В твоих руках...

      Остаток дня Изая просидел один.       Сколько бы он ни звал Шизу-тяна, тот не откликался, да и, прислушавшись, информатор понял, что находится один в доме. Стало как-то грустно и скучно.       Пустая комната ничем примечательна не была, а добраться до окна не представляло никакой возможности — кровать была прикручена к полу, а сам он к ней прикован.       Сначала Изая пытался сосчитать все цветочки на обоях, потом ему наскучило и он стал напевать все песни, слова которых знал — от японских и корейских до русских. Однако горло начало саднить, и он замолчал. Тишина давила, отсутствие движения — так же. Для Изаи сидение на одном месте без какого-либо дела было просто невыносимо.       Мысли стали крутиться вокруг создавшегося положения.       Как ему отсюда удрать?       О чем Шизу-тян хотел с ним поговорить?       Не придя к определённому ответу, информатор переключился на другие проблемы.       Вариантов, как усыпить бдительность Шизу-тяна, появилось несколько — от самых простых до самых извращённых. В основном стоило давить на эмоции блондина — от жалости до желания.       Через пару часов Изае хотелось отгрызть себе руку. Или Шизуо, или Селти были настолько умны, что не оставили Изае ни одной возможности открыть замок — даже его пояс с брюк был снят, ботинки тоже, все ножи убраны, никакой тонкой проволоки или более-менее похожего на отмычку в комнате не было.       К тому же ужасно хотелось пить и кушать.       Он до крови стёр запястье, пытаясь просунуть свою тонкую кисть, однако только содрал кожу. Он зализал себе рану, чувствуя себя вампиром, однако пить захотелось ещё сильнее. Оторвал кусок от простыни и перемотал запястье — ткань вмиг стала красной от крови.       Когда же вернётся Шизуо?       Хотелось взвыть.       Он начал просчитывать все события, которые могли произойти в мире, пока информатор был в отключке. Группировки могли перессориться и начать войну, однако если Шикитани был настолько умным, насколько мог подставить Изаю — то скорее всего уже все три группировки объединились с одной целью — найти Орихара и убрать его.       В каком-то смысле если никто не пронюхает, что он здесь — то Изая в безопасности.       Если, конечно, Шизуо не решил убить его измором.       Мысли крутились, и Изая готов уже был продать душу дьяволу за ноутбук с Интернетом или хотя бы мобильный. Он хотел общения, он хотел понаблюдать за людьми, что-то сделать!       А ведь он всегда считал, что способен сохранять спокойствие в любой ситуации.       За окном стало темнеть. Судя по звукам с улицы — в округе на ближайший километр не было автомобилей. Наверное, его завезли на окраину Токио. Изая стиснул зубы — когда он доберётся до Селти с Шинрой, им не поздоровится. Почему-то он твёрдо считал, что даллахан в жизни бы не согласилась на такую авантюру без своего любимого подпольного доктора. В принципе, пока Изая не трогал её и её друзей, на информатора ей было глубоко наплевать, так что…       Наконец, внизу хлопнула дверь.       Изая прислушался.       По лестнице послышались шаги и затихли перед дверью.       Изая сверлил взглядом дверь, чувствуя, как свело горло от напряжения. Он не будет звать его, не будет. Пусть он сам войдёт.       Шаги стали удаляться. У Изаи перехватило дыхание, и он чуть было не позвал блондина. Но вместо этого он засмеялся. Истеричный хриплый смех заполнил комнату, и информатор повалился на спину, колотя изо всех сил ногами по кровати.       Только что его переполняли такие интересные эмоции — радость, что блондин вернулся, отчаяние, голод и жажда, боль и слабость. Такая бурная смесь. Так забавно, что он от таких эмоций чуть не расклеился, как половая тряпка.       Дверь открылась, и в комнату влетел Шизуо.       Одного взгляда на вышибалу было достаточно, чтобы понять, что тот пьян в стельку. В руках он держал помятый пакет, а глаза сверкали от ярости.       Очевидно, одного смеха Изаи было достаточно, чтобы довести Шизуо до белого каления.       Блондин накинулся на информатора, сев на него верхом и припечатав его к кровати. Изая хрипло вскрикнул, когда его схватили за шиворот водолазки и стали трясти, словно тряпичную куклу. Голова болталась из стороны в сторону, но смех не хотел утихать.       Тогда Шизуо, размахнувшись, ударил его по щеке.       Рот наполнился кровью, смех застрял в горле.       Шизуо, не контролируя себя, стал бить его в солнечное сплетение, в живот. Изая сипло хрипел и пытался уклониться, сжавшись. Через какое-то время он перестал реагировать, став глухим к боли. Словно это не его били, а кого-то другого, и наблюдал за этим со стороны.       Шизуо остановился, осознавая, что Изая не сопротивляется. Информатор наблюдал за врагом из-под полуприкрытых ресниц, слегка скривив разбитые губы в усмешке. Из уголка рта сочилась кровь. Под глазом наливался синяк.       Шизуо с проклятьями вскочил с кровати. Изая тут же со стоном согнулся, прижав колени к животу и обхватив их рукой. Прикованная конечность вывернулась под странным углом, но Изая не чувствовал её.       — Шизу-тян… ты всё-таки животное… — просипел Изая со смешком.       — Ах ты!.. — снова почувствовал ярость блондин. Однако страх и стыд пересиливали. Всё-таки он никогда не желал бить беззащитных людей, не говоря уже об Орихаре.       С Изаей они всегда бились на равных. А сейчас это было просто избиение, а не схватка.       — Рука, — простонал Изая, безуспешно пытаясь дёрнуть вывернутой конечностью, из-за чего рана на запястье закровоточила сквозь повязку.       Шизуо вылетел из комнаты и вернулся с ключом. Отстегнул наручники, и Изая наконец смог свернуться калачиком, неуклюже обхватив больной рукой тощие коленки. Сейчас он был похож на побитого котёнка.       Шизуо терпеть не мог издеваться над животными.       Весь хмель выветрился из головы окончательно от тихих стонов Изаи.       Он сбегал на кухню за стаканом воды и аптечкой. Последнюю ему оставил Шинра с инструкциями не бить Орихару. Однако, зная взрывной характер блондина, доктор понимал, что та явно понадобится.       Первым делом Шизуо попытался выпрямить информатора, но тот словно улитка свернулся, будто боясь, что из него выпадут все внутренности. Приподняв голову Изаи, Шизуо заставил того выпить воды. Информатор тут же припал к вожделенной влаге, жадно опустошая стакан. Когда вода закончилась, Изая наконец открыл мутные от боли глаза и попытался усмехнуться.       — Я весь день ждал этого момента. Шизу-тян, какой же ты монстр…       Шизуо не обратил внимания на его слова. Побитый Орихара заставил чудовище внутри него на время замолчать.       Он снял с информатора водолазку, промыл ему раны, продезинфицировал и забинтовал. Перевязанный Изая теперь выглядел совсем жалким. Он всё ещё держался за вывернутую руку и живот.       Поэтому Шизуо быстро залез в аптечку и нашёл обезболивающее.       Шприц уже был наполнен, но, увидев его в руках у блондина, Изая безуспешно дёрнулся.       — Нет, не надо! — хрипло прошептал тот, пытаясь уклониться.       — Тише, — прошептал Шизуо, гладя Орихару по тёмным волосам. Изая из последних сил здоровой рукой выбил шприц. Шизуо, не ожидавший такого, лишь пожал плечами, поднял упавший предмет и прижал информатора к кровати так, что тот не мог дёрнуться. Изае оставалось лишь злобно шипеть сквозь зубы, пока ему вводили обезболивающее.       — А теперь спи, — приказал Шизуо, накрывая того одеялом. Глаза у последнего уже слипались, но он всё равно успел с усмешкой прохрипеть:       — Шизу-тян, ты и правда чудовище… Ненавижу!