Все по-честному!

      Хиджиката не верил своим ушам. Мягко говоря. И офигевал тем больше, чем дольше хозяин квартиры продолжал свой рассказ о причинах и следствиях. Уму непостижимо! Как, вот как он умудрился во все это вляпаться? Нет, больше он ни за какие пироги не будет верить в перспективы сказочных подарков «за просто так».       Очень хотелось свалить из злосчастных квадратных метров по-быстрому, но, увы и ах, сей возможности ему реальность не оставила. Нет, выход-то был. Целых два. Но! Первый - он же дверь из квартиры классическая обыкновенная была перекрыта Гинтоки, а второй – балкон - как-то совершенно напрасно манил перспективой прыжка с двенадцатого этажа без парашюта. Тоширо, конечно, любил экстремальные виды спорта, но не настолько.       Он пожевал губу и, оторвавшись от своих размышлений, внезапно обнаружил, что Гинтоки уже закончил свою речь и, мало того, теперь стоял перед брюнетом с умильно-вопросительным выражением лица.       - Ну, что скажешь? – сипло поинтересовался блондин. - Скажу сразу, что отрицательный ответ не принимается.       - Ты шутишь, да? – поинтересовался Хиджиката, пытаясь взглядом просверлить в нем дырку.       - Какие уж тут шутки, – вздохнул блондин и провел рукой по лицу. – Слушай, я понимаю, что это звучит очень странно, и мне самому эта идея не шибко нравится, но другого выхода у меня просто нет, понимаешь?       - Нет, – покачал головой потенциальный постоялец. – Если тебе идея не нравится, зачем воплощать ее в жизнь?       - Какая тебе разница-то, я не пойму? – простонал Гинтоки, закатив глаза. – Ну я тебя умоляю, слышишь? Пожалуйста, пожалуйста-препожалуйста, побудь моим парнем хоть немножко! Я тебя холить и лелеять буду, только не покидай меня сейчас!       - Иди ты нафиг! – зашипел брюнет, попытавшись подняться, чтобы уйти. – Не хочу я ничьим парнем быть!       - Да и не надо быть чьим-то, – отозвался Саката, оперативно перебравшись к гостю на колени, – достаточно стать моим. Подумай хорошенько: тебя скоро выселят, на улице сейчас быстро холодает, идти тебе некуда, а у меня тепло и хорошо. К тому же я тебе все честно рассказал.       Вот так номер! Ему, оказывается, все честно рассказали, а он прослушал. Тоширо, как-то упустив из вида последнее действо блондина, впервые в жизни испытал желание нервно засмеяться. Черт, а вдруг там была какая-то офигенно-важная причина, а мозг отключился от восприятия информации в самый ненужный момент.       Может и вправду стоит согласиться? Ну, подумаешь, хозяин квартиры мозгами немножко тронулся на нервной, видимо, почве, так ведь причина у него есть… серьезная видимо... хочется надеяться. Например? Кормить друг друга мороженым с ложечки и гулять по парку держась за ручки? Так он и сам ложку держать может. Или просто любоваться издалека, а потом плакать втихомолку, что дотронуться не можешь? Мазохизмом отдает…       - Давай, соглашайся, – поерзал у него на коленях Гинтоки и, едва не свалившись от сего действа, срочно обхватил «спасательный круг» за плечи. – Я даже приставать к тебе не буду. От понятия «мой парень» у тебя только два слова этих будет. Считай это своей второй профессией, ну или хобби…       - Серьезно? – скептически поинтересовался Тоширо, пытаясь спихнуть с себя блондина. – А мне думается, именно приставаниями ты сейчас и занят…       - Тебе кажется, – заверил его тот и даже головой кивнул в целях убедительности. – Я на тебе просто сижу, чтобы ты не совершил опрометчивого поступка и не покинул сию обитель раньше времени.       - Нет, – упрямо отозвался брюнет. – Все, слезай с меня, и я пошел отсюда, – добавил он, в процессе спихивания мазнув Гинтоки рукой по талии.       - Ха-ха-ха, – завелся тот, – не щекочись. Это нечестно.       - Вот как, – хмыкнул Хиджиката, которому от смеха блондина, внезапно, тоже стало весело, посему он повторил свое действо, – даже не надейся.       - Нет, перестань, – едва не хрюкал блондин, пытаясь не сдать своих позиций и одновременно уворачиваться от «покушения», - ну это… ну правда…       Тоширо, наблюдая происходящее, внезапно понял, что он немного даже завидует хозяину квартиры – он сам так веселиться не умеет совершенно. А еще ему уже начинает нравиться смотреть на это белобрысое смеющееся нечто. Приплыли. Ну и что, просто тот действительно забавно ногами болтает и…       - Кажется, я не вовремя, – вдруг донесся незнакомый брюнету мужской голос и в комнате, где еще секунду назад было крайне шумно, воцарилась тишина.       Хиджиката посмотрел в сторону двери и имел возможность лицезреть высокого блондина, судя по всему старшего родственника хозяина квартиры, который в данный момент, прекратив хихиканья и почти сровнявшись по цвету со своими кудрями, нервно сжимал рубашку брюнета. Никогда в жизни Тоширо не видел, чтобы смена настроения происходила так резко, а поскольку дураком он отродясь не был, то сделал вывод, что прибывший и есть причина, по которой квартирант был нужен в качестве бойфренда. Серьезная причина.       - О-оборо, п-привет, – выдавил Гинтоки, стараясь взять себя в руки, – а ты что здесь делаешь? Вроде бы только завтра собирался прилететь.       - Ну, на самом деле я уже из аэропорта тебе звонил, – довольно улыбнулся "блондин номер два".       - Зачем? – не понял хозяин квартиры.       - Подумал, что незачем давать тебе в этот раз шанс выкрутиться, – послышалось в ответ и вошедший уселся в то самое кресло, где еще недавно сидел "блондин номер раз", – а ты бы точно попытался это сделать. Как обычно. Тем занятней оказалось, что я ошибся, и парень у тебя действительно есть. Вы ведь с Гинтоки встречаетесь, не так ли? – повернулся Оборо уже к Хиджикате.       Тоширо не ответил. И не потому, что прибывший оказывал на него то же воздействие, как на блондина, а просто не знал что ответить. Он еще раз бегло глянул на хозяина квартиры и… кошмар, тот напоминал своим видом маленького потерянного щеночка. Совсем как тот, которого он в детстве выловил из лужи посреди улицы и притащил домой. В итоге был скандал, собаку отдали в добрые руки, а самого брюнета никуда не выпускали еще месяц: «чтобы неповадно было». И вот теперь… только не говорите, что тот бобик был заколдован, и из него выросло это чудо. Нет, конечно. Но как-то жалко его…       - Или я ошибаюсь? – продолжал Саката-старший, абсолютно уверенный в своей правоте.       Гинтоки чуть не заплакал. Вот же гадина! Не мог что ли и вправду в пятницу приехать? Так был бы хоть шанс еще уговорить потенциального сожителя, а сейчас…       - Встречаемся, – сообщил тот и прижал младшего блондина к себе, ибо тот по второму кругу чуть не свалился от такого заявления, – даже вот жить вместе собираемся начать с завтрашнего дня…       Гинтоки покосился на брата – уж очень интересно было узнать его реакцию на это заявление. Степень скоса глаз, к несчастью, оказалась недостаточной, так что пришлось еще и голову повернуть. Реакция оказалась стандартной: тот закинул ногу на ногу и, сцепив пальцы в замок, пристально смотрел на брюнета. Проклятье, выругался про себя Саката-младший, ни одной эмоции, как обычно. Он повернулся к брюнету и тут же едва не потерял челюсть – выражение лица у того было точно таким же. Просто потрясающе! Парень ощутил себя кроликом, спешно гадающим на ромашке: кто из двух удавов его сейчас сожрет на завтрак. Спокойно, главное спокойно. Смотрим на стенку, на стенку… на нее родимую и думаем, какая она красивая. Нифига не красивая – перекрасить надо… Когда же им в молчанку-то надоест играть!       - Ладно, – неожиданно произнес Оборо, – и где же вы встретились?       - В парке, – отозвался Тоширо. – Дождь, понимаете, начался, а у… у… - он внезапно понял, что совершенно не помнит, как звать хозяина сей злополучной квартирки, – у него, короче, зонта не оказалось, так что… пришлось его домой привести. Потом меня чаем напоили и… короче, так и началось потихоньку.       - Чаем? – переспросил Саката-старший и в его глазах проскакали чертики. – Надеюсь, вы им не отравились, ибо он у моего родственничка выходит сродни керосину.       - Он был нормальный, – нахмурился Хиджиката.       - От стресса видимо, – кивнул Оборо.       - Ну хватит про меня уже говорить всякую фигню, - Гинтоки от злости вдруг пришел в себя и закрыл Хиджикате рот ладонью. – Ничего ему больше не рассказывай. Ему это все равно не интересно, главное на чем-нибудь подловить и показать, какой, дескать, он умный, а мы тут все идиоты вокруг. Особенно я, ничего в этой жизни не понимающий и не умеющий.       - Ну как ты так можешь про меня говорить, – «расстроено» покачал головой его старший брат, – я ведь просто беспокоюсь, чтобы ты не привел с улицы незнамо кого… но если ты настаиваешь, что данный молодой человек и есть твое счастье сокровенное, видимо, придется смириться. Позвоню, скажу господину окружному прокурору, что ты никак не можешь жениться на его дочери, потому что встречаешься с…       - Тоширо, – буркнул Гинтоки, – его зовут Тоширо.       - Аха, а фамилия у него есть?       - Хиджиката, – спокойно сообщил брюнет и Саката-младший увидел, что брови у родственника явственно ползут вверх.       Хиджиката… надо же, проскакала мысль у Гинтоки, фамилия как у того знаменитого инвестора, обожающего вкладывать деньги во все что только можно, каждый раз с неизменным успехом. Помнится, Оборо не раз восхищался его способностью делать деньги из ничего. Но вряд ли они родственники, скорее однофамильцы, ведь в противном случае, зачем бы брюнет себе квартиру искал.       - Почему-то мне кажется, что нифига он не поверил, – произнес меж тем Тоширо, наблюдая, как старший блондин покидает комнату.       - А на кой черт ты про чай сказал? – буркнул Гинтоки. – Я его действительно не умею заваривать.       - Ну так сам бы тогда рассказывал, – огрызнулся брюнет, – чего ж молчал, козел безрогий?       - Пообзывайся еще, – зашипел хозяин квартиры, – сам такой.       - Раз так, то может тогда тебе другого приятеля поискать? – в тон ему сообщил Хиджиката. – А я пойду подобру-поздорову, а?       Саката не успел сообщить, что брюнет шантажист, когда в комнату вернулся брат и продолжил допрос по всем статьям.       - Знаете, чем больше с вами общаюсь, тем больше убеждаюсь, что вы просто идеально друг другу подходите, – сообщил Оборо по истечение часа. - Такая история прямо… Действительно, стоит вам уже съезжаться и жить вместе.       Гинтоки ушам своим не поверил. Что сейчас брат сказал? Он не возражает? Поверил, стало быть, не смотря на то, что синхронно сочинять у них с Хиджикатой получилось только последние минут десять от силы, а до этого были сплошь взаимоисключающие сведения. То есть план, не смотря ни на что, все же сработал? И его действительно не только от доченьки прокурора, но и от той чокнутой «кошкоушницы» избавят? Да это же круто, возликовал он и едва не задушил брюнета в объятьях.       - Да-да, – продолжил, наблюдавший за этим, брат, – только, Гинтоки, не кажется ли тебе, что эта квартира не очень подходит для того, чтобы впервые с кем-то жить вместе? Боги, как трогательно это звучит… Ты со мной согласен, а?       - Думаете, она маловата? – встрял в разговор Тоширо, пытаясь освободить шею.       - Не очень уютная, – ответил Саката-старший, – так что, с вашего позволения, я бы нашел жилище посимпатичней. Нет-нет, вам совсем не придется менять свои планы и откладывать совместное проживание – завтра оно у вас будет. Считайте это моим подарком.       - Угу, – кивнул Гинтоки, у которого мозг уже отказывался быть в настороженном состоянии.       Пусть брат делает там, что хочет, лишь бы отстал от него с невестами навеки вечные. К тому же наверняка поручит заниматься поисками своей помощнице – Нобуме, а у той вкус просто изумительный, так что есть шанс, что квартирка будет как конфетка.       - Тогда я на сегодня откланяюсь, – Оборо попрощался и быстро покинул квартиру.       - А все-таки скажи мне, почему ты в итоге согласился изображать моего парня? – поинтересовался Гинтоки, когда они перебрались на кухню.       Дело это, кстати, оказалось нелегким: и у одного, и у второго совершенно затекли ноги. У Сакаты - по причине нервного перенапряжения, а у брюнета - от просидевшей все время на нем блондинистой тушки.       - Чего молчишь-то? – допытывался хозяин квартиры у притихшего Тоширо.       Тот пожал плечами, но так и не ответил, только наблюдал, как блондин возится с кофеваркой. Что он, собственно, может по этому поводу сообщить? Про щеночка? Глупо прозвучит, да и вряд ли его поймут.       - А, я знаю, – продолжал тарахтеть Гинтоки, у которого отлегло от одного места, так что он вернулся в свое привычное состояние, – я тебе, наверное, понравился.       - Что? – нахмурился Хиджиката. – Даже думать не смей об этом. Мне тебя просто жалко стало…       - Да ладно тебе, – широко улыбнулся блондин, – не переживай, я тебя осуждать не буду. Тем более я действительно симпатичный…       - Повторяю еще раз, – начал злиться брюнет, шарясь по шкафам в поисках кружки, – причина не в этом. И на будущее: ляпнешь нечто подобное еще раз - сразу в глаз схлопочешь.       - Это лишний раз доказывает, что я прав, – продолжал сиять хозяин квартиры, которому вид раздраженного Тоширо очень даже понравился, – так что… ай! – через мгновение он плюхнулся на пол, схватившись за лицо. – Ты что творишь?!       - Я предупреждал, – отозвался брюнет, спокойно осматривая найденную емкость на предмет ее чистоты. – Кофе-то пить будешь?