Мой дом там, где ты

Дела в кафе стали набирать обороты: доходы начали перекрывать расходы, Сюмин и Лухан с ночи до утра обслуживали постоянных посетителей, за что те платили немалые чаевые, Бэкхен часто оставался управляющим вместо родителей, пока те отлучались в город, да и друзьям успевал помогать. Так же немалую поддержку оказывал Исин, как физическую, так и моральную. Благодаря его психологической промывке мозгов, хотелось упорно трудиться, а дружеские связи, что и так были сильны, становились еще крепче. - Вместе мы преодолеем любые преграды верно? Пока в кафе не было посетителей, эти четверо сидели за круглым столиком в углу и пили чай. Черную полосу заменяла белая и эти изменения не могли не сказаться на Бэкхене. - Такими темпами скоро все станет на свои места. - Да и Чанель в таком случае может вернуться, разве ты не рад, Бэк? Улыбка Бэкхена немного погасла. - Я рад с одной стороны, но с другой… - Я понимаю, что ты хочешь сказать. И это, наверное, самая большая ваша проблема. Исин похлопал друга по плечу, тем самым дав понять, что все понимает и поддержит в любом случае. - А я вот не понимаю, объясните. Лухан в ожидании уставился на Бэка, а Сюмин закивал головой в знак согласия с любимым. - Лу, что тут не понятного? Возможно Чанель не захочет возвращаться из-за своего будущего, а Бэкхену сложно определиться чего он хочет больше: его возвращения или осуществления мечты. - Я хочу и того и другого. И, наверное, это единственный раз, когда я могу сказать, что жалею о том, что родился в этом городе. Будь у меня должное образование я бы смог уехать туда и стать учителем там, но у меня нет такой возможности. - Почему, ты ведь молодой, едь и учись. Ты умный, так что о провале и речи быть не может. - Лухан, где взять денег? - Черт, эти бумажки всю жизнь портят. - Согласен. А вот у Чанеля все налаживается. Он смог стать фотографом без каких либо вложений и я не хочу стать преградой на его пути, понимаете. Но и отпустить мне его сложно. В этот момент над дверью прозвенел колокольчик, оповещая тем самым о появлении посетителя. Сюмин занял место у барной стойки, а Лу отправился на кухню. - Слушай, а ты ему об этом говорил? - Исин, мне страшно. Помнишь в тот день, он поздно позвонил, а вчера так и вовсе не было от него звонка. Я понимаю, суббота, выходные, может они развлекались, но мне страшно оттого, что такими темпами он совсем обо мне забудет. - Он любит тебя, нечего бояться. Просто вам нужно поговорить о своих страхах и сомнениях, а не молчать, потому что в таком случае вы действительно отдалитесь друг от друга. - Ладно, когда он позвонит в следующий раз, я поговорю с ним. - Ты всегда ждешь от него звонка, попробуй первый позвонить. - Но у меня есть только номер агентства, да и вдруг он будет занят. Исин промолчал. Сделав глоток чая, он посмотрел на мужчину, который в данный момент заказывал кофе и чизкейк. - Знаешь, если б я был на твоем месте, я бы плюнул на себя и отправился за ним. - Каждую ночь я думаю об этом, и засыпаю с желанием все бросить и догнать Пака, а на утро просыпаюсь и понимаю, что мне там не место. Тот город меня не примет. - Чанель ведь тоже так думал, но сейчас, кажется, ему там хорошо. - Вот и я о том же. - Ты слишком часто забиваешь голову ненужными вещами. Пройдет время, и когда ты оглянешься назад, то посмеешься над своими сомнениями. Бэкхен лишь тяжко вздохнул и сделал очередной глоток обжигающего напитка. - Ладно, мне пора. Больные ждать не будут. Исин встал из-за стола, и направился к выходу. Колокольчик снова зазвенел, дверь захлопнулась, а Бэкхен понял, что не задал еще один вопрос. Выскочив из кафе, он поравнялся с Исином и решил дойти с ним до больницы. - Проводить решил? Бэкхен был меньше Исина ростом, да и по возрасту они не были ровесниками, и на фоне умного доктора, Бэк чувствовал себя несмышленым ребенком. Вот и сейчас он понимал, что все его слова звучат по-детски, но все же ему хотелось спросить. - Ты всегда говоришь такие мудрые слова, а я как ребенок пытаюсь найти себе оправдания. Ты когда-нибудь бывал на моем месте? Тебе когда-нибудь приходилось принимать сложные решения? - Бэк, я доктор, а им всегда приходиться выбирать. Года три назад, когда я только стал интерном, к нам в больницу поступила девочка. Ее поручили мне, так как решили, что случай не так серьезен. Затруднительное дыхание, кашель, боль в горле, все думали, что это простая ангина с осложнениями, и я по неопытности доверился врачам и лечил ее именно в этом направлении. Как выяснилось гораздо позже - это был рак легких, а не ангина, но в нашем захолустье разве можно определить это заболевание без нужных аппаратов? В общем тогда ошиблись именно врачи, их уволили, а мне даже выговора не сделали. Но, понимаешь, это ведь я ее лечил, я был с ней все время и это я ничего подозрительного не заметил. Одна ошибка повлияла на меня, и мне пришлось делать выбор: либо продолжить свой путь и не допускать больше подобного, либо сдаться. Как видишь я выбрал первое, но ты не представляешь каких трудов мне стоило принять это решение. Ведь совесть до сих пор меня грызет. Бэкхен шел рядом, и, уставившись в пыльную дорогу, внимательно слушал. А на сердце становилось еще тяжелее. - Но ведь ты не виноват. Тогда у тебя было мало опыта, а эти врачи… - Я должен был заметить. Нельзя перекладывать всю ответственность на других, Бэкки. У тебя та же ситуация: ты хочешь, чтобы решение принял Чанель, но его должен принять ты. Они остановились перед самым входом в больницу и, попрощавшись, Исин поднялся по лестнице, а Бэкхен задал последний вопрос: - А что с девочкой? Исин ответил только печальным взглядом и едва уловимой улыбкой.

* * *

Когда Чонин разбудил Сехуна в субботу утром, тот сдержался и не дал своим эмоциям вырваться наружу, но когда Ким заявился в квартиру О в понедельник в пять утра, когда до работы оставалось всего три часа, тут Сехуна прорвало. Чонин не только выслушал словесные проклятия друга, но и получил пару синяков, причем один из них будет светиться всю неделю прямо на шее. - Я же модель, меня нельзя калечить! - А я работающий человек, меня нельзя будить в такую рань! Что за хрень, Чонин?! Ким прикладывал лед к опухшему пальцу, который Се каким-то образом умудрился вывихнуть и чуть ли не скулил от отчаяния. - Черт, больно, за что ты так? - Я уже сказал за что. Говори какого хрена приперся? Посмотрев на друга, Чонин увидел дьявола во плоти: черные всклокоченные волосы, злые заспанные глаза, сжатые губы, и только пижама с бурыми медвежатами напоминала о том, что перед ним все еще его старый приятель. - Поговорить надо. - В пять утра? - Да вот, срочно приспичило! - До работы никак дотерпеть? - Хочу без лишних глаз. Короче ты узнал что-нибудь новое о Чанеле? Сехун смирился с ранним гостем, поэтому поставив чайник уселся напротив Чонина. - Я тебе вчера все рассказал. И если ты пришел только за этим я тебя убью. - В последнее время ты меня пугаешь. - В последнее время ты меня раздражаешь, но я же молчу. - Сехун, серьезно. - Да что серьезно то?! Вчера я тебе рассказал все, что Чанель мне поведал о себе. Большего я не знаю. У него есть Бэкхен и он его любит, ему твой Кенсу нахрен не сдался, так что угомонись уже. - Это пока, он ему не нужен, а потом, в конце концов, он увидит в нем то, что вижу я. - Агрх! От меня-то ты что хочешь? - Нужно избавиться от Пака. Сехун непонимающе выпучил глаза. - В смысле? - Да нет, я не о том. Нужно как-то отправить его обратно. В этот момент закипел чайник и Сехун наполнил кипятком две кружки. - Чоня, ты со своей зависимостью от Кенсу совсем сбрендил. На вот, чайку попей, успокойся. - Он уже неделю ошивается возле Кени, а ты видел как тот на него реагирует? Смеется, шутит, даже на машине подвозил, чего не делал для других. В пылу страстной речи Чонин отхлебнул чаю и обжегся. Се лишь вздохнул и вытащил из морозильной камеры еще один кусок льда. - По-моему у тебя паранойя. - Нет! Я вижу как изменился Кенсу рядом с Чанелем. Сехун подумал, что стоит сказать другу о том, что в этом вина не Пака, а его, что нужно было проявлять больше смелости и действовать, а не сидеть тихо в стороне и наблюдать, ожидая пока его заметят. Однако решил попридержать свои замечания до лучших времен. - Это говорит о том, что не Чанель пытается заполучить Кенсу, а наоборот. - Что ты имеешь ввиду? - Я вот сейчас сижу и думаю, как же мне хочется поставить тебе еще один фингал. Аура Сехуна пугала все больше и больше. Чонин снова отпил из кружки кипяток и сглотнул. - Да что с тобой не так? - Это с тобой что не так? Ты либо тупой, либо слепой. Неужели ты не видишь, что Кенсу добивается внимания Чанеля? С кем он чаще всего проводит время? С кем непринужденно общается и веселится? Только рядом с Чанелем он улыбается, когда рядом с тобой ему хочется ныть! Господи Чонин, ему нравится Чанель и он сделает все, чтобы заполучить его. - Вот поэтому я и пришел к тебе, пока не поздно нужно что-то делать. Увидев, как его друг поник, Сехун сменил гнев на милость, а чай на текилу. - Пофиг что на работу, одну можно. Давай, давай, пей. Чонин отставил кружку с чаем подальше и залпом выпил стопку текилы. Лайма у Сехуна не было, поэтому пришлось заедать солью. - Так, слушай, во-первых, Пак здесь не при чем. Я уверен, он видит в Кенсу только друга, босса - не более, а вот с мировоззрениями Кенсу надо что-то делать. - Я смотрю совместная ночь с Паком принесла свои плоды. Ты перешел на его сторону? - Чоня, тебе врезать? - Не надо, продолжай. Сехун с укором посмотрел на друга и покачал головой. Что не говори, а Чонин медленно, но верно сходит с ума из-за своей ревности. - Так вот, тебе нужно показать Кенсу, что ты лучше Пака, что ты тоже можешь быть не только подушкой для слез. Я бы на твоем месте вообще с ним просто взял и поговорил. - Кажется, мы это уже обсуждали. - А ты не думал, что твое признание не будет для него обузой, а наоборот станет облегчением? - Нет, не станет. - Почему? - Интуиция. - Твоя интуиция – дерьмо. - Се… - Что? Я уже двадцать лет Се. И вообще, я, конечно, твой друг, но не в пять утра в понедельник. Давай на работе продолжим? А сейчас вали из моей квартиры. От текилы Чонина немного развезло, но спорить с другом он не стал. Обувшись, он вышел на улицу и сел на первую попавшуюся скамью. Из окна Сехун наблюдал за попытками друга успокоиться и привести себя в порядок. Он то приглаживал волосы, то снова взлохмачивал, то затягивал галстук, то наоборот делал узел слабее. Он мучил себя внутренними терзаниями и Се это видел. Когда за Чонином, наконец, приехало такси, Сехун отошел от окна и плеснул текилу в ту же стопку из которой пил Ким. - За твою любовь, Чоня.

* * *

Когда Чонин появился на работе, то застал Сехуна за подслушиванием возле двери в кабинет Кенсу. - Ты чего это? От неожиданности Сехун подпрыгнул и поспешил увести Кима как можно дальше от кабинета своего босса. - Тихо ты. Там сейчас идет очень важный разговор. - Помнится мне, ты никогда не занимался подслушиванием важных разговоров за этой дверью. Указав на деревянную дверь, Чонин бросил на Се подозрительный взгляд. - Ну…Понимаешь, там с ним Чанель и они обсуждают какой-то проект. Услышав имя Пака, Чонин сорвался с места и попытался ворваться в кабинет, однако Сехун оказался быстрее. - Идиот! Ведешь себя как ребенок. Они же по работе общаются. Казалось из-за ревности, Чонин угасает на глазах – мешки под глазами, неопрятный вид, да и схуднул он порядком килограмма на три. - Что мне делать, Се, чувствую, что скоро не выдержу и убью Пака. - Ну-ну, перестань. О похлопал друга по спине, а сам подумал, что еще немного и скоро сам всех поубивает.

* * *

В это время в кабинете, за дверью которого недавно подслушивал Сехун, решался один очень важный вопрос. Кенсу предложил Чанелю взяться за интересный проект, где нужно снимать не только позирующих моделей, но и более сложные вариации их актерской игры. Разные сцены, мимику, жесты – все это нужно было умело ловить камерой, в чем Пак несомненно преуспеет, однако была одна загвоздка. - Проект на месяц. Ты не сможешь уехать, Чанель. Для Пака это был единственный шанс поработать в этом направлении и шикарная возможность стать более известным в кругу знаменитостей. Но неужели время играет против него? - Месяц? А сократить никак нельзя? Кенсу лишь покачал головой. - Слушай, мы уже говорили об этом. Я вижу в тебе огромный потенциал и не хочу, чтобы ты его растрачивал попусту. Ты сам должен понимать, что такая возможность выпадает не каждому, а семья… Семья, ради твоего блага, подождет. Чанель призадумался, а Кенсу, увидев в его глазах сомнение, взял управление его жизнью в свои руки. - Решено, я подписываю контракт на твое имя. Изначально на этот проект задумано потратить месяц, но, кто знает, может потребуется и больше. Будешь зарабатывать огромные деньги и отсылать родителям. - Но я не собирался… - Чанель, мне все равно, собирался ты тут оставаться или нет. Для меня ты важный сотрудник, которого я ценю и постараюсь удержать любыми способами. Больше Кенсу не стал слушать никаких оправданий. Нажав на телефоне кнопку вызова секретаря, он распорядился принести нужные для подписи документы. - Кенсу, зачем тебе это? Ты ведь можешь найти других профессионалов. - У меня нет времени на поиски других. Зачем, если у меня есть ты? Думаешь, будет так легко – пришел, месяц отработал и ушел? Извини, но тебя заметили. - Я понимаю, но я обещал вернуться. - Я уже говорил, что не отпущу тебя. К тому же я ценю тебя не только как мастера своего дела, но и как человека. Ты очень важен для меня. В это время дверь открылась, и в кабинет вошел Сехун, неся в руках папку с документами. Отдав их Кенсу и получив в ответ благодарный кивок, он развернулся и поспешил выйти за дверь. Захлопнув и облокотившись на нее спиной, он недоуменно прошептал: - Во дела…