Я выживу и отомщу... (III)

Беззубик Прошла уже примерно неделя с тех пор, как я вернулся на Олух и начал свершать свою месть. По дороге я решил не нападать на всех сразу — спалить всю деревню в одиночку было бы сложновато — я решил постепенно уничтожить их, и только в конце, когда их сил будет не достаточно, чтобы отразить нападение разъяренной Ночной Фурии, я покажу себя. Надеюсь, память у них проснется и они поймут, кто и за что все это устроил. А эту шестерку уродов, которые радовались смерти Иккинга больше всех, включая Вождя, я убью лично. Каждому перегрызу глотку, или выпущу кишки, или… Впрочем, не важно. Наступила очередная ночь на Олухе. Сегодня, если я не сбился со счета, это будет восьмое нападение. Задача усложнялась тем, что по деревне теперь ходили патрули. Раньше, конечно, они тоже были, но не целая толпа! Впрочем, какая разница. Они все равно не заметят меня на фоне ночного неба. Для нападения я выбрал дом, стоящий на окраине деревни. Патрульные были далеко, поэтому если они и услышат крики, то не успеют прибежать. Но, надеюсь, они ничего не услышат. Я приземлился на крышу и стал искать, как пролезть внутрь. К счастью, окно было открыто и я бесшумно пробрался в него. Комната была не пуста. В углу около кроватки сидела какая-то женщина и баюкала ребенка. Я хотел подобраться к ним как можно тише, но тут какая-то половица предательски скрипнула под лапой. Женщина вздрогнула и обернулась. В ее глазах застыл ужас, она вскочила со своего места и закрыла собой ребенка. Тот заплакал. Я приближался, грозно рыча. — П-пожалуйста, дракон, не трогай мое дитя, — всхлипнула женщина. Ребенок — взрослый… какая разница! Все они люди, все они одинаковые, тупые, кровожадные уроды. И этот, когда вырастет, тоже станет таким же безмозглым убийцей, какими были его родители. Так что, и его ждет смерть. Разве что, быстрая и безболезненная. — Умоляю, дракон… пощади… — снова прошептала женщина. Это были ее последние слова. В следующую секунду острые мои клыки впились ей в глотку и с легкостью перекусили шею. Голова покатилась по полу, во рту чувствовался вкус человеческой крови. Этот вкус вызывал странные чувства во мне. С одной стороны мне хотелось еще больше крови, даже хотелось сожрать останки этой женщины. Но с другой стороны я чувствовал отвращение. И не мог понять, что это. Драконья природа против… не драконьей? А, не важно. Это не имеет значения. Главное просто не поддаваться полностью этой кровожадной части и не слететь с катушек. Но все же, слегка удовлетворить ее можно. Я принялся рвать тело в клочки, заливая комнату кровью, ошметки плоти повисали на стенах. Когда, наконец, от жертвы осталось лишь мокрое место (в самом буквальном смысле), я обратил свое внимание на истошно орущего в люльке ребенка. Надрывные крики этого существа действовали на нервы. Я набрал в грудь по-больше воздуха и одним залпом превратил рыдающего младенца в груду угольков. Запахло паленым мясом, вопли, больно бившие по ушам, наконец-то прекратились. Я направился вниз, по пути ударом хвоста перевернув кровать ребенка. Внизу было пусто, только слабо тлел очаг. Странно, где же глава семьи? Видимо, в патруле. Ха-ха, забавно. Защищает свой остров, но не смог защитить даже свою семью. Я с упоением представил себе, как завтра этот урод будет убиваться горем, глядя на то, что осталось от его семьи. Вот так вам, твари, это все за Иккинга, теперь вам не так весело, да? Если бы мог, разразился бы безумным хохотом. Я снова поднялся на второй этаж и так же бесшумно выбрался из окна. Огляделся по сторонам. Патрульные все еще были далеко, но неспеша направлялись в мою сторону. Значит, ничего не заметили. Вот и прекрасно. Я расправил крылья и взлетел. Первым делом я направился к морю, где отмыл лапы и морду от крови. Конечно, это все круто и устрашающе, но все же, неприятно. Особенно когда кровь начинает засыхать и стягивает кожу. Брр, мерзость. Отмывшись, я снова взлетел, и направился в наш с Иккингом овраг. Там я проводил все свое время, не занятое убийствами или охотой. В овраге все было так же, как и в последний раз, когда мы были здесь вместе с Иккингом. Тихое и спокойное место, казалось, вечно останется таким же нетронутым. Каждый камень, каждый клочок земли хранил здесь воспоминания о самом счастливом времени моей жизни. На этом камне любил сидеть Иккинг, разговаривая со мной. В это озеро мы упали после первого совместного полета. Хах, тогда правда он зацепился за мой хвост, а я, опьяненный полетом, не сразу заметил лишнюю тяжесть… Я тяжело вздохнул. Иккинг… как же мне не хватает тебя, брат. Как бы мне хотелось увидеть тебя снова! Я устроился на выжженном пятне, и закрыл глаза. Вскоре, под мерный плеск воды в озере, я заснул.

***

Иккинг Я проснулся от чьего-то истошного крика. Кричали совсем недалеко. Я тут же вскочил, накинул плащ и вышел из дома. Далеко идти не пришлось, буквально на противоположной стороне улицы собралась немалая толпа, окружив кого-то. Этот кто-то уже перестал орать, но теперь рыдал в голос. В перерывах между надрывными всхлипами он звал кого-то по имени. Я пробрался через толпу, ближе к дому. — Что тут произошло? — спросил я, не выдержав скорбного молчания толпы. — Снова тот треклятый дракон… — отозвался кто-то за спиной. — Убил жену и маленького ребенка Линялого. — Зачем дракону нападать на какой-то один дом?.. — пробормотал я, спрашивая скорее себя. Драконы обычно нападали стаей и то, не ради убийства людей, а ради пищи… Однако мне ответили: — А Локи разберет этих драконов, что у них там в их кровожадной башке. Сквозь толпу с другой стороны пробрался Стоик. Вид у него был невероятно мрачный. Он спросил только: «Опять?» Викинги лишь скорбно закивали в ответ. Вождь нахмурился еще больше и вошел в дом. Через пару мину он вышел. Лицо у него стало еще более мрачным, хотя, казалось, куда еще бы. В глазах я заметил отвращение. — Астрид, Рыбьеног, отведите Линялого к Готти! — приказал Вождь. Через толпу протиснулись двое — высокая девушка с голубыми глазами и длинными соломенными волосами, заплетенными в тугую косу, и толстый паренек с жиденькими светлыми волосами, едва наметившимися усиками и крошечным шлемом на голове. Они подняли викинга за плечи и повели его куда-то. Я проводил их взглядом, чувствуя, как внутри ненависть разгорается с новой силой. Астрид… В какое-то мгновение мне захотелось броситься на нее и тут же убить, я даже дернулся в их сторону. Но сумел сдержать себя. Не на глазах же всей деревни. Когда эти трое ушли, я снова обратил любопытный взгляд на дом. Что интересно там устроил дракон? Я прошел ближе и осторожно заглянул в дверь. — Куда собрался? — Стоик преградил мне дорогу рукой. — Эм… я знаток драконов, возможно, смогу сказать, что за дракон это устроил, — выдал я без запинки. Вождь смерил меня суровым взглядом. Затем позволил мне пройти. На первом этаже не было ничего не обычного. Я поднялся на второй и вот здесь уже начинался настоящий ад. Вся комната была залита уже подсохшей кровью. К стенам прилипли куски плоти, внутренности валялись в беспорядке на полу. Я сглотнул, ну и мерзость. Оторванная голова женщины с открытыми глазами валялась в стороне. У стены лежала перевернутая люлька, рядом с ней обгорелый труп младенца. Меня передернуло. Зачем?.. Тут я заметил под слоем запекшейся крови отметины когтей. Я присел и внимательно разглядел их. Борозды были довольно глубокие, четыре длинных царапины. Они выглядели как-то знакомо. Но я не мог вспомнить. Тогда я стал перебирать драконов по порядку. Змеевик? Не похоже, расстояние между отметинами было слишком маленьким. Ужасное чудовище? Нет, дракон слишком большой, он не смог бы пролезть в окно, да и перевернуто было бы все. Громмель? Похоже, но здесь четыре отметины, а Громмель оставляет всего три. Тогда кто же? Я стал мысленно перебирать других драконов, но ни один не подходил. — Ну, понял что-нибудь? — раздался за спиной голос Вождя. Он поднялся так тихо, что даже я не услышал. Я поднялся и отрицательно покачал головой. Затем сказал: — Не похоже ни на один вид драконов, который я знаю… — Понятно, — буркнул Вождь. Я спустился вниз и вышел на свежий воздух. Толпа уже разошлась по своим делам. Ну и жуть. Неизвестный дракон, так еще и такое зверство… Он на что-то явно рассердился. Но на что? Почему он нападает всего на один дом за ночь, а не на всю деревню разом? Столько вопросов. Мне даже самому интересно! Впрочем, мешать обезумевшему дракону не входило в мои планы. Пусть творит свой беспредел, а я буду воплощать в жизнь свою месть. Главное, чтобы этот дракон не помешал мне…