Соседи

Навязчивое чувство того, что сейчас хорошо бы попрощаться с ребятами и спокойненько, не дразня свою удачливость, вернуться домой, не покидало меня вплоть до входа в клуб. Но благоразумие, видимо, не то, чем я обычно руководствуюсь. *** Тяжесть вины и самобичевание всегда шли в комплекте с трудным разговором с Алексом. Всегда заслуженно, потому что Алекс вытаскивал мою пятую точку из передряг огромное количество раз. Но стыдно было почему-то всегда как в первый. Особенно когда я действительно виновата. Да чего уж там, обычно я и виновата. Джорел, видимо, решив что, картина, представшая перед Алексом не достаточно однозначна, вернувшись уже в джинсах, легко поцеловал меня в щеку, сказав что позвонит, тем самым проигнорировав мои красноречивые взгляды уже непросто намекающие, а прямым текстом повествующие, что пора бы свалить быстро и без самодеятельности. Гад, прекрасно знает, что этим самым он вырыл мне еще большую яму. Напоследок, хитро мне подмигнув, он удалился, кивком прощаясь с Алексом. Просто браво. Как нашкодивший котенок, я, поджав уши, приготовилась к убийственно спокойному монологу о том, чего мне не стоило делать, чего стоило, и вообще, что творится со мной, моей головой и, собственно, жизнью. За всю нашу долгую дружбу с Алексом для себя я научилась определять насколько на данный момент мой друг зол. Децибелы, импульсивность и эмоциональность в этой шкале обратно пропорциональны желанию испепелить меня взглядом. Почему-то особенно страшен мой друг, когда обманчиво спокоен. И мое эффектное появление в нижнем белье в руках не менее раздетого парня совсем нельзя назвать смягчающими обстоятельствами. - Если твое понимание самостоятельности сводится к сексу с левым парнем в первую же неделю, то цель достигнута, - нарочито медленно поднимаясь с дивана и подходя ко мне, процедил Алекс. Что-что, а деликатности и тактичности моему другу не занимать. Ну и пусть, сам же будет жалеть, правда и извинений ждать от него не стоит. - Признаться, ты меня удивила, не думал, что от тебя можно такое ожидать, - одним взглядом он заставил мой итак не выдающийся рост уменьшиться вдвое. Страшно то, что я, даже не будучи виноватой, чувствую себя преступницей. - Если тебе так нетерпелось, могла бы попросить меня, - я благоразумно отходила от Алекса, как вдруг, моя спина неожиданно для меня коснулась холодной стены, отчего я поежилась. А вот это уже совсем нехорошо. Главное его пока не перебивать. Нет смысла бежать под асфальтоукладчик. Оперевшись руками о стену по обе стороны моей головы, тем самым заставляя посмотреть ему в глаза, надомной навис Алекс. - Если я скажу, что ничего не было, у меня есть шанс, что ты мне поверишь? – мой голос прозвучал совсем как-то тихо. За одно только утро я изрядно вымоталась и что ощущала усталость как морально, так и физически. Алекс перевел свой взгляд куда-то в никуда и, улыбнувшись, вновь пристально на меня посмотрел. - Я так похож на идиота? Ну, тут скорее я далеко не умная девушка. Пытаться разуверить взрослого, безумно упрямого мужчину с идиотским характером в том, что он видел своими глазами… В общем, мой рассказ он выслушал, не меняя выражения лица. Так что подвести какой-то итог, поверил ли он мне, ждет ли меня смерть через повешенье или от маминого звонка, было невозможно. - Ну ты хоть моргни, а то знаешь ли, жутковатое зрелище, - я, взяв плед с дивана, завернулась в него покрепче. Он не ответил, лишь посмотрев на часы, поднялся. - У меня сейчас встреча. Постарайся на этот раз не затаскивать парней к себе в кровать, - бесцветным голосом уведомил меня он и, развернувшись, стремительно удалился. - Ха-ха. *** "Привет, ты что охуел?" Примерно так следовало начать разговор с Джорелом. Но, как назло, дверь открыл Дилан. Как обычно в рубашке с диким принтом, как обычно с улыбкой, как обычно с бутылкой в руках. - Привееет, давно не виделись, пиво будешь? - пропуская меня в дом, гостеприимно предложил Фанни. - Нет спасибо, я вообще к Джорелу, не в курсе, где он? - осматривая холл в поисках этого шутника, спросила я. - Вот так всегда, всегда ему достаются клевые цыпочки, - в притворной обиде заявил Дилан, выпятив нижнюю губу. - Не думаю, что ты бы хотел сейчас быть на его месте, - задумчиво произнесла я. Нет, я уже не злилась, разговор, точнее экзекуция, вымотала меня полностью, просто хотела немного порукоприкладствовать. - Они с Дэнни по делам лейбла свалили примерно полчаса назад. Кстати, не знаешь, где ночью шлялся наш Казанова, мм? - отпивая из горла и хитро поглядывая на меня, поинтересовался он. Эти его вечно улыбающиеся глаза, наверное, свели с ума не одну девушку, ибо этот мексиканец был чертовски харизматичным. И что всем этим мужчинам от меня с утра нужно?! - Слюни пускал в моей кровати. Совсем не вежливо буркнула я. - Ого, тогда я следующий, - он сел рядом, воодушевленно рассмеявшись. Рядом с этим мужчиной сложно было строить из себя этакую суровость. Как-никак целью моего визита был небольшой скандал. Но поддавшись настроению своего товарища по дивану, я забыла, зачем пришла и расслабилась. Чего делать не стоило. Решив скоротать время за картами, мы ожесточенно рубились в игру, напоминающую русского Дурака. По началу мне везло, и я, под недовольные возмущения на испанском, уже не первый раз одаривала кучерявую голову щелбаном. Но мистер Альварез оказался азартным игроком и решил повысить ставки, а именно, играть на желание. Осмелев от череды побед, я самонадеянно согласилась, вновь войдя в игру и попутно придумывая испытание Дилану. Но фортуна решила сделать мне ручкой, и череда побед сменилась стремительным провалом. Чему был очень рад Дилан. И вот я сижу в носках Фанни с изображением марихуаны, в панаме и в очках, изображаю Хibit'а с тремя порциями текилы в своей тушке. Дилан уже чуть ли не икает от смеха, веселя меня так, что на глаза наворачиваются слезы. - Все, последний кон, а то не хватало мне уйти домой в одних трусах и носках, - отдышавшись, заявила я, наблюдая за тем, как Дилан сдает карты. Он рассмеялся и взглянул на меня своими уже не совсем трезвыми глазами. - Да я бы тебя домой в таком виде точно отпускать бы не стал. Мозг, не ожидавший такой подставы от хозяйки, в виде алкоголя с утра, долго соображал. Поняв, что имеет в виду Фанни, я лишь еще больше раззадорилась, отчего смелость и бравада, как верные спутнки алкогольного опьянения, примкнули ко мне. Победа была нужна как никогда. Этому пьяному мексиканцу определенно везло, и вот, занеся руку с тремя последними картами, он с довольным кличем бросил их, кроя все мои. Выиграл. С безграничным самодовольством на лице, противно хихикая, специально дразня меня и деловито придумывая мне наказание, он издевался, тянув время. Я, совсем расстроившись от поражения и с обидой тряхнув головой, отчего панама слетела на пол, стягивала с себя носки. Дилан все еще думал над желанием, решив, что его триумфальная победа должна быть вознаграждена не менее эффектно, вдруг выдал громкое “Придумал!” Ох и плохое у меня предчувствие на этот счёт. Долго вглядываясь в мое лицо своим невозможным взглядом, он озвучил свое желание: - Поцелуй. Наивная я под градусом текилы, хмыкнув и пожав плечами, потянулась к нему и губами легко коснулась его небритой щеки. Он, видимо, не ожидав от меня такой быстрой реакции, инстинктивно замер, наклонившись. Но, будучи неудовлетворенным результатом, рассмеялся. - Хорошая попытка, но нет. Хочу настоящий поцелуй в губы, - пригвоздил меня Дилан, выжидающе посмотрев. Тяжело выдохнув и зло на него фыркнув, я бросила свое раздраженное "Ладно!" и наклонилась, но и тут что-то его не устроило: - Ээ, неет, не здесь, хочу, что бы все видели. Но буду не против репетиции, - уже он потянулся ко мне, обдавая своим горячим дыханием. На что я возмутилась. Да блин. - Ты офигел! Так нечестно, это уже.. - Моему протесту так и не дано было быть услышанным, потому как Дилан весьма ловко для нетрезвого притянул меня к себе, попутно вдавливая в диван своим совсем немаленьким весом. - Эй Дил, ты бухаешь или спишь? – послышалось вместе со звуком открывающейся входной двери. Спасение пришло неожиданно, но очень вовремя. Дилан отвлекшись и приподнявшись на локтях, отчего дышать мне стало в разы проще, с притворным недовольством заявил: - Мы еще продолжим, - поднялся он, не забыв подать мне руку. Однако, очень вовремя манеры проснулись. Странное утро, очень странное.