Снегопад.

Во время катастрофы, пусть даже своей собственной, личной трагедии, худшее, что может с тобой случиться – вынужденное бездействие. Твое тело постоянно напряжено, ноги не стоят на месте, руки постоянно что-то делают, но это бесполезно, потому что ты знаешь, что ничего, абсолютно ничего не можешь сделать. Остается только ждать. Ждать и надеяться, что исход не будет ужасным. Благодаря наследству отца мне не нужен был сон, но даже если бы я могла спать, то не сделала этого. Каждую минуту, каждое мгновение я размышляла над тем, куда Ричард мог спрятать Миру. Я боялась, что он убьет её, боялась, что не смогу защитить её… ведь я обещала ей безопасность. В особняке, завещанном мне покойным дедушкой, собралось много народу. Настя постоянно была рядом с Габриэлем в гостиной. Бальтазар, как ни странно, там же. Они оба пообещали мне на время забыть о своей ненависти, и теперь полностью игнорировали друг друга. Правда, и отец, и дочь иногда бросали в сторону ненавистника быстрые, осторожные взгляды, словно присматриваясь. Но я не пыталась как-то помирить их – не до того было. Соня чувствовала себя ужасно виноватой из-за того, что потеряла дар ясновидения, и поэтому не пришла. Но она заверила, что позвонит, если видения к ней вернутся. Зато здесь был Глеб. За те шесть часов, что мы провели в одном доме, он побледнел и осунулся. Взгляд брата был усталым, а пальцы постоянно дрожали, и ни алкоголь, ни таблетки не помогли ему успокоиться. Рядом с ним постоянно была моя бабушка. Она тихо разговаривала с ним успокаивающим тоном, лицо её было мягким. Бабушка немного помогла ему. Глядя на брата, я чувствовала огромнейшую тяжесть вины, она разрывала мне сердце. Приехала Гелла. К моему ужасу, она тоже заразилась вампирской эпидемией, и теперь слегла с высокой температурой. Я выделила ей свою комнату. Всеми средствами, и магическими, и научными, её лечили Даная и Стикс, но безрезультатно. Гелле становилось только хуже. Отчего свирепел Габриэль и приходила в отчаяние я. По словам Данаи, феи тоже подверглись магическому проклятию. Теперь все они, истинные создания природы, погибали под солнечным светом. Все, кто смог, переехал на время в Столицу, скрытую в Лох-Несском озере, остальные же… уподобились новообращенным вампирам, скрываясь по подвалам и за плотными шторами. Богдан сообщил, что под влиянием общей паники практически все оборотни обратились, и он вынужден обратиться тоже, чтобы утихомирить перепуганных волков, даже если это значит навсегда остаться зверем. Напоследок он заметил, что не сомневается во мне. Правда, это не очень вдохновило меня. Магическая аномалия не обошла стороной и ведьм. Все они потеряли магическую энергию, и теперь даже у самых опытных ведьм не получается сварить банальное зелье. Хорошо, что магия не задела меня, Бальтазара, и Настю. И Ричарда. В поисках последнего сейчас участвовали все здоровые вампиры и Кристина Рейн. Мне почему-то казалось, что она быстрее всех вампиров планеты найдет моего братца. И когда она его найдет, я его убью – к великому счастью, теперь у меня есть возможность сделать это. Если кинжал Персефоны убил Максима, то и Ричарда может убить. Спасибо Роману за оставленные в наследство артефакты. Я ахнула и подскочила с дивана. Отец, Настя и Гейб уставились на меня удивленно. - Простите меня, - пробормотала я. – Сейчас вернусь. К счастью, никто из присутствующих не последовал за мной. Потому что то, к чему я направлялась, было скрыто в тайне. За считанные секунды взлетев на второй этаж, я направилась в дедушкин кабинет, туда, где за примитивным натюрмортом с фруктами таился сейф. Письмо дедушки, переданное мне нотариусом, по просьбе покойного было уничтожено, но прежде я зачитала его до дыр, и теперь помню каждое слово. «…Благодаря Книге я узнал, что в скором времени мир изменится…», писал Роман. «…Книга Тайн – дар эльфов перед их полным вымиранием. В ней любыми чернилами можно написать свой вопрос, и Книга даст самый правдивый ответ». Как же я сразу о ней не вспомнила?! Это же смогло бы сократить поиски! Торопясь, я едва не перепутала код сейфа. Но все равно через несколько мгновений книга, старый потрепанный фолиант, была в моих руках. Осторожно положив её на рабочий стол, сделанный из дуба, я нашла в одном из ящиков ручку и, открыв пустую книгу на середине, рукой, дрожащей от волнения, написала: «Где Ричард держит Мирославу?». Пару секунд ничего не происходило, затем книга содрогнулась, и чернила медленно исчезли. На их месте моим почерком появилась другая надпись: «Ричард Файли, старший и единственный сын Бальтазара, похитил Майер Мирославу Глебовну, наследницу ныне покойного предводителя ведьм Майер Романа Егорович, регентом коей на данный момент является Майер Анна Андреевна, младшая дочь Бальтазара. Первые несколько часов Ричард Файли удерживал Мирославу Майер в пустующем особняке в пригороде, где не так давно Майер Алина Игоревна убила Саида Ашрафа. Теперь же вышеупомянутая похищенная спит на руках у Киры Дагобер, бывшей любовницы Первейшего вампира, носящего имя Габриэль. Ричард Файли, Кира Дагобер и Мирослава Майер находятся на временно пустующей стройке в центре города». Я несколько раз недоуменно моргнула и перечитала текст несколько раз, привыкая в странной манере изложения, заключающейся в нечто среднем между юридическими документами и старомодной манере общения. Когда до меня дошел смысл этих слов, я мысленно хлопнула себя по лбу. Я была близка к истине, сама не зная того! Ричард привез Миру в заброшенный особняк через пару часов после нашей с Рейн встречей. И за день я несколько раз проезжала мимо единственной в нашем городе стройки в центре города. Даже больше – ресторан, в котором я встретила Смольянина и Настю, был в ста метрах от этого места! Внизу хлопнула входная дверь, и я вышла в коридор. На первом этаже, отряхивая снег с черного полушубка, ворчала Алина. Иордан как раз в этот момент зашел в гостиную к Габриэлю. - Что за погода, скажите мне? – тихо бурчала Алина. – После пустынь снегопад не катит. - Алина! – воскликнула я, тут же забыв о странных словах сестры. Пока я спускалась по лестнице, вампирша успела снять полушубок, так что я без помех обняла её. Алина фыркнула, обнимая меня в ответ. - Стоило мне уехать, как у вас тут конец света? – пошутила сестра. Я закатила глаза, но улыбка не слезала с лица. - Идем, - я потянула сестру в гостиную. – Мы расскажем тебе и Иордану все, что знаем. Но Алина стояла как вкопанная. - Подожди, - сказала она, схватив меня за руку. – Скажи, как себя чувствует Габриэль? - Нормально, - удивленно ответила я. – Он, к счастью, не заболел, хотя контактировал с Геллой. Но Алина все еще оставалась встревоженной: - Точно? - Он здоров, - с уверенностью заверила я. Алина немного успокоилась, но брови её все равно были нахмурены. И чего это она вдруг начала так волноваться? Через пятнадцать минут мы с Габриэлем разъяснили Иордану и Алине сложившуюся ситуацию. Как только мы закончили, я рассказала новую информацию, которую узнала от Книги. Правда, об источнике информации умолчала, но мне поверили на слово. - Немедленно выезжаем туда, - бросил Гейб, опуская глаза к телефону. Видимо, набирал сообщения для своих вампиров. – Бальтазар, Аня, Алина, Иордан, вы со мной. Настя, позвони Рейн, сообщи ей место, а затем помоги Стиксу с Геллой. И спроси, не согласится ли Даная поехать с нами. Настя не возражала против того, чтобы остаться с Геллой. Несмотря на долгую жизнь, она не была воином, и могла стать только обузой. - Я еду с вами, - твердо произнес Глеб, появляясь в гостиной. Я хотела начать его отговаривать, но Гейб проницательно глянул на моего брата и молча кивнул. *** - Что будем делать? – нетерпеливо спросила Алина. Она так и подпрыгивала от желания что-либо сделать на сиденье позади меня. Габриэль только что остановил автомобиль в паре улиц позади стройки. Стены уже стояли, но окон еще не было – работу отложили до весны. Неудивительно, что Ричард выбрал это место – там никого не было, к тому же снегопад скрывал все, что происходило наверху. Вампир проигнорировал вопрос Алины и, глядя вперед, произнес: - Иордан, на тебе будет руководство моими вампирами. Они уже знают. Окружите стройку и внимательно следите за ней. Ричард или Кира могут сбежать. Причем спрыгнуть с любого этажа, поэтому не проглядите их. - Как скажешь, - кивнул Иордан. Он не противился тому, что не будет участвовать в основном действии. Сзади подул холодный воздух, хлопнула дверь, и Иордан исчез за домами. - Бальтазар, тебе придется поговорить с сыном, - продолжал вампир. – Возможно, ты единственный, кто до него может достучаться. Отец передернул плечами, но против ничего не сказал. Даная поехала на своей машине, но после ухода Иордана пересела на освободившееся место. - Что на счет меня? – спросила она. Она надела на голову палантин так, что он свешивался до бровей, черные очки на пол-лица, и еще фея постоянно прикрывала оставшуюся открытой часть лица руками в плотных перчатках. Не понимаю, как она согласилась пойти с нами. Одно неверное движение – и она окажется на солнце, что теперь пагубно скажется на её коже. Габриэль оценивающе посмотрел на нее через зеркало заднего вида и поинтересовался: - Ты, насколько я слышал, умеешь зачаровывать людей? Даная криво усмехнулась: - Я много чего умею. За это меня и боятся больше, чем других полуфей. - Если появится возможность, зачаруй Ричарда. Или Киру. Чтобы один из них вышел из игры. - Впервые подчиняюсь вампиру, - пробормотала Даная. – Какие же вы требовательные, кровососы! Габриэль только ухмыльнулся. - Дальше по списку. Алина, ты со мной пойдешь к Ричарду. Он слышал о тебе, но не видел в лицо. Поэтому пока притворяйся слабой и испуганной, постоянно будь около меня. Но если начнется драка, то Кира на тебе. Учти, она не знает каких-либо боевых техник, но по-змеиному хитра. - Мне убить её или оставить на десерт? – поинтересовалась Алина, вцепившись руками в спинку переднего сиденья. Я не видела её лица, но голос у неё был полон ядовитой ласки. Хотелось поежиться. Такой я Алину еще не видела. Габриэль задумался, а потом сказал: - На твое усмотрение. Алина хмыкнула, но промолчала. - Что должна делать я? – не выдержала я. Гейб вздохнул и признался: - Будь моя воля, я бы оставил тебя рядом с бабушкой. Но так как, - вампир замолчал на мгновение и, с прищуром посмотрев на меня, произнес мои слова: - ты не моя собственность, и я не могу тебе приказывать, ты идешь с нами. Если нам придется сражаться, то ты не должна будешь ввязываться в самую гущу. Твоя задача – вывести Мирославу. Ты отнесешь её сюда, к машине, где вас будет ждать… - Габриэль посмотрел на моего брата, молча сидевшего сзади. – Глеб. Брат понимал, что не стоит ввязываться в бои между вампирами и непонятными созданиями, созданными из семи рас. Нет, определенно, едва закончатся проблемы с Советом, и мир утихомирится после правды о мифических существах, я напишу научную книгу, посвященную нашей расе, и придумаю наименование моего магического типа. - И мы тут же уедем, - добавил колдун. Габриэль кивнул: - Как можно быстрее возвращайтесь в особняк. У Стикса есть возможность вылечить Мирославу… если с ней что-то случилось. Напряженное молчание прервала Алина - Ну, все понятно, - раздраженно бросила она. – Теперь мы можем идти? Она первой вышла из машины. С секундным опозданием мы вышли следом. Увидев нас, Ричард ничуть не удивился. Его лицо вообще было чрезвычайно непроницаемым. Он прислонился к стене недалеко от квадрата окна, скрестив руки на груди. Вопреки драматичности ситуации, мужчина надел синие спортивные штаны с лампасами и не в тон им вязаную кофту серого цвета. Я нашла это слишком скучным для мирового злодея, но придержала свои мысли при себе. Не думаю, что он оценит. - Ричард, - одно слово, сказанное Бальтазаром, повисло в воздухе. Мужчина перевел глаза на отца, и приветственно кивнул головой. Мы были на седьмом этаже, и холодный ветер, забирающийся под одежду, заставлял меня стучать зубами. Мира была тут же, в ближнем к Ричарду углу, завернутая в длинную женскую шубу черного цвета. Девочка дрожала и широко раскрытыми глазами смотрела на меня. Едва увидев её глаза загнанной лани, я поняла, что сделаю все, что потребуется, чтобы спасти её. Шуба эта была, по всей видимости, Кириной, так как сама вампирша была в бежевом классическом платье до колен. На её идеальной коже я не заметила ни единой мурашки. Вампирша откинула волосы назад и неприязненно посмотрела на меня. Похоже, она при первой возможности открутит мне голову. - Отзови свою магию, Ричард, - строго произнес отец. Ричард злобно усмехнулся и заметил: - За все своя цена, отец. - Что ты хочешь? – спросил Бальтазар. Братец перевел взгляд на меня и хмыкнул: - Для начала – её в свое распоряжение. - Что?.. Зачем? – растерялась я. Это было немного странно. Мужчина оттолкнулся от стены, сделал шаг вперед и процедил: - А ты не догадываешься? Новоприобретенная дочка оказалась важнее остальных детей. Конечно, ведь ты так похожа на отца и у тебя нет кровожадности и безумия! В конце своих слов Ричард уже кричал. - Так ты ревнуешь, - осознала я и пожала плечами: - Каждый хорош по-своему, Ричард. Нет нужды становиться мстителем из-за обиды на отца. - О нет, дорогая, я хочу быть им, - хмыкнул Ричард. – Итак, мои условия: - Аня идет со мной, и вы не пытаетесь её искать. Тогда Кира отпускает девочку, а я снимаю заклятие с одного вида. На ваше усмотрение. - А остальные? – игнорируя напряжение Габриэля, спокойно уточнил Бальтазар. - Ну, у меня должна быть уверенность в завтрашнем дне, - ухмыльнулся Ричард. - Вдруг вы найдете-таки способ меня убить. О, я уже нашла. Этот способ сейчас покоится на моем запястье в виде татуировки, острием направленной к ладони. Тот самый кинжал Персефоны, которым я убила Максима и которым смогу убить Ричарда. Правда, наличие кинжала у меня – это тайна, и поэтому ни Гейб, ни отец, ни даже Алина не догадываются, что я планирую. И в этот момент в окно, рядом с которым стоял Ричард, влетела Кристина Рейн. Ну, не в прямом смысле влетела – скорее всего, она спрыгнула с верхнего этажа. Факт в том, что она ловко приземлилась на бетонный пол и тут же, прыгнув, вцепилась Ричарду в шею. С этого все началось. Оказалось, у Ричарда много союзников, и все они вдруг оказались в комнате – вампиры, оборотни в звериной форме. Они кинулись на всех, кроме меня. Меня выделили, так как Ричард сам шел ко мне, и рычащие, кричащие и озлобленные его союзники расступались. Вопреки ожиданиям «любимого» брата, я не побежала вниз, спасая свою шкуру. Но и не осталась стоять столбом на месте. Я прыгнула через поваленного на пол огромным волком отца в сторону Миры. К счастью, Алина отвлекла Киру, и та не смогла сразу же убить девочку. Сестра прижимала визжащую вампиршу к полу. И при этом игнорировала оборотня, вцепившегося в её плечо. Я с силой ударила вампира по голове, и тот отключился. Но ненадолго, зато Алина уже разобралась за это время с Кирой. Через секунду я была у испуганно рыдающей Миры. Упав на колени, я успокаивающе протянула руку и сказала: - Пойдем, Мира, я выведу тебя. Ох, бедная, замерзшая и испуганная девочка. Мира едва меня узнавала, а за спиной уже засмеялся Ричард: - Тебе некуда бежать, сестричка. Я подхватила Миру, как она была, в Кириной шубе, и обернулась к Ричарду. Он был в пяти шагах от меня. Я попятилась в сторону, и мужчина, заметив мои действия, покачал головой: - Нет, Аня, у тебя нет шансов сбежать. Лестницу перекрывают мои волки, и они разорвут девчонку прямо у тебя на руках. Я никогда не отличалась храбростью воина, такой, какая есть у Алины. Были фобии, которые я не могла забыть. Например, боязнь высоты. Но на руках у меня свернулась хныкающая, ослабевшая девочка, и если она еще немного побудет на холоде, то умрет. Поэтому я должна была сделать то, чего очень боялась. Ветер холодными клешнями охватывал мою голову, путая волосы. - Вообще-то, - выдохнула я, полностью скрыв Мирославу в шубе. – Выход есть всегда. В мгновение ока я оказалась за окном, падая спиной вперед. Я услышала чей-то крик сверху, но разобрать, кто кричал, Ричард или Габриэль, не смогла. Меня убивали много раз. Даже Габриэль довольно часто делал это на наших тренировках в назидание. Однако я сама, по собственному желанию, никогда не накладывала на себя руки. Хорошо, что сегодня случился сильный снегопад. Никто не видел, как рыжеволосая девушка прыгнула с седьмого этажа спиной вперед. И как она приземлилась, никто не заметил. Если говорить округленно, то это было больно. Чертовски больно. Кажется, я сломала себе позвоночник, и затылок становился влажным и теплым – явно не от снега. Пока я все еще была в сознании, но силы мои постепенно таяли. Мира не шевелилась. Так как она упала на меня, особого вреда с ней не произошло. Надеюсь, она всего лишь потеряла сознание. Сквозь затуманенное сознание послышался хруст снега. Кто-то бежал ко мне. Я застонала и с трудом повернула голову чуть вправо. На колени рядом со мной приземлился Глеб. - О, Аня… - только и вымолвил он. Лицо его перекосилось от страха. Облизав губы с подтаявшими на них снежинками, и собрала всю свою волю и прохрипела: - Со мной все будет в порядке. Бери Миру и убегай. Быстро. - Но… - начал Глеб. - Быстро! – рявкнула я. Брат осторожно поцеловал меня в лоб, взял дочь на руки и побежал в сторону, где должна была быть машина. Я прикрыла глаза и медленно повернула голову к небу. Осталось ждать. Осталось только ждать. Сознание медленно покидало меня, но я все-таки услышала приближающиеся шаги. Последним, что я увидела, был темный силуэт, возвышающийся надо мной. Снег падал большими частыми хлопьями, их подгонял ветер, поэтому лица того, кто поднял меня на руки, разглядеть не удалось. *** Меня больше не удивлял процесс воскрешения, и это-то как раз и удивляло. Я уже привычно ощутила, как постепенно все мои органы чувств приходят в норму, и барабаном начинает биться сердце. Секунда, и я смогла открыть глаза. Вопреки ожиданиям, никакого подвала, цепей и холода, с которыми я ассоциировала заключение, не было. Я лежала на железной кровати, под плотным и теплым одеялом, в небольшой комнатушке, внешне напоминающей деревенскую. На потолке тускло горела лампочка. За небольшим окном было темно. Даже двери не было – вход в комнату был скрыт застиранными шторами. А теперь вопрос – где я? Прикусив губу, чтобы не стонать от боли, все еще молотком колотившей в затылок, я села и свесила ноги с кровати, на что та отозвалась противным скрипучим звуком. Через мгновение шторы всколыхнулись, и в комнату вошел Ричард. Он был одет в теплый шерстяной свитер и джинсы. Мужчина торопливо подошел ко мне и, мягко надавив на плечи, заставил снова лечь на спину. - Ты еще не до конца исцелилась, чтобы вставать, - твердо заметил брат. Сил сопротивляться у меня не было. Откинув голову на мягкую подушку, я облизнула губы и хрипло поинтересовалась: - С чего это ты так заботишься о моем здоровье? Ричард, усевшись около моих ног, усмехнулся, и ухмылка эта заставила меня задрожать. - Для того, что я для тебя приготовил, ты нужна мне полностью здоровой, - пояснил мужчина. Сердце забилось сильнее при мысли о том, что мог приготовить для меня брат. Ведь даже Габриэль поражался его жестокости. Откинув плохие мысли в сторону, я спросила: - И это все из-за того, что я полюбилась Бальтазару? Мужчина положил руку мне чуть выше колена, и с силой сжал её. От боли я поморщилась, но крик сдержала. - Он всегда обращался со мной, как с дрессированной собачкой, - процедил Ричард. – Я этого не замечал, пока не увидел, как отец обращается с тобой. От злости я наложил заклинание на всех магических существ – вам с Настей такое могущество и не снилось. - Теперь я у тебя, - выдохнула я. – Развей это заклинание. Ричард отпустил мою ногу и встал. Он начал медленно ходить по комнате. - Я сдержал свое обещание. Когда ты оказалась у меня, я освободил одну расу, той, которой угрожала самая серьезная опасность – вампиров. Из-за той болезни и так погибли тысячи кровососов. Я даже милостиво освободил еще и фей. Теперь эти безмозглые дети природы снова могут наслаждаться солнечным светом. - А ведьмы и оборотни? – уточнила я, нервно сминая в ладонях одеяло. Ричард передернул плечами и беспечно пояснил: - Оборотней я отпущу, когда Бальтазар и Габриэль поклянутся не причинять мне вреда каким-либо способом и предоставить мне безопасность. А ведьмы… - брат остановился, обернулся ко мне и довольно улыбнулся: - А ведьмы станут свободны, когда ты окончательно умрешь. Не в силах смотреть в холодные глаза Ричарда, я прикрыла веки и тихо проговорила: - Ты нашел способ меня убить? Помолчав, Ричард ответил честно: - Нет. Я выдохнула с облегчением, когда брат добавил: - Но ты нашла этот способ. Удивленно подняв глаза, я посмотрела на Ричарда: - Что? Мужчина вновь присел рядом, на этот раз ближе. - Ты каким-то образом убила Максима, тесно связанного с тобой древним пророчеством. Только то, что могло убить демона, может убить и тебя. Ричард уперся руками по бокам от моей головы, склонился близко и выдохнул прямо в губы: - Так как же ты его убила? Сердце застучало еще быстрей. Казалось, оно сейчас выпрыгнет из груди от страха. Я не отвела глаз от лица брата и твердо произнесла: - Да пошел ты! Ричард со смешком отстранился и счастливо заметил: - Я рад, что ты сказала это. Придется применить настойчивость, чтобы добиться от тебя ответа. Думаю, ты сдашься через неделю истязаний, насилия и ночей со мной. - От чего-о? – последняя фраза повергла меня в шок. – Ночей с тобой? Ричард насмешливо приподнял бровь и удивился: - Почему бы и нет? Ты все равно скоро умрешь, так что ребенка зачать мы не успеем, и кровосмешения в нем не будет. Меня едва не стошнило при мысли об обнаженной брате надо мной. Это же отвратительно! - Рыжик, неужели ты думала, что я шутил тогда на счет инцеста с тобой? – промурлыкал Ричард. Тело задрожало еще сильнее, уже от отвращения. Чтобы не думать о инцесте, я перевела тему: - Не боишься, что Бальтазар или Габриэль тебя найдут? Ричард фыркнул и презрительно бросил: - Ну если они не нашли нас за последние восемь дней, то не найдут и дальше. - Восемь дней? – поразилась я. - Я лежала мертвой восемь дней? Мужчина приподнял одно плечо и отпустил его. - А ты что хотела? Ты очень неудачно упала с седьмого этажа. Твой затылок был похож на разбитое яйцо, а позвоночник полностью искалечен. Телу понадобилось больше времени, чтобы излечиться. И даже сейчас ты еще не до конца восстановилась. И все ради чего? Ради какой-то мелкой полумертвой девчонки. - Это был единственный способ вывести Миру оттуда, - слабо возразила я. - Ну, когда я спустился, девки уже не было. Значит, мне не причудился Глеб. Надеюсь, с Мирой все в порядке, но у Ричарда нет смысла об этом спрашивать. Брат этот момент внимательно меня осмотрел. И заметил кое-что новое. Схватив меня за руку, он поднес руку ближе и задумчиво заметил: - Раньше у тебя не было татуировки. Я затаила дыхание. Значит, кинжал все еще со мной. Теперь главное не показать Ричарду, что татуировка означает. - А, на прошлой неделе сделала, - небрежно бросила я. – Очень рисунок понравился. К счастью, Ричард провел пальцем по татуировке и отпустил мою руку. Он встал и направился к выходу, когда я его окликнула: - Ричард! Раз уж я все равно умру, может, скажешь, как освободить оборотней и ведьм. Просто любопытно. Брат, не оборачиваясь, ответил: - Все завязано на моей крови. А теперь отдыхай. Вопреки желанию, я все еще не смогла удержать веки открытыми, и провалилась в тревожный сон. Не знаю, сколько я проспала. Может, пару часов, а может, пару дней. Но когда я открыла глаза, поняла, что состояние моего организма улучшилось. А рядом уже сидел Ричард. Он заставил меня выпить бульон. В его взгляде не было жестокости и безумия. Казалось, он хлопотал надо мной, как настоящий любящий брат. Но это как раз и пугало. Опустошив тарелку с бульоном, я спросила: - Где мы? В какой-то деревне? Ричард покачал головой и ответил: - Нет. Мы в заброшенной сторожке лесника, и в радиусе двадцати километров рядом никого нет. Только мы и зимний лес. Как будто невзначай я поинтересовалась: - И как же далеко ты увез меня от Габриэля? Брат внимательно посмотрел на меня и медленно ответил: - Мы находимся на севере Амурской области. Я мысленно присвистнула. Между мной и Габриэлем полстраны! Вспомнив о Древнем, я поняла, как скучала по нему. Мне так сильно хотелось его увидеть, что я почти представила, как он заходит в комнату и мимоходом отрывает Ричарду голову. Вздохнув, я попросила: - А нельзя на улицу выйти? Мне очень хочется свежим воздухом подышать. Ричард кивнул. Я свесила ноги внизу и попыталась встать. Ноги подкосились, и я бы упала, если бы Ричард не подхватил меня. Я обхватила его шею руками и, не поднимая глаз, тихо проговорила: - Спасибо. Ричард криво улыбнулся и подхватил меня на руки. Я крепче ухватилась левой рукой за шею мужчины, а правую положила ему на сердце. Это не осталось незамеченным, и брат, остановившись, с удивлением посмотрел на меня. Я чувствовала, как его сердце уверенно бьется. - Ричард? – шепнула я. Даже перед тем сумасбродным прыжком я не боялась так, как боялась сейчас. - Да? – тихо отозвался мужчина. Подняв глаза, я с грустью уставилась на него: - Ты ведь не остановишься, пока я не умру? Мягко улыбнувшись, брат вполне серьезно ответил: - Я не успокоюсь, пока не пройдусь по твоему пеплу. Вздохнув, я улыбнулась в ответ: - Мне жаль, что я не смогла стать тебе настоящей сестрой. Я сжала правую руку в кулак и легонько ударила брата в самое сердце. И в тот миг, когда рука прикоснулась с мягким свитером, под которым билось сердце, татуировка ожила, и острый кинжал пронзил сердце Ричарда. Мужчина пошатнулся, посмотрел с удивлением на свою грудь и упал со мной на руках. Я слезла с Ричарда и уселась рядом на колени, смотря, как жизнь покидает тело брата. В последний миг он посмотрел на меня и, закрыв глаза, выдохнул одно слово. Ричард умер с моим именем на губах. Терять Ричарда, непутевого брата и ревнивого сына своего отца, почему-то было так же больно, как и Алину. Правда, на этот слез не было. Я вздохнула и, встав на ноги, нетвердой походкой направилась исследовать дом. Кроме моей спальни была еще кухня. На столе у окна стоял открытый ноутбук черного цвета. Присев на деревянный табурет, я проверила состояние ноутбука и радостно вскрикнула. Ричард подключил спутниковый интернет. Как предусмотрительно. Проверив наличие веб-камеры, я залезла в скайп и позвонила Гейбу. Не факт, что он ответит, но я надеялась. Вместо него на экране высветилась очаровательная блондинка пухлыми губами и яркими глазами. Что меня возмутило больше, так это то, что я явно видела за её спиной балкон квартиры Габриэля, которую он оставил, когда переехал ко мне. Ну, и еще то, что у блондинки были мокрые волосы и тело, обмотанное желтым полотенцем. Девушка явно была после душа. Улыбнувшись, незнакомка произнесла на английском: - Габриэль сейчас занят, не могли бы вы перезвонить чуть позже? Злость закипала во мне, и вот-вот должна была выплеснуться через край. Я холодно улыбнулась: - Да что ты? И кем же он, интересно, занят? Блондинка спокойно ответила: - Принимает душ. Он что, даже не ищет меня?! Едва Ричард меня похитил, как он уже нашел себе новую игрушку?! Вот же ублюдок! - Передайте ему вот что, - процедила я, сжимая кулаки. – Он может продолжать спать с любой подвернувшей блондинкой без мозгов, но сначала пусть проваливает из моего города, потому что когда я вернусь, ему не поздоровится! Блондинка прищурилась и с удивлением ахнула: - Так ты же Анна! Та самая Анна! У меня на языке уже было несколько язвительных замечаний, но блондинка вскочила и крикнула: - Гейб! Анна нашлась! Перед экраном появился черноволосый вампир. Он едва успел прикрыться полотенцем и уставился на экран: - Аня? – пораженно прошептал Габриэль. Я отчетливо видела, как с Габриэля каплями стекает вода. – Где ты? Ты хорошо себя чувствуешь? Где Ричард? - Не слишком ли много вопросов для того, кто так быстро забыл меня и развлекается с какой-то блондинкой? – язвительно фыркнула я. - Нет, это… - начал Габриэль. - Да пошел ты!.. – рявкнула я и отключилась. Зря я позвонила Габриэлю. Надо было сразу позвонить отцу. Увидев взволнованное лицо Бальтазара, я едва не расплакалась. - Аня, - облегченно улыбнулся мужчина. – Я почувствовал, как один из моих детей умер. Так как Настя в соседней комнате, это был кто-то из вас. Ты или Ричард. Я ставил на Ричарда. - Он действительно мертв, пап, - я опустила глаза и посмотрела на с виду безобидную татуировку кинжала. – Я убила его. - Молодец, - похвалил Бальтазар. – Мы искали тебя почти полмесяца. - Мы? – горько усмехнулась я. – Я сейчас позвонила Габриэлю, и мне ответила какая-то полуголая блондинка. Да и сам он был не то чтобы в одежде. Бальтазар покачал головой, но спорить не стал. - Где ты, Алина? – спросил мужчина. - Ричард говорил, что мы в сторожке, и в двадцати километрах никого рядом нет, - припомнила я. - Еще я знаю, что это Амурская область. Отец кивнул: - Я догадываюсь, где эта сторожка. Оставайся там и никуда не уходи. - Куда я могу уйти? Вокруг лес, а я еще полностью не исцелилась. Бальтазар вздохнул и уже прощался, когда я добавила: - И еще. Исполни мою просьбу, пожалуйста. - Все, что угодно. - Не приводи сюда Габриэля. И чем быстрее он уедет из города, тем я буду счастливее. Отец нахмурился и уточнил: - Мне это передать ему? Над ответом я не думала долго. - Да. *** Ричард был погребен в сгоревшей сторожке. Бальтазар сам прилетел за мной на вертолете. Вместе с ним была Алина. Она радовалась, словно щенок, и ни шаг не отходила от меня, когда мы вернулись в город. Первое, о чем я спросила Бальтазара, когда он прилетел – как Мира. Тот ответил, что девочка чувствует себя прекрасно, правда, ей снятся кошмарные сны. Глеб подумывает о том, чтобы с помощью зелий стереть ей память о последних событиях. Так будет спокойнее и дочери, и отцу. Со смертью Ричарда заклятие полностью рассеялось. Я, будучи образованной ведьмой, прекрасно знала, как рассеиваются заклятья, завязанные на крови. Ведьмы вернули себе свою магию, оборотни вновь смогли вернуться в человеческую форму. Богдан в том числе. В благодарность Альфа пригласил меня к нему в гости и объявил всем волкам, что я очень важная персона. Поэтому если мне потребуется волчья помочь или защита, каждый оборотень обязан выполнить мою просьбу. Кристина Рейн исчезла так же быстро, как и появилась в моей жизни. Никто не знает, где она. Может, исполнила свое желание и погибла, спася мир. А может, нашла в себе силы начать строить жизнь заново, кирпичик за кирпичиком, сменив имя и внешность. Но Кристины Рейн, таинственной наемной убийцы, больше не существовало. Настя за время моего отсутствия спелась с Бальтазаром. Она нашла в себе силы простить его, особенно после того, как отец на коленях просил её об этом. Сестра решила остаться в городе, и теперь ищет подходящую квартиру. Бальтазар уверил её, что лично оплатит покупку. В чем я ни капли не сомневалась. Кстати, о Бальтазаре. Он нашел давно утерянный путь к сердцу моей мамы, и они вновь вместе. Отец горячо утверждает, что намеревается подарить мне родную сестренку или брата, а мама глупо хихикает и опускает глаза к полу. Они были безумно влюблены, и я не решилась омрачать их счастье своими сомнениями о продолжительности их романа. К Соне её дар не вернулся, но она была этому рада. Оказалось, из-за слишком большого объема информации она постепенно сходила с ума, и теперь девушка ослаблена, но постепенно восстанавливается. Захар очень беспокоится о здоровье своей сестры, и никого к ней не пускает, даже меня. Смольянин узнал, что я бросила вампира, и не давал и шагу ступить. Его не останавливало ничего, кроме моей не в меру буйной сестренки. Я про Алину. Та пригрозила, что если не Саша не оставит меня в покое, то она ему хвост оторвет и пришьет на подобии галстука-бабочки. Тот сразу присмирел. Габриэль не звонил и не писал. И никто не упоминал о нем. Иордан исчез вместе с ним, а Гелла осталась, чтобы улучшить работу новоиспеченного Совета. Вместе с гибелью Ричарда рассеялись заклятия, наложенные на ведьм и волков. Все считали, что это моя заслуга. Но я старалась об этом не думать. Вскоре Совет объявил о своем существовании магическим созданиям. Как я и предполагала, не все были в восторге от этой идеи, но после показательных казней над самыми опасными преступниками расы угомонились. И постепенно готовились к открытию своего истинного облика миру. Злость на Габриэля никуда не делась. Едва увидев что-то, напоминающее мне о вампире, я приходила в ярость, и, подчиняясь моему настроению, за окном бушевала метель. Я действительно надеялась, что не увижусь с ним как минимум год. Потом судьба все равно сведет нас – ведь теперь он может проявить интерес к делам Совета. Но увиделись мы раньше, чем я предполагала. Когда я однажды вечером пришла домой, он расслабленно сидел на диване и внимательно смотрел на меня. Приподняв брови, я ледяным голосом поинтересовалась: - Ты что-то хотел? - Поговорить, - словно не замечая моего холодного презрения, ответил вампир. – Тебе определенно стоит меня выслушать. Скрестив руки на груди, я прислонилась к стене. - Только быстрей, мне не хочется провести весь вечер рядом с тобой. - Я не сидел на месте, как ты предположила. Я искал тебя все эти дни, призвал лучших ищеек вампирского рода, и даже своих детей. Маркус, Фира и Лилит – отличные ищейки, они искали тебя по всему свету. Еще эта болезнь, - скривился вампир. – Эпидемия затронула и меня, и я едва не умер на третий день твоего исчезновения. Сердце мое дрогнуло при мысли о том, что Гейб был в опасности. Но лицо так и осталось бесстрастным. - Каким-то чудом меня спасла Алина, - продолжал Габриэль. – Уж не знаю, какое зелье влила в меня твоя сестра, но через день я уже был на ногах. И вовсю искал тебя. Неделя бесплодных поисков привела меня в истощение. Я потерял аппетит, не спал и все время искал следы Ричарда. Тогда пришла Фира и твердо отправила меня отдыхать. Она почти насильно заставила меня выпить крови и следила, чтобы я поспал хотя бы шесть часов. Когда я проснулся, Фира только вышла из душа. Я тоже решил освежиться. Дальше я уже догадывалась. - И в тот момент позвонила я. - И в тот момент позвонила ты, - эхом отозвался Гейб. – Я понимаю, как это могло выглядеть, но я тогда не спал с Фирой. Вампир поднялся с дивана одним ловким движением и медленно, словно боясь спугнуть, пошел ко мне. Я не пошевелилась. - Мне нужна только ты, - прошептал Гейб и осторожно поцеловал меня. И я поняла, насколько мне его не хватало. Он был моей опорой и моим вдохновением. Я искренне любила его. Почувствовав, что я начала отвечать на поцелуй, Габриэль обвил меня руками и крепко сжал, углубляя поцелуй . Я растворилась в любимом, ощущая его поддержку и силу. Не знаю, сколько мы так простояли, целуясь, но когда вампир с неохотой оторвался от моих губ, я с трудом дышала. Прислонившись к плечу Габриэля, я выдохнула: - Мы будем ссориться. - Часто, - согласился вампир. – Зато примирение будет бурным. Он поцеловал меня в макушку и добавил: - А еще я буду ревновать. Только подумай, сколько у тебя поклонников развелось! Смольянин, Стикс, Ричард! Да еще этот Захар. Я удивленно подняла голову. Габриэль усмехнулся: - Думаешь, я не узнаю, что происходит в твоей жизни? Лучше сама мне все рассказывай, а то я буду шпионов нанимать. Фыркнув, я снова поцеловала Габриэля. Вот он, мой счастливый конец.