"Святые"

Утреннее похмелье не сравнится ни с чем. Ни с переездом, когда половину ваших вещей потеряли, ни с криками жены, которая будет винить во всем вас, ни даже с Апокалипсисом. В такой момент вы готовы отдать все, что у вас есть, лишь бы это прекратилось. Забавно, что раньше с этим было проще. Лет в шестнадцать можно было тусить всю ночь, а на утро выпить бутылочку холодного пива и снова в бой. Ах, молодость, молодость… Стайлза разбудило тихое поскуливание и что-то мохнатое, вылизывающее его лицо. Щенок даже не удосужился подвинуться, когда хозяин уже открыл глаза и отмахивался от него рукой, умоляя дать ему еще пять минут и минералочки. Хелл продолжал прыгать на парнишке, высунув язык, и нетерпеливо поскуливал. Хаски на секунду замер, прислушиваясь, а потом, сделав пару шагов вперед, усиленно к чему-то прислушиваясь, запутался в одеяле и грохнулся с кровати. В дверь неуверенно постучали, как будто не были точно уверены, хотят они войти или нет. Зарывшись лицом в подушку, Стилински снова попытался заснуть, надеясь, что у человека за дверью проснется совесть, и он уйдет. Но на третий раз, когда удара стали уверенней, Стей больше не мог игнорировать непрошенного гостя. Он нехотя встал с кровати, откинул с щенка одеяла, позволяя ему снова забраться на кровать и устроиться на его месте, и, прислонившись к холодной стенке, приоткрыл дверь. На пороге, переминаясь с ноги на ногу и спрятав руки за спиной, стоял Лиам. Он осмотрел парня с головы до ног и, поняв, что он разбудил его, виновато опустил голову. — Прости. Я не разбудил тебя? Глупый вопрос, но разговор с чего-то надо было начинать. Стайлз потер глаза и раскрыл дверь шире, пропуская паренька. — Нет. Это сделал Хелл. Данбар замер на пороге, тихо прикрыв за собой дверь, и нахмурился, не понимая, о ком идет речь. Видя, что мелкий слишком уж напрягает свои извилины с утра пораньше, Стилински пояснил, указав пальцем на комочек, улегшийся между подушек. — Щенок, —, а потом замахал руками, когда у парня глаза на лоб полезли. Это тебе не твой собственный дом, здесь ни у кого нет домашних питомцев. В этом месте они все зверюшки Питера Хейла. — Не спрашивай откуда. Стей прошел внутрь комнаты и плюхнулся на кровать, не желая, ни разговаривать, ни чем-либо еще заниматься в это утро. Данбар осторожно присел в кресло, наблюдая, как Хелл прыгает по своему хозяину, принуждая его встать и пойти погулять с ним. — А что ты здесь делаешь? — наконец, решил поинтересоваться Стилински. — Меня Крис к тебе направил. Ты же это… — парень замялся, не зная, помнит ли Стайлз, что теперь у него на шее еще один щенок. — Ты теперь мой куратор. — Ох, — раздалось обреченное из-под подушки, так как мелкий говорил слишком громко. — Дай мне минут пятнадцать. Я сегодня не в форме. — Ничего, я понимаю. Ах да, это тебе. Лиам вдруг вспомнил, что он принес с собой водичку, и кинул бутылку Стилински. Тот довольный припал к горлышку, проливая на себя большую часть, но стал ненавидеть мир чуть меньше. — Ох, мелкий, спасибо. Ты мой герой. Данбар смутился и немного покраснел. Его редко кто благодарил, он же самый младший в клане. К тому же здесь все были намного старше его, так что друзей у него не было, да и поговорить толком не с кем. — Значит, ты сегодня на мне? Стей пока еще туговато соображал, шестеренки в голове отказывались работать, как полагается, но план постепенно складывался у него в голове. — Не хочу тебя расстраивать, но не только сегодня, — решил напомнить мелкий, затащив к себе на колени щенка. — Тогда пойдешь со мной, — неуверенно начал Стайлз, вспоминая о СМС друга прошлой ночью. — Мне надо кое с кем встретиться сегодня, желательно так, чтобы ни Питер, ни Крис об этой встрече не знали. — Не думаю, что это хорошая идея, — Данбар скосил взгляд на лодыжку парня. — Об этом не переживай, — улыбнулся Стилински, рыща в ящике стола. — Тогда наш первый урок «Как слинять от босса и не получить потом от него за это нагоняй». Лиам натянуто улыбнулся, стараясь скрыть тревогу, но удавалось ему это плохо. И Стей не винил его в этом. Парнишка еще зеленый, ясное дело, что боится начальства, тем более, что начальники в лице Питера и Криса — не самые лучшие кандидатуры, которых стоило бы бесить. — Если поймают, вали все на меня, — попытался успокоить Стайлз паренька, но вышло только хуже. Мелкий и так винил себя, за то, что его куратор просидел в подвале из-за него целые сутки, а теперь в случае опасности, должен будет снова его подставить. — Да не трясись ты так. Все будет хорошо. А потом тише добавил. — Наверное. Нет, Стилински не самоубийца, нет, он не Бэтмен и не Супермен, чтобы успеть вернуться в особняк до того, как Арджент или Хейл хватятся его, и нет, он не хочет снова в подвал. Он вполне отдает себе отчет в том, что делает, когда замыкает провода на следящем устройстве, вставляет карту какого-то магазина в щелку для ключа и снимает с себя железяку, победно улыбаясь и отшвыривая ненужную вещь на кровать. Конечно, Стей понимает, чего это ему будет стоить, но сегодняшняя встреча важнее очередных закидонов и истерик босса. Еще ночью Стайлзу пришло сообщение от Скотта: «Надо поговорить. Срочно. Слиняй от своего нового босса и проследи, чтобы не было слежки. Разговор будет серьезный. Увидимся у Пирожка, когда последствия твоей вчерашней гулянки утихнут.» Парень даже не удивлен, что другу известно, как и с кем он провел вчерашний вечер. Небось Джексон все рассказал. Трепло! Уже привычный побег из окна своей комнаты состоялся удачно, не считая того, что Данбар зацепился за карниз и упал на колючие кусты на земле. Но, к счастью, его крики никто не услышал, и они спокойно сели, а точнее одолжили Джип у одного из людей Хейла. Кого именно, они точно не знали, но были уверены, что как только вернуться, хозяин тачки объявится. — Ты случайно не знаешь, что сделали с моей деткой? — как бы невзначай поинтересовался Стайлз, имея в виду свой Порше. — Я не видел ее с тех пор, как выстрелил в Питера. Парнишка опустил голову и виновато закусил губу, будто это была его вина. Он-то, наоборот, был счастлив выбраться из особняка и прогуляться по ночному городу, а вот другие люди из кланы не были того же мнения. — Ты оставил ее у казино, — подтвердил Лиам, смотря вперед, на дорогу. — Билл и другие ребята разбили ее, когда вернулись на утро ни с чем. Хейл злился, а там твоя тачка и… — Я понял, — прервал Стайлз неловкое бормотание паренька. — Бедная моя малышка, — печально вздохнул Стилински, поглаживая кожаный руль и раздумывая, может и с этой тачкой поступить так, как они поступили с его деткой. Стей редко когда умел молчать, особенно если был чем-то встревожен или недоволен, а учитывая, что последняя неделька выдалась, мягко говоря, напряженной, нервы парня были натянуты как струна на гитаре. Одно легкое прикосновение к ней, и дрожь прошла бы по всему телу и застряла бы где-нибудь в голове, крепко засев в мозгу и не давая расслабиться. Через десять минут тишины, что так бесила Стайлза, он все-таки решил завязать пусть пустой, но разговор. — Так значит, ты уже почти полгода работаешь на Питера? — Ну да. — И как же тебя угораздило? Лиам усмехнулся про себя, вспоминая, что их первая, да и пожалуй, вторая и третья встречи были далеко нерадужными. — Я… эм, — парнишка смущенно закусил губу, припоминая, что Арджент не просто просил, а почти что угрожал прострелить ему колено, если он кому-нибудь расскажет о той истории. Но, это же Стайлз. Будет глупо начинать их сотрудничество с вранья. — Я угнал Харлей Девидсон у Криса. Стилински резко дал по тормозам. Парни уцелели лишь чудом, ровно как и джип, который чуть не перевернулся. — Что? Почему ты еще жив? — Я сам задаю себе этот вопрос. Месяцев пять назад я забрел на Кингроус Стрит ближе к вечеру. Начинало подмораживать, да и есть жутко хотелось. Я тогда был на мели, и я бы никогда так не поступил, но меня сильно прижало, и деньги нужны были как никогда, — мелкий так оправдывался, как будто ему было стыдно до сих пор. Слишком светлый для это мира, слишком честный для города Ангелов, слишком добрый для «Святых». — А там мотоцикл стоял. Один одинешенек. Никому не нужен. Да я спас его. Кто же знал, что в этой глуши кто-то есть? Ну я и сел на «коня» и поехал. Слышал бы ты, как он рычал. Мм…музыка для ушей. Стайлз вырулил на дорогу и продолжил движение. Он старался не перебивать Данбара. Тот, как, собственно, и сам парень, много болтал и уходил от темы. Казалось, Лиам собрался рассказать историю досконально, только что о погоде не обмолвился. — Не успел я и десяти метров проехать, как меня сбили бейсбольной битой, а Харли Девидсон врезался в мусорные баки. Лежу я на земле, в голове гудит, облака проплывают мимо, а надо мной стоит мужик и матерится. Я уже приготовился к смерти, зажмурился, чтобы не смотреть в расплавленное серебро, что плещется в его глазах, а он схватил меня за грудки, поднял над землей и замер. А потом как выдаст: «Да ты же пацан еще! Какого хрена ты трогаешь мой байк?» А я застыл и не знал, что говорить. Почему я вообще все еще жив? Какого черта он болтает, когда по закону жанра должен был сразу прихлопнуть меня? А он стоял и буравил меня взглядом. Воров никто не любит, я знаю, я сам какое-то время жил на улице. И я бы понял, если бы он меня пристрелил, а он вместо этого посадил меня на байк и отвез к себе домой. Нет, сначала он, конечно, меня отделал, но после усадил за стол и накормил. Я думал, еда отравлена. Ну, сам посуди — мужик и готовит. А еще и какого-то сопляка кормит. Стайлз усмехнулся, припоминая, что и Питер, вроде как, готовит. Наверное, у них есть свой клуб, где они по вечерам печенье делают и тортики пекут. Ходят в фартуках и порхают на кухне. А утром или в полночь они вновь становятся ублюдками с волыной под подушкой. — Потом он представился другом Хейла, и тут я окончательно убедился, что мне хана. Крис сказал, что теперь я работаю на него и Питера, нравится мне это или нет. Хейлу я сразу не понравился, а Арджент до сих пор не подпускает меня к Харли Девидсону. А ведь я его починил тогда. Но Крис сказал, что я сяду на него только через его труп. Мелкий довольно выдохнул, закончив свою историю, и выжидающе смотрел на своего куратора. Стилински скосил глаза вправо, поглаживая большими пальцами руль, но потом не выдержал и улыбнулся. — Ну что я могу тебе сказать? Поздравляю! Лиам надулся и отвернулся к окну. — Нет, я серьезно. Все в том чертовом доме чем-то провинились перед Питером, но не ты. Ты отвечаешь перед Крисом. На мой взгляд, это гораздо лучше. Сдается мне, за это тебя Хейл и не взлюбил. Да, ты живешь в его доме, ешь его еду, но у него нет над тобой власти. Ты можешь уйти, когда захочешь — Арджент не станет насильно тебя удерживать. Другие не могут этим похвастаться. Мы будем работать на нашего зодчего, пока не сдохнем. Через пол часа трепки и бесконечных благодарностей за спасение задницы мелкого в день встречи с Джерардом машина подъехала к борделю «Сладкая жемчужина». На небольшом двухэтажном доме не весела табличка с названием места, перед дверью не лежал коврик с надписью «Добро пожаловать», это место только для посвященных. Отнюдь не многие осведомлены об этом райском местечке. У входа стояло с десяток человек, все с пропусками, стильно одетые и с до неприличия довольными лицами. Скотт, как только увидел друга, замахал руками, призывая подойти. — Скотти, это Лиам, щенок, которого мне сбагрили, — ткнул Стей себе за спину. — Мелкий, это мой друг Скотт. Парни пожали друг другу руки и неловко замолчали. МакКол хотел бы поговорить без лишних ушей, да и стоит ли пускать несовершеннолетнего в бордель. — Он не проболтается, — заступился за Лиама Стилински. — Я ручаюсь за него. Скотти неуверенно кивнул, как будто за то время, что они не виделись, он перестал верить в своего друга. — Ты, вроде бы, хотел поговорить? — И даже не поздороваемся с Пирожком? — МакКол кивнул в сторону борделя и развернулся, чтобы уйти. Пирожок, он же Бобби Финсток, владел небольшим, но единственным борделем в городе. «Сладкая жемчужина» славилась далеко не самыми лестными отзывами, но девочки там были отменные. Все по первому классу: стриптиз, шесты, полуголые девки, спиртное не самое дорогое (в отличие от «Пингвина». Джексон змееныш заламывает цены дальше некуда), приватные танцы, ну и конечно же, можно купить себе пару девушек на вечер. Все девочки чистые, ухоженные, у Пирожка с этим строго - все, кто на него работает ежемесячно проверяются на венерические заболевания и делают прививки. Как-то даже Бобби заставил всех своих танцовщиц пройти психологическую проверку, потому что один из клиентов обвинил «Роковую вишенку» в том, что она чокнутая. Справочку Финсток лично занес ублюдку, посмевшему оскорбить его девочку, и заставил сожрать этот чертов листок бумаги. Больше работниц «Сладкой жемчужины» никто не оскорблял. Пирожок, как обычно, ждал парней у входа, откинув лацканы лилового пиджака и выставляя на всеобщее обозрение револьвер Смит-Вессон, который ему подарила жена перед разводом. Даже жена, а та была женщина умная и терпеливая, не смогла ужиться с этим человеком и привыкнуть к его вечным закидонам и странному желанию, чтобы его называли Пирожком. Но это личное дело каждого, и если владелец борделя хочет, чтобы его называли вкусным десертом, то быть по сему. — О, мои мальчики, — счастливо протянул Бобби, притягивая к себе сразу обоих парней. — Давненько я вас не видел. Вы совсем про меня забыли? Стилински с трудом отлепил от себя мужчину, стараясь не выпускать из виду Лиама. — Прости, Пирожок, нам было не до твоих девочек. — И это при том, что я делаю вам просто до неприличия огромную скидку? Казалось, Финсток был задет до глубины души, но уже через минуту, он вновь улыбался и напоминал охране то, что они и так уже давно знали. — Эти двое мне как сыновья, — кричал Пирожок направо и налево, крепче прижимая к себе парней. На входе все трое замерли, проследив за серьезным взглядом охранника. Он буквально испепелял Данбара глазами, и паренек не знал, куда себя деть. — Он со мной, — быстро вставил Стайлз, пока мелкого не выдворили вон. — Я прослежу, чтобы все было законно. — Мы завяжем ему глаза, — поддакивал Скотт, притянув Лиама ближе к себе, чтобы не потерялся. Финсток помялся немного, только делая вид, что сомневается в своих почти что сыновьях, а потом закивал головой, пропуская всех троих внутрь святая святых «Сладкой жемчужины». — Верю, верю, мальчики. Вы единственные, кому в этом продажном городе можно верить. И кому, если не вам я оставлю свое детище? Скотт и Стайлз уже привычно закатывали глаза. Тоже мне подарок. Хотя владеть единственным борделем в городе дело прибыльное и совсем не проигрышное, если делать все правильно. Признаться, в этом Стилински и МакКол были профанами и загробили бы бизнес еще на первом месяце работы, выбрав далеко не романтичную и расслабляющую музыку для приватных танцев. Не говоря уже о том, что девочки в «Сладкой жемчужины» работают бойкие и хитрые, как только речь заходит о зарплате, начинают что-то придумывать и угрожать увольнением. Финсток в этом бизнесе уже давно и прекрасно знает, что идти им некуда. Тоже мне, актрисы и модели. Только в их воображении, а на деле же они обыкновенные шлюхи, которые хотят зарабатывать огромные деньги всего лишь за то, что раздвигают ноги по первому щелчку. — Пять минут и я у ваших ног, — Пирожок заказал Текилу, не забыв, ткнуть пальцем в мелкого и напомнить, что до восемнадцати в этом заведении ему продадут только колу, и оставил парней. — Не торопись, — успел крикнуть Стей, прежде чем владелец борделя затерялся в толпе. Они сидели в первых рядах, их стол стоял совсем рядом со сценой. Сейчас выступала обворожительная «Кармелита», крутясь на шесте и задирая свои стройные ножки, демонстрируя все, на что она способна, и заставляя Лиама снова и снова сглатывать, не зная, куда девать свои глаза. Стайлз обласкал взгляд красавицу, отметив про себя, что и в тридцать с хвостиком женщины умеют заводить не хуже чем в двадцать. Скотт равнодушно посмотрел на танцовщицу и тут же перевел взгляд снова на друга. Таким взглядом ему бы в ЦРУ работать, сидел бы молча напротив преступника и говорил всего одну фразу: «Признайся!» Брр! Аж мороз по коже от него, а, вроде бы, друг. — Ну и что ты смотришь на меня таким убийственным взглядом? — Стилински даже не отвел взгляд от танцовщицы, что заканчивала свое выступление, боясь, что если он попытается изобразить непонимание на своем лице, то Скотти его здесь же и прихлопнет. — А ты догадайся! — и снова говорит так, что даже холодно становится. Нет, это не равнодушие и не угроза. Так МакКол говорил в детстве, когда его друг вляпывался в очередную потасовку. Он как более мудрый брат, который время от времени вправляет Стею мозги. Прямо как Джордан. На сцену вышла «Анжел» в костюме ангела. Белые почти прозрачные крылья были распахнуты за спиной, из-за света, падающего на них, крылья переливались, заставляя посетителей снова и снова возвращать взгляд к ее оголенной спине. Голова обманчиво невинно была опущена, а над ней висел яркий нимб. Лиам впервые зашел в бордель, а «Анжел» опытная девушка и знает, как привлечь к себе внимание. Стайлз и Скотт попались на ту же удочку, впервые с ней познакомившись, но теперь-то они знают, что сердце красотки ледяное, как айсберг в Тихом океане, а сама она та еще дрянь. Но Лиаму еще всего лишь шестнадцать и ему можно позволить хоть раз зажимать стояк рукой, когда «Анжел» так смотрит и провокационно закусывает нижнюю губу. — Когда-то ты бы польстился на таких, как она, — напомнил Стилински, наконец, решившись взглянуть на друга. Тот смущенно улыбнулся и отвел взгляд, ища кого-то в зале. — Ах да, я же забыл. Сердце моего друга похитила сногсшибательная брюнеточка, что любит надирать тебе задницу на спаррингах. МакКол уже было хотел сказать, что он лишь позволяет ей эту маленькую шалость, хоть они оба и понимают, что Эллисон не из робкого десятка и любому из них переломает кости или всадит стрелу, если ей что-то не понравится. Но девушка вовремя появилась и остановила надвигающийся конфликт. — Привет, Эллисон, — расплылся Стей в улыбке, заметив, как друг покраснел и замялся при ней. Девушка махнула Стайлзу рукой и приобняла своего парня со спины, прижимаясь губами к его щеке. Скотти покраснел еще сильнее, поймав на себе лукавый взгляд друга и смущенный Данбара. — Я пойду принесу нам чего-нибудь выпить, — быстро вскочил он, не зная, куда деть глаза и руки. — Видимо Пирожок совсем о нас забыл. Стилински тихо засмеялся в кулак, наблюдая, как друг, пятясь назад, сбил официантку и наступил на ногу какому-то мужику, все время громко извиняясь и неловко улыбаясь Эллисон. — Он тебя не достоин, — пропел парень, качая головой. — Не завидуй, Стайлз, а просто найди себе девушку. — Или парня, — отозвался Лиам, провожая полуголую девицу взглядом. Увидев, что его новые друзья непонимающе смотрят на него, мелкий решил попробовать оправдаться. — Я хотел сказать, что можно ведь не только с девушкой встречаться, но и с парнем. Не то, чтобы я любил парней, нет, я просто… я имею ввиду, что я не имею ничего против. То есть я не осуждаю, если кто-то… — Лиам, — прикрикнул на пацана Стей, желая прекратить этот поток бессмысленной болтовни. — Мы тебя поняли. Эллисон откинулась на стуле, сложив руки на груди, и рассматривала так называемых танцовщиц. Она никогда их не понимала. Ну хочешь танцевать — танцуй, хочешь мужика в постель — пожалуйста, кто же мешает. Но нет, они хотят соблазнять мужчин, забирать у них все деньги до копеек, и при этом все законно и она ему даже не жена. Почти идеальная система. Исключая тот маленький факт, что свою гордость и свое достоинство можно засунуть куда подальше, чтобы заниматься таким делом. И эта расслабленная поза, эта легкая ухмылочка все знающего победителя и слишком явное презрение к окружающим (Эллисон никогда не молчала, если ей что-то не нравилось) до ужаса напомнила одного знакомого, у которого, помнится, как раз есть дочь приблизительно ее возраста. — Слушай, — протянул Стилински, придвигаясь к девушке поближе, и убедившись, что Скотти все еще стоит у барной стойки, спросил. - Это, конечно, не мое дело, но ты не скажешь мне свою фамилию. Эллисон округлила глаза, мысленно приготовившись к любой неожиданности, если что, парень будет лежать в нокауте через секунду. — Просто любопытно, — поспешил добавить Стей, видя, как у девушки чешутся руки. Нет, ну вылитая… — Арджент, — твердо произнесла старая знакомая, нахмурившись еще больше, когда у парня чуть челюсть не отвалилась. — Моя фамилия Арджент. Доволен? — А Крис тебе совершенно случайно не родственник? — Он мой отец, Стайлз. Что за допрос? — Вот черт! — воскликнул парнишка, едва успев зажать рот рукой. Афигеть? Нет, ну, а что здесь еще можно сказать. Получается, что они уже как пять лет дружат, а некоторые не только дружат, с дочкой опасного человека. О таких вещах нужно предупреждать заранее. — А Скотт знает? — О чем? — О том, что твой отец правая рука Хейла, — Эллисон успела вмазать, возможно, уже экс-другу, прежде чем он ляпнул еще что-нибудь, что не должны были слышать посторонние уши. - Ау! За что? — За то, что болтаешь много! — бросила девушка, схватив парня за воротник, и, убедившись, что на них никто не смотрит, а МакКол еще не вернулся, покрутила кулаком перед лицом Стилински. Ему не нужно объяснять, то если он скажет что-то лишнее, то лишиться пары зубов. — Ты его знаешь? — уже тише спросила она, отпуская Стайлза. — В каком-то смысле, — уклончиво ответил Стей, садясь обратно на стул, но поймав злобный взгляд (черт! Взгляд, который нельзя игнорировать. Видимо это у них семейное) девушки, дополнил. — По его милости я на цепи и под конвоем. Мы не поладили с самого начала. — Он сложный человек, — подтвердила Эллисон, ища глазами Скотти в толпе. Что-то он задерживался. — Это точно, — снова встрял Данбар, но тут же отвернулся, когда понял, что и ему скоро прилетит. — Не говори ничего Скотту! — пригрозила юная Арджент, вновь поднимаясь со стула. — А то я отца на тебя натравлю. Стилински побаивался ее, тем более, учитывая, чья она дочь, но… — Он мой друг. — Я не прошу тебя врать ему, я прошу дать мне шанс самой все ему рассказать. — Ты как раз таки просишь меня соврать. — Тебе не привыкать! — беззлобно бросила Эллисон, улыбаясь возвращающемуся МакКолу, но Стайлз все равно обиделся. Тихо ненавидя весь мир, Стилински сидел, поглядывая на очередное юное дарованье, коих в «Сладкой жемчужине» хватало, и попивал дешевый бурбон. Старанья Питера прошли даром, парнишка так и не научился пить действительно стоящие напитки. Ну да ладно, на это у них еще будет полно времени. А может, и нет… — Ты, вроде бы, говорил, что у нас серьезный разговор, — напомнил Стей, бросив в друга мятую салфетку. — Ты же, вроде, не настроен разговаривать. — Уже настроен. Скотти осторожно снял со своих колен Эллисон и облокотился на стол, принимая одной из тех выражений лица, когда человек хочет спросить что-то важное, но при этом боится ответа. — Как тебе твой новый босс? А последнее слово брошено с такой неприязнью, что так и хочется себе нос об стену сломать. Как будто это он во всем виноват. — Нормально, — обронил парень, присосавшись к бутылке. Ох, Питер снова будет недоволен его пристрастием к алкоголю. Что ж, надо быть более осмотрительным в выборе работников. — Уже так сдружились, что выпиваете вместе? Скотт сжимал и разжимал кулаки, сдерживая накатившую ярость, и только Арджент не давала ему сорваться, чуть приобнимая его и шепча что-то успокоительное на ухо. С первого взгляда можно подумать, будто Скотти заводится с пол-оборота, и, возможно, в целом так оно и есть, но… скажем так, у него есть причина злиться на лучшего друга. Потому что Стайлз знал, у него есть свои причины желать смерти Хейлу. Причины не менее весомые, чем у самого Стилински. В это сложно поверить, но поначалу Питер даже нравился МакКолу. Хотя нет, он никогда ему не нравился, с самого начала он знал, что этот мужчина погубит его семью, но смирился с тем, что мама встречается с таким ублюдком. Мелисса сказала, что не нуждается в наставлениях десятилетнего мальчишки, несмотря на то, что он единственный мужчина в доме. Скотти должен был защищать мать, должен был что-нибудь придумать, но… Все началось, когда они поехали на какую-то вечеринку. Там, вроде бы, началась какая-то потасовка и убили одного из гостей — семилетнюю девочку, сестру хозяйки дома случайно пырнули ножом. Мелисса работала врачом и много чего умела, но не возвращать людей с того света. Когда пациент умирает на твоих руках это сложно пережить. Когда на твоих руках умирает ребенок… скажите, как жить дальше? Питер просто хотел помочь. Он всего-навсего дал ей попробовать экстази. А потом был героин, кокаин, а дальше нельзя было остановиться. Скотт никогда не видел маму такой веселой. Десятилетний мальчик еще не знал, что такое наркотическая зависимость и даже не подозревал, что доживает с матерью последние дни. Питер просто хотел помочь… по крайней мере, он так говорил. Он частенько приносил мальчишке плюшевых зайцев и медведей, а в цирке всегда покупал сахарную вату. Порой даже катал у себя на шее. Он был неплохим в каком-то смысле, а может, он просто играл свою роль… Он играл ее так же прекрасно и через четыре месяца, когда Мелисса скончалась от передозировки в каком-то гадюшнике. Хейл передал ребенка службе опеки и забыл о нем, так же как и о его матери. Это у него хорошо получается. В конце концов, это не первый ребенок, которого он сбагривает в приют. — Я убью его, — твердо произнес Стайлз. В этом он не сомневался ни секунды. Он убьет его! Так будет. И ничто на свете ему не помешает совершить правосудие. Через пару минут, за которые все за столом успели приуныть от столь пессимистичной ауры вокруг них, к МакКолу подошел парень и склонился к его уху. Стилински почти сразу узнал в нем Дэнни, он сам обучал паренька. «Девкалион» — промелькнуло страшное слово в голове у Стея. И не ошибся. Когда парень скрылся в толпе, Скотт, не поднимая глаз на друга, сообщил ему, зачем они здесь собрались. — Дев хочет тебя видеть. Голос хриплый, едва слышный. Не знай Стайлз друга, подумал бы, что ему стыдно. Но он не стыдился, он знал, что поступает правильно. Стилински заигрался и уже не понимает, где игра, а где реальность. Хейл — опасный зверь, его надо держать на привязи, а еще лучше пристрелить как бешеную псину, но парень, почему-то, забыл об этом. Как только Стей поднялся с места, Лиам вскочил следом, не желая бросать своего нового куратора. Он хоть ни разу и не видел бывшего босса Стайлза, но был наслышан. — Нет, мелкий, ты останешься здесь, — тут же осадил его парень. Данбар сделал шаг вперед, не желая мириться с таким приказом, но Скотти успел перехватить его за руку, заставляя сесть на место. Воспользовавшись минутной заминкой, Стилински зашагал прочь, в сторону, куда ушел Дэнни. Остановившись за колонной, парнишка закрыл глаза и мысленно досчитал до десяти. Раз, два — глубокий вдох. Это всего лишь встреча. Три, четыре — выдох. Питеру это не понравится. Пять, шесть — открыть глаза и взглянуть на «Изабель» с хвостом, торчащим из стринг. Ах, что же можно сделать с этим хвостом… Семь, восемь — понять, что жизнь не такое уж дерьмо, а паника не такая уж и страшная вещь, когда «Изабель» изучает язычком твое небо. Девять, десять — да пошло оно все! Стей вышел из-за колонны и подошел к столу, где его уже ожидали. Девкалион расслабленно сидел на стуле, потягивая Камю из хрустального стакана, принесенного с собой. Он бы не стал пить из грязной посуды Бобби, из которой до него пил хоть один смертный. Чуть поодаль, за спиной, как и положено, стоял Эйдан, заложив руки за спину и слегка ухмыляясь. Да, удача сегодня на их стороне. Но им не позавидуешь, если они хоть что-нибудь сделают с ним и об этом прознает Питер. Мальчишка покрутил головой в поисках второго близнеца, но никого не заметил, пока две тяжелые руки не опустились ему на плечи и не подтолкнули к стулу. Чтобы убедиться, что за спиной именно Итан не надо было оборачиваться, достаточно было взглянуть на довольную физиономию его брата. Окружили, гады. Стилински сел напротив Дева, и только тогда мужчина обратил на него внимание, отставив стакан в сторону. — Ты соскучился? — у Стайлза есть привычка говорить первое, что придет в голову, когда он волнуется. — Мог бы открытку прислать или СМСку строчнул бы. Стей резко дернулся, когда сзади на его плечи снова опустились тяжелые руки, но все те же руки крепко удерживали на месте, а потом и вовсе стали массировать плечи и разминать шею. Невольно вспомнилось, что один из близнецов нетрадиционной сексуальной ориентации. Интересно, это который? — Итан, если ты не уберешь от меня свои руки, я их тебе сломаю. — Это для твоего же блага, — объяснил Девкалион, разглядывая как прежде нервного и дерзкого мальчишку. — Мы давно не виделись, ты сменил начальство. Мало ли что тебе взбредет в голову. Поэтому либо тебя держит Итан, либо… Мужчина поднял глаза выше, на парня, что держал Стилински, и тот без зазрений совести взял со стола вилку и воткнул ее мальчишке в руку. Если бы не громкая музыка, крик парня услышала бы вся округа. Стайлз достал вилку из руки и приложил к ней салфетку, которая тут же пропиталась кровью, и не стал спорить, когда руки вновь легли на его плечи. Черт! Придется как-то объяснять Питеру, что у него с рукой, он как заботливая мамаша, все время что-то спрашивает, следит, чтобы он ел, проверяет, нет ли на нем царапин. Странный вообще человек. Увидев, что делают с его куратором, Лиам подскочил на месте, но Эллисон и Скотт не дали ему уйти, вовремя сообразив, что парнишку лучше вообще не отпускать, слишком уж он прыткий. — Успокойся. Так ты сделаешь ему только хуже. — Я думал, вы друзья, — сквозь зубы пробормотал Данбар, игнорируя девушку в купальнике, что делала ему массаж. — Так и есть. — Тогда почему ты это позволяешь? МакКол задумался на мгновение, почувствовав укол вины, но вовремя вспомнил, в каком мире они живут. — Значит, Питер не делает с ним ничего подобного? Мелкий опустил голову, сдаваясь. Неважно где они, проблемы будут везде, а Стайлзу не привыкать, он и не из таких передряг выходил. — Ему шестнадцать, — напомнил Скотти девушке в купальнике, когда она скользнула рукой к ширинке Лиама. Танцовщица, подняв руки в знак того, что сдается, удалилась, позволив Данбару, наконец, выдохнуть. Нет, все-таки ему еще рановато по борделям ходить. И о чем только Стилински думал? — Я хотел бы сделать тебе деловое предложение, — снова заговорил Дев, периодически поглядывая на «Анабель» — новенькую девочку Пирожка. Ей от силы лет шестнадцать, но она уже знает, как завладеть вниманием мужчины с большим кошельком. — Считай, что тебе удалось завладеть моим вниманием, — вновь стал отшучиваться парень. — Но сначала я должен узнать, насколько ты предан своему новому хозяину. И вот это то, чего боялся мальчишка — что его начнут проверять, выведывать информацию, шантажировать или банально пытать. И ведь как бы он не желал смерти Хейлу, стучать на него, означало рыть себе могилу. Стукачей никто не любит. — Ты же знаешь, я никому не предан. И ненавижу вас обоих. Вы оба забрали у меня свободу. А ты, не забывай, пожалуйста, сам отдал меня в руки этому ублюдку. — Я дал тебе шанс — ты его профукал. Это твоя вина, что ты не смог от него убежать. Парнишка фыркнул, но быстро успокоился, вспомнив, что близнецы плохо относятся к тем, кто оскорбляет их босса. — А ты видел, как он бегает? Сколько ему? Около сорока? Разве ему не положено лежать на диване и поедать чизбургеры? — Питер не из тех, кто отсиживается в стороне, да и чизбургеры он не ест, — отстраненно произнес мужчина, допивая коньяк. Он не намерен оставаться здесь дольше, чем требуется. — Говорят, тебя держат на коротком поводке. — Люди много болтают, — напомнил Стайлз. В этом городе, да и вообще в этом мире никому нельзя доверять. — Ты видишь на мне поводок? Дев бегло осмотрел паренька и вроде бы, успокоился, не видя в Стее никаких изменений. Он все тот же мелкий засранец, что вломился к нему в дом и торговался на счет оплаты. — Ты все еще хочешь отомстить? Вот оно! Вот зачем они сегодня собрались. Не думает ли Стайлз соскочить? Не размяк ли он, живя под одной крышей с убийцей своих родителей? Не считает ли, что Питера можно и простить, раз уж он за ним присматривает? Ответ - нет. Есть вещи, которые нельзя простить. — Что от меня требуется? Ты хочешь, чтобы я доносил на него? Стилински никогда не стучал и ненавидел дятлов и уж точно не собирался становиться одним из них. — Это не обязательно, — милостиво сжалился Девкалион. — Только если узнаешь что-то действительно важное. Бизнес я ему сам подпорчу, не переживай. Мне нужно, чтобы кто-нибудь разрушил его «семью» изнутри. Понимаешь? — Меня там все, за исключением пары тройки ребят, ненавидят. — Но не все! — подчеркнул мужчина, вставая из-за стола. — Прояви свои таланты обаятельного и смышленого мальчика и забери у Питера Хейла все, чем он дорожит. Начни —, а мы поддержим! И если Стайлз выживет, конечно, то, наконец, получит то, что так давно хотел — месть. Но… Вообще есть много «но». Крис, Майки, куча вооруженных людей в доме, в конце концов сам Питер, который шлепнет его, как только поймет, что мальчишка пытается отобрать у него власть. В одиночку ему в любом случае не справится, но и откладывать надолго это дело нельзя. Погруженный в свои мысли, Стилински не заметил, как они с Лиамом успели вернуться домой. Парень молился всем известным богам, чтобы не наткнуться на Хейла, когда пытался прошмыгнуть в свою комнату. За собой дверь закрывать парень не стал, не желая терять время, нашел следящее устройство и уселся на стул. Удивительно, но удача пока была на его стороне. Пока… Как и следовало ожидать, Питер появился бесшумно и, как всегда, не вовремя. Мужчина мягко, почти невесомо ступал по паркету в лакированных туфлях, нацепив на себя одну из излюбленных улыбок. Стильная серая жилетка идеально гармонировала с белоснежной рубашкой и темно-синими брюками. А в руках шляпа в тон жилетки — светло-серая. Для дополнения картины не хватало галстука, но мужчина не носил их, они ему не шли, да и девушки больше засматриваются на открытую шею и ключицы, нежели на удавку с черепами. Лидер «Святых», как обычно, не сидел без дела. Новое дело, новая встреча, новые смерти. Стайлз даже и не пытался убежать. А смысл? Все равно поймают, да еще и влепят за побег. Очередной побег. Парень обреченно откинулся на спинку стула и наблюдал за ленивыми движениями Хейла, что приближался к нему. Босс наклонился к лицу мальчишки, поставив руки на подлокотники по обе стороны от Стилински, и вглядывался в его бессовестные глаза цвета расплавленной карамели. Ни нотки сожаления, даже страха почти не осталось. Наверное, он слишком долго живет в этом доме. Мужчина скосил взгляд ниже, к лодыжке Стея и укоризненно цокнул, вновь заглядывая парнишке в глаза. Стайлз уже был готов к пыткам, к избиению, пока он не выложит все — как снял, где шатался, с кем — ну и конечно же, просто побить для профилактики, чтобы больше такое не повторялось. Но Питер лишь взял из рук мальчишки следящее устройство, опустился на одно колено и захлопнул на лодыжке у парня ненавистную железяку. А после он просто встал, отряхнул брюки и отправился дальше. Как будто ничего и не было, он лишь прогуливался и наткнулся на паренька, а сейчас потерял к нему интерес. — И это все? — почти со злостью выплюнул Стилински в спину Хейлу, и тот остановился, вздернув брови. Парнишка успел уже десятки раз обругать себя за длинный язык, пока босс, как хищник, приближался к нему, заставляя свою жертву уже смириться с уготовленной ей участью. Питер вновь склонился над Стеем, поставив колено между его разведенных ног, и спокойно поинтересовался: — Где ты был? Он не требовал ответа, просто играл роль, которую ему предложил Стайлз. — Гулял, — выпалил мальчишка на автомате. Мысленно он уже репетировал этот разговор с Хейлом, правда в его сценарии все кончилось очень плохо. — Мм, — задумчиво протянул мужчина, а потом осторожно приподнял голову парнишки за подбородок, еще неуверенный, задать ему трепку или сегодня стоит сделать выходной. — Употреблял сегодня что-то? — Нет, я чист, — обиженно выкрикнул Стилински, задетый таким вопросом. Он помнил, что Питер обещал сделать с ним, если он еще раз увидит его накидавшимся, да и сам парень старался соскочить, но понимал, что с его-то жизнью он еще не раз и не два подсядет на наркоту. Но сегодня… сегодня он был чист. — Хорошо. И не смей больше травить себя. Стайлз неуверенно кивнул. «Не буду. Только не при тебе». — Где ты был? — снова спросил лидер «Святых», сильнее сжимая подбородок мальчишки и оставляя на нем синяки от своих пальцев. — Не скажу, — упрямо пробубнил Стилински, стараясь, чтобы голос не дрожал. — Ладно, — легко сдался мужчина, отпуская парнишку. И снова он развернулся, чтобы уйти, оставляя Стайлза теряться в догадках, что сегодня с боссом такое. — И ты ничего не сделаешь мне? Лидер «Святых» замер, закатив глаза и думая, какого идиота он взял на работу. Ему что, жить надоело? — А чего ты хочешь? Чтобы я ударил тебя? — Если честно, да, я ожидал этого. Удар в подых, кастетом по лицу, снова подвал. У меня было много вариантов, но этого там не было. Честность — редкий подарок в наши дни. Пожалуй, это одна из немногих вещей, что и Питер и Стайлз ценили друг в друге. Если мужчина собирался пытать парня или, скажем, отрубить ему какую-нибудь часть тела, то говорил об этом напрямую, да и мальчишка никогда не скрывал, что желает смерти Хейлу. Только дай слабину — и тут же окажешься в могиле. — Тебе не меня надо бояться, а Криса. Вот он точно тебя убьет, если узнает, что ты снял эту штуковину и шлялся не пойми где. А все, что волнует меня, это то, что ты жив и не подсел снова на какую-нибудь дрянь. — Я рад, что у тебя сегодня хорошее настроение, — бодро воскликнул мальчишка, подскочив со стула. — Рано радуешься. У меня просто нет сейчас на тебя времени, но не переживай, как только я освобожусь, уделю тебе пристальное внимание. И подмигнул напрягшемуся парнишке, что вновь упал на стул и впился пальцами в подлокотники, мысленно уже вернувшись в подвал, а потом мужчина добил его репликой. — Не давай мне больше поводов наказывать тебя, мальчик. Я же тот еще садист, не раззадоривай мою фантазию. Почему-то, эта фраза заставила парня улыбнуться. Их откровенность уже давно перешла все видимые и невидимые границы. Они как старые супруги, ссорятся, мирятся, подкалывают друг друга и при этом понимают, что в одиночку им уже не выжить. Стей надеялся, что больше сегодня он не встретит Хейла. Один раз в день достаточно встречи с этим Дьяволом. Весь оставшийся день мальчишка просидел у себя в комнате. Наверное, смотреть «Ходячих мертвецов» на ночь глядя в логове врага не лучшая затея, но больше заняться было нечем. Да здравствует Wi-fi в доме Дьявола. А то ведь и рехнуться можно в одиночестве, а тут сериалы. Примерно к часу ночи и на втором сезоне «Ходячих» Стайлзу жутко захотелось молока. Черт, молока! Странное желание на ночь глядя. Наверное, просто привычка. В детстве мама всегда вечером делала молоко, и в приюте миссис Пинк, когда была ее смена, давала по ночам молоко с имбирным печеньем. Парнишка не был уверен, что у лидера «Святых» в холодильнике имеется молоко, но решил проверить это. Весь дом крепко спал, поэтому Стилински без труда выполз из своей комнаты в северном крыле и спустился вниз. Чтобы попасть на кухню, надо было пройти через гостиную, поэтому мальчишка, потирая глаза, поплелся туда, не надеясь с кем-нибудь столкнуться в столь позднее время. Свернув в гостиную, Стей замер. Свет был выключен, и он не ожидал увидеть кого-нибудь в комнате, но все планы рухнули, когда у телевизора, развалившись на диване, парень обнаружил Питера с уже привычным стаканом виски и —, а вот это и впрямь неожиданность! — попкорном на коленях. Стайлз замялся у стены, раздумывая, вернуться назад в комнату или все-таки пройти на кухню и налить себе молока. Насмешливый взгляд голубых глаз, направленных на него, помог сделать выбор. Бежать было уже глупо — заметили. Глубоко вздохнув, Стилински прошел мимо дивана, стараясь не замечать, как Хейл продолжает следить за ним глазами, и свернул на кухню. Парнишка просидел за барной стойкой минут двадцать. Неторопясь, он пил свое молоко, сверлил стенку напротив и всеми силами тянул время, надеясь, что босс вот-вот выключит телевизор и пойдет спать, но Питер, как на зло, сидел и не уходил. Спустя минут пятнадцать до Стея дошло, что лидер «Святых» специально не уходит. Ждет его. И это было подло, потому что Стайлз догадывался, что Питер заставит его сидеть с ним и смотреть фильм. А подло это было потому, что фильм Стилински узнал, это была еще одна причина, почему он замер на входе в гостиную. «Клуб завтрак» — этот фильм парнишка узнает, даже услышав телевизор в магазине у охранника. Сидеть становилось все тяжелее, так как приближался очень неприятный момент в фильме, и парень хотел бы закрыть уши руками, закричать, что есть мочи, спрятаться под одеялом, а еще лучше закинуться Аддераллом или чем посильнее, лишь бы не слушать того, что происходило в телевизоре. Сердце громко билось в груди, отдаваясь эхом в ушах, руки предательски тряслись, и стакан грозился вот-вот выпасть из рук и разбиться о идеально выложенную плитку. Сидеть дальше сил просто не было, и Стилински тихо выключил свет и вновь поплелся мимо дивана, на котором расположился Питер. Какая-то неведомая сила заставила Стея остановиться и повернуть голову в сторону телевизора, и его как будто парализовало. Снова подростки раскуривают косяк, снова этот разговор о своих неудачах, о том, что отец не понимает его, какая нелегкая жизнь у нее и… И вот Стайлз снова в просторной гостиной на мягком диване с мамой и папой. Они сидят, обнявшись друг с другом, а сам он лежит на коленях у матери. Она перебирает волосы у него на затылке и тихо шепчет, что пора ложиться спать, а отец легким шлепком по бедру, призывает его пошевеливаться. А потом… А потом мужчина мягко обхватил запястье мальчишки и чуть сжал его, привлекая к себе внимание. Парень резко дернулся, но руку вырвать так и не получилось. Хейл смотрел на него немного встревожено и устало и, видимо, без объяснений отпускать не собирался. Стайлз тупо уставился на мужчину, прикидывая, босс издевается или и правда не понимает в чем дело. Лидер «Святых» притянул его к себе, выворачивая запястье, и уронил на диван. Как только парнишка свалился на мягкую поверхность, тихо чертыхнувшись, Питер отпустил его руку, уверенный, что Стилински и так никуда не денется. Парень сел прямо, отвернувшись от мужчины, но уже через пять минут устал так сидеть и откинулся на спинку. Через некоторое время напряженной тишины Хейл спросил: — Ты смотрел фильм «Клуб завтрак»? Мальчишка вылупился на него, открыв рот. Это шутка такая? Но по виду Питера нельзя было сказать, что он пошутил. Кто знает, может, он и правда не помнит, а может снова измывается, доводит, ломает под себя, переделывает для каких-то своих извращенных целей. Стей ничего не ответил, лишь насупился еще сильнее и закрыл глаза, пережидая волну злости. Вдох-выдох. Лидер «Святых » продолжал шуршать попкорном. Вдох-выдох. Фильм приближается к концу. Но только не ненависть, что набатом бьет в висках и требует, чтобы ее выпустили на волю. Повернувшись, Стайлз увидел расслабленное выражение лица босса, и это так его взбесило. Он из последних сил старался не сорваться, а этот подонок спокойно смотрит фильм, отдыхает он, видите ли. Сжав руку в кулак, Стилински вмазал подонку, разбивая его губу и заставляя великого гуру материться. Пока мужчина не пришел в себя, парень снова замахнулся, но прежде чем успел еще раз ударить Хейла, тот перехватил его руку и опрокинул на диван, прижимая мальчишку щекой к мягкой подушке и придавливая коленом спину, чтобы не рыпался. Но не смотря на это парнишка извивался как змея, пытаясь вырваться из цепких рук Питера, пока тот заламывал ему руки и наваливался всем весом, пресекая любую попытку сбежать. Телевизор, неизвестно когда, выключился, и в комнате стало совсем темно. Было слышно только тяжелое дыхание мальчишки, который даже и не собирался успокаиваться, и мерное дыхание Хейла, что удерживал одной рукой оба запястья парня, а второй поперек груди, прижимая к себе и волей-неволей заставляя выравнивать свое дыхание под ровное, спокойное мужчины. А Стей, как бы ни старался, не мог успокоиться. Сердце колотилось как сумасшедшее, мысли бились о черепную коробку, а перед глазами разворачивались такие картины, что сам Ван Гог вдохновился бы ими. Мальчишка бился головой о грудь мужчины, но воздуха от этого больше в легкие не поступало. Не получалось сосредоточиться не на чем… кроме голоса босса. — Тише. Спокойней, — жарко шептал в ухо Питер, боясь хоть на секунду отпустить Стея, и размеренно поглаживал его по груди. — Дыши. Слышишь? Просто дыши. Как приказ, которому Стилински не мог не подчиниться. Строгий ровный голос, который сразу шел в голову, игнорируя барабанные перепонки. Голос, от которого нельзя было спрятаться или заглушить его. Голос, который спасал сейчас лучше чем Аддералл, да и Морфин, если уже говорить начистоту. — Учись справляться без таблеток, — как будто прочитав мысли парня, шептал Хейл, все еще гладя Стайлза по груди и не выпуская его из захвата. — Не будешь же ты так всю жизнь жить. Парнишка затуманенным взглядом посмотрел на мужчину, но увидел, как и прежде, лишь неоновые огоньки, смотрящие с укором и легким раздражением. — Дыши, — вновь повторил лидер «Святых», прижимая руку к сердцу мальчишки, чтобы слышать, как оно бьется. Настоящее. Живое. Такая драгоценность в его руках, что даже не верится. Нет, парень не доверяет ему и вряд ли когда-нибудь доверится, но то, что он срывается это хорошо. Значит, они уже прошли ту стадию, когда надо притворяться, когда надо играть какую-то роль. Сейчас карты вскрыты, и оба знают, что на кону — их жизни. В Стилински так и плещутся эмоции, они переваливаются через край, и пусть это пока что ненависть и злость, это уже не демонстративное молчание и фак на любой адекватный вопрос. Теперь появились эмоции. Когда Стилински немного остыл, Питер чуть ослабил хватку, но не давал ему особого простора для следующих манипуляций. Бросив попытки еще раз врезать мужчине, Стайлз ткнулся лбом в диван и ждал, когда же его отпустят, но босс с этим не торопился. — Ну и что ты собирался сделать, глупый? От столь мягкого и доброжелательного голоса, внутри все болезненно сжималось, мешая дышать, а в глазах расплывалось цветными пятнами. Это слишком очевидная ложь. Слишком наигранная доброжелательность. Парень и так знает, что живым из этого дома ему уже не выбраться, но это не значит, что он собирается играть по правилам «Святых». Он не они. И никогда таким не будет. — Я могу идти? — тихо прошептал парнишка, разминая запястья. Рука немного болела от воткнутой вилки, но она сейчас не особо волновался Стилински. Хорошо, что мужчина не спросил, что у него с рукой. — Нет, — строгий голос в ответ. — Будешь спать здесь, — уже мягче, но все равно приказ, который не обсуждается. — Со мной, — совсем мягкое сопение в ухо. И Питер прижал к себе теплого мальчишку, обнимая его, как плюшевого медвежонка, зарылся лицом в волосы на макушке и позволил себе за весь день немного расслабиться. — Мне неудобно, — через несколько минут пробубнил Стей, поворачивая к мужчине голову. Хейл лишь чуть отодвинулся от него, давая больше места, но не отпустил, продолжая прижимать к себе. А потом и вовсе заявил: — Привыкай. Стилински сначала опешил. В смысле? Хотел бы трахать, давно запер бы в своей спальне, а обнимать кого-то ночью в его-то возрасте, уже странновато, особенно если это мелкий парнишка, желающий ему смерти. Но царь соизволил объясниться. — От твоих криков я уже второй день выспаться не могу. Впрочем, как и весь дом. Стей и сам не высыпался, но ничего поделать не мог. Мужчина каждую ночь приходит к нему во снах. Не к родителям, чтобы их убить, а именно к нему. Предлагает работать на него, предлагает сделку, столь заманчивую, что Стайлз не может отказаться, но не может и согласиться. И эти противоречия разрывают его на части. Мама и папа стоят на той стороне и ждут, они не торопят парня, не призывают его идти за ними, а они просто напоминают, как обошлись с ними, напоминают, что в этом мире полно опасностей. Но главное, Стилински почти уверен, что отец прошептал ему: «Не доверяй Питеру». И он хочет ответить: «Не доверяю». Но как только открывает рот, ему на плечо ложится руку, Стей оборачивается, а за ним стоит Хейл и обнимает его со спины. Руки в крови и она капает ему на футболку, а потом мужчина пачкает и его лицо, но не смотрит на мальчишку. Все его внимание сосредоточенно на Джоне и он повторяет: «Он мой!» А Стайлзу так хочется закричать, что это не так, но отец отворачивается и уходит, а он остается наедине с Питером. Один. Как и всегда. Наедине со своими кошмарами. Парнишка подскочил на кровати, зажимая уши руками и крича, что есть мочи, пока кто-то бережно не убрал его руки, сжимая в стальной хватке. Вроде бы крепко, но при этом как-то бережно, боясь навредить. Питер осторожно прижал к себе мальчишку, упрашивая его успокоиться, но парень никак не мог проснуться, и Хейл укусил его за загривок. Стайлз проснулся, но сам он, похоже, этого не понял. Парнишка забрыкался еще сильнее, пиная ногами мужчину, но уже не кричал. — Малыш, — тихо прошептал лидер «Святых», зарываясь в волосы на макушке Стея, и тот замер. Мужчина во сне не называл его так, только настоящий Питер давал ему разные прозвища, все время надеясь смутить. Это не сон! — Спокойней, малыш. Ты не один. Стилински окончательно проснулся и вспомнил, что он тут делает. Но вместо злости или агрессии, была лишь апатия, не хотелось делать ровно ничего. Лучше уж лежать бок о бок с врагом, чем быть одному в своей комнате. — Что? — Ты кричал, что ты один, — прошептал Питер, не ослабляя хватки, надеясь, что хоть это натолкнет парня на мысль, что мужчина его никогда не отпустит. — Напоминаю, что это не так. Стилински повернул голову в бок, удивительно, но Хейл ему это позволил, чуть отодвинувшись от него. Они просто лежали в темноте и смотрели друг на друга. Вот так просто. Как будто не было последних четырнадцати лет, как будто есть только здесь и сейчас. А сейчас они нужны друг другу. — Давно у тебя кошмары? — спросил Питер через какое-то время. — С тех пор как ты появился в моей жизни. Да, умеет человек произвести впечатление, ничего не скажешь, так, что потом в кошмарах приходит. Хейл ничего не ответил на это, да Стей и не требовал ответа. Впервые в своей жизни, он не обвинял мужчину, а просто констатировал факт. Может, наконец, спустя столько лет, Стилински смог принять тот факт, что жизнь та еще сука. Может, он, наконец, смирился со смертью родителей. А может, всего лишь может быть, что парнишка начал свою игру. Он вотрется в доверие к лидеру «Святых», он заставит Питера доверять ему, добьется расположения остального клана, он даже сумеет сдвинуть Криса с насиженного места, у Эллисон просто не останется выбора, ей придется помочь. Однажды Стайлз убьет Хейла. Однажды. Но не сейчас. Пока он заберет у него все, чтобы тот понял, как нелегко ему пришлось. Стей сделал свой ход. Начался первый раунд.