Моя любимая красная роза.

      Кто может теперь поддерживать мое существование в этом мире? Кто будет поддерживать теперь этот мир?       Герой нескольких поколений, верный соратник своих убеждений, отличный друг... Она исчезла. И мы даже не можем понять, как это произошло.       Теперь меня окружает холод этого места. Гнетущая темнота распространялась вокруг, она поглощала все, что находилось на ее пути. Она поглощает и меня, мне страшно.       Я прошел весь этот нелегкий путь, чтобы хоть на несколько минут снова отобразиться в этих серебристых глазах, чтобы заслужить ее прощения за все совершенные мною грехи.       Да, это скорее походит на безумие, чем на светлое чувство — любовь. Я один из тех, кто полюбил ее за силу, храбрость, поступки, которые она сделала для нашего королевства. За ее взгляд, за улыбку. Все то время, что я был в камере, я всегда следил, как росла ее слава героя. Я хранил, как свое единственное сокровище, все статьи о ней, ее подвигах. Многие отказались бы верить в то, что это любовь, но это одно из ее воплощений. И да, у любви множество лиц.       На лице стали появляться следы от слез. Я больше не мог сдерживаться. Сейчас мне было это нужно, я дал свободу своим чувствам.       Это все то, что творится внутри меня. Я боялся представить, что творится с Янг. Она сидела, сжимая все лоскутки красной ткани, что она смогла собрать с самых низких ветвей. Она смотрела на алые пятна, ее взгляд был пустым.       — Янг! — хватило лишь у меня сил произнести.       Я боялся ее реакции. Боялся, что она набросится. Воспылает самой страшной силой — яростью. Но она лишь посмотрела на меня. Ее взгляд так и говорил: «Что мне теперь делать?».       Такая боль. Я не смог выдержать этого взгляда, и поэтому просто упал на колени и стал взахлеб плакать.       Спустя пару часов безостановочной истерики Янг заснула на земле. Я сам был без сил. Из меня будто их все выкачали. Мне хватило сил лишь для того, чтобы развести костер и не остаться в полной темноте этого места.       Я тоже уснул, но почти сразу же проснулся. Мне снились эти серебряные глаза, наполненные страхом, голос, который так молил меня о помощи, но я не смог появиться вовремя.       Я встал и протер свои глаза, вокруг была тьма. От костра осталось лишь пару угольков, которых не хватило бы даже для одного факела.       Я слышал сопение. Янг спала, и, как мне показалось, все также сильно сжимала сквозь сон остатки от красного плаща своей сестры.       Я потянулся к небольшому мешочку, который был привязан рядом с припасами для моего оружия. Столь давно во мне не играло желание закурить.       Только я поднес зажигалку, как раздался гул. Этот гул словно окружал, словно он шел со всех сторон, словно шел из глубин болот. Янг сразу проснулась от этого шума.       — Что это было? — произнесла она охрипшим голоском.       — Не знаю, — ответил ей я.       Мы лишь обсудили наши догадки, будто бы какой-то гримм вышел на охоту. Нам не очень хотелось с ним встречаться, так как нам уже хватило встречи с «зеркальными».       Еще один день мы потратили, чтобы вернуться обратно. По пути мы нашли остатки от наших вещей, но это не было важно для нас. Мы шли в тишине. Наконец, ближе к закату показалась деревня. Но что-то было не так. Мы шли по совсем опустевшим улицам, не было ни одного мужчины, как мы встречали в прошлый раз.       Мы подошли к дому старейшины. Стучали минут десять прежде, чем нам послышался глухой стук. Дверь открыла все та же пожилая дама.       — Не вовремя вы появились! — сказала она.       Мы с Янг переглянулись, у каждого из нас стоял огромный вопрос в глазах.       — Шахты снова пробудились! Бежали бы вы, пока можете, или же нашли бы укрытие! — сказала она.       Я чувствовал, как по спине бежали последние лучики солнца. Закат... Как только женщина его увидела, ужасный страх отобразился на ее лице. Она просто захлопнула дверь.       И как только солнце скрылось за горизонтом, нас с Янг оттолкнуло мощное защитное заклятие. Оно явно было сделано с помощью праха, но вот для чего?       И вот, мы снова услышали этот гул! Но теперь мы поняли, откуда он шел! Он шел из самых мрачных глубин! Из сердца болота! Из заброшенных шахт...