Неко-неко, или ушки за поцелуй

- Савада Тсунаеши, - Глава ДК грозно нависал над Тсуной. - Они все еще не пропали? - Хибари дернул босса за мохнатое кошачье ушко. - Хибари-сан, больно! - Пискнул Савада, стараясь как можно дальше отодвинуться от Хранителя. Он сидел у него в кабинете, на черном кожаном диване, делая вид что он подушечка, и пытаясь слиться с мебелью. Хибари же ходил туда сюда по кабинету, раздраженно поглядывая на шатена. Внезапно раздался звонок, Кея вытащил из кармана брюк телефон и приложил к уху, рыкнув в трубку что-то типа "слушаю". Его глаза резко сузились, и сказав кому-то на том проводе пару слов, парень отключился, зло кинув телефон на стол, и устало развалившись на диване рядом с Тсунаеши. - Даю тебе три дня. - вздохнул глава ДК, - По истечении этого срока ты должен избавиться от них. Мне плевать, какое там условие, делай, что хочешь, но они должны исчезнуть. Три дня! - Хибари лениво перевел взгляд на затихшего юного босса, - Свободен. Тсуна тихо встал и выскользнул за дверь, осторожно прикрыв ее за собой. Хранитель слушал, как тише и дальше становятся торопливые шаги. - Может, избавление от них - это что-то неприятное для него... - В пустоту тихо сказал облако, откидываясь на спинку дивана. "Что же делать" - Мысли в голове Тсунаеши путались, маленький колокольчик трезвонил не переставая. Саваде стало тревожно. "Три дня. За три дня я должен собраться с мыслями и все ему рассказать." - Вонгола всматривался в небо, упираясь ладонями в перила на крыше. А потом вдруг тревога отпустила его. Он наклонил голову, рассматривая синюю краску на перилах и царапая ее ногтем. "Расскажу я ему сейчас, или не выполню его просьбу в течении трех дней. Какая разница, если он все равно забьет меня до смерти." - Савада осел на бетонный пол, закрыв лицо руками. - "Какая разница, если результат один. Он просто дал мне отсрочку. Дал мне подготовиться к тому, что я буду избит." - Десятый снова поднял голову, вглядываясь в пасмурное небо. Ему не было страшно, скорее... грустно? Почему грустно? "Реборн в чем-то ошибся. Хибари-сан никогда меня не поцелует. Он не видит во мне даже человека, как он может разглядеть что-то, что заставило бы его в меня влюбиться?" Тсуна дернул себя за каштановую прядь, потом провел ладонью по лицу, задевая закрытые веки, очерчивая кончик носа и касаясь пальцами губ. "Ничего. Ничего удивительного. Ничего интересного. И я, к тому же, еще и парень." Тсунаеши вдруг очень ясно осознал, что даже поцелуй его Хибари сейчас, ничего не получится. Я не его возлюбленный. А значит все напрасно. Магия не подействует. Тсуна вдруг вспомнил аромат карамельного чая. Легкие касания пальцев, что лепили ему пластырь на бровь. Сильные руки. Необычную нежность и ослепительные огни фейерверков. И вроде бы даже теплые искорки, в чужих серых глазах. Ему нравится Хибари. Его грозный Хранитель Облака, которого он боялся всю свою жизнь. Которого никогда не понимал, но всегда старался поддержать. Симпатию к которому не мог даже представить, а в итоге, даже посмел подумать, на какую-то долю секунды, что может быть ему интересен. - Показалось, - Сам себе говорит Десятый, поднимается на ноги, и идет прочь, подальше от края. Он решает сказать все Хибари завтра. А перед этим немного поспать и собраться с мыслями. "Его уши - настоящая проблема", - Единственная мысль, что бродит в голове Хранителя уже долгие пять минут. Он пытается сосредоточиться на чем-то, набирает чей-то номер уже третий раз, и постоянно бросает трубку, потому что не помнит кому и зачем он звонит. "Это неправильно. Это нарушение. Это... мило?" - Идиот. - Брюнет ненавидит поражения. Он не может их принять. Но в тот момент, когда он коснулся мягкой шерсти, сознание капитулировало еще до начала боя. Он пытался бороться, не думать о лишнем, не смотреть на них. Пытался не касаться. Но этот маленький мохнатый комок с легкостью рушил все вековые сооружения и неприступные башни в его душе. Кея говорил себе, что все это ерунда. Что это лишь, какое-то магическое действие этих ушей. Он даже пытался представить их на ком-то другом, вызывая в голове образ подрывника, или бейсболиста, или даже малыша Реборна, но лишь кривился, выметая из своей головы эти ужасные, на его взгляд, картинки. "Неважно" - Уже перед сном подумал глава ДК. - "Тря дня. И я их больше не увижу. Все станет на свои места". Тихий вздох. Кошачьи уши пристыженно прижаты к голове. Все та же обстановка, все тот же кабинет и диван. Тот же человек. - Ты собираешься от них избавляться? - Голос скорее уставший, чем грозный. Десятого он больше не пугает. Лишь печалит немного. Совсем чуть-чуть. - Простите, Хибари-сан. Это невозможно. - Тсуна не смеет поднять голову, не смеет посмотреть в глаза. - Ты сам говорил, что есть способ. - Кея не злиться и не угрожает. Он просто пытается разобраться в себе. Пытается понять. - Есть. Но вам он не понравится. Я не хочу... - Савада не договорил. Просто отвернулся и взглянул в окно. - Мне все равно. Сделай это скорее. - Глава ДК рассматривает дверь кабинета. Что будет, если травоядное вдруг сбежит? Он сам дал ему три дня, но желание коснуться растет с каждой секундой в геометрической прогрессии, не давая покоя его мыслям. - Я не могу это сделать, - Десятый вдруг запинается, сглатывает, и молчит еще пару секунд. - Это можете сделать только вы. Хранитель удивленно моргает, а затем резко встает и становится напротив. Протягивает руку, касаясь мягкого меха, поглаживает. Смотрит заинтересованно. - И что я должен сделать? - Голос Хибари тихий. Он не может заставить себя отдернуть руку. Тсуна слегка краснеет. И от чужих прикосновений и от того, что должен сейчас сказать. Зажмуривается, тихо тихо нашептывая "я не хочу, я не хочу". А потом просто говорит: - Поцеловать. - И только после этого выдыхает, не смея, правда, открыть глаза. Тсунаеши перестает чувствовать чужие пальцы, что до этого поглаживали кошачье ухо. Сердце ухает куда-то вниз. Он, наконец, открывает глаза, натыкаясь на холодный взгляд. "Не надо было" - Мысли в панике разбегаются, руки дрожат. Он не хочет видеть этих разъяренных глаз цвета стали. Хибари тихо рычит и наступает. Десятый делает короткие шажки назад, пятясь от своего Хранителя. Он с надеждой поглядывает на дверь, но путь туда ему преграждают сразу. Ну, вот и все. Отступать некуда. Кея наклоняется и тихо рычит прямо в ухо своему маленькому боссу: - Это так отвратительно? - Савада трясется, сознание бьет во все колокола, до него не сразу доходит смысл сказанных слов. - Что? - Мысль о поцелуе со мной, так отвратительна? - Вонгола слышит в своем подсознании звуки щелчков. Замки. Много замков. Он не может понять, закрываются они, снова скрывая почти теплое отношение его Хранителя, или открываются. Не может понять. Хибари зол и холоден. А он сам, Савда Тсунаеши, в полном оцепенении и растерянности. - Просто потерпи пару секунд. - Доходит до его сознания тихий равнодушный голос, и он не видит, но чувствует, как склоняется над ним его Хранитель. Все ближе. - Нет! - Тсунаеши резко кладет ладони на плечи главы ДК, слегка отталкивая его. - Нет, Хибари-сан. - Его облако удивляется, потом вздыхает, пряча, оседающую на дно его серых глаз, грусть. - Не надо. - Тихо повторяет Савада, - Не заставляйте себя. Кроме аркобалено ушки видит только мой возлюбленный. Человек, предназначенный мне судьбой. Это вы, Хибари-сан. И я, правда... Правда, влюбился. Поэтому, не нужно. - Шатен, наконец, замолкает. Боится поднять голову. Боится посмотреть в глаза. Любить одному, на самом деле, не так уж и страшно.