Момент нашей с тобой любви

      Они сидели на небольшом холмике, далеко от школы, от шумного города, суеты людей. Они сидели на мокрой траве, а дождь лил не переставая.       Конечно, уйти со школы была инициатива Билла, ведь ему нужно было во всем разобраться. Он обязан был понять, что же всё-таки творится с братом, но вот они сидят, смотрят друг на друга, Том время от времени приоткрывает рот, собираясь что-то сказать, но затем опускает взгляд вниз, прикусывает губу и снова молчит. Билл терпеливо ждёт. Он не злится, он понимает, как брату тяжело, понимает, что случилось что-то действительно очень-очень плохое, а иначе, прежде легкомысленный Том, даже не парился бы по этому поводу.       - Билл, я… - в очередной раз начал Том, но, как и в прошлые разы, снова замолчал.       - Том, прошу, - Билл положил руку на колено брата, мягко поглаживая её. Как ни странно, не смотря на сильный дождь, ребятам было не холодно, наоборот даже как-то приятно. – В чём дело?       - Просто я… думаю, что всё это как-то неправильно, - сердце младшего сжалось.       И Том начал говорить. Встав, он начал жестикулировать во все стороны и громко говорить, психуя, тыкая брата. Он обвинял его во всём, говорил ужасные вещи о том, что брат соблазнил его, что он повёл себя совершенно не как брат. Конечно, это было ложью. А что ещё должен был сказать Том, глядя в эти, полные ожидания, глаза? Рассказать братцу, как замочил урода? Рассказать и окончательно всё испортить? Нет, Том не мог. Каждое слово из уст старшего резало ему сердце, а когда Том невзначай взглянул на Билла, то лицо старшего перекосилось от боли. Билл смотрел на брата с прищуром, в его глазах таилась ещё какая-то надежда, а затем выдавил дрожащим голосом:       - Н-нет, я не верю. Ты лжёшь, Том. Хватит! – Том благодарил небеса за то, что сейчас дождь, и Билл не увидит его слёз.       - Билл, - Том присел на корточки, оказываясь на одном уровне с Биллом, лицом к лицу, - Я просто хотел тебя трахнуть.       Младший открыл рот, собираясь возразить, но увидев взгляд брата, Билл не проронил ни слова. Он просто смотрел на ровную спину, постепенно удаляющеюся от него. Он смотрел и не мог поверить своим глазам, ушам, вообще всему своему телу, что сейчас с ним и вправду говорил тот человек, который час назад так трепетно обнимал Билла в просторах школы. Внутри словно что-то оборвалось, и было так больно, что невозможно было даже заплакать. Билл прикусил губу, закрывая глаза, вспоминая, прокручивая весь вчерашний вечер и начало сегодняшнего утра, и не мог поверить, что слова брата – правда.       Как только Том зашёл за угол, прячась от глаз брата, которые прожигали его спину, старший со всех ног бросился бежать. Он бежал бесцельно, совершенно беспричинно, ему просто хотелось уйти скрыться, спрятаться от вечных бесконечных глаз брата, которые словно преследовали его, и Том постоянно оборачивался, надеясь, что Билл бежит за ним. Но его не было. А Том вбежал в какой-то длиннющий переулок и, прислонившись к стене дома, запрокинул голову, подставляя лицо холодным каплям, которые безжалостно разбивались о Томовскую кожу, оставляя после себя приятный холодок. Каулитц открыл глаза, смотря куда-то вглубь неба, а затем, скатившись вниз по стене, громко закричал:       - БОЖЕ, ЗА ЧТО-О-О МНЕ ЭТО ВСЁ?! – прижав колени к груди, Том громко плакал, сильно кусая джинсовую ткань на коленях, прихватывая кожу.       Том сейчас был наедине с собой. Да, может кто-то подумает, что Том поступил, как слабак, но это не так. Будь Том слабаком, то тут же всё выдал брату, выставил бы себя таким защитником, и совершенно не беспокоился бы за душу, которую отнял, пусть и у не очень хорошего человека. Каулитц злился на себя, злился на слёзы, на своё вечное враньё, злился за то, что его гордость взяла вверх, и Том убил, злился, что никто в его чёртовом окружении его не понимал. И конечно же, Том злился, что СНОВА обидел брата, СНОВА заставил его страдать.       Том тяжело выдохнул, наконец-то успокоившись и решил, что нужно пойти домой, разыскать Билла и зацеловать его до смерти, ничего не объясняя, ни о чём не думая. Только его любовь может спасти Тома.       Старший припёрся домой довольно поздно, ведь, как оказалось, он умудрился добежать до противоположного конца города, а добираться пешком в ливень – невозможно сделать быстро. Вбежав домой, Том тут же отметил, что дома никого нет, и, скорее всего, Билл даже не приходил. Напряжённо выдохнув, Том заставился себя успокоиться, теша себя мыслями о том, что, возможно, братец задерживается. Пулей взлетев по лестнице, Том зашёл в комнату, быстро переоделся, смотря на себя в зеркало. Глаза были красными, а руки немного тряслись, кашлянув, Том попытался привести себя в порядок, быстро выходя из этой комнаты, лишь бы только не видеть своё отражение.       Оглянувшись, Том решил, что пора бы уже прибраться, ведь ещё с той вечеринки всё осталось по-прежнему, ужасный срач. Том начал быстренько слоняться из комнаты в комнату, убирая всё на своём пути, словно огромный пылесос. Сев на лестницу, Том стал ждать. Он ждал и ждал, но посмотрев на часы, удивился тому, что ждал он всего пятнадцать минут. Психанув, Том достал телефон, набрал брата.       - Гудки, гудки, гудки, ёбаные гудки, гудкигудкигудкигудки, - Том психовал.       Швырнув телефон в сторону, он услышал непонятную возню, а затем голоса и очень-очень противный смех брата. Этот смех Том знал наизусть, выдавленный смех, смех для показухи. Старший быстренько нырнул под лестницу. Дверь открылась, и наступила тишина. Том старался даже не дышать.       - Ну чё? – мужской голос, Том вскинул бровь.       - Всё заебись, - пьяный голос брата, Том кивнул, закатывая глаза, как бы говоря: «надрался для показухи».       Затем снова какая-то странная возня, а потом мерзкий звук, сливающихся в поцелуе, губ. Том, бешено округлив глаза, одним движением выполз из-под лестницы.       - Сука, ты охуел?! – Том вплотную подошёл к брату, грубо оттягивая его за плечо к себе.       Видя смутно очертание брата, Билл напрягся, пытаясь понять, почему Том дома. Но тут, поняв всю серьёзность ситуации, Билл взялся руками за голову, понимая, к чему всё ведет, но не сдавать же назад.       - А чё, ревнуешь? – Том с прищуром поглядел на брата, затем на его спутника.       - Три секунды, и чтоб тебя здесь не было, всё понятно? – Том щёлкнул пальцами перед носом этого противного хахаля.       - Не-не, а в чём дело-то? Вроде взрослые люди, ты иди прогуляйся, я потом тоже уйду, как начатое закончу, - и он посмотрел на Билла, заиграв бровями.       Том посмотрел на брата со всей своей харизматичностью, пародируя это существо, которое только что подало голос, только Том играл не бровями, Том играл мускулами. Затем развернувшись, со всей дури врезал в челюсть смазливому, Билл вскрикнул, а тот аж зубом подавился.       - Можешь быть свободен, - Том мило улыбнулся, а слизнячок быстренько смылся с дома Каулитцев.       Том грозно надвигался на Билла, от чего тот пятился назад.       - Сука, как ты мог вообще?! - Том фыркнул, показывая пальцем на всего Билла.       - Я?! Так это я виноват?! Ну да, я же тебя соблазнил, точно, а то я уж и забыл.       - Замолчи, урод.       - А если нет? – Том одним движением придвинулся вплотную к брату, всем телом прижимая его к стене, не давая возможности даже на вдох.       - А если нет, то, - Том прошёлся кончиком носа от скулы к уху брата, вдыхая запах, - я буду вынужден сделать тебе больно.       Алкоголь в крови младшего будто испарился, а желание надвигалось с такой силой, что Билл сейчас забывал обо всём на свете, ровно как и Том.       - А если я хочу этого? – глаза Билла распахнулись, и Том смотрел в них понимая, что по уши влюблён в этого наглеца. А руки младшего уже во всю ласкали массивную шею и плечи брата, заставляя его расслабляться с каждым движением.       - Но, - Том обвил тело брата, рывком придвигая его ещё ближе, практически касаясь губ, старший тихо шептал в них - Это безрассудство.       - А мне плевать, - Билл быстро притянул к себе брата, целуя его.       Рваные поцелуи, протяжные выдохи, и заглядывания в глаза друг другу – всё это давало бешеное возбуждение, и братья снова предались утехам, забыв обо всём, Том бешено толкался в брата, от чего тот уже хрипел, кусая свои губы, губы брата, руки, всё, что попадалось. Это были сладкие муки. Том держал брата крепко, делая так, как нравится только ему, не думая о желаниях младшего. Том наказывал его, но наказание было мучительно приятным, Билл готов был хоть всю жизнь получать подобные наказания. Громко простонав, оба кончили, упав на пол.       Приведя дыхание в норму, Том спокойно устроился на груди у брата, прикрыв глаза. Тот гладил его по голове, спине, заставляя ещё больше входить с томную дымку сна.       - Том, - хрипло заговорил младший, отчего брат невольно улыбнулся, значит, не напрасно прошло наказание.       - Что?       - Я снова тебя соблазнил? – тут Том потерялся. Это звучало как бы пошло, но в то же время, слышались какие-то нотки надежды что ли…       - Нет       - А что тогда?       - Просто я люблю тебя.       - Я всегда это знал…       - Я тоже.