неумелые эмоции

Чимин нежно проводит пальцами по красному лицу Юнги, сцеловывает смущение и зарывается пальцами в белые волосы, которые пахнут совсем немного улицей, а то в основном Юнги. Они стоят уже в студии, куда Чимин затащил за руку Юнги. Затащил и сейчас понял, какой Юнги может быть, какой Юнги не такой, как для всех, какой Юнги, когда только для него - это греет душу. Чимин дышит ему в макушку, ощущая, как дрожит ладошка Юнги у него на груди - ему стыдно, что сердце так разошлось, что трепыхает и стучит бессовестно по ней, но Юнги только улыбается Чимину в плечо и обвивает руками - так удобнее. Проходит где-то минута, а для Чимина как целая вечность, потому что вот так бы всегда. Он гладит Юнги по спине, пытается успокоить сердце и вдыхает аромат - его почти в ничто. Почти, потому что пока в руках себя держит. Почти, потому что не видит лица Юнги. Почти, потому что Юнги только собирается поднять на него взгляд. Почти, потому что Юнги только тянется к его губам своими. Почти... уже даже совсем не почти. Чимина в гребаное ничто, когда Юнги целует его, совсем несмело прикасаясь своими губами к его. Чимин тянет Юнги за руку, когда на улице начинается ливень. Они бегут, измеряя кедами все лужи, что встречаются на пути, Чимин смеется как Чимин и тянет Юнги за руку еще сильнее, прячась под навесом небольшого магазинчика сладостей. Сейчас закрыто, но вывеска красиво говорит о том, что там вкусно, что добро пожаловать и заходите еще, и Чимин жмет Юнги близко к себе, чтобы не замерз, грея его ладошки своими - это нежность своего рода, думает Чимин, краснеет и еще шире улыбается, ибо это круто так, когда у тебя взаимно. - Мне нравится, - Юнги тихо шепчет Чимину куда-то в шею, щекоча теплым дыханием кожу. Чимин слышит. - Что нравится? - У Чимина сердце сейчас проломит нафиг грудную клетку. - Так нравится. С тобой. И ты, Чимин, ты мне очень нравишься. У Чимина это все. Точка невозврата.