Love Song

Первая часть. Доктор отвез Роуз на планету Женский Плач с замершими океанами, а затем показал черную дыру и конец мира. Они разделили на двоих жареную картошку и влюбились.

***

— Ты веришь в Бога? — однажды спросила его Роуз, усевшись на сиденье и подтянув ноги к груди, пока он возился под консолью. Доктор замер и отложил гаечный ключ в сторону. — Почему ты спрашиваешь? Она пожала плечами. — Не знаю. Просто… мы столько повидали, и это действительно удивительно, но…неужели тебе никогда не было интересно? У Повелителей Времени вообще есть Бог? Или их у вас куча, как у греков, и вы приносите им жертвы и исполняете ритуальные танцы, или что-то вроде того. Все что я знаю сейчас — ты поклоняешься банановым пальмам. Доктор фыркнул, и Роуз ухмыльнулась, высунув кончик языка. — Ты серьезно так думаешь? Что я приношу жертвы богу бананов, пока ты спишь? — Значит, ты утверждаешь, что не делаешь этого? — на лице Роуз играло веселье, и Доктор ответил ей улыбкой, он всегда разделял ее радость. — Потому что я наткнулась на очень странный наряд в гардеробе… — Я никогда не делал ничего подобного, — запротестовал Доктор. — Ты можешь меня представить в солнечном головном уборе и соломенной юбке? — Он как-то думал показать ей свои оранжевые церемониальные одежды, но в итоге решил, что это унижение можно отложить на потом. — Как будто мы когда-нибудь сможем вытащить тебя из этого свитера. — Эй, что не так с моим свитером? — возмутился Доктор и усмехнулся, когда Роуз залилась смехом.

***

Позже, он скажет ей: Нет. Я не верю. А еще позже: Но я верю в тебя.

***

Роуз вернулась в ТАРДИС расстроенная: губы надуты, брови нахмурены. – Что-то случилось? – спосил Доктор. – Твоя мама не... – Микки. – Да? И что он сделал? – возможно, в его голосе слишком явственно прозвучало неподдельное оживление. Роуз плюхнулась на сиденье. – Ты знаешь, что шестая книга о Гарри Поттере выходит завтра? Доктор решил ее не обманывать, рассудив, что его сразу раскусят. – Да. – Этот идиот нахватался спойлеров из интернета и рассказал мне, кто умрет. Зачем он это сделал? Я же говорила ему, что не хочу знать! Доктор постарался принять невозмутимый вид. – Мне очень жаль Роуз. По крайней мере, впереди у тебя еще следующая книга. – Верно, – вздохнула девушка и прикусила нижнюю губу. – Ненавижу, когда люди сливают конец. Не понимаю, почему они не могут... Доктор? – Да? – Почему у тебя такое странное выражение лица? – ...Что ты имеешь в виду? – Как будто ты…О, Боже. Доктор! – Не сейчас, – пробормотал он и торопливо отвернулся к экрану ТАРДИС. – Это очень сложный комплекс расчетов, и ты меня отвлекаешь... – Это ты слил спойлеры! – Мы можем обсудить это... – Ты - архг! Дамблдор мертв, и это твоя вина! – Эй, я не убивал его! Я только... поделился информацией, это Джо убила его, а не я. – Ладно, но это твоя вина, что теперь я об этом знаю, – надувшись, Роуз скрестила руки на груди. Она его в могилу. Доктор пнул ТАРДИС, и корабль неодобрительно загудел. – Подожди-ка, – встрепенулась Роуз. – Ты сказал “Джо”? – Наверно. – Ты знаешь Джоан Роулинг! Ты шутишь! Ты не шутишь! – Это хорошая новость? – осторожно поинтересовался Доктор. Роуз улыбнулась и взяла его под руку. – Доктор, – сказала она, – я думаю, что знаю, как ты можешь загладить свою вину.

***

Он планировал отвезти их в Эдинбург, но вместо этого они попали в самый разгар революции на планете Кашубиан. В тот вечер, он читал ей первую главу Принца-Полукровки в качестве извинения.

***

Роуз сказала, что сегодня ее День Рождения и, поскольку Доктор даже не был уверен, сколько ей лет, он взял ее к океану на планету Сет. Они оставили ТАРДИС на одном из архипелагов, покрывавших планету, и взяли маленькую яркую лодку, чтобы выйти в море. Вода была удивительно прозрачной, а таким необыкновенном цветом не мог похвастаться ни один океан на Земле; когда Роуз уже не могла разглядеть сушу на горизонте, двигатель лодки остановился, Доктор подошел к ней сзади и обхватил ее за плечи. – Роуз, взгляни. Ей потребовалось несколько секунд, чтобы увидеть то, что его зоркие глаза уже заметили: гигантские, темные тени, подплывающие к ним. Огромная голова показалась над поверхностью, а затем снова скрылась под водой. Роуз задержала дыхание. – Доктор, кто они? – Рорквал. Это их дом. – Они похожи на... – Китов? Да, но никто еще не выяснил, как они связаны между собой. Роуз перегнулась над бортом; краем уха она слышала, как Доктор рассказывал о семействе китообразных с ее родной планеты, но, в конце концов, он умолк и исчез в рубке. Роуз ни на что не обращала, кроме созданий, парящих под водой. Именно парящих: она никогда не думала, что кто-то настолько огромный может двигаться с такой грацией. Она насчитала шесть - нет, один отбился от стаи и теперь плавал рядом с их маленькой лодкой, и еще трое, два поменьше, чем их собратья. Темные глаза наблюдали за ней из-под зеркальной глади воды. – Привет, – тихо сказала она. Приветствую тебя с миром, – ответил Рорквал. – Извини, я не... ты у меня в голове? Звучный смех раздался у нее в мыслях. Это близко к истине,. Я нахожусь в своей собственной голове, а ты находишься в своей. – Я Роуз. Роуз Тайлер, с Земли. Череда образов промелькнула в голове, но Роуз успела разглядеть только отрывки: рождение, первое плаванье, северные земли, что рассказывали сказки об имени Рорквала. Там было что-то еще, что-то больше и глубже, но ей никак не удавалось ухватить суть. И потом: Для тебя, Роуз Тайлер, с Земли. Песня. – Песня? Для... ох, – успела вымолвить Роуз, прежде чем дрожь пробежала по ее телу, и она услышала музыку. Она крепко схватилась за бортик лодки, чтобы не упасть, потому что песня звучала, песня лилась; она началась тихо и плавно, а потом начала разрастаться, поднялась до длинной чистой ноты, и мелодия пела ”Беги”, следующая часть играла “Я так рад, что встретил тебя”, а другая подхватывала ”Фантастика”. Она знала эти части. Музыка пела ей Сейчас, и Роуз чувствовала ее в кончиках пальцев и где-то глубоко внутри; и был перелив, который пел Скоро, и Скоро было соткано из золота и такой печали, что на глаза навернулись слезы и покатились по щекам. А потом песня изменилась, снова воспарила и наполнилась такой радостью, какой Роуз никогда не знала, и радость эта была настолько всеобъемлющей, что жгла, и в ней слышались смерть звезд, рождение галактик, и гудение ТАРДИС. Песня заполняла мысли, а потом снова изменилась. Печаль, которую Роуз чувствовала в золотом мареве не могла сравниться с той скорбью: словно сердце вырвали из груди. Мир умирает, день заканчивается, и теперь кругом только вечная ночь. Дыхание перехватило. Песня несла ночь, но в этом мраке прозвучала новая нота. И имя этой ноте было Надежда. Мои соболезнования, - произнес Рорквал. – Что это была за песня? – задыхаясь, прошептала Роуз. Песня Жизни, Роуз Тайлер. Песня Любви. Запомни ее, сохрани ее в секрете; однажды ты будешь нуждаться в ней. – Хорошо. Спасибо. Спасибо тебе, – выдавила Роуз, а затем опустилась на палубу и закрыла лицо руками. Доктор нашел ее сидящей напротив рубки. Тушь потекла от уже высохших на ветру слез. – Роуз, что случилось... Роуз бросилась к нему, притянула к себе и уткнулась лицом в старую кожаную куртку. – Скажи, что с нами все будет в порядке, – попросила она. – Шшш, – Доктор обнял ее. – Конечно, мы будем в порядке. С ними и правда все было хорошо.

***

Вторая часть. Она любила, что независимо от того, какой облик он носил, ее ладонь всегда легко ложилась в его.

***

–... Мо вышла замуж, твоя Кейша тоже помолвлена и ты с Доктором. Я начинаю чувствовать себя старой девой, – Джеки встряхнула джинсы Роуз и нахмурилась. – Серьезно Роуз, тебе надо приобрести новую одежду. Тут низ.... – Мама, – прервала ее Роуз. – мы с Доктором не женаты. –...весь ободран, посмотри! Он когда-нибудь водил тебя по магазинам? Подозреваю, что нет. Похищает мою дочь на своем космическом корабле, и даже не может обеспечить ее приличной одеждой, какая наглость... – Мама, мы не женаты. – Конечно, нет, дорогая, разве я так сказала? Хотя, если посмотреть... – Роуз! – возглас прозвучал приглушенно, но очень знакомо; Роуз подняла глаза как раз вовремя, чтобы увидеть, как Доктор чуть не влетел в стеклянную дверь прачечной. Он проскользнул в самый последний момент и резко затормозил перед ней; груша выпала их вороха вещей у него в руках и покатилась к ее ногам. – Роуз, кто-то украл мои наброски Двигателя Бесконечной Невероятности и подменил их грушами! Да не просто грушами, а грушами "Анжу”! Самый мерзкий и отвратительный выбор - ты и представить себе не можешь, как ужасны груши "Анжу”, но я пытаюсь объяснить... – Доктор, – Роуз привлекла его внимание. Он умолк, хотя его губы продолжали беззвучно двигаться в негодовании. Роуз удалось подавить улыбку, но ее глаза предательски блестели. – Где должны были быть твои чертежи? Он скривился. – В библиотеке, нижний стеллаж секции ботаники, но... – Ага, и ты проверил каждый шкаф в своей спальне? Потому что в последний раз ты потерял свои бумаги... – Конечно! – Его лицо просияло. – Роуз Тайлер, ты гений! А я думал, что кто-то украл мои чертежи и подложил мне фрукты. – Он заключил ее в крепкие объятия, все еще держа в руках груши, а затем выкинул их в стиральную машинку и ускакал прочь. – Он абсолютный псих, – вынесла вердикт удивленная Джеки. – И как ты уживаешься с ним... Роуз улыбнулась, вынула из машинки грушу и надкусила. Сок стек по ее подбородку.

***

“Ох, она знает”, И она знала.

***

Сидя в консольной, Доктор рассказывал ей о Галлифрее. – Небо было оранжевым, а на деревьях росли серебряные листья, и когда по утрам всходило солнце, казалось, что весь мир был объят огнем. Роуз ласково провела рукой по стене ТАРДИС. – Повелители Времени, какими они были? – Они были, – Доктор подумал о Романе, Мастере и Сьюзан. – Они были древними и мудрыми, предпочитали ни во что не вмешиваться и были очень... – Очень что? – Очень человечными, – закончил он, удивляясь сказанному. – Они были людьми. Не такими как земляне - у нас нет таких слов как любовь, ты знаешь? – но в конечном итоге… в них было много человеческого. – Что, правда? Нет слова любовь? – Не так, как ты это понимаешь. Любовь очень неточное слово. Любовь, любовь, любовь, я могу любить чипсы, ТАРДИС или всю Вселенную. Смысловые оттенки могут свести с ума. – Ты... разве они не... – Конечно, – ответил Доктор. – Мы - они - выражали это по-другому. Люди не говорят о настоящей, глубокой любви. Если бы ты захотела сказать о своей любви к картошке... ну, ты не смогла бы, на Галлифрее не выращивают картофель, что многое объясняет, если ты меня спросишь, но, если бы они занялись огородством, ты бы говорила, что обожаешь картошку или предпочитаешь картошку. – Так вы все были Повелителями Времени? Не...Галлифрелянами? – Галлифрейцами, – поправил он. – Нет. Повелители Времени учатся в Академии. В возрасте восьми лет детей берут к Неизмеримому Разлому, чтобы показать Вихрь во всей его чистой силе. Твоя реакция предсказывала твой статус в дальнейшей жизни; если ты сходил с ума - ну, ты сходил с ума, если был вдохновлен, значит, тебе предстояло совершить великие дела... – Ты сбежал, не так ли? Брови Доктора в изумлении взметнулись вверх, хотя он не должен удивляться, что Роуз хорошо его знает. – Я убежал. Как ты узнала? Она пожала плечами. – Не знаю, просто догадка. Он почти сказал ей: нет, это не так. Вместо этого Доктор взял ее за руку и потянул наружу.

***

“Навсегда”. Девятьсот лет, и он никогда не хотел ничего так сильно, как верить ей.

***

Момент, когда он оставил ее в заливе Злого Волка, растянулся в вечность; тысячи, миллионы мыслей роились в ее голове, но Роуз поняла, что вспоминает какие-то короткие мгновения. Как они читают друг другу Гарри Поттера, как Доктор показал ей плазменный шторм в туманности Конская Голова, то, с каким волнением он преодолел тягу к мармеладкам, и его сильные, волосатые руки. Казалось невозможно странным, что время продолжало бежать вперед. И тогда она вспомнила песню, что слышала когда-то. Золотую, волшебную песню. Песню, что закончилась одной искрящейся нотой в черном безмолвии. – Роуз, милая, – позвала мама. – Ты в порядке? Когда Роуз обернулась, слезы на ее щеках уже высохли. – Нет. Но думаю, что буду. – Что ты собираешься делать? – спросил Микки. – Найти путь обратно, конечно, – не задумываясь Роуз. – Но до тех пор... до тех пор я собираюсь прожить фантастическую жизнь.

***

И ей это удалось.

***

Третья часть. Через две вселенные, пустоту и десять миллионов лет она нашла его. Радость Доктора затмила удивление, стоило ему ее заметить. – Роуз Тайлер, – просиял он. Мелкие морщинки вокруг его глаз и ямочки на щеках были такими знакомыми. – Доктор, – улыбнулась в ответ Роуз. Она тоже была немного старше и немного моложе; и, глядя на него, годы улетели прочь, словно подхваченные ветром листья. – Мне кажется, – проговорил Доктор, – я должен сказать тебе кое-что. Она подошла ближе и взяла его за руку. – Знаешь, Доктор, я думаю тебе не обязательно говорить это.

***

Они прожили жизнь вместе. И, несмотря ни на что, были счастливы.