Popcorn Love

      При первом нежном прикосновении губ, Реджина почувствовала, как низ живота свело сладкой судорогой. Волна удовольствия пробежала по всему телу. Девушка выгнулась навстречу Эмме. Протяжный стон вырвался из груди. Тело задрожало от возбуждения. Не сдерживаясь, Реджина ближе прижалась к блондинке.       Мягкий стон сорвался с губ Эммы, когда Реджина ответила на поцелуй. Почувствовав жар ее тела, Свон резко вдохнула. Пальцы подрагивали, а ладони вспотели. Руки не спеша путешествовали по телу брюнетки. Одна рука накрыла мягкую грудь, вторая медленно скользнула по бедру, притягивая девушку к себе.       Осторожные, нежные прикосновения Эммы только разжигали желание в Реджине. Брюнетка запустила одну руку в мягкие светлые локоны, второй провела по накачанной руке студентки. Девушки будто изучали друг друга. Первые легкие прикосновения, тяжелое дыхание в ночной тишине, от которого рефлекторно сокращались мышцы живота, а по позвоночнику бежали мурашки.       У Реджины перехватило дыхание, когда она почувствовалa, как Эмма провела кончиком языка по ее нижней губе. Отстранившись всего на миг перевести дыхание, брюнетка обвила руками шею Эммы и, улыбаясь уголками губ, сильнее прижалась бедрами к Свон. Без лишних раздумий и стеснений, Реджина перехватила инициативу, углубляя поцелуй, дразня своим языком блондинку.       Тихие стоны заполнили комнату. Языки переплелись в страстном танце. Медленные и нежные поцелуи становились напористей, властнее. Реджина впилась ногтями в спину Эммы, почувствовав настойчивость языка девушки. Едва касаясь и углубляясь, мягко и страстно – Эмма была везде и это сводило Реджину с ума.       Свон хрипло застонала. Реджина до боли впилась ногтями в ее шею. Девушка чувствовала, как теряет контроль над собой. Хотелось большего. В ответ она сильнее прижалась к брюнетке. Пальцы обжигали разгоряченную плоть.       Прикусив нижнюю губу Реджины, Эмма выдохнула имя брюнетки. Этот звук будто отрезвил, вывел из пьянящего тумана страсти. Замерев, Свон немного отстранилась.       - Реджина, - снова прошептала Эмма, тяжело дыша. Рукой она провела по шее девушки, останавливаясь на щеке. – Что мы делаем?       Реджина глубоко вдохнула и выдохнула. Она никак не могла снова обрести контроль над собой, учитывая, что Эмма все еще прижималась к ней всем телом.       - Я… - она негромко рассмеялась. – Мне кажется, это довольно очевидно, дорогая.       Свон рассмеялась в ответ, бессознательно пропуская сквозь пальцы шелковые пряди волос.       - Да, - прошептала она. – Но я имела в виду совсем не это. Что мы делаем? Что это?       Реджина улыбнулась, оставляя на губах блондинки нежный поцелуй.       - Я не знаю, - мягко ответила Миллс. – Это обязательно требует определения?       - Нет, не требует, но… - Свон пожала плечами. – Но ты ведь понимаешь, что сейчас целовалась со мной?       - Конечно понимаю, Эмма, - Реджина немного отстранилась. – Что ты имеешь в виду?       Эмма тихо вздохнула и слегка наклонила голову.       - Я не знаю, - пробормотала девушка. – Просто, ну, понимаешь, ты богата и успешна, а еще великолепна, словно богиня. А я… просто я, - она подняла взгляд на брюнетку и улыбнулась. – Не то, чтобы я совсем ничего из себя не представляю, просто…кхм, - Эмма засмеялась и нежно провела рукой по талии брюнетки. Реджина вздрогнула от ее прикосновения. - Я никогда не была в твоей лиге, Реджина.       - Это не командный вид спорта, дорогая, - поддразнила Миллс. – И у меня нет своей лиги.       - Ну, ты же понимаешь, о чем я, - раздраженно выдохнула Эмма.       - Да, - призналась Реджина. Она провела пальцем по губам Свон. – Эмма, пожалуйста, не ставь меня на пьедестал. Я всего лишь человек.       Они долго смотрели друг на друга.       - Ты правда такая же, как и я? – прошептала Эмма.       Услышав хриплые нотки в голосе девушки, Реджина снова почувствовала странные ощущения в животе.       - Я точно такая же, как и ты, - улыбнулась она.       - Хорошо, - кивнула в ответ Свон. – Так, пожалуй, мне лучше пойти спать в другую комнату.       Брови Реджины мгновенно прыгнули вверх.       - Что? Почему?       - У меня такое чувство, что если я останусь, то накинусь на тебя.       - Никогда не думала, что угроза может звучать так возбуждающе, - Реджина из последних сил старалась удержать свое желание под контролем.       - О господи, прекрати, - застонала Эмма. – Я готова сорваться в любой момент. Из последних сил сдерживаю себя и стараюсь быть воспитанной. Все должно быть правильно, женщина. Медленно, романтично и все в таком духе.       С каждым словом из уст Эммы, уверенность Реджины только возрастала. Сейчас ее не смущало даже отсутствие опыта с женщинами. Закусив нижнюю губу, она обвила рукой шею Эммы. Наклонившись, Миллс поцеловала девушку в шею. Эмма судорожно вздохнула от прикосновения мягких губ.       - Не могла бы ты не обострять это, - как можно спокойнее, сквозь стиснутые зубы прошипела Свон. Дыхание брюнетки обжигало. Почувствовав влажный горячий язык на своем ухе, блондинка дернулась всем телом. – Господи, Реджина, - простонала она. – Все так… серьезно?       Эмма положила руки Реджине на плечи, слегка отодвинув девушку, тем самым давая себе возможность отдышаться.       - О чем я только что говорила? – слегка встряхнула брюнетку Свон. – Ты сейчас обостряешь и без того непростую ситуацию.       Реджина озорно улыбнулась и попыталась сократить расстояние между ними, но Эмма вовремя ее остановила.       - Подожди, - мягко сказала блондинка. – Или это намек?       - Какой еще намек?       - Ну, подсказка, что ты не хочешь, чтобы все было медленно, - объяснила Эмма, закусив губу. Внутри что-то неприятно кольнуло. Нет, этого не может быть. Реджина никогда бы не использовала ее ради секса на одну ночь. Между ними есть что-то большее. Чувства. По крайней мере, Эмма отчаянно хотела в это верить. Девушка была благодарна, что в темноте Реджина не могла видеть, как ее лицо покраснело. Она неуверенно спросила. – Ты хочешь просто секса?       - О, - прошептала Реджина. Ее сердце сжалось от дрожи в голосе Эммы. Она осторожно взяла лицо девушки в свои руки и мягко поцеловала блондинку в губы. – Нет, - покачала она головой.       Эмма облегченно выдохнула. Улыбнувшись, она поцеловала брюнетку в кончик носа.       - Вот и отлично. Поэтому мне нужно сейчас уйти.       - Ты серьезно? – спросила Реджина, тихо смеясь. – Ты действительно оставишь сейчас меня здесь одну?       - Хм, - пробормотала Эмма. Ее руки легли на талию брюнетки, спускаясь на бедра. Затем Свон резко отстранилась и перекатилась на край кровати, вне зоны досягаемости Миллс. – Да, придется.       - Эмма, - разочарованно протянула Реджина. – Мы взрослые люди. Я уверена, мы сможем держать себя в руках.       - Нет, - прищурилась студентка. – Я не уверена, что ты сможешь контролировать своего дьявола во рту.       - Дьявола во рту? – Реджина игриво выгнула бровь.       - Ммм, - протянула Свон. – Такого горячего, как пламя ада, - она встала с кровати и взяла свою одежду. – Мне нужно уйти, потому что…       - Потому что мой язык - дьявол, а рот – ад? – хмыкнула Реджина, лежа на боку и смотря на Эмму снизу-вверх.       Эмма покачала головой и глухо застонала. Даже в темноте взгляд Реджины был чертовски соблазнительным. Закусив губу, девушка сделала несколько шагов в сторону двери.       - Да, - прохрипела она, кивая. – Я должна уйти, потому что, черт возьми, я согрешу, если останусь здесь еще хоть на минуту.       Реджина низко рассмеялась. Новая волна возбуждения накрыла ее. Девушка сильнее сжала ноги, чтобы подавить желание, наблюдая, как Эмма идет к двери.       - Ты уверена? – спросила она в последний раз.       - Перестань разговаривать! – прикрикнула Свон. – У тебя даже голос дьявола. Да ты и есть сам дьявол-искуситель сейчас. Так что, шшш, просто отпусти меня в скучный, прозябающий рай.       - Ты знаешь, где гостевые спальни?       - Да их не меньше пятнадцати в этом доме, - проворчала Эмма. – Одну уж как-нибудь найду.       Затем она быстро выскользнула из спальни Реджины, тихо закрыв за собой дверь.

***

      Как только дверь закрылась, Реджина перевернулась и уткнулась лицом в подушку. Счастливые бабочки в ее животе эволюционировали в огромных возбужденных птиц. Выдохнув, хотя звук больше напоминал глухой стон, девушка закрыла глаза.       - Я веду себя как влюбленный подросток, - пробормотала она, переворачиваясь на спину и закрывая лицо руками. Тело слегка дрожало от возбуждения. Такое неловкое и одновременно приятное чувство. Реджина перевернулась на бок и крепко обняла подушку. – Я чувствую себя как влюбленный подросток. Это смешно.       Тем не менее уснула девушка с улыбкой на лице.

***

      Эмма бродила по темному особняку, стараясь успокоиться после поцелуев и прикосновений Реджины. Дважды она споткнулась о предметы мебели, больно ударившись пальцами на ногах. Быстро поднявшись по лестнице на второй этаж, девушка остановилась.       - Почему я все так усложняю своим желанием сделать все правильно? – мысленно проворчала она. – Я бы могла прямо сейчас обниматься с сексуальной красоткой.       Разочарованно фыркнув, словно маленький ребенок, блондинка зашла в первую же комнату. К счастью, комната и правда оказалась спальней для гостей. Бросив одежду прямо на пол, Эмма забралась в постель, накрываясь одеялом с головой.       Как же теперь было заснуть? Тело горело от возбуждения. Девушка даже не до конца верила, что все это было реальностью, а не потрясающим сном.       - У меня сотрясение мозга, - пробормотала Свон, перевернувшись на спину и задумчиво уставившись в потолок. Может быть, у нее и правда сотрясение и все это попросту галлюцинации? Эмма не могла поверить, что такая женщина, как Реджина Миллс могла заинтересоваться ею. Но проведя языком по слегка опухшей нижней губе, девушка пришла к выводу, что все это реальность. Вздохнув, Эмма рассмеялась и покачала головой. Реджина правда влюбилась в нее. Это сводило с ума. Те поцелуи… Эмма никогда раньше так не зависела от чужих губ. Реджина Миллс стала ее наркотиком, который Свон лишь слегка пригубила, но уже чувствовала зависимость. Реджина завладела ее телом, мыслями, сердцем.       - Да, - прошептала девушка. – Сегодня ночью я точно не усну.

***

      Реджина с визгом подскочила на кровати. Громкая музыка сотрясала весь дом. Сев, девушка оглянулась, пытаясь прийти в себя после сна. Волосы были растрепаны, губы болели. Чувство осознания медленно прокрадывалось в мозг, а вместе с ним и замешательство. Реджина расслышала текст песни. Мелодия была веселой и оптимистичной. Да, это определенно были The Jackson Five. Она узнала их. Но почему их песня "I Want You Back" гремит на весь дом? Что это за концерт такой?       При воспоминании событий минувшей ночи, глаза широко распахнулись. Тихий вздох вырвался из груди, тепло растеклось по венам.       - Эмма, - прошептала девушка. Ее пальцы коснулись губ. Они припухли и немного потрескались. Щеки вспыхнули румянцем. Покачав головой, Реджина улыбнулась своим мыслям.       - Генри? – в следующую секунду пронеслось в голове.       Реджина посмотрела на часы на прикроватной тумбочке. Шесть утра. Генри обычно просыпается не раньше половины седьмого. Быстро выскользнув из постели, девушка накинула поверх ночной рубашки халат и уже хотела выйти из комнаты в поисках Эммы, как увидела свое отражение в зеркале. Да, вид у нее был еще тот. Улыбнувшись самой себе, Миллс взяла расческу и попыталась хоть немного спасти ситуацию. Оставив тщетные попытки, девушка потуже затянула пояс халатика и вышла в коридор.       Реджина тихонько заглянула в комнату к сыну, но его постель была пуста. Брюнетка здраво рассудила, что ее сын, любящий рано вставать и такой чуткий во сне, точно не смог бы спать под такую громкую музыку. Значит он был где-то со своей няней.       Девушка достаточно быстро их нашла. Ее губы растянулись в улыбке при виде этих двоих, мирно играющих на кухне. Реджина едва не рассмеялась, наблюдая, как Свон, одетая во вчерашние джинсы и майку, с собранными в хвост волосами, зажав в руке, словно микрофон, лопатку, танцевала по кухне. Генри сидел в своем детском креслице, хлопал в ладоши и старался подпевать.       «Детка, дай мне еще один шанс.       Впусти меня снова в свое сердце.       О, дорогая, я был так слеп, когда отпустил тебя.       Но теперь, как только я увидел тебя в объятьях другого,       Я хочу вернуть тебя!       О да, я хочу. Оуу, детка!»       Реджина удивленно подняла брови, услышав, как Эмма поет. У нее был красивый голос. Господи, подумала Миллс, почему буквально все в этой девушке кажется ей таким привлекательным? Сердце дрогнуло, когда Эмма передала лопатку Генри, давая малышу возможность почувствовать себя певцом. Ребенок счастливо завизжал что-то, понятное только ему, в «микрофон». Тем временем Эмма вернулась к плите. Реджина фыркнула от смеха, когда Свон, стараясь обойтись без лопатки, подкинула на сковородке блинчик и едва успела его поймать в последний момент.       Генри счастливо смеялся, Эмма хлопотала у плиты. Реджина старалась запомнить каждую секунду, каждую деталь этой картины. Сердце сжималось в груди. Мысли вихрем проносились в голове, слишком быстро, чтобы уследить за ними. Но одно Реджина поняла точно: она была готова каждое утро просыпаться, и наблюдать, как Эмма Свон танцует на ее кухне.       - Мама! – Генри первым заметил брюнетку.       Эмма резко развернулась на крик мальчика и чуть не уронила сковородку. Они встретились с Реджиной взглядами. У обеих бешено заколотились сердца. Глубокие зеленые глаза блестели на солнце, пробивающемся сквозь окна кухни, губы растянулись в широкой улыбке.       - Доброе утро, - тихо поздоровалась девушка. Но Реджина услышала ее, несмотря на громкую музыку. Или скорее прочла это по ее губам.       - Привет, - улыбнулась в ответ Миллс. Девушки несколько секунд смотрели друг на друга, застенчиво улыбаясь.       - Привет! – громко выкрикнул Генри, не желая оставаться в стороне.       Глаза Эммы расширились, когда она вспомнила о завтраке. Девушка обернулась к плите, но было уже слишком поздно.       - Черт, - тихо пробормотала она, выкидывая сгоревший блин и заново наливая тесто на сковороду.       Реджина тихо рассмеялась, наблюдая за няней.       - Доброе утро, котенок! – весело сказала она, целуя сына в макушку. – Ты так рано сегодня проснулся.       - Не слышу тебя! – крикнул Генри.       - Ой, - воскликнула Эмма и пробежала мимо них в гостиную. Через пару секунд музыка стихла. Свон вернулась на кухню и продолжила приготовление завтрака. – Прости, пожалуйста. Генри сказал, что тебе самое время просыпаться и музыка будет лучшей заменой будильника.       - Что ты сказала, мама? – спросил Генри, прежде чем Реджина успела что-либо ответить.       - Я сказала, что ты рано сегодня проснулся, котенок, - улыбнулась она.       - Да, - важно кивнул мальчик. – Мама, ты знала, что Эмма сегодня спала у нас?       Реджина усмехнулась и, взяв из мойки стакан, подошла к холодильнику.       - Да, я знала, - сказала она, наливая в стакан яблочный сок.       - Но она не спала со мной, - нахмурился мальчик.       - Нет? – переспросила брюнетка, закусив губу, чтобы не рассмеяться. В этот момент сзади к ней подошла Эмма и, положив руку на бедро брюнетки, потянулась за маслом в холодильнике. У Реджины перехватило дыхание от близости девушки. Несколько секунд они стояли замерев, наслаждаясь случайным контактом.       - Нет, - грустно вздохнул Генри. Его голос вернул Реджину и Эмму к реальности.       - Со мной она тоже не спала, дорогой, - обворожительно улыбнувшись, поддразнила Реджина блондинку.       Эмма игриво подмигнула ей и вернулась к плите.       - Если ты спишь у нас, Эмма, - продолжал малыш. – То должна спать либо со мной, либо с мамой.       - Да, Эмма, - поддакнула сыну Реджина. – Ты должна спать с кем-то из нас.       - Извини, парень, - краснея, обратилась к мальчику студентка. – Я не знала этого правила.       - Ничего, - Генри улыбнулся, когда Эмма поставила перед ним тарелку с блинчиками. – В следующий раз спи со мной, или с мамой, хорошо? – малыш посмотрел на свою маму, ища поддержки. – Правда, мама?       Реджина не могла перестать довольно улыбаться.       - Правильно, дорогой, - громко сказала она. Затем она повернулась к девушке и добавила тише. – Кого из нас ты предпочтешь, Эмма?       Эмма почувствовала знакомое чувство внизу живота. Поставив перед Реджиной тарелку с блинчиками, Свон нагнулась и тихо прошептала ей на ухо:       - Ешь свои блинчики молча, женщина.