Новые истории старого замка

      Первая учебная неделя подошла к концу. Близился час икс, а в гриффиндорской гостиной было на удивление тихо.       В ответ на своё письмо Фред получил от отца лишь короткую записку: «Будет сделано. За напитки собери деньги, я вам не лепрекон». Джордж не уточнил, как именно он собирается выполнить просьбу сына. А просил тот немало. Напитки составляли лишь небольшую часть затрат. Самую главную сложность представляла музыка. Как известно, маггловские приборы в Хогвартсе не функционируют (хотя, кое-какую технику, для которой не требуется электричество, всё же смогли приспособить: фотоаппарат, например, очень даже работает). По этой причине организовать музыку для вечеринки всегдаоказывалось непросто. Магическое поле позволяло работать только стареньким патефонам, но раздобыть пластинки с чем-то приличным было невыполнимой задачей. Обычно для гриффиндорских праздников находили какую-нибудь местную группу или заколдовывали инструменты. Оба варианта представлялись весьма сомнительными. Музыканты быстро уставали, а от «оркестра глухих невидимок-шизофреников», как пренебрежительно говаривал Поттер, сложно добиться чего-то дельного. Джеймс и Курт начали было волноваться, но Фред поспешил их успокоить:       — Не боись, папа ещё никогда не подводил.       Совершенно расслабившись, ребята не стали договариваться ни с кем по поводу музыки. Парни из гриффиндорской рок-группы «Red lions» ходили с обиженным видом, старшекурсники с недоумением переглядывались.       Но вот уже большинство ребят ушло на ужин, девчонки разбежались по комнатам пудрить носики, а от Джорджа ни единой совушки! Джеймс, непривычно бледный, сидел на диване крепко сцепив пальцы. Фред нервно мерил шагами прикаминный коврик. Курт, скрестив руки на груди, подпирал стену. Он напряжённо думал. Ему надоело ждать у моря погоды, и он уже открыл рот, чтобы предложить делать хоть что-нибудь, но тут в комнату влетела Роксана Уизли с воплем:       — Где?       — Что? — в один голос переспросили парни.       Роксана оглядела их недоуменные лица и лукаво улыбнулась:       — А-а-а, так вы не знаете…       — Рокси, говори толком. Отец тебе что-то написал? — с мученическим выражением лица спросил Фред.       Роксана сжалилась и собиралась ответить, но внимание всехрезко переключилось на какой-то рыжий клубок, который зигзагами нёсся через всю гостиную. Мало того, что это мохнатое нечто издавало поистине инопланетные мурчащие звуки, так ещё и на его шее болтался слизеринский шарфик.       — Лори! — раздался голос из угла комнаты. Только сейчас Джеймс, Фред и Курт обнаружили, что Роксана зашла не одна. Юркнувшая вместе с ней мелкая девчушка тут же притаилась в кресле. Но остаться незамеченной ей не удалось, так как её питомица решила выразить свою радость по случаю прибытия хозяйки. Эту кошку обожала вся женская половина Гриффиндора, но своенравная Лори не отвечала им взаимностью, предпочитая мужское общество. Впрочем, и среди парней она пользовалась популярностью. Даже Роберт Бутс, высокий широкоплечий шестикурсник, капитан команды по квиддичу, не мог устоять перед кошачьими чарами и не упускал возможности погладить эту пушистую искусительницу. Многие почему-то думали, что она принадлежит кому-то из многочисленных Уизли (наверное, виной тому рыжая шёрстка). Это была почти правда. Если обратиться к родословной Лори, то небезызвестный Живоглот приходился ей прадедушкой. Потомки славного кота Гермионы обитали уже во всех ветвях Уизли (кроме Уизли-Делакуров: у Флёр аллергия). И вот, когда в семье Джорджа в очередной раз случилось прибавление в количестве пяти мордочек, Роксана подарила одного котёнка лучшей подруге. Таким образом, по происхождению Лори действительно Уизли, хотя по факту её хозяйкой являлась Филлис, которая, в отличие от своей любимицы, редко оказывалась в центре внимания. Обладая незапоминающейся внешностью и спокойным нравом, Филлис Смит могла занять почётное место главной тихони Гриффиндора. Даже Молли Уизли, и та была более заметной. Филли была такой маленькой и худенькой, что многие принимали её за первокурсницу.       — И как только такую тщедушную на Гриффиндор взяли? — недоумевал Фред. Джеймс от замечаний воздержался, но тоже удивлённо пожал плечами.       Училась Филлис весьма посредственно, кружков и факультативов не посещала, ни в какие авантюры не ввязывалась. Однокурсники порой даже забывали её имя. Но были в ней разные мелкие странности. Они-то и привлекли Роксану Уизли. Казалось, эти девочки с разных планет, настолько они отличались друг от друга, но их связывали узы дружбы, подкреплённые общими тайнами. Рокси любила разгадывать загадки, а Филли умела удивлять. Так зелёно-серебристый шарфик, появившийся на шее Лори, приводил в ступор всех, кто его замечал.       Итак, Джеймс как раз хотел поинтересоваться «зачем» да «почему», но тут пламя камина зашипело, вспыхнуло с неимоверной яркостью, и из него вышел человек.       — Папулечка! — взвизгнула Роксана и бросилась обнимать отца.       Джордж Уизли (а это был именно он) поздоровался со всеми, поставил на кресло небольшую коробку и засучил рукава.       — Что ж, времени у нас не так много, поэтому работать будем быстро и точно, — как любой деловой человек, Джордж умел ценить каждую минуту и старался выжать из неё как можно больше. — Во сколько начало?       — Я думаю, в половине девятого. Я попросил всех, чтобы до восьми не толклись здесь. За полчаса как раз все соберутся, — прикинул Джеймс.       Джордж кивнул и выпустил из палочки четыре огненных ленты. Они зависли в воздухе, показывая время, оставшееся до начала праздника. Обратный отсчёт пошёл.       — Перво-наперво раздвинем стены. Есть тут сообразительные старшекурсники? — спросил Джордж.       — Я сейчас кого-нибудь приведу из Большого Зала, — вызвалась Роксана, но Курт остановил её.       — Это будет слишком долго, сами справимся. Мистер Уизли, вы только скажите, что делать.       Джеймс и Фред уже стояли с палочками наизготовку. Джордж с сомнением что-то пробормотал, но спорить не стал. Он наспех объяснил, как работать с заклинанием расширения пространства. Раньше оно представляло собой сложнейшую магическую формулу, но с развитием современной трансфигурации был выведен её упрощённый вариант, который изучают на четвёртом курсе стандартной школьной программы. Но всё-таки для третьекурсника выполнить его сразу же и без ошибок — задачка не из лёгких. Из всей троицы получилось только у Курта.       — Я просто читал о нём… — развёл он руками, будто оправдываясь.       — Молодчина! — хлопнул его по плечу Джеймс.       Джордж, не без помощи Курта, расширил Общую комнатуГриффиндора как минимум втрое. Потолок же стал в два раза выше. Дальше уже действовали вчетвером. Джордж и Курт «размножали» столы и кресла дублирующим заклинанием, а Джеймс и Фред расставляли их вдоль стен. Чтобы сэкономить время, вместо более безопасного ВингардиумЛевиоса использовали Депульсо. Мебель буквально скакала по всей комнате. Рокси и Филлиспредпочли подняться наверх, к спальням, дабы не путаться под ногами. Одуревшую от шума Лори забрали с собой.       Когда с мебелью разобрались, Джордж отгородил двумя ширмами спальное пространство для гостей и наложил на все стены заклятье Оглохни! Самая сложная работа была выполнена. Оставалось ещё сорок пять минут. Мистер Уизли потёр руки и торжественно объявил:       — А теперь — коробка чудес!       Все столпились возле дивана. Девчонки тоже спустились. Филлис вспомнился фокусник, которого она видела в маггловском цирке. Он доставал из шляпы кролика и бесконечные, связанные друг с другомплатки. Представив, что мистер Уизли тоже вытащит кролика,Филлис смущённо улыбнулась этим странным мыслям.       Тем временем Джордж взмахнул палочкой и из коробки длинной вереницей выпорхнули бутылочки со Сливочным пивом. Ещё одним плавным движением они были расставлены по столам.       — А разве нам можно пиво? — шёпотом поинтересовалась Филлис у подруги.       — Так это же сливочное, — вскинула брови Роксана. Увидев, что Филли это ничего не объяснило, она прибавила: — Оно не алкогольное. Молоко, мороженое и карамельный сироп.       — А почему тогда пивом называется?       — Из-за цвета, наверное… И пенки.       Джордж продолжал выуживать напитки. Там были ещё бутылочки с Апельсиновой шипучкой и с обычной Горной водой.       — Ты просил Огневиски, — повернулся он к Фреду: — Слишком крепко. Я принёс медовухи. Но учти, она заколдована так, что пить её могут только совершеннолетние.       — А что будет, если кто-то младше попробует выпить? — азартно спросил Джеймс.       — Не получится, — хмыкнул мистер Уизли. — По бороде текло, а в рот не попало. Слышали такое?       Следующими на стол отправились разнообразные сладости: от традиционных шоколадных лягушек до новейшей трижды меняющей вкус жевательной резинки. Так как жвачка была от знаменитого производителя Берти Ботс, диапазон вкусов она имела самый разнообразный. И если кому-то попадался, например, вкус мыльной пены, то ещё пять минут нужно было им «наслаждаться»,чтобы узнать следующий. Такое развлечение для себя выбирали в основном первокурсники.       После из коробки был выужен спальный мешок. Курт оттащил его в спальную зону и занялся копированием. Джеймс к нему присоединился.       В углу разложили объёмный твистер. Последнюю пару лет он пользовался бешеной популярностью в магическом сообществе. Эта игра была чем-то средним между обычным напольным твистером и «лазилками» с маггловской детской площадки. Под всей этой конструкцией лежал толстый матрасо-батут, чтобы выбывшие игроки не покалечились.       — Осталось самое интересное, — подмигнул Джордж затаившим дыхание девчонкам: — Даже в продажу ещё не запустили.       Из коробки появились несколько фейерверков. Джордж нараспев продекламировал давно заготовленную речь:       — Наши уникальные хлопушки «Праздник дома» позволят вам порадовать гостей, не устроив при этом пожар! Они абсолютно безопасны даже для детей. Выбрасываемые ими искры — пониженной температуры и, посыпавшись на зрителей, они не причинят никакого вреда. Ещё один плюс наших хлопушек — они взрываются практически беззвучно. Так что вы можете запускать их не боясь испугать кота или разозлить соседей! Хлопушки «Праздник дома»! С сентября покупайте в магазинах ВВВ в Косом переулке и в Хогсмиде!       Реакция ребят была вполне предсказуемой. Роксана с криком «папочка, ты лучший!» бросилась отцу на шею. Фред трясущимися руками взял хлопушки и со счастливым видом прижал их к груди.       Джордж был, определённо, доволен, что его изобретение оценили по достоинству. Освободившись от объятий дочери, он взял Фреда за локоть и отвёл в сторонку.       — Есть ещё одна вещь. Ты просил музыку. Я принёс кое-что получше, — Джордж понизил голос, и до остальных доносились лишь обрывки фраз. Курт смог расслышать только «элементарно… простым Люмосом… не только поёт, а ещё и…эти на два часа, а эти на один».       Судя по тому, как у Фреда отвисла челюсть, отец преподнёс ему нечто воистину гениальное. Когда к мальчишке вернулся дар речи, он смог выдавить только одно слово:       — Блеск!       Скрипнул портретный проём, — прибывали первые гости. Джордж взъерошил сыну волосы, поцеловал дочь и исчез в камине.       Джеймс, Курт и Рокси подбежали к Фреду.       — Ну, что там? — спросил Поттер.       — Увидите, — лукаво улыбнулся Фред. — Осталось двадцать пять минут. Но это просто БОМБА!       Филлисподхватила Лори и пошла в сторону спален.       — А ты не останешься на вечеринку? — удивился Джеймс.       — У неё это… — начала было Роксанаи осеклась под укоризненным взглядом подруги, но тут же продолжила как ни в чём не бывало: — Устала она.       — И тебе не интересно, что принёс Джордж? — продолжал допытываться Поттер.       — Я сверху посмотрю, — с улыбкой отвечала Филлис, пытаясь при этом удержать выдирающуюся кошку.       Джеймс заметил у девочки на руках перчатки. Потом перевёл взгляд на кошачий зелёный шарф. Пока он раздумывал, какой вопрос задать первым, Филлис уже поднялась по лестнице. Поттер повернулся к Рокси.       — Она чокнутая немного?       Роксана отвесила кузену подзатыльник и собиралась уйти, но, подумав, всё же ответила:       — Да, она специфическая. Но это не мешает ей быть классной.       В гостиную уже набилась куча народу. Помимо гриффиндорцев здесь была добрая половина Пуффендуя и, наверное, треть Когтеврана.       За десять минут до начала в проёме показались слизеринцы. Их было всего лишь человек семь, но все на них уставились, будто на праздник заявилось стадо гиппогрифов. Первыми вошли Доминик Уизли и её подруга Матильда Вэйн.       — Приветик! — Ники кокетливо помахала ручкой.— Чего такие напряжённые?       — А они что тут делают? — возмутился парень из гриффиндорской команды по квиддичу.       — Они гости, Робертсон! — поспешил Джеймс уладить ситуацию, пока всё не переросло в скандал.       — А ты, Винни, что, против, что ли? Как с нашими девочками целоваться, так первый, а как на вечеринку позвать — так дудки? — ехидно заметила Матильда, усаживаясь в одно из кресел.       К мнущимся у входа первокурсникам (Малфой взял с собой МэндиНотт и РикаМакнейра) подоспел Поттер-младший.       — Ну чего встали? Проходите!       Альбус пропихнул ребят в комнату. Оставшихся у дверей пятикурсника и двух девушек с шестого курса тоже расхватали пригласившие их гриффиндорцы. Скандала не последовало. Джеймс, Фред и Курт выдохнули с облегчением.       До начала праздника оставалось несколько минут. Джеймс забрался на стол и попросил внимания.       — Хэй, хэй, хэй, приветствую всех в гостиной Гриффиндора! Сегодня здесь состоится самая крутая вечеринка в истории Хогвартса!       — Это ты так решил? — прервал его голос из толпы.       — Это решать будете вы, но я не сомневаюсь в успехе, — с бравадой отвечал Джеймс. Девчонки захихикали. Им нравилась наглость этого парня.       — Так вот, — продолжил Джеймс, — как вы уже заметили, у нас есть еда и напитки.       — Да ладно? — ехидничал всё тот же голос.       — Да-а. Что касается медовухи, то пить её могут только совершеннолетние, — Поттер развёл руками. — Но всё остальное в неограниченном доступе.       На стол вскарабкался ещё и Фред.       — И конечно же у нас будут танцы!       — А музыка?.. — неуверенно спросила какая-то девочка.       — Всему своё время. А сейчас… — Фред указал на таймер. — Десять, девять…       — ВОСЕМЬ, СЕМЬ, — подхватили все, — ШЕСТЬ, ПЯТЬ, ЧЕТЫРЕ…       Фред зажёг на конце своей волшебной палочки огонёк. Левая его рука была за спиной.       — …ТРИ, ДВА, ОДИН!       — Начинаем! — воскликнул Фред и, заведя за спину вторую руку, прикоснулся зажжённой палочкой к небольшому картонному шарику. Картонка раскрылась, словно распустившийся бутон, а из неё во все стороны начала расползаться «атмосфера вечера» (именно так назвал свою новинку Джордж Уизли) — свет в комнате будто выключили, но по стенам замелькали огоньки, в воздухе поплыли разноцветные свечи и…       — Музыка… — ошеломлённо прошептала Филлис, наблюдавшая за всем этим действом с балкончика.       Да, из этойнезамысловатой упаковкиполилась музыка и заполнила всю комнату.       Пару мгновений все молчали, но потом одновременно заговорили, закричали,захлопали. Крепкие парни с пятого курса подхватили Фреда и Джеймса на руки и начали подбрасывать. «Хорошо, что Джордж подвинул потолок», — мелькнуло в голове у Поттера.       Вечеринка действительно удалась!       Настроение у всех было прекрасное (может, дело в экстракте Эйфории, который в небольшой дозе содержался в шаре), и студенты веселились как могли: танцевали, объедались, играли в твистер. И, конечно же, нашёлся несовершеннолетний умник, который попытался отведать медовухи. Как и предупреждал Джордж, она вся оказалась на лице, руках, одежде парня — везде, но только не во рту. Пригодилась даже разновкусовая жвачка: Альбус и Скорпиус на спор сжевали по пачке, хотя после этого их лица приобрели салатовый оттенок, но сливочное пиво быстро вернуло им бодрый вид.       Доминик и Матильда вовсю флиртовали с гриффиндорскимиохотниками из команды по квиддичу. Молли Уизли смущённо разговаривала с Деймоном Гилбертом — красивым, но жутко самовлюблённым парнем с Когтеврана.       — Гляди-ка, наша пышечка-то красавца отхватила, — шепнул Фред Курту.       Через два часа чары развеялись. Фред снова вскочил на стол уже с новым шариком. Все замерли в предвкушении.       — Люмос! — лёгкое касание — и прямо в гостиной разрастаются джунгли! Раздаются бодрые африканские мотивы.       Ещё два часа безудержного веселья. Ребята начали заметно уставать после ими же придуманных папуасских танцев. Многие уже осели в кресла, кто-то начинал дремать.       Фред припрятал один шар «для особого случая» и запустил последним.       Из него не появилась музыка, но все участники праздника вдруг оказались на поляне. Над ними сияло звёздное небо.       Кульминация этой феерии наступила, когда Фред запустил бесшумные хлопушки. С негромким «пуф, пуф, пуф» на фоне звёзд вспыхивали фантастические цветы, смеющиеся мультяшные рожицы и даже драконы.       Джеймс торжественно объявил вечер закрытым и любезно предложил гостям с других факультетов проследовать в спальные зоны — слева для девочек, справа для мальчиков.       Вечеринка прошла без эксцессов, но вот на следующий день один из спальных мешков вместе с пребывающим в нём пуффендуйцем почему-то придрейфовал в Большой Зал и завис под потолком. Бедолаге пришлось спросонья придумывать какое-то сомнительное оправдание тому, что он спал не в кровати.       — Твоих рук дело? — отсмеявшись, спросил Джеймс у Фреда.       — А я думал, что твоих, — нахмурился тот.       — На меня даже не смотрите! — откликнулся Курт. — Я такой ерундой не занимаюсь.       Все трое были весьма озадачены, но этот случай был вытеснен радостными обсуждениями прошедшего вечера.