вздохнула. Наградили же меня небеса родственниками. Сплошь садисты, чёрствые подошвы и упрямые ослы.       — Могла бы в кои-то веки сказать что-нибудь хорошее. Мне и без твоих насмешек тошно.       — У тебя есть шанс, хороший шанс стать той, кто победит легендарного Александра Маркула! — покачала головой Кристал. — Ты хоть представляешь, сколько охотников с удовольствием заняли бы твоё место?       — Так пусть занимают!       Я, несмотря на боль в ране и в перегруженных мышцах, вскочила на ноги, чтобы тут же, без предупреждения, вновь очутиться на полу. Только ветерком обдуло.       — Ты расслабилась, привыкла, что тебя защищают твои ручные ликаны. И что с того? Где они? — сердито произнесла Кристал, которая и была автором моего отнюдь не нежного падения на пол. — Пока я не разрешу, ты никуда не пойдёшь. Будем заниматься до потери пульса, иначе Александр тебя размажет как помидор по сковородке.       — То есть перекусить и в туалет мне тоже нельзя? — уточнила я не без издёвки, хотя почти не сомневалась в положительном ответе сестры.       — Я тебе горшочек принесу. Я отдам тебе меч, так что нам придётся освоить краткий курс рыцаря в домашних условиях.       — И почему мне кажется, что ты захотела избавиться от своей младшей сестры? — спросила я опять же с ехидством, после чего перекатилась и, встав на четвереньки, уже на приличном расстоянии от Кристал поднялась на ноги.       — Если бы я захотела от тебя избавиться, я бы прямо сейчас отправила тебя к Александру, чтобы он открутил ту пустую погремушку, которая заменяет тебе голову. Но ты же здесь? — безжалостно ответила Кристал и тоже встала, пусть и не так грациозно, как ей бы хотелось. — Погуляй пару часов, потом продолжим, и я не шучу. Нам нужно многое сделать, а ты не в самой лучшей форме.       Я недовольно покачала головой, но предложение сестры оценила.       — То есть я могу съездить к Джерри и повидаться с ним?       — Да, но имей в виду, в субботу тебя могут к нему не пустить.       — Ерунда! Улыбнусь, покажу какие-нибудь страшные документы и пройду! — засмеялась я.       Приёмные часы в больнице и правда не играли никакой роли. Что я, зря нашла в сумке когда-то давно припрятанную заначку с «корочками»? А ведь там были и министерские, и из Департамента Здравоохранения, и из Белого Дома! Правило «любой каприз за Ваши деньги» всегда работало без проблем, так что и в плане документов я экипировалась на полную катушку.       — Туда и обратно! — сурово напутствовала меня Кристал. — Если застрянешь, я соберу вещи и первым же рейсом полечу домой. Мне не нужна сестра, которая не умеет следить за временем, и сама хочет умереть.       — Интересно, если бы существовал пункт по приёму плохих сестёр, я бы могла тебя туда сдать? — проворчала я.       — Это ещё кто кого бы сдал… — протянула Кристал со смесью злорадства и смеха.       Ну да, я не всегда была образцом послушания и дисциплины, но всё же я никогда не вредила сама себе, а потерять единственного человека, способного мне помочь, я не хотела. Тем более, что этим человеком по счастливой случайности оказалась моя собственная сестра! Такой куш я не могла упустить, поэтому увеличила скорость и, наплевав на ноющие мышцы ног, лёгким галопом помчалась в свою комнату переодеваться.       Почему я собралась к Джерри? Да чёрт его знает. Да, я не по нему не соскучилась, довольствуясь телефонными переговорами. Тем не менее, а к кому ещё я могла заявиться и поболтать на всякие там мистические темы? Анита мыслями обитала не дома, а в Милфорде. Питер начал отвыкать от моего общества, и навязываться я не хотела. Марго было не до меня, потому что уж кто-кто, но эта вампирша умеет проводить время! К Морганам после убийства Фредерика Гордона я не полезу ни за какие деньги, если не хочу завтра вместо себя живой подкинуть Александру себя мёртвую. С Эриком всё стало так сложно, что голова шла кругом. Нэнси куда-то исчезла: её телефон не отвечал, а дома о ней и не слышали, будто она постоянно пропадала без вести. Вот и получилось, что внезапно Джерри остался единственным человеком, к которому можно съездить, что я и сделала, когда уговорила себя вылезти из ванной, и на скорую руку натянула джинсы и свитер.       ***       — Девушка, вообще-то время для посещений указано на сайте нашей больницы, и по субботам мы к пациентам друзей не пускаем, только членов семьи! Приходите в понедельник.       Медсестра сердито стучала пальцами по клавиатуре, но это не мешало ей заметить меня, когда я вошла в здание больницы и деловито направилась в сторону лестницы на второй этаж.       Я не была настроена на долгие беседы, потратив слишком много времени на стояние в пробке, поэтому сунула руку в карман куртки и вытащила из него небольшой пластиковый прямоугольник медицинского пропуска на моё имя. Что там написали по просьбе Фелисити, я не посмотрела, но после предъявления документа медсестра стала не просто шёлковой, а какой-то нереально услужливой! Только что передо мной сидела грозная фурия в одежде двадцать второго размера* и черепаховых очках, а через мгновение она преобразилась в милейшее создание, которое жутко вежливым голосом умоляло меня не докладывать начальству на счёт её промаха и подождать ещё секундочку, потому что медсестре нужно сбегать к автомату и принести мне бахилы. Хорошо, что хоть в руках. Впрочем, если бы я попросила, она бы и в зубах мне всё принесла и глядела бы на меня преданным собачьим взглядом. В следующий раз я зареклась всё-таки смотреть на свои документы и заранее готовиться к реакции окружающих.       — Поверьте, не стоит. Тем более, что я здесь как частное лицо, а не как работник небезызвестного Вам учреждения, поэтому прошу не беспокоиться по пустякам.       Я натянула на лицо дежурную улыбку и продолжила свой путь в палату Джерри, оставив медсестру с горя пить чай и засыпать многострадальную клавиатуру крошками от очередного на сегодняшний день пончика.       ***       — Привет господам болеющим! — поздоровалась я, когда вошла в палату и заметила Джерри, который уже не лежал на кровати, а широко шагал по комнате. Судя по словам врачей и довольной улыбке самого пациента, он шёл на поправку и скоро готовился к выписке.       — Привет, Эстер! Ты тут откуда? Опять лечиться? — заулыбался Джерри и, исходя из его подозрительно лукавого вида, я сделала вывод, что кое-кто от нечего делать успел придумать сотню приколов на тему больницы. Пришлось разочаровывать.       — Нет, лечишься тут только ты, а я так, мимо проходила и решила зайти, на мозг тебе покапать, на жизнь пожаловаться!       — Тогда садись и жалуйся! Ты себе не представляешь, как же скучно торчать в этой дурацкой палате весь день, когда у всех твоих друзей столько всего происходит! И только у меня сплошное болото…       — Я бы на твоём месте радовалась… — ответила я ворчливым тоном и с комфортом разместилась на стуле возле окна, имея возможность полюбоваться на огромную рождественскую ель, которую поставили во дворе больницы.       Джерри пожал плечами, как бы говоря, что он рад, только всё-таки ему скучно среди работников медицины, с кем он проводил последнее время.       — А ты в курсе, что завтра Рождество? Я так удивился, когда услышал, что директор не распустил школу на каникулы! Представляешь? Никогда такого не было!       На этот раз настала моя очередь пожимать плечами и притворно удивляться, хотя я, в отличие от Джерри, догадывалась, что без вмешательства в дела города если не монстров, то Гильдии тут не обошлось. Зачем Жаклин или вампирам понадобилось продлять мучения школьников, я не понимала, зато втайне потирала руки и предвкушала проблемы для всех ответственных за этот произвол. Совсем скоро родители учеников поймут, что что-то идёт не так, не за горами пересуды и сплетни, которые, как известно, изрядно портят жизнь тем, кто пытается оставить личное личным.       — Видимо, кто-то решил, что тяга к знаниям — это слишком хорошо, чтобы портить её какими-то праздниками! — произнесла я через некоторое время и принялась задумчиво жевать обнаруженный в кармане батончик мюсли.       — И я даже знаю, какому дураку жить надоело! — торжествующе воскликнул Джерри, после чего попытался иронически усмехнуться, но что-то не рассчитал с эффектным приземлением на кровать, а потому только сдавленно застонал. Похоже, с его скорым и неминуемым выздоровлением я всё-таки погорячилась.       — Джерри, Джерри… Ложись и не двигайся, а то опять будет больно.       — Мне не больно, мне обидно! Я ж так красиво летел!       — Так, голубь сизый, отставить полёты, пока не влетел в неприятности! Вот сместишь себе что-нибудь и будешь всю жизнь или кривым, или косым, или вообще парализованным. Это я тебе как специалист говорю, — проворчала я наставительным голосом, потому что отлично знала своего знакомого. Только то, что говорилось ему предельно серьёзно, он кое-как усваивал и принимал к сведению, тогда как остальное пропускал мимо ушей, о чём половина из его родных и близких почему-то даже не догадывались.       — Парализованным? Нее, не надо мне такого счастья… — пошёл на попятную Джерри и пристроился на своей белоснежной постели, мгновенно становясь покладистым и милым парнем, которого мне очень захотелось потрепать по голове. — Кстати, как там наши? Как Анита?       — Анита в порядке: где-то бегает, кого-то ловит, с кем-то дерётся. Ничего не меняется.       — А Жюстина? Я понимаю, ты её терпеть не можешь, но как она? Я тут слышал, она рассталась с Дэвидом?..       — Ага, рассталась, — кивнула я, пряча улыбку, и подумала, что радио «Деревенская зорька» вампирского разлива работает оперативно, раз уж лежащий в больнице Джерри кое-что узнал.       — Да что я из тебя клешнями всё вытягиваю?! Рассказывай, Эстер! Как у тебя дела? У тебя же завтра дуэль с Александром! И как Эрик? Он заходил сегодня утром, каким-то чудом пролез через пост и битый час спрашивал у меня совета по примирению с девушками. Говори, что у вас стряслось?! И не смей ничего утаивать, а то возьму и сегодня выпишусь. Буду лично вправлять вам всем мозги! Ни о чём не думаете!       Я живо представила себе картину, как Джерри ходит за мной по пятам и читает лекции о налаживании личной жизни, и захотела перекреститься. Чур-чур-чур! Одним надсмотрщиком больше, и меня можно увозить в дурдом, особенно помня сомнительную способность моего приятеля доводить меня до истерики.       — Да всё хорошо, Джерри, чистая правда, — ответила я с подозрительным рвением и даже головой замотала для убедительности. — Да, есть кое-какие проблемы, но они легко решаются, так что можешь и дальше спокойно болеть и ни о чём не думать. Тебе вообще вредно волноваться, а то швы разойдутся.       — С каких пор тебя волнуют мои швы? — прищурился Джерри и вдруг выдал: — Значит, Эрик зря всё это затеял?..       — Что именно? — мгновенно напряглась я, титаническим усилием воли заставив себя улыбаться и не подавиться остатками батончика.       — Да мне-то откуда знать? Он что-то говорил на счёт героизма и того, как ты будешь на него смотреть, когда он совершит нечто грандиозное.       На это я могла только горестно простонать и, уткнувшись лбом в колени, довольно громко и многословно пожелать чёртовым героям всех благ. Ещё во время тренировки мучившая меня беспомощность стала совсем невыносимой, из-за чего я вдруг почувствовала себя почти больной и уж точно не способной на отчаянные поступки.       — Джер, прошу тебя, если Эрик к тебе заявится или хотя бы позвонит, тут же скажи мне, а ему передай, что я его прибью и глазом не моргну!       — Эстер, постой! Погоди! — замахал одной рукой Джерри и чуть было не снёс свой недавний обед. — Что он натворил? Почему вы больше не вместе? Вы же были возмутительно счастливы, а тут!..       — Извини, но я не хочу об этом говорить. Надеюсь, ты передашь Эрику мои слова, потому что, боюсь, в противном случае я за его жизнь не ручаюсь.       — Ладно, ладно, передам. И всё-таки вы странные!       — Какие есть, Джер, какие есть… — протянула я мрачно и, хорошенько поразмыслив, встала со стула. — Мне пора ехать, дела зовут. Поправляйся и, надеюсь, ты не задумал взять пример с некоторых личностей. Вытаскивать ещё и тебя мне некогда…       — Ты так говоришь, словно прощаешься… — недовольно сказал Джерри, и я получила лишний повод убедиться в проницательности своего почти друга.       — А разве это не так? Если с Маркула всё получится, я вернусь к себе в Спрингфилд. Если ничего не выйдет, меня по понятным причинам не будет в школе, и мы никогда больше не увидимся. Всё просто.       — Нет, не просто, Эстер! Не просто! — воскликнул Джерри и вдруг соскочил с кровати, словно его кто-то вышвырнул оттуда. — Не смей проигрывать, слышишь?! Если ты проиграешь, я с голыми руками пойду против Александра и сам его прикончу! И пусть тебе будет стыдно, что это сделает обычный человек!       — Ты с ума сошёл? Кто тебя из больницы-то выпустит в одном халате? — засмеялась я, осознавая всю нелепость предложения Джерри, вот только он в себе не сомневался ни на мгновение.       — А я найду способ! Подпалю бинты, чтобы начался пожар, и выскользну под шумок. Ты меня не остановишь!       — Я тебя в любом случае не остановлю, потому что буду рыб кормить в заливе, — покачала я головой и снова улыбнулась, когда заметила на лице Джерри испуг. Ну наконец-то нормальная реакция!       — Вот какая же ты противная, Эстер, сил нет! Почему бы тебе просто не поблагодарить меня за заботу и не свалить отсюда праздновать канун Рождества?       Джерри обиженно надулся, однако веселье и тревога в его глазах никуда не делись, так что я позволила себе с сокрушённым видом покивать и выскользнуть из палаты, не прощаясь. Что бы там ни задумал этот пронырливый тип, меня его планы не волнуют. Совсем. Куда больше меня тревожила задумка Эрика, потому что он точно найдёт способ насолить нам всем, но мне в особенности.       Из больницы я вышла словно на автомате, напоследок с лёгкой улыбкой кивнув медсестре, которая сидела на своём посту, как будто её сзади кололи иголками.       Что-то странное происходит в моей жизни, причём жуткое и таинственное, чего я никак не могла понять, хотя очень к этому стремилась. *22 размер в США равен 60 размеру в России.