Момент нашей с тобой любви

      Сегодня Том решил конкретно удивить Билла, поэтому уже с утра придумал план. Встав на три часа раньше будильника, Том тихо выполз из тёплой постели с тёплым Биллом, от которого не хотелось отрываться. Билл по своей натуре был совсем не глупым, поэтому Тому пришлось ненадолго «пожертвовать» своим здоровьем, чтобы всё прошло гладко. Собрав все простые карандаши, которые он только нашёл в доме, парень снова почувствовал себя малолетним сорванцом, который сделает всё, чтобы не пойти в школу. Том ломал стержни карандаша закидывая маленькие отломившиеся части себе в рот. Другого способа для поднятия температуры он не знал. Да, глупо, но что только не сделаешь для Билла. Если честно, Том не верил до конца, что это сработает, поэтому съел чересчур много на всякий случай. Вернувшись в кровать, он снова забылся сном.       И вот под звон будильника, Том чувствует, как его голова буквально раскалывается на части. С большим трудом, открыв глаза, он почувствовал насколько всё плохо. Глаза горели так сильно, что хотелось просто залить воды в глазницы, чтобы потушить этот пожар. В животе словно крутили коловоротом. Кости ломило. Температура у Тома поднялась не на шутку.       - Том, всё хорошо? – Билл встревоженно положил руку на плечо брата. Тут же билловские глаза округлились. – Чёрт, ты же весь горишь!       Слова Билла эхом отзывались в сознании Тома, но он всё же нашёл в себе силы улыбнуться.       - О да, малыш, я весь горю… - сиплым не то ли от сна, не то ли от слабости во всём теле, голосом проговорил Том.       - Идиот! Так, хорошо, не пойдём сегодня никуда, я приготовлю тебе бульон и сразу ста… - Билл уже собирался встать с кровати, чтобы приготовить братцу целебное пойло, как сильная рука обхватила его за талию, сбивая с мысли.       - Нет. Ты пойдёшь сегодня в школу, а я отлежусь, и всё будет хорошо. – из последних сил заверял Том Билла, обнимая хрупкое тело со спины.       - Том, так нельзя. Я не оставлю тебя в таком состоянии! – Билл развернулся лицом к брату, недовольно смотря в его глаза.       - Нет, ты оставишь. – улыбнувшись, Том поцеловал чёрную макушку, а затем, щёлкнув по носу, продолжил – Всё будет хорошо. Мне просто нужно отоспаться.       - Но…       Том уже начинал нервничать, поэтому едва начавшуюся фразу Билла он прервал поцелуем. Сначала нежно, но затем, почувствовав, как Билл, пытаясь разорвать поцелуй, пятиться назад, Том завёл руку за голову брата, не давая ему ни малейшей возможности на это, а наоборот, подталкивая к себе податливые губы, начал целовать Билла так, что у того сносило крышу. Разум Билла затуманивался, дышать становилось всё тяжелее и, не смотря на свою боль, Билл смело закинул ногу на томовское бедро, а затем и вовсе сел сверху. Плохое самочувствие Тома словно улетучилось, и хотелось сейчас только власти над телом сверху. Пробравшись под футболку Билла, Том гладил его по гладкой спине, пальцами ощущая всю её изящность, её податливость, с которой Билл прогибался под пальцами. Всё это сводило с ума не только Билла, но и Тома. Воздух чересчур напряжён. Остановиться трудно.       - Подожди… - всё же разорвав поцелуй, прошептал Том сбившемся дыханием в такие желанные влажные губы напротив.       - Что… Что-то не так? – возбуждённый шёпот сорвался с губ младшего, затем, прикусив губу, Билл взял в руки лицо Тома, поглаживая кончиками пальцев кожу.       Том не мог спокойно смотреть на столь желанную закусанную губу Билла. Безумно хотелось сейчас целовать и целовать эти пухлые податливые лепестки, но Том понимал, что не сможет потом остановиться, и тогда весь его план накроется медным тазом.       - Тебе пора… - как и Билл, Том взял его лицо в руки и, прикрыв глаза, чтобы лишний раз не смотреть на Билла, он погладил его по голове, цепляясь пальцами за черные пряди.       - Ты уверен, что… - Билл всё не отступал.       - Уверен. Иди, а то опоздаешь. – как всегда Том перебил брата.       Быстренько встав, Билл заметался по комнате, собираясь. Том лишь наблюдал за этим милым зрелищем. Особенно вызывало улыбку психи Билла, ведь он уже опаздывал.       - Это всё из-за тебя, Каулитц! – ругался Билл, а Том тихо хихикал, преспокойно лежа в постельке.       Выйдя из душа уже полностью собранным Билл на цыпочках подошёл к Тому, целуя его в лоб, тут же отмечая, какой он горячий. Младший сочувственно положил прохладную ладонь на разгоряченный лоб брата, присев на край кровати.       - О, чёрт, оставь мне свои руки, а сам можешь идти куда угодно – снова сиплым голосом пробубнил Том, не открывая глаз, он улыбнулся и накрыл ладонь брата своей.       Наклонившись к больному, Билл быстро коснулся губами горячих губ брата, целуя на прощание и ушёл.       Снова будильник, снова боль в голове, но уже не такая сильная, что не могло ни радовать. Встав с кровати, Том закрыл лицо руками, потому что льющийся свет из окна упорно хотел загнать Тома обратно в постель, накрыть Тома с головой одеялом и заставить спать.       Монотонными движениями спустившись вниз, Том забрёл на кухню, доставая аптечку и выпивая целую пачку таблеток от головы, а затем четыре таблетки от температуры и развел воду с каким-то порошком, который мама когда-то разводила ему от простуды.       Пополнив свой организм таблетками, Том сел на стул, смотря куда-то извне, затем посмотрев на часы, схватился за голову.       - Твою ж мать… - выругался парень и, словно забыв про «болезнь», ринулся в душ, а затем, быстро собравшись, покинул дом.       Весь день Билла проходил как-то серо. Но два факта, один из которых он узнал сегодня от учительницы немецкого, просто не могли ни радовать. Во-первых: сегодня не было математики, именно по этому Билл сегодня согласился идти в школу без Тома, в любой другой день, когда была бы математика, Билл ни за что не пошёл бы в школу один, что крайне глупо, учитывая тот факт, что младший ничего не рассказывал брату о своём «контакте» с учителем. Ну а во-вторых: герр Ладвиг взял больничный.       Весь день Билл ходил с улыбкой на лице, злорадствуя над учителем. Пару раз звонил Тому, узнать всё ли хорошо, но, по словам брата, все нормализовалось. Билл как-то странно на это отреагировал, потому что пока Том говорил, вечно что-то шуршало, шипело и вообще издавало какие-то непонятные звуки, но Билл не стал прикапываться.       Как только прозвенел звонок с последнего урока, телефон Билла зажужжал.       - Да, Том, я уже иду. – не дав Тому сказать и слово, выпалил Билл.       - Нет! Не иди пока… - голос на той стороне трубки был каким-то взволнованным.       - Чё? В смысле?       - Ну поброди где-нибудь, но домой не приходи пока что.       - Том, ты больной? Всмысле не приходи? Куда я пойду?       - Да не ори. Хм… - повисла минутная тишина. – Сходи в кафе какое-нибудь, поешь пока.       - Ты чё там, трахаешь кого-то что ли? – нахмурился Билл, снова услышав какую-то непонятную возню.       Том скинул трубку. И что делать он не знал. Ведь Билл довольно упрямый человек. Конечно, если брат сказал не приходить, он, скорее всего, так и сделает, но Том не мог рисковать. Именно поэтому следующее, что он сделал – это набрал Алекса.       - Чего тебе? – довольно жизнерадостный тон Алекса уже морально приободрил Тома.       - Алекс, нужна помощь, срочно.       - Кому ты опять насолил, Каулитц? В какую ещё сумасшедшую историю внедрил свой нос и зад одновременно? – Алекс словно отчитывал друга, но делал это с какой-то иронией и лёгкой насмешкой.       - Нужно проследить, чтобы до восьми Билл не заявился домой. Сможешь?       - Вот это поворот… То ты его ни на шаг от себя отпускать не хочешь, то из дома выгоняешь?       - Хочу устроить для него кое-что.       - Секс-марафон?       - Сука, ты поможешь или как?       - Да, всё-всё, не нервничай, дорогуша. Где он сейчас?       - По идеи, только что вышел со школы. Алекс, со всех ног мотай туда. Делай всё, чтобы он не заявился в дом, но и следи за ним, потому что эта мелкая сволочь может вляпаться не по-детски.       - Ну, теперь я, в принципе, понимаю, в чём заключается ваша близнецовая похожесть.       - Бегом, Алекс!       Том сбросил. Он знал, что на Алекса можно рассчитывать, но и так же он знал, что теперь по гроб жизни будет носить другу сигареты, когда только ему вздумается. Но ничего. Это не страшило Тома, и он продолжил своё дело. Через два часа телефон Тома зазвонил.       - Да?       - Том, короче, тема такая. Я уже не могу его всячески отвлекать, оставаясь незамеченным. Ты либо пошевеливайся, либо мне придётся разоблачиться.       - Блять… - Том почесал затылок, затем посмотрел на наручные часы. – Алекс, совсем никак продержаться ещё час, а?       - Он прёт домой упрямо, как баран, Том. Никак.       - Чёрт… Ладно, хуй с ним, разоблачайся и продержи его ещё час, только не будь сильно настойчив, ок?       - А то соблазню ещё твою цыпу, да?       - Можешь попытаться, если у тебя запасные яйца есть, - Том мило улыбнулся в трубку, и Алекс сразу же это почувствовал, усмехнувшись.       Уже почти все было готово, остались только мелкие детали, которые так ненавидел Том и на которые так любил обращать внимание Билл. Час прошёл незаметно, и вот под дикий рёв и недовольства Билл сует ключ в замочную скважину, открывая дверь.       - Твою мать, Том, почему твой блядодруг пресле… - повернувшись спиной к двери, Билл от удивления разинул рот, – Том, ты с ума сошёл? - как будто сам себе задал вопрос парень.       Билл закрыл рот ладошками и запищал, как маленький ребёнок, которому дали мешок конфет. То, что он увидел, было поистине прекрасно. В вечернем полумраке, вся квартира светилась изнутри количеством зажжённых свечей. На каждой ступеньке на лестнице была аккуратно поставлена свечка, которая источала приятный персиковый запах. Так же на ступенях было ровно по одному лепестку розы. Билл сразу же понял, что ему нужно делать, ведь в детстве они с Томом именно так и играли, прячась от мамы. Парень быстро скинул верхнюю одежду, бросая её на пол, потому что от удивления он забыл, где у них находится вешалка. Улыбнувшись, Билл закусил губу и стал медленно подниматься по лестнице, следуя за лепестками, которые указывали ему дорогу. Всё тут же прояснилось: вот, зачем Тому нужно было, чтобы Билл не приходил домой. Внутри Билла порхали бабочки и от этой необъяснимой лёгкости, ему хотелось взлететь на крыльях счастья.       Дойдя уже до второго этажа, Билл с удивлением отметил, что на этом его путешествие не окончено, и медленно стал подниматься на крышу дома.       Выйдя на крышу, Билла тут же обдало тёплым ветром, а перед глазами расстилалось нечто прекрасное. По всему периметру небрежно были разбросаны гирлянды, которые смешивались с осенними листьями, опавшими на крышу. Листьев было очень много. Гирлянд под ними даже не было видно, складывалось впечатление, будто сами листья сверкают разными огоньками. Почти у самого края, Билл заметил здоровенный плед, на котором было ещё несколько мягких пледиков поменьше. Рядом, в ведре со льдом, стояло шампанское. А чуть дальше, уже на самом пледе, всё тот же огромный поднос с разными фруктами, которые Билл даже и не пробовал ни разу.       Внезапно что-то очень мягкое и тёплое накрыло плечи. Билл прикрыл глаза, слегка облокотившись назад на надёжное тело брата, который накрыл пледом Билла.       - Ты сумасшедший… - как будто констатируя факт, прошептал младший брат.       - Я знаю… - горячее дыхание над ухом, которое опаляло, лишало рассудка.       - Очень красиво... – Билл не мог налюбоваться красотой, которую устроил Том для него. Почувствовав, как Том подталкивает его, Билл медленно двинулся вперед, к самому краю крыши, который был огорожен лишь небольшим низким заборчиком. Тёплый ветер развивал волосы Билла и каждый раз, когда Том вдыхал их запах, он хотел просто раствориться. Прямо здесь. Прямо сейчас.       Был закат и неудивительно, почему Том запретил брату возвращаться раньше. Именно в девятом часу закат такой медово-малиновый, как сейчас. Воздух был влажным, а ветерок, который время от времени навещал близнецов, был настолько тёплым, что не чувствовалось наступление конца тёплого солнечного дня.       - Значит ты не болел, да? – слегка повернув голову, Билл взглянул на брата.       - Ну… я даже не знаю, как ответить на этот вопрос. Фактически – не болел, а практически – болел.       - Это как?       - Пришлось поднять себе температуру подручными средствами. - Том сверкнул белоснежной улыбкой.       - Ты идиот, Томми... – снова констатируя факт, подвёл итог Билл. Затем, уже чуть тише добавил – За это я, наверное, и люблю тебя.       Том лишь улыбнулся, зарывшись носом в чёрную макушку, которая опьяняла его своим запахом. Взяв Билла за подбородок двумя пальцами, Том без труда развернул к себе податливую голову. Затем, чуть улыбнувшись, коснулся губами родных билловских губ. Обвив руками хрупкое тело Билла, Том властно прижал его к себе, целуя с большей страстью. Слегка прикусив нижнюю губу, Том оттянул её на себя, отчего Билл издал сдавленный стон.       Аккуратно уложив Билла на мягкий тёплый плед, Том медленно перешёл с губ на шею близнеца, устроившись между его ног. Билл понимал, что к чему и куда всё это ведёт. Билл не мог отдаться брату просто потому, что боль от Ладвига, который бесцеремонно драл его зад, не прошла. Выставив хрупкие ладошки перед собой, Билл упёрся Тому в грудь, пытаясь остановить, но губы на шее, заставляли Билла расслабиться, затуманивая разум. Прикусив губу, Билл погладил Тома по груди, вместо того, чтобы оттолкнуть.       - Том… - тихо прошептал младший, бессильно сминая футболку брата пальцами, когда тот прохладной рукой дотронулся до оголенного живота под футболкой Билла.       Не обращая внимания на брата, Том блуждал руками по родному телу, заставляя его извиваться под собой. Снова вернувшись к губам, Том жарко выдохнул в рот брату, отчего тот снова тихо простонал.       - Том… прошу… - сжав губы в тонкую полоску, Билл тем самым прекратил ласки брата.       - Что такое? – прошептал Том, поднявшись к уху, он провел кончиком носа по нему, затем коснулся губами.       - Я не хочу… - безнадёжно зашептал Билл и тут же дёрнулся, когда почувствовал руку между своих ног.       - А твоё тело твердит обратное… - Том слегка сжал член брата через ткань узких джинсов.       - Я не могу… - не унимался Билл.       - Почему? Что с тобой? – Том в непонятках уставился на Билла.       - Когда-нибудь… - Билл взял лицо брата в руки, заглядывая в глаза, и громко сглотнул ком слёз, подступавших к горлу, - Я всё расскажу тебе, но только не сейчас. Пожалуйста, Том… Я люблю тебя.       Затем притянув Тома к себе, Билл начал целовать его с каким-то непонятным страхом, словно боясь потерять его. Слёзы стекали по вискам через плотно закрытые веки. Обняв Билла покрепче, Том целовал его, отдаваясь с такой же страстью и страхом.       Улёгшись рядом, Том притянул к себе брата, гладя его по волосам. Он не хотел портить всё, он просто хотел, чтобы Билл наконец-то расслабился, чтобы у них всё было как у нормальных людей, несмотря на то, что сделал Том. Наконец-то успокоившись, Билл уже во всю смеялся, укутавшись в гирлянды, он весь светился. В волосах танцевали огоньки, которые плавно переходили на плечи и дальше по телу.       - Это ты подослал ко мне Алекса?       - Конечно, нужно же было, чтобы за твоим задом кто-то присматривал.       - Идиот! – Билл кинул ягодку голубики в Тома, пытаясь отомстить. – Я и сам мог бы…       - Ах ты гадёныш… - ягода попала прямо в лоб Тома. – Ну держись…       Билл громко засмеялся, когда ловкие пальцы брата прошлись по его рёбрам, щекоча. До полуночи ребята смеялись, щекоча друг друга, попадая друг другу ягодами в лицо. Затем, устав от такого насыщенного дня, оба забылись крепким сном, прижавшись друг к другу, даря тепло друг другу, чувствуя, как их переполняет любовь друг к другу.