Я выживу и отомщу... (III)

Беззубик Этим туманным утром я как всегда спрятался, чтобы посмотреть реакцию викингов на мое очередное убийство. Однако, толпа так и не собралась. Было несколько человек, они покачали головами, поругали «треклятого дракона» и… все. Нет, правда. Даже Вождь не пришел. Эй, вообще, это обидно, когда никто не ценит твои труды. Однако с главной площади до меня доносился какой-то гул. Кажется, толпа собралась именно там. Интересно, что заставило их собраться на площади, так легкомысленно забыв про меня? Я направился туда. К счастью, туман был достаточно плотным, чтобы скрыть меня от посторонних глаз. Я забрался на крышу дома, вокруг которого собралась толпа, и глянул вниз. На пороге дома лежал труп какой-то девушки. Выглядела она не очень — исцарапанное лицо и руки, нога неестественно согнута там, где она по идее сгибаться вообще не должна, голова тоже повернута совершенно немыслимым для нормального человека образом — кончик носа оказался далеко за правым плечом. Я пригляделся по-внимательнее и вдруг узнал одну из ненавистной мне компашки. Как же ее звали?.. Впрочем не важно. Я хотел ее убить! Я хотел заставить ее страдать, а кто-то меня опередил! Кто бы не был этот убийца, ему лучше не становиться у меня на пути и не мешать моей мести. Неожиданно из дома вышел кто-то, удивительно похожий на мертвую девушку. Ну конечно, ее тупой братец. Он удивленно оглядел скорбно притихшую толпу викингов, почесал в затылке и спросил: — Эй, народ, вы чего здесь все собрались? Но никто ему не ответил. Парень огляделся по сторонам и снова почесал в затылке. Кажется, он до сих пор не заметил, что случилось с его сестричкой. — А, я понял, на нас похоже напал тот дракон и убил во сне… и я теперь призрак и меня никто не видит. Ох, во имя Разнокрылов, как, нет, КА-АК можно быть таким идиотом? Мне даже самому захотелось крикнуть что-то вроде: «Глянь вниз, придурок!» — да он бы все равно меня не понял. — Нет, Задирака, ты не призрак, — произнесла Астрид, выходя из толпы. В ее сочувствующем голосе проскальзывало раздражение. — Хм, тогда почему… — наконец-то взгляд этого идиота упал на мертвое тело на пороге. Я не мог видеть его лица, и очень жалел об этом. Представляю, как оно сейчас выглядит. А может, он даже не понял ничего. — Задирака, я очень сожалею… — начала было Астрид, но ее прервал истошный крик, полный боли. Задирака упал на колени и вознес руки к серому небу. Я на всякий случай отступил чуть назад, чтобы он меня не заметил, мало ли что. А человек продолжал кричать, и этот крик, наполненный болью и отчаянием доставлял мне некое садистское удовольствие. Мне тоже хотелось точно так же кричать, когда Иккинг… Я тряхнул головой, заталкивая самые ужасные воспоминания в моей жизни обратно вглубь. Задриака тем временем продолжал орать, но теперь уже выкрикивал проклятия. Когда, наконец, поток брани иссяк, он пригнулся к самой земле и зарыдал. Вождь, появление которого я совсем не заметил, был еще мрачнее, чем раньше. Казалось, даже пространство вокруг него потемнело. Он что-то сказал рядом стоящим викингам, те кивнули и увели куда-то рыдающего Задираку. Стоик же окинул взглядом народ. — Нужно усилить патрули, сделать больше отрядов… — Позвольте нам патрулировать остров! — воинственно сказала Астрид. — Нет, — сказал Стоик. — Вы еще не опытны, я не могу позволить вам так рисковать. — Но… — Астрид попыталась что-то возразить. — Нет! — отрезал Вождь. — Это мое последнее слово! Астрид сердито топнула ногой. Толпа же начала постепенно расходиться. Тело Забияки унесли в дом. Ну, больше ничего интересного не предвидится, к тому же туман начинает рассеиваться. Пора уходить отсюда. Понятия не имею, кто этот убийца, но я не дам ему рушить мою месть. Видимо, придется слегка изменить планы. Сегодня я прикончу этого… как его, Задираку, и опустошу сразу несколько домов. Нужно быть быстрее. Похоже, им уже начали приедаться мои убийства. Так пусть берут не качеством, а количеством. Чтобы они все утопали в крови! Если честно, мне и самому поднадоело убивать каких-то посторонних людей. Да, они все еще виноваты, все до единого, но больше всего я хочу отомстить этой чертовой пятерке — вернее, уже четверке — и Стоику. Вот кто виноват больше всех. Но смысл как раз в том, что я убью их не просто так, а заставлю понять, где они оступились и к чему это привело. Хотя, мне кажется, близнецы бы все равно не поняли, как бы я не старался. Так что, не велика потеря. Больше всего хочу расправиться с Астрид и Стоиком. Эти двое виноваты больше всех. Астрид — потому что вообще из-за нее все это и случилось, Стоик — потому что он чертов Вождь, он мог бы и не делать того, что сделал. Впрочем, пока это не важно. Туман тем временем совсем рассеялся, а сквозь серые облака просвечивало солнце. Я снова направился в наш овраг. Нужно было передохнуть.

***

Иккинг Реакция на смерть Забияки была что надо. Все даже забыли о драконе, который ночью убил еще одну семью. В какой-то степени я польщен. Вождь приказал ещe большe усилить патрули. Как я и ожидал, Астрид захотела тоже быть в отряде, но Стоик запретил. Я не стал задерживаться дольше, и направился в лес. Целый день я провел там, и только затемно вернулся в деревню. Сегодня по плану умереть должен Сморкала. Я не стал заходить домой, все, что мне было необходимо — набор коротких кинжалов и охотничий нож — было при мне. Миновав несколько патрулей — их и правда стало больше! — я оказался на крыше дома Сморкалы. Я точно знал, что дома он один, потому что видел его отца в патруле. Открыв окно, я бесшумно пробрался в комнату. Но кровать Сморкалы была пуста. Я прислушался. Снизу доносилась какая-то возня, скрип половиц. Я тихо спустился вниз. Ярко горел камин, а Сморкала размахивал какой-то палкой, приговаривая что-то про чокнутого дракона, голову которого он насадит на копье и про то, что он уже достаточно силен, чтобы идти в патруль, но его как всегда недооценили… Я прислонился к стене, решив подождать, пока Сморкала сам меня заметит. Долго ждать не пришлось — во время очередного выпада Сморкала крутанулся, заметил меня и тут же испуганно закричал, отскочив назад и налетев на стол. Я с трудом сдержал смех. — Ты кто такой?! — крикнул Сморкала, опираясь на стол. — И что ты делаешь у меня дома?! — Да так, заглянуть на огонек решил, — иронично произнес я. — Ты же этот, картограф! - пробормотал викинг, на его лице появилось задумчивое выражение. Внезапно он закричал: - Это ты убийца, я знал! — и истерично засмеялся, тыча в меня пальцем. — А, какой ты умный, погладь себя по голове, — ухмыльнулся я. — Если б ты еще понял, кто я на самом деле, я бы с уверенностью назвал бы тебя гением! Впрочем, не имеет разницы, ты все равно сейчас умрешь. — На помощь!!! Убивают!!! — закричал Сморкала и ломанулся к двери, но я успел подставить ему подножку и викинг растянулся на полу. Надеюсь, патрулей рядом не оказалось, иначе всему конец. Я схватил с тарелки, стоявшей на столе, яблоко и запихал его Сморкале в рот, прежде чем тот снова начал орать. — Чтобы ты понимал, кто и за что тебя убивает, — быстро и с деланным равнодушием произнес я. — Я Иккинг и я мщу за Ночную Фурию. Глаза Сморкалы изумленно расширились. Он что-то промычал и поднялся на ноги. Затем попытался вытащить изо рта яблоко, но я не дал ему этого сделать, хорошенько пнув его в грудь. Тот отлетел к стене, а в следующую секунду я пригвоздил его ладони к стене кинжалами. Сморкала закричал от боли, но крик вышел приглушенным. — Нет, я не погиб в буре, как вы все думаете, — хмыкнул я, вонзая в живот Сморкалы еще один кинжал. Викинг заскулил от боли. — Я выжил… — еще один кинжал пронзил левое предплечье воина. — И стал сильнее, — следующий кинжал нашел свое место в левом плече Сморкалы. — Ведь знаешь, есть такая поговорка, — невероятно острый охотничий нож с легкостью отрубил три пальца на руке викинга. — Что нас не убивает, делает сильнее, — нож непринужденно отделяет левую ладонь от всего остального. — И теперь… — еще один удар разделяет правую руку Сморкалы в области локтя. — Вы все ответите за то, что сделали со мной и моим братом! — добивающий удар милосердия точно в сердце. Сморкала еще минуту дергался в агонии, истекая кровью, и, наконец, замер. Я вынул все кинжалы, старательно вытер их об одежду мертвеца. Затем перевернул Сморкалу на спину, расширил рану на груди ножом и вынул еще теплое сердце. Я встал и огляделся по сторонам, ища, где бы положить сердце, чтоб сразу было заметно. Заметив на столе уже пустую тарелку, я усмехнулся и кинул орган в нее. Затем, повинуясь странному порыву, откопал кружку и до краев наполнил ее кровью и поставил рядом. В завершение положил рядом с тарелкой вилку и нож. Почему-то от взгляда на эту картину меня начал разбирать истерический смех. Уже с трудом сдерживая безумный хохот, я кое-как усадил Сморкалу за стол. Ну и вид. Уже представляю реакцию. Давясь беззвучным смехом, я снова пробрался на второй этаж и выбрался на крышу. Темно синее, почти черное небо было кристально чистым и усыпано миллиардами крошечных сияющих точек. Яркая полоса Млечного пути пересекала небосвод, а над самой поверхностью воды сияла огромная, ярко-желтая луна. Я с тоской вгляделся в небо. Как же хотелось оказаться там… Я потряс головой, отгоняя тоскливые мысли, и по крышам выбрался из центра. Когда расстояние между домами стало слишком большим, я спустился на землю и, прячась в тени, направился к дому. Вот и нужная улица. Я уж думал, что на сегодня мои приключения закончились, когда сзади раздался чей-то голос. — А ну, стоять! Кто такой! Я медленно обернулся. Позади стояло человек пять вооруженных викингов, и их оружие было совершенно не двусмысленно направлено на меня.