Клуб анонимных некромантов

- Ты можешь толком объяснить, что происходит? - приставал Вася к Варваре, влекомый за руку по длинным коридорам. Лица студентов и преподавателей смазывались, оконные проемы слились в одну светлую черту на фоне пола и потолка. Чужие разговоры, обрывки фраз - все воспринималось как монотонный шум, словно вокруг были не люди, а тучи мух. Было ощущение надвигающейся беды, воздух электролизовался, кислорода не хватало. Васе было страшно. В детстве он боялся грозы, даже будучи уже достаточно взрослым для этого ребенком. Он чувствовал ее приближение задолго до начала. Сначала воздух становился плотным и душным, обволакивая, словно мокрое ватное одеяло. Он давил своей тяжестью, вколачивал в землю. Дышать было трудно, кислород проходил в легкие комками мокрой ваты. Затем мир начинал темнеть. Медленно, словно кто-то выкручивал огромный регулятор мощности для солнца. Налетали порывы ветра, под которыми живые листья на деревьях шуршали так, словно они давно уже опали. Словно всю влагу вобрал в себя воздух, оставив только сухие осыпающиеся обломки на ветках. Мелкий мусор и дорожная пыль под ногами закручивались в воронки. Мир вокруг звенел. К первым каплям дождя ужас становился паническим. Затем - отпускал. Вася не боялся молний, грома, проливного дождя - нет, только этого ощущения неотвратимо надвигающейся угрозы, опасности. Когда привычный мир терял свои очертания и краски, блек и бледнел, смазывался. Когда все, к чему ты привык, чем ты жил - все это отступало по велению чьей-то безмерной и неоспоримо злой силы. Мальчик вырос. Ощущение страха и тревоги перед какими-то выходящими из ряда вон событиями росли вместе с ним. Жизнь в постоянном страхе быть отвергнутым, подставленным. Жизнь в ожидании предательства. Словно в любой момент могут налететь тучи, а воздух - зазвенеть... Сейчас молодой мужчина чувствовал себя именно так. Словно и без того шаткая опора уходила из-под ног, а внизу - вода, бездонный резервуар черной как смоль воды, который затянет в себя и больше никогда-никогда не отпустит. Все, этот мир наигрался им, все хорошее, что когда-то с ним было, останется в прошлом. Дальше будет только тьма, пустота и одиночество. И никто, никто! Никто не заметит этого... - Ты себя нормально чувствуешь? - сбавила темп ведьма, как только они вышли на улицу. Еле заметное солнце тускло пробивалось сквозь плотную завесу облаков, затянувшую небо. Во дворе корпуса гулял ветер, поднимавший с асфальта обертки от чипсов и начавшие опадать листья. Такими унылыми осенними утрами хочется сварить себе кофе и сквозь залитое дождем оконное стекло смотреть, как кто-то спешит по своим делам. Судьба, как и всегда, распоряжалась иначе: по своим делам спешил Вася, а наблюдал ли за ним кто-нибудь из-за окна - сейчас это его совершенно не волновало. - Выглядишь так, словно тебя вот-вот стошнит. И если ты действительно надумал тошнить - не вздумай этого делать на меня! - Да не буду я... Женщина, не издевайся, что происходит? - Захарченко с удивлением посмотрел на зажатую в руке ветровку и только сейчас понял, что даже не закрыл аудиторию. Да что там говорить, он даже наброски лекций оставил за кафедрой! - Я сама толком ничего не знаю, извини, - девушка виновато покосилась на аспиранта. - Просто Любомир прислал смску, что твой дед вышел на контакт и чего-то очень важного наплел. Настолько важного, что послушать даже тетя Ада приехала. - Куда приехала? - не понял Вася. - Они что, все у меня дома? А Любомир зачем вообще пожаловал, со всем уважением? - Ну... Мы хотели сделать тебе сюрприз, - вздохнула ведьма. - Чтобы к твоему приходу мертвяки убрали весь мусор и выкрасили стены и потолки. Ну, порадовать тебя как-то после лекции. Ты же знаешь, как у Олега хорошо с поднятием и удерживанием в рабочем виде мертвецов, вот он и попросил Любомира помочь, они должны были нагнать туда кучу трупов, по два-три на комнату, чтобы все одновременно работали. Ну, полки на кухне наконец-то оклеили пленкой и повесили, поставили на место плиту, холодильник и мойку, вымыли полы. Хорошо хоть то, что паркет уже восстановили, этого бы они точно не успели. - А ты хотя бы примерно знаешь, какого цвета будут стены и полки? - отвлекся некромант. - А почему после лекции меня нужно было радовать? Нет, это невероятно мило с вашей стороны, я очень тронут, но неужели вы думали, что я все провалю? - Ну, ты же Вася... - вымученно улыбнулась Варя. - Не копайся в мотивах, мы просто хотели отблагодарить тебя за то, что ты помогаешь Олегу. И просто помочь. И вообще. Не отвлекай меня, мы подошли к свече. Возьми меня за руку и не дергайся, ладно? В прошлый раз тебе было легко идти, потому что ты был пьян в доску, а вел нас мертвец, который тронулся умом задолго до смерти и потому не страдал. Сейчас все будет немного иначе, ну, сам увидишь. Главное - не отпускай руку и не отходи от меня. "Обрадованный" подобным напутствием, Вася огляделся. Гулкий двор-колодец был пуст, уныл и совершенно типичен для северной столицы. Стены с облезающей штукатуркой несли на себе следы разных способов рисования: полосы от маркера, кляксы масляной краской и аэрозольные разводы. Как всегда, Цой был жив, Маша была дурой, а Зенит - победителем. На балконах то ли сохло, то ли намокало - с такой погодой и не поймешь - выстиранное белье. За окнами с занавесками из тюли и органзы росли в пластиковых горшках фиалки, фикусы, столетники и аглаонемы. Самый обычный двор. Разве что возле канализационного люка виднелась темно-бурая лужа непонятного состава, подернувшаяся отвратительной глянцевитой пленкой. Варя решительно направилась в ее сторону. - Осторожно, не наступи на люк, - машинально предупредил ее Вася. - Могли не закрепить крышку. Провалишься и будешь мяукать снизу, пока я придумаю, как тебя вытащить. - О, тоже начал видеть? - одновременно удивлено и довольно спросила девушка, пропуская вторую половину фразы мимо ушей. - И кровь видишь? Проморгайся и поймешь, что это прошлое. Сейчас здесь ровный асфальт. Ну, не все для тебя потеряно, выходит - зная, где искать, ты все-таки можешь найти. Было бы гораздо лучше, конечно, если бы ты и без подсказок видел, но это придет со временем. Наверное, у тебя такой же талант, как и у меня, просто ты более ленивый, потому не заметил свечу сразу. Ладно. Давай руку. И закрой, наверное, глаза - видеть, как девушка пальцем разрезает мир, а из раны лезет сплошной сизый туман... Не самое приятно зрелище. И не бойся. Помни, что это все происходило не с тобой. Пожав плечами и проглотив сорвавшиеся было с языка вопросы, Василий решительно подошел вплотную к луже крови и взял ведьму за руку, одновременно прикрывая глаза. Воздух резко похолодел, а затем... - Что происходит? - прохрипел парень, падая на колени на промерзшую землю. Девушка сжала его левую руку словно тисками, не давая ему вырваться, и он прижал огромную рану в животе правой рукой. Кровь толчками выливалась на ладонь, текла вниз на джинсы, на миг согревая те места, которые покрывала - а затем, остывая, охлаждала еще сильнее, стягивая по краям дорожки кожу подсыхающей корочкой. Снег вокруг лежал нетронутым слоем, как блестящая сладкая глазурь на праздничном пироге. С чернильного неба холодно сияли колючие далекие звезды. Поднятые ветром снежинки забивались в глаза и рот, за воротник кожаной куртки, в кроссовки, надетые без носка. Было очень холодно и очень больно, голова кружилась, во рту стоял металлический привкус. В глазах темнело. Где-то рядом послышался тихий Варин стон сквозь сжатые зубы и ее твердое: - Идем, нельзя оставаться на месте! Пошли же, пару шагов, ну! Время растягивалось в длинную ленту-реку. Каждый шаг - не больше сантиметра, и всякий раз проваливаешься под воду с головой. Кое-как поднявшись на ноги, пошатываясь, Вася сделал шаг вперед, влекомый за руку студенткой. Затем еще один. А затем мир внезапно резко посветлел, послышалось гудение машин и разговоры прохожих. Боль и холод мгновенно прошли, в голове прояснилось. В изумлении открыв глаза, Вася увидел дождливый осенний день, полное отсутствие снега, раны в печени и драных кроссовок на ногах. Все точно такое же, как было с утра: костюм, ветровка, ботинки. Целый живот. Отлично. - Что это, блин, было? - не стесняясь посторонних, Вася вырвал руку у бледной Вари и завопил во весь голос. - От института до меня двадцать минут со всеми пересадками, зачем нужно было тащить меня через это... Это... Что это было?! - Заткнись и пошли, - прошипела покрасневшая под чужими удивленным взглядами девушка и резво рванула вперед по улице, идущей в нескольких кварталах от Васиного дома. - Двадцать минут и три - разница есть? У меня, вообще-то, лекции сегодня еще, и я стипендию получаю, не хочу из-за тебя ее лишиться. Раз уж ты тоже ремесленник, то привыкай. Первый раз всегда больно и страшно, потом сможешь абстрагироваться и ходить гораздо легче. Это просто воспоминания, память места, след от души - называй как хочешь. - Как он прошел так далеко с таким кровотечением? - закатил глаза Василий, решив сменить тему. - Из него же лило, как из пробитого бочонка. - Я думаю, что за ним приехали друзья на машине. Или враги. Не знаю. Что ты вообще можешь сказать об умершем такой неприятной смертью человеке, в шкуре которого ты только что побывал? Узнал о нем что-нибудь? Запомнил? - Ельцина по телевизору запомнил, - огрызнулся было аспирант, но с удивлением понял, что это он действительно помнит Бориса Николаевича. - Хм... Выходит, это девяностые? Была зима, снег, ночь... Звезды светились. Он выскочил из дома очень быстро, еле успел обуть летние кроссовки и сорвать куртку с вешалки, надевал ее на голое тело уже на лестнице, кубарем спускаясь вниз. А там его уже ждали... Помню его ощущения в момент удара: то, как он ощущал свое тело. Такое привычное, теплое, мягкое и гибкое. И вдруг в это мягкое и теплое вонзается что-то острое, холодное и невероятно твердое. Он согнулся, смялся от удара, а нож в нем - нет. Так и остался таким же твердым и острым. Это такое странное и страшное ощущение было: твердое и острое в мягком и гибком... Как в ножнах... - Ого. Лихо ты, - присвистнула Варвара, слушая сбивчивую речь с длинными паузами. - Отдышись, хорошо? Сейчас придем и расскажешь все еще раз, разложив все в голове по полочкам. Ты молодец, сможешь быстро научиться. Я этого мужика прочувствовала только с третьего раза. - Делать мне больше нечего, как чувства мертвецов на себе разбирать, - сглотнул Вася, открывая дверь в подъезд. - Дамы вперед. По лестнице поднимались в молчании. Оглушенный событиями этого утра, Вася чувствовал себя подавленным и каким-то уставшим, хотя день еще только начался. Хотелось лечь и подремать хотя бы пару часов. Настроение было на прочном нуле с легким намеком на отрицательное число. Квартира встретила его запахами краски вперемешку с мертвечиной и грохотом, издаваемым строителями. Мрачный Олег, вышедший откуда-то с кухни, подтолкнул ребят в Васину комнату, не дав им даже разуться. В комнате собрался весь круг: тетя Ада, подложив под себя Васину зимнюю куртку, сидела на полу, довязывая шестую пятку на носке. Любомир в шутку осторожно дергал мертвого ворона за хвостовые перья. Осторожно - потому что они очень слабо держались, и даже без помощи некроманта ворон стремительно лысел. Смущенный Вася бочком протиснулся в дверь и под дружными взглядами остальных некромантов аккуратно забился в угол. - Что ты знаешь о духах-покровителях? - поджав губы, посмотрела на него тетя Ада, не тратя времени на приветствия. Удивленный таким приемом от традиционно радушной ведьмы, Вася внутренне сжался в ожидании какой-то глобальной гадости и пожал плечами: - Только то, что вы мне говорили о них. То есть — ничего. Не верить же сказкам про демона глупости Балбана, правда? - Это не сказки, - вздохнула Аделаида. - Это то, с чего некроманты вообще начались. Вообще-то, наша история — такие смутные полузабытые легенды, о которых стыдно разговаривать взрослым людям, но кое-что в них правдиво. Так что придется нам отбросить и взрослость, и стыд. В общем, слушай. Когда-то очень давно появились ведьмы. Когда я говорю «очень давно», это означает «с ума сойти, как давно это было». Еще до появления христианства, еще до фараонов... В общем-то, ведьмы, я полагаю, были всегда. Общались с природой, колдовали... Я думаю, ты сам знаешь сферы их деятельности: сглазить, а потом вылечить; проклясть, а потом отшептать; приворожить, а потом отворожить. Нормальные люди, понятное дело, боялись их, уважали и слушались, но только пока были живы. А вот мертвецы как-то неохотно шли с ними на контакт, что изрядно подрывало авторитет тружениц метлы и ступы. И собрались как-то однажды на совет наши северные колдуньи, откопали несколько колдовских книг попыльнее, да и стали их штудировать. В одной особо пыльной нашли обряд взывания к демонам и прошения у них магических сил. Подумали-подумали, да и решили, что игра не стоит свеч. Убрали фолианты обратно по полкам и пошли дальше огород копать и скотину пасти — мертвые мертвыми, но кушать-то хочется. А одному колдуну ну просто никак не давала покоя эта мысль. Он такой был... не очень сильный и не очень умный, иначе бы понял, почему решили не вызывать чертей. Не очень удачливый парень, да еще и заикающийся — половина заговоров срабатывала неправильно. Его даже в деревне никто всерьез не воспринимал, не то что в собственном круге. Он подумал, что обратиться к демону — его единственный шанс чего-то добиться в этой жизни. И не ошибся, в принципе... В общем, утащил он книгу и провел ритуал. Но так как он был не очень умный, то не заучил все заклинание целиком. А так как он говорил неразборчиво, то вместо Балама призвал Балбана. - Я правильно понимаю, это был мой родственник? - тоскливо спросил Вася, уже подозревая ответ. - Он самый, - подтвердила Ада. - На самом деле, ему повезло. Балам бы от него не оставил и кучки праха, а Балбан решил повеселиться, заодно погреться людским огнем и душ чужих позабирать. И дал ему силу. Обрадованный свежеиспеченный некромант побежал в деревню и стал всем хвастаться, но особо ему никто не поверил. Продемонстрировать силу он так и не смог — даже дохлая лягушка лапкой не шевельнула. Так прошло несколько лет, он что-то колдовал себе потихоньку, как и раньше, но как-то совсем перестал выходить за забор. Семья у него большая была, но терпеть особо долго не стали — выселили в полуразвалившуюся избушку на окраине деревни, да носили поесть изредка. Он толком не заметил даже изменений. Выходил иногда в лес за грибами, ягодами, травами и зайцами, в огороде за домом иногда копался, на погост ходил частенько... Бродил между могил и смеялся. Подвинулся умом, в общем. То ли от одиночества — ни жена с детьми, ни другая родня не ходили к нему особо, то ли дар так тяжело лег на душу. А потом к нему в дом как-то дети залезли, на спор, как это любят дети: страшный колдун, а слабо к нему вломиться? Одному было не слабо, влез и напугал некроманта, а тот с испугу что-то сделал с ребенком... Десятилетний здоровый мальчишка, свалившись в забытьи, через пару дней умер, так и не приходя в сознание. К нему на разговор пришла половина деревни с вилами, а он первый ряд толпы так же выкосил, все разбежались. По всему выходило, что какую-то силу-то он получил, а вот пользоваться ей не научился. Скрепя сердце, еще один колдун осуществил вызов, правда, как следует изучив бестиарий и выбрав не такого крутого демона, который значился в заклинании. Потом еще один, потом еще один... Все вызывали разных — я уж не знаю, почему. Может, демоны честно говорили, что больше не хотят ни с кем дружить — не знаю. Но так и вышло, что у каждого рода в изголовье стоит свой покровитель, и у каждого рода какое-то свое направление некромантии, о которых я тебе уже рассказывала. - Отлично. Мои предки и тут отличились, - закатил глаза Вася. - Ни рода занятий, ни мозгов. Прекрасно! - Насчет мозгов — спорить не буду, а вот насчет рода занятий... - внезапно подал голос доселе почтительно молчавший Олег. - Как думаешь, сколько один дурак может хранить секрет? - Понятия не имею, нисколько? - отмахнулся непонимающий Вася. - А что? - Да вот выяснилось, что очень долго, на самом деле. Причем, даже от некоторых своих потомков. Что там потом было с тем твоим предком, уже никто не знает, но перед смертью он явно передал свой дар кому-то из сыновей или дочерей, те передали своим потомкам, те своим... Пока другие кланы копили и приумножали свои знания, тщательно учили молодняк колдовству и общению с мертвыми, твои предки радовались жизни и кичились магией, толком ничего не умея. В общем-то, твой дед достаточно уникален в этом плане, он специально искал родственника потупее, который не смог бы осознать того, что получит. В общем, выбрал тебя. - А вот сейчас обидно было, - скрестил руки на груди филолог. - Ты не мог бы перестать так делать? - Я попробую. Но мы подобрались к сути. Итак, Василий, ваш родовой талант: убийство душ. Вы — ликвидаторы. Поздравляю, ты умудрился попасть в самый неуважаемый клан. Люди не любят колдунов. Колдуны — некромантов. Некроманты — ликвидаторов. Ты просто сорвал джек-пот! Короче, ты исключен из круга, дальше плаваешь один. - Чего?! - Возопил ошарашенный Вася, вскакивая на ноги. - Это как так? - Шучу, - заржал Олег, - Просто хотелось посмотреть на твое лицо. Никто не отпустит в свободное плавание необученного ликвидатора, ты так половину города случайно выкосишь. Просто придется как следует заняться твоим обучением, а это сложно, потому что теории по этой теме практически нету. Можно, конечно, подойти к твоим собратьям по цеху, их в городе несколько штук есть, но они вряд ли захотят делиться знаниями. Я так подозреваю, что с ними лучше вообще не общаться. Ребята так себе — их ведь усиленно учили убивать. Прямо скажем, сомнительная для тебя компания. Даже сомнительнее, чем наша. - Но ты же знаешь кого-то? - задумался Василий. - Они, выходит, тоже Захарченко? Может, к родственнику помягче отнесутся? - Это вряд ли. Во-первых, ты не их родственник, - покачала головой Аделаида. - Во-вторых, у каждого из них свой род. У вас один и тот же талант, но давали его, скорее всего, разные демоны. Потому что некромантам на род дается один талант, который, грубо говоря, переселяется от дающего к принимающему, чтобы не наплодить слишком много магов смерти. У нормальных ведьм это не так. Нормальные ведьмы не теряют своего огня, принимая силу или рождаясь с ней. Для них магия - это дар. Ты же знаешь разницу между тем, что безвозмездно дарят, и тем, что меняют на что-то другое? Сила над мертвыми дается взамен внутренней силы живой души. Сила над живыми дается в дар, но с условием, что она будет пущена во благо, иначе ведьме прилетит ата-та по карме. Видимо, если обращаться к демонам за гостинцами, плату требуют вперед... - Прекрасно. И что мне теперь делать? - уставился Вася на Аделаиду немигающим взглядом. Та, внезапно ощутив странный холодок на спине, поспешно ободряюще улыбнулась: - Для начала - успокоиться. Затем - учиться. И запомни: больше никаких разговоров с мертвыми. Если ты не можешь отличить мертвого от живого, то постарайся пока вообще ни с кем не общаться. На твое и их счастье, осознавшие себя мертвецы от тебя шарахаются как черт от ладана, чувствуя исходящую от тебя угрозу, пусть ты и сам не представляешь ее масштабов. Исходящая от тебя сила с каждым днем все заметнее, и первый ее всплеск я ощутила совершенно недавно, в тот день, когда ты мне рассказал о той несчастной девочке-утопленнице. Она не знала, что мертвая, и не чувствовала того, что ты, по сути, пришел по ее душу. Поэтому обратилась к тебе. А может, это было такое извращенное стремление к танатосу, эдакий загробный суицид - я не знаю. Суть в том, что в твоем присутствии мертвецы, обычно пристающие к некромантам с пустой болтовней, разлетаются в разные стороны. Пока вы с Варей шли из института, мы все обсудили и нашли много тому доказательств, которые не замечали раньше. Так что ты теперь учишься себя контролировать, а Варвара с Олегом - работать в команде со своим ликвидатором. - Эй-эй, я бы попросил! - возмутился Олег. - Можно его не называть моим ликвидатором? Это даже не двусмысленно, а тресмысленно звучит, и я даже не знаю, какой из всех возможных смыслов меня больше всего пугает. Хм. Вася, а почему ты молчишь? - А разве мои слова или мысли имеют какое-то значение? - отстраненно пожал плечами филолог, уставившись в стену. - Я просто все больше убеждаюсь в пользе прокрастинации и в минусах перенесения надежды из области фантазии в реальный суровый мир. В детстве я рос на книгах про маленького волшебника из Англии и думал о том, как же ему повезло. Вот так вот легким взмахом волшебной палочки он вырван из унылой повседневной жизни в мир, полный волшебства, опасностей, приключений, новых друзей и прыгающих шоколадных лягушек. Мальчик без родителей, которого не любили в школе и дома, вечно-лишний-никому-не-нужный. И вдруг выясняется, что он очень хороший, героический, все его любят и сочувствуют ему, все хотят дружить с ним.. Он обретает верных друзей, находит себя в полетах на метле, шкодит в школе, пьет чай у великана и видит родителей в зеркале... Миллионы детей и взрослых по всему свету с головой погрузились в захватывающий волшебный мир. Взрослые замещали приключениями маленького колдуна собственную жизнь, зная, что с ними таких чудес не случится. Более доверчивые дети, не до конца сдавшиеся этой жизни и не утратившие возможность мечтать, верили истово и яростно. Школьники каждый август ждали своего письма в лапах совы — и не дожидались. И я даже не упоминаю о сиротах, для которых это было вдвойне важно! Вы только подумайте, написано бесконечное количество книг о том, как люди из своей дурацкой нереализованной жизни попадают в какой-то волшебный мир, в котором все внезапно налаживается. Все у них хорошо, они победили дракона, спасли принцессу, кинули кольцо в жерло вулкана или стали сыщиком в малом тайном сыске. Они по какой-то ошибке родились не в то время и не в том месте, но все наладилось, судьба исправила ошибку! Они смогли, и теперь есть они Прошлые - унылая серость и квинтэссенция неудачливости и бесполезности, а есть они Настоящие - люди, принявшие и понявшие свою судьбу и предназначение. Люди, которые обрели смысл и волю к жизни, которые не влачат существование по инерции, а живут с большой буквы. Магия изменила всю их жизнь, дала второе дыхание, сделала их чем-то большим... А есть я. Я — воплощение всех этих героев до их чудесной трансформации. До письма от совы. До волшебного трамвая. До похода к вулкану. Я был одиноким нелюбимым мальчиком-сиротой, был никому не нужным отвратительным подростком, стал абсолютно обычным скучным идиотом-взрослым. И что дальше? Дальше я просыпаюсь от вопля призрака и попадаю в какой-то невероятный переплет. С меня снимают какое-то непонятное старое проклятье. У меня впервые в жизни появляются друзья, квартира, талант — все то, чего у меня никогда, никогда не было. Казалось бы, вот она, та самая трансформация, живи и радуйся, учись, колдуй, делай людей счастливыми, помогай друзьям, можешь даже девушку себе найти. И — привет. “Извини, парень, ты расслабился? Тогда вот тебе еще один пинок под зад, наслаждайся. Твоя Судьба”. Утром первого сентября я думал, что я на самом дне. Потом все стало налаживаться. Сейчас я узнал, что на самом деле мне дали лопату. И я, в общем-то, готов быть серым абсолютным никем. Но только можно из меня в таком случае вырезать стремление к лучшему и надежду на более хорошую жизнь? Много лет назад я понял, что наши совы разбились по дороге. Моя - так уж точно. Когда в библиотеку нашего интерната поступили первые три книги про мальчика-волшебника, мне было десять лет. Я перечитывал раз за разом книги, представляя себя на месте главного героя и ожидая, что вот-вот придет мое письмо. На каникулы я поехал к родне с ощущением, что эта встреча - последняя перед чудесной новостью, и когда я вернусь, то сова уже будет ждать. Но я вернулся в город, а совы все не было. Я подумал, что она прилетела по адресу моего старого интерната и поехал туда - но мое письмо меня не ждало. Я позвонил дедушке с вопросом, но он сказал, что письма для меня не было. Понимаете, вообще не было, нигде. Ни по одному адресу. Мой интернат стоял в лесу. Однажды в середине осени я гулял за территорией поздно вечером, почти перед самым отбоем, и увидел, как по небу медленно движется огонек, а потом, словно уловив цель где-то на земле, резко пикирует вниз, дергаясь во время падения. Я со всех ног побежал в ту сторону, успев передумать такое количество мыслей, которое в жизни не думал. Там были и волшебные колдовские сказки, и полеты на метле, и высокие шпили замка, и кабинет зелий в подвале, и тыквенный сок по утрам... Через полчаса тщательных поисков я нашел мертвую сову, запутавшуюся в проволочном каркасе небесного фонарика и разбившуюся о землю. Ее когти были пусты. С тех пор я ненавижу небесные фонарики и не жду писем из Хогвартса. Вот такая вот циничная и полная разочарований история. - Самое циничное в твоей истории то, что люди, запускающие фонарик, загадывают желание. Те, кто запускали тот самый фонарик, загадали что-то в духе "получить письмо из Хогвартса", - подал голос ранее молчавший Любомир. - Когда ты научишься слушать и слышать мертвых, ты сможешь призывать к себе покойных свидетелей тех событий, участником которых стал ты или твой знакомый. Если тебя это успокоит, то те ребята, случайно поджарившие сову, своего письма тоже не увидели. Видимо, карма. И прекращай уже себя жалеть. Только дураки думают, что внезапное обретение магии или попадание в какой-то мифический параллельный мир сделает их счастливыми. На самом деле, если твоя жизнь и раньше представляла из себя одну большую задницу, то и после обретения дара она останется задницей. Просто во много раз больше. Но и разнообразнее, а разнообразие - это именно то, о чем ты всегда мечтал, верно? Значит, не о чем горевать. Наслаждайся. - Чем наслаждаться? Раз и навсегда упущенной возможностью быть обычным средне-счастливым человеком? От магии я отказаться не смогу, вернее, от этого мира - я же все равно буду его помнить. Да и не получится у меня ничего, так? Выходит, что все было предрешено вместо меня и, возможно, до моего рождения даже. И что бы я ни делал - я все равно буду упускать возможности быть счастливым. - Весь наш мир состоит из упущенных и не упущенных возможностей, - Варя ободряюще прикоснулась к Васиному плечу. - Жизнь человека не похожа на прямую дорогу, скорее — на паутину или дерево. Куча переплетающихся веточек, ниточек, листочков и узелков, по которым люди скользят, принимая решения. Зачастую самый ничтожный выбор может перевернуть все с ног на голову, а что-то более существенное пройдет бесследно. Например, выбрав не ту баночку в магазине и выпив несвежего йогурта, ты можешь отравиться и опоздать на автобус, в котором должен был встретить любовь всей своей жизни... Или который бы врезался в КамАЗ и надежно упаковал бы твое тело в закрытый гроб. Казалось бы, баночка йогурта! В то же время, выбор профессии мог бы ни на что не повлиять. Отучился бы на одну специальность — жил бы одной жизнью. Отучился бы на другой — жил бы точно такой же жизнью. Поменялись бы только люди, но как часто это бывает, большинство проходит абсолютно мимо нас, не оставляя ни в душе, ни в памяти совершенно никакого следа. Все, что нас окружает - это лишь декорации, сменить которые гораздо легче, чем ты можешь себе представить. Твоя профессия, твои хобби, как выглядит твоя квартира и какого цвета твоя футболка - это все совершенно не важно, если ты интересен внутри. Стив Джобс в твоем возрасте ходил босиком и принимал наркотики, но все мы отлично знаем, чего он в итоге добился. - Я правильно понимаю, сейчас я имею полное право разуться и пойти искать ЛСД? - иронически изогнул бровь Вася. - Ты это мне хочешь сказать? - Нет, - закатила глаза Варя. - Я хочу тебе сказать, что не важно, чем ты занимаешься, главное - не терять головы и сердца. - То есть, то, что я гипотетически... ладно-ладно, опытным путем доказали, что не только гипотетически... В общем, то, что я могу раз и навсегда убить многовековую человеческую душу, лишив ее тем самым всего ее опыта, привилегий и возможности переродиться дальше, вот это вот все не пугает тебя? - Ты с ума сошел? - ответил вместо Вари Олег. - Пугает, конечно же! Я теперь дверь на ночь закрывать буду и паука посажу коридор сторожить. Парень, что с тобой не так, ты же, блин, чертов ликвидатор! Как это может быть не страшно? Ты как бомба, которая провалялась после войны половину века в какой-нибудь пещере или в овраге. Да к тебе подойти теперь страшно: а вдруг рванешь просто из-за того, что настроение с утра плохое? И ку-ку, пишите письма. - Олег, иди погуляй, - поморщился Любомир. - А то действительно разозлишь его, от нас всех одни шнурки останутся. Вася, ты должен понимать, что понятия добра и зла - это самые зыбкие понятия на свете. Они никогда не будут однозначными для всех. Ты когда-нибудь слышал про проблему вагонетки? Ты несешься по рельсам, на которых играют пять детей. Есть запасной путь и переключатель стрелок на этот самый путь, на котором играет один ребенок. Что ты выберешь? - Я когда-то интересовался когнитивистикой и много раз обдумывал, что же все-таки выбрать. Пять детей убить или одного? Существует ли в данном случае понятие меньшего зла? Что ценнее - жизнь одного ребенка или пятерых? Я не знаю. А вы знаете? - Захарченко пожал плечами, уставившись в пол, словно подчеркивая свои слова. На душе у парня было тяжело, с каждой минутой все сильнее чувствовалась неотвратимость расставания. Вот сейчас тетя Ада уберет свой вечный носок, с глухим щелчком защелкнет сумку и, не глядя на Васю, уйдет из его квартиры, чтобы больше никогда не вернуться. Любомир снимет ворона с карниза (каким, интересно, образом он отнимет стремянку у мертвых строителей?) и, похлопав Васю по плечу, отправится по своим делам, пообещав себе изредка приглядывать за "бомбой из оврага" - чтобы не убил никого. Олег сунет паука в карман и, поймав Варю под руку, растворится в свече у соседнего квартала. Вася останется наедине с кучей поднятых трупов, стремянкой и пятью мешками строительного мусора. - Моральные качели - слишком забавная и софистическая конструкция, - внезапно ответил Любомир. - Но объяснять ее на такой зыбкой ситуации с детьми - пустая трата времени, тем более, что у меня нет настроения поднимать еще и этический вопрос. Я приведу другой пример, и этику мы все-таки затронем, но подойдем к ней с другой стороны. Давай вернемся к самому началу: жизнь - это возможности, действия и последствия. И упущенная возможность - это тоже действие и последствие. Если представлять это в виде дерева, то возможность - это ствол. Действия, а их может быть пара вариантов - это основные толстые ветви. А вот последствия - это целая куча веточек потоньше, от которых идут веточки еще тоньше, листики, бутоны и так далее. Давай представим такие условия: твоя возможность - перевести бабушку через дорогу. Твои действия? - А я клюшкой по хребту не получу? - усомнился Вася. - Как-то не жалуют меня бабушки. - Ну чего ты сразу в последствия лезешь? Допустим, не получишь. Понравился ты ей. Даже пирожок тебе даст с повидлом. Малиновым... - явно проголодавшийся маг мечтательно прикрыл глаза. - Переведешь? - Почему бы и нет? - Согласился Захарченко. - А точно клюшкой не получу? - Захарченко... - закатил глаза Любомир, запрокидывая голову назад и заглядывая куда-то в глубины потолка. Ворон согласно каркнул и свалился с карниза хозяину на лицо, неправильно истолковав его жест. Едва увернувшись, удивленный боевой маг, успевший забыть о своем питомце, недоверчиво покосился на потолок, словно ожидая увидеть там еще одну птицу, поднял Вергилия с пола и привычно засунул в карман. - Вот холера! Мудрые птицы, тоже мне... О чем это я? А, точно, бабушка. Так вот, с одной стороны, перевести бабушку через дорогу - хорошо. Если, конечно, это не Аделаида - она сама кого угодно переведет, заведет и доведет. - Ты кого бабушкой назвал? - взвилась тетя Ада. - Я женщина в самом расцвете сил! - Угу, магических, - хрюкнул Олег, предусмотрительно спрятавшись за Варю. - Не перебивайте, я так с мысли собьюсь, - возмутился Любомир. - Итак, перевести бабушку - это хорошее действие, иначе бы ее сбила машина с поврежденной тормозной системой. Хороший ты поступок совершил? Однозначно хороший. Вот тебе полный шаблон: возможность в лице бабушки, твое решение в виде помощи и последствия: ты сохранил ей жизнь. Но последствия синкретичны с новыми возможностями, вытекающими из них. Машина, которая должна была прервать жизнь пенсионерки, успешно пролетела этот перекресток и затормозила на следующем, потому что возможность остановить ее на этом перекрестке ценой своего бездействия и жизни пенсионерки ты упустил. Машина затормозила, попав в аварию: насмерть сбита беременная женщина, нерожденный ребенок тоже погиб. Кармически ты поступил плохо, потому что могла бы умереть бабушка, а мать с ребенком в таком случае могли прожить еще много-много счастливых лет. А теперь по твоей вине они мертвы. Плохой поступок? Плохой. Все-таки, жизнь двух абстрактных молодых людей теоретически важнее, чем жизнь одного абстрактного старого человека. Абстрактных людей, одинаково влияющих на мир и энтропию, берем для того, чтобы уравнять шансы и подвести количество критериев выбора к минимуму. Таким образом ты все испортил и пустил вагонетку по пути с пятью жизнями вместо одной. Поздравляю, Вася, ты истинный некромант-ликвидатор, безжалостный к жалким людишкам и готовый пойти на все ради пирожка с вареньем! А теперь обратимся к когнитивистике и морально-этическим парадоксам, если ты, конечно же, не готов остановиться на этом и понять, что полностью безнадежен. Ребенок, которого ты так жестоко и хладнокровно убил вместе с матерью, должен был вырасти в жесточайшего маньяка, грозу и ужас своего поколения. Неуловимого двинутого гения, поражающего любую фантазию своими кровожадными действиями. Этот человек стал бы последним, кого увидели бы перед страшной мучительной смертью сотни и тысячи случайных людей. Правильно ты сделал, что не допустил подобного? Несомненно правильно, двумя жизнями ты спас гораздо больше! Если, конечно, не брать в расчет того, что половина его жертв в ранне-маьячный период - это отбросы общества: закоренелые убийцы и насильники, совратители, воры. Прервав жизнь этих маргиналов, парень спас жизни гораздо большего количества людей, чем прервал, потому что число предполагаемых жертв, которые должны были пасть от рук убитых им маньяков, даже гипотетически высчитать сложно... Может, стоило, все-таки, пожертвовать бабулей и оставить его в живых? А впрочем, среди гипотетически спасенных людей есть те, кто потом породят великих диктаторов типа Гитлера, которые наведут шороху по всей планете. Видишь, сколько вариантов? И есть еще больше. А есть ты. И ты просто перевел бабушку через дорогу. - Вы хотите сказать, что на самом деле выбор - это фикция? Что бы я не делал, какие бы шаги не предпринимал, судьба все решит сама? - оживился филолог. - Мы хотим сказать, что ты все равно облажаешься, даже если захочешь сделать как лучше. Так что расслабься и прими неизбежное. - О, вы меня успокоили, а я-то уж подумал, что у меня все плохо и теперь вы будете настороже ко мне относиться и не позовете больше в тот клуб трансвеститов на печенье с ногтями, - сардонически усмехнулся Вася. - Я бы попросила! На этот раз печенье было без начинки! - возмутилась тетя Ада. - А в тот клуб мы больше и не пойдем, теперь есть гораздо более удобное помещение для сборов. Осталось Къяарваля только перевезти. - Вы же не хотите сказать, что... - опешил Василий. - Но комнаты-то три, - пожал плечами Любомир. - А тебе пригодится его опыт. Он, если хочешь знать, тоже при жизни был ликвидатором. Иначе зачем бы мы его держали? Былой силы у него, конечно, нет, но память отличная. - Чур - к Олегу, - внезапно сложила руки на груди Варвара. - Я девочка, я не хочу жить с мертвецами, я хочу их упокаивать. - Стоп, а ты тоже переезжаешь сюда? - несчастный ликвидатор с грохотом сел мимо единственного стула, на котором почему-то не захотела сидеть наиболее его достойная тетя Ада. - Ребята, а вам не кажется, что вы чего-то не учли? О чем-то кого-то забыли спросить? - Точно, спасибо что напомнил! - хлопнул себя по лбу Олег. - Варь, а что на ужин? - Я тебе мамочка, что ли? - фыркнула девушка. - У меня, между прочим, еще пары есть сегодня, я и так одну прогуляла из-за вас. Сегодня готовите вы. И проветрите нормально квартиру, трупами ужасно воняет! - Аааш? - некро-гастарбайтер засунул голову в дверной проем из коридора, в котором собирал мусор. - Ааш, ааш, - рассеяно отозвалась Аделаида, осматривая комнату. - Васенька, а зеленые стены - это так и задумано? Вам на обои денег не хватило или так у молодых сейчас модно? - Вообще-то, комната должна была быть темно-зеленой, - с нажимом на первое слово ответил Вася, уничижительно глядя на Олега, - но кто-то что-то перепутал, и в итоге теперь у меня взрыв незрелого банана на двадцать квадратных метров. - А что ты на меня-то смотришь? - Возмутился Олег. - Это Варька тона перепутала! - В следующий раз сам пойдешь банки таскать, - огрызнулась девушка. - Очень мне в темноте видно было, какой там оттенок. Радуйся, что в магазине вообще была уже смешанная краска такого цвета, обычно ее под заказ смешивают. - Стоп-стоп-стоп, а где вы взяли краску? - Вася впервые задался логичным, в общем-то, вопросом. - И почему ночью? - Ну сперла я ее, сперла, - закатила глаза Варвара. - Еще вопросы будут? Мне уже пора, вообще-то. - Так, ребята, вы как хотите, а нам пора, - Аделаида взяла под руку явно заинтригованного Любомира и потащила к выходу. - Кстати, Вась, твой дед... гкхм, многоуважаемый Мафусаил Геннадиевич изволит почивать в своих часах на кухонном подоконнике. Потряси его хорошенько и расспроси, может, чего-нибудь полезного скажет. Я бы особо на это не надеялась, но ты попытайся. - Идите, я пока мертвяков построю, - отмахнулся Олег, явно опасавшийся Вариного гнева. Проводив Аделаиду и Любомира, Вася мельком отметил про себя темно-лиловый цвет стен коридора и внутренне вздохнул о понятиях цвета у юной ведьмы. На бордовый это явно не тянуло. На кухне было пусто, чисто и гулко. Светло-серые стены навевали мрачно-похоронное настроение, которое только усугублялось издевательски нежно-голубым цветом пленки, покрывавшей совковый дспшный кухонный гарнитур грязно-горчичного некогда цвета. Впрочем, смотрелось вполне сносно, даже со вкусом. Отциклеванный и заново покрытый лаком паркет выглядел на удивление прилично, но слегка странно на фоне стеклопакетов и нежно-голубого (кто-то явно перестарался с добычей пленки) холодильника. Черную плиту, к счастью, оклеивать не стали - то ли побоялись запаха плавящейся пленки от раскаляющейся поверхности духовки, то ли наконец-то включился вкус. В остальном кухня была пуста: нужно было где-то найти стол, хотя бы три стула и все, что необходимо для проживания и приготовления пищи: посуду, вилки с ложками и ножами, кастрюли и сковородки. Непосредственно пищу... Как и обещала Аделаида, на подоконнике лежали часы. - Тебе не пора на лекцию? - напомнил Вася задумчивой Варваре. - Пора, в общем-то... Я хотела у тебя кое-что спросить, но между нами, - замялась девушка. - Просто по дружески. Ты в последнее время много общаешься с Хольгертом наедине, у вас не заходил разговор... Ну, обо мне? - А, понятно. Было такое, но не совсем о тебе, - усмехнулся Вася, судорожно думая, что же такого сказать из недавнего нетрезвого разговора, чтобы не обидеть девушку. Выдохнул и процитировал по памяти слова Олега: - Мы - выросшее поколение пепси-колы. Теперь мы не пьем колу без виски, не читаем книжки без картинок и не любим людей без взаимности. Стоп, нет, то, что после книжек - это я от себя уже добавил, Хольг такого не говорил. - Что, и ты тоже? - удивилась Варя. - Я-то думала, ты единственный из нас эдакий недобитый романтик, который может искренне и честно полюбить, не ожидая ничего взамен. - Это все потому что я Вася? - усмехнулся аспирант. - У жабы тоже есть чувства. Ты удивишься, наверное, но с момента обретения своего типа-дара и потери своего типа-душевного огня, я не ощутил в себе ровным счетом никаких перемен. Такое ощущение, что возможность любить кого-то не досталась мне по умолчанию. Я настолько привык быть одиноким и никем не понятым, ненужным, лишним, что только спустя неделю заметил, что вы вообще есть. Ну, то есть, рядом со мной, не из-за денег и, надеюсь, не из-за возможности съехать ко мне из каких-то менее приятных жилищных условий. До этого я воспринимал происходящее как какое-то приключение, временное непостоянное развлечение, как это всегда и было. Мной иногда кто-то интересовался из-за своих личных мутных мотивов и пытался узнать получше, а узнав - сразу же выкидывал, получив от меня то, что хотел. Так что я привык. Очень давно, еще в глубоком детстве, я научился ничего не просить от этого мира. Живя в интернате, я прошел неплохую школу восприятия чужих эмоций и страданий. Ты хоть представляешь, сколько рядом со мной было детей из благополучных семей, которые переехали в чужое место без родителей и братьев-сестер ради гипотетически хорошего будущего? Дети из семьи, которые просто хотели добиться чего-то большего с лучшими учителями. Ребят из неблагополучных семей было гораздо меньше, чем можно представить. На самом деле, в моем самом первом интернате, где имелось отделение для "сложных" детей, соотношение детей из благополучных семей было в лучшем случае два к восьми. То есть проблемными и без семьи в большей своей массе являются брошенные или никому не нужные дети. А вот в гимназии для одаренных детей "брошенный" я был один на, в лучшем случае, десять детей. По факту, скорее всего, на пятнадцать. Зачем люди отсылают нормального любимого ребенка куда-то подальше от себя? Сейчас не восемнадцатый век, есть книги, интернет, репетиторы и пособия, кружки, секции. Зачем лишать ребенка детства? Дети алкоголиков не плакали о своих родителях, разве что волновались о младших братьях-сестрах, которые еще слишком малы для интерната - и то не всегда. А вот ребята из полных стабильных семей... По-моему, в них, пусть и не сознательно, убивали веру в семью, единство и родную кровь. Мы все вместе росли, я видел, как изменяются когда-то ласковые и любящие дети. Сколько было обид, слез, злости и непонимания через пару месяцев после переезда. В первые недели ребенок еще как-то верил и понимал, для чего все это нужно. Может, даже благодарность была. Умные дети часто не находят понимания ни в семье, ни в школе, ни во дворе. Ровесники их не интересует из-за своего низкого уровня морального и психологического развития, их интересы и трагедии кажутся детскими и смешными. Более старшие дети, возможно, принимают их в свою компанию, но через какое-то время умные дети понимают, что проблемы, быть может, и стали взрослее, а вот восприятие мира у их новых друзей практически на том же уровне, что и у старых. В общем, через некоторое время приходило понимание, что окружающие - это лишь декорация, как верно подметил Любомир, а вот настоящая жизнь - она внутри. И теперь в этой самой внутренней настоящей жизни огромная черная дыра с рваными краями на месте семьи и привязанностей. Даже самые-самые умные дети все равно остаются детьми. Если в них не культивировать моральные ценности, они со временем легко и непринужденно атрофируются, оставляя на месте себя не полигон для новых возможностей и исследований, а обгорелое пепелище. Вот и вырастают умные зрелые люди, которые в легкую могут уделать в своей профессии любого конкурента, но не знают, зачем нужно заводить собственных детей или в чем смысл брака, если секс и горячий ужин можно получить и простым сожительством. С другой стороны, те, кто с детства был воспитан на это направление, зачастую не понимает, чего же он хочет и зачем ему это нужно. Многим моим однокурсницам матери говорили, что лучшая для них профессия - это удачно выйти замуж. Зачем замуж? За кого? Куда? Смысл? Это не те вопросы, на которые отвечает институт брака. Любить мужа или жену - счастье. Иметь детей - счастье. Стоять по выходным на огороде кверху задом - счастье. Чье счастье-то? Ответов нет. И твердят девочкам в детстве "закончи школу и ищи мужа, а то что же люди подумают". И воспитывают родители мальчиков "будь умным и сильным, а то на тебя ни одна девочка не взглянет". И бредут такие девочки и мальчики в восемнадцать лет в ЗАГС, поддерживая стремительно растущий живот обеими руками, потому что семья - это счастье, а если в двадцать лет не женился, то в двадцать пять - уже рано. Ведь в этом возрасте включаются мозги и люди начинают понимать, что не обязательно для ощущения себя чем-то целым присоединять к себе еще кого-то. К тридцати годам люди достигают такого уровня развития и самоосознания, что могут жениться практически на ком угодно - они с любым человеком найдут общий язык и хотя бы малейшее пересечение интересов. И - не женятся. Потому что понимают, что в этом нет смысла. Если после штампа в паспорте что-то меняется в отношениях, то это приговор. Даже если меняется в лучшую сторону. Пока люди просто встречаются, простить партнера, наставляющего многокилометровые рога - непроходимый идиотизм. Если есть штамп в паспорте, то ровно такое же поведение прокомментируют "спасением семьи". Это ли не глупо? Люди так стремятся окольцеваться, что не замечают отсутствия в этом смысла. Многие мне говорили, кольцо на пальце делает их отношения более серьезными в глазах других людей. А не все ли вам равно, что о вас думают другие люди? Если вы не готовы смириться с мнением окружающих о вашей личной жизни, то ваша личная жизнь вам тоже пока великовата. Я честно признаю: сам мало что знаю о детях и вообще институте семьи в целом, но иногда такое слепое стремление к цели обескураживает. Люди говорят себе "погуляю, когда закончу институт", "буду путешествовать, когда заработаю побольше денег, куплю квартиру, обеспечу материальную базу", "отдохну на пенсии", "отосплюсь в гробу". Большинству удается осуществить лишь последнее. И лишь в том случае, если однажды на их могилу не явятся люди типа моего деда, Олега или Любомира, которые насильно засунут еще не отошедшую душу в законсервированное тело, и не заставят полоть грядки уже на его огороде. Куда ты гонишь коней, в общем? - И что ты предлагаешь? Живи быстро, умри молодым? Не добивайся ничего, работай лишь для того, чтобы в следующем месяце было, что поесть? - наклонила голову Варвара. - Олег чего-то плохого наплел тебе, да? Думает, что я хочу замуж, детей и на огород задом кверху? - Ничего не предлагаю, кроме как подумать, - пожал плечами Вася, - а про огород и детей ничего не было, он просто рассказал о своих мыслях, а я теперь передаю их тебе через призму своих. Представь на пару минут, что Олег перестал быть таким эгоистичным непроходимым бараном и ответил тебе настоящей реальной взаимностью. Что для тебя изменится? Побежишь на кухню варить борщ, по дороге срывая с себя одежду ради занятия страстным сексом на кухонном столе? Тогда лучше не получай взаимности, потому что ты будешь вести себя как идиотка. Знаешь, почему почти все ранние браки разваливаются через полгода-год после их заключения? Потому что люди устают притворяться. Многие настолько недолюблены в детстве и настолько недополучили взаимности, что готовы влюбиться в кого угодно и, поняв кто нужен избраннику, сразу же бросаются мимикрировать под этот недостижимый идеал. А потом устают. Месяц они варят борщи в кружевных трусах, два. Потом их начинает тошнить от свеклы, а трусы натирают попу. Потом вообще не хочется подходить к плите, а после ванной волосы не укладывать в тугие локоны, а скатать в пучок и утонуть в древнем растянутом халате. В итоге однажды их избранник приходит домой и видит на столе пару криво сляпанных бутербродов с колбасой вместо тарелки с отбивными, а в постели его ждет не обнаженная соблазнительная нимфа с тонной штукатурки на свежем лице, а обычная уставшая после работы девчонка в растянутой футболке и клетчатых пижамных штанах, у которой вех желаний - хорошенько выспаться и выпить какао, а не скакать на молодом муже через силу, стараясь удовлетворить все его желания. И вот тогда начинаются скандалы, обиды и недопонимания. Парень, который привык к тому, что его девушка - неугомонный заяц из рекламы батареек, в искреннем недоумении от созерцания уставшей девочки, которой хочется, чтобы ухаживали за ней и ублажали ее. Он говорит своей жене, что она себя запустила. Мама этой девочки, которая всю жизнь прожила на шатком балансе скандалов и угождения мужу, говорит девочке, что она не права. Что таких, как она - тысячи и тысячи, а вот такого хорошего мужа она не найдет больше. Девочка через силу пытается опять стать самой лучшей, выгорая изнутри с каждым днем все сильнее и сильнее. Убеждая себя в том, что вся проблема - в ней. Мальчик, который изначально сам умел варить борщи и пылесосить квартиру, окончательно разучился это делать, но по привычке говорит, что он во всем поможет, нужно только попросить. На деле - выносит мусор через пару дней после просьбы и восемнадцати напоминаний. Девочка думает "ну как же так, он же мужчина, почему я вообще прошу его помыть пол?" и чувствует себя полным ничтожеством. Что бывает дальше - это чистая рулетка. Кто-то ломается с каждым днем все сильнее и погружается в это болото все глубже и глубже. Кто-то рожает ребенка в тщетной попытке отвлечься и спасти брак. Кто-то идет налево, кто-то начинает спиваться, кто-то ударяется в скандалы... Вариантов масса, но почти все они ведут к краху. Или вот тебе другой вариант: мальчик, которому твердили, что он должен во всем угождать девочкам, ведь он же сильный умный мужчина, а девушки - слабые и ранимые, их нужно защищать и добиваться! В детстве он носит портфели и помогает с уроками. В шестнадцать лет впервые идет разгружать вагоны, чтобы отвести девочку в кино и подарить ей цветы на свидание. В восемнадцать он почти полностью под каблуком у женского рода, которому "все должны". Он встречается с разными девушками, цель которых - выкачать из него как можно больше денег, давая как можно меньше взамен. Если он дарит цветы на свою крохотную стипендию - а почему букет такой маленький? Если колечко на день рождения - а почему без бриллианта? Если телефон - а почему не последней модели? Потом они начинают жить вместе. Чаще всего девушки категорически против житья со свекровью, поэтому тут варианта три: своя квартира, доставшаяся по наследству, съемная квартира или комната на задворках мира, переезд к родителям девушки. Если это съемная квартира, то очень часто возникает такая ситуация, при которой бюджет, вроде, общий, но на деле парень платит за квартиру, дает деньги на еду и одежду, а зарплата девушки - это ее личное дело. Если это переезд к теще, то... Гм, я не буду продолжать, хорошо? - К чему вся эта тирада? - глубоко вздохнула Варя. - Я не собираюсь требовать от него денег или бриллиантов, я просто хочу нормального к себе отношения без издевательств и игр в духе "кис-брысь". - Конечно не хочешь, ты же из первого типа девушек, - фыркнул Вася. - Сколько у тебя братьев и сестер? Мама верующая, папа верующий... Ты если надумаешь, скажи, я помогу дотащить из магазина пуд свеклы, мне не сложно. Вот только надо ли тебе все это счастье? Ты в том возрасте, когда девушкам еще рано, но уже хочется семьи. Олег перешагнул тот возраст, когда семью уже рано. В ближайшие несколько лет, даже будь он обычным не загробным парнем, у вас бы ничего не вышло. А с его заморочками на тему каменного сердца тебе придется стенобитное орудие искать, чтобы добраться до настоящего "я" этого парня. Настоящего "я", не скрытого от окружающих каменной стеной эгоизма, цинизма и черного юмора. - Ну и что мне делать? - Девушка тоскливо уставилась в залитое дождем стекло. - Я не могу выбросить его из головы. - Тогда выброси его из окна, - пожал плечами Вася, следя за Вариным взглядом. - А вдруг поможет? Будешь апельсины ему в больницу носить, глядишь, он и смягчится. В книжках про воспитание кошек пишут, что даже самое дурное животное после травмы начинает привязываться к мелким недостойным людишкам, которые о нем заботились. Попробуй. - Люди делятся на два типа... - начала было Варя. - Да, бензопилой, - отмахнулся Василий. - Хочешь прочитать мне лекцию о тех, кто бросает дело на половине пути, и тех, кто идет до конца? Не надо, я подобного добра наслушался уже. Меня на факультете мебелью считали, а я жил в комнате с еще тремя парнями, не забывай. - Да ну тебя, все люди разные, - ради приличия отмахнулась ведьма, которая именно эту тему и хотела поднять. - А фарш получается одинаковый, - карикатурно сосредоточившись, скорчил рожу аспирант. - Ты слишком много общаешься с Олегом, он плохо на тебя влияет, - вздохнула студентка. - Ты, как я понимаю, теперь тоже с ним будешь много общаться, - помрачнел некромант, представивший множество слез и скандалов в обозримом будущем. - Может, на тебя он повлияет так же плохо, и ты тоже будешь иногда ставить его на место? Ему не помешает. - А если серьезно, скажи мне, ну, как мужчина, что делать, если он внезапно ко мне охладел? - Варя, ты некромант, что за идиотские вопросы? - изогнул бровь филолог. - Хоронить. - Про Джона Форбса Нэша, лауреата Нобелевской премии по экономике, говорили, что он родился с двойной порцией мозгов и половиной сердца, - потупилась девушка. - Боюсь, что про меня можно столь же уверенно сказать диаметрально противоположное: я родилась с двойной порцией сердца и одной половиной мозга. Правой. Я не могу просто так выбросить кого-то из сердца. А он начинает метаться от стенки к стенке и стучаться изнутри, и мне становится страшно. - Представь, как страшно ему. Засунули в огромную мышцу и теперь гоняют туда-сюда, - попытался отшутиться Василий. - Серьезно, выбрось его и из головы, и из сердца. Хватит форсировать события, ты просто атакуешь его флюидами заинтересованности, страданий и заботы. И если касаемо последнего он ничего не имеет против, то первые два орудия его явно смущают. - Мне кажется, что он меня недолюбливает... - Не говори глупостей, он всех недолюбливает, - решил подвести черту в разговоре Вася. - Раньше он ко мне относился иначе, а потом все резко изменилось, - вздохнула Варя. - Я прикладываю все усилия для того, чтобы стать счастливой, а вокруг только тернии, тернии и тернии. Когда будут звезды? - На небо посмотри, космонавт, - не выдержал Вася и вскинул голову вверх. Увидев нежно-сиреневый потолок, нервно сглотнул и поспешно отвел взгляд. - А лучше на время. Кто там ныл, что впереди лекции, а стипендия так необходима? Брысь в институт! - Ой, точно! - Девушка поспешно вскочила с подоконника и, чмокнув на бегу Васю в щеку, выпалила: - Спасибо, ты просто замечательный! - Варвара батьковна, не смейте, - с ужасом уставился на нее Вася, чувствуя, что краснеет. - Что не сметь? - Подняла бровь девушка. - Ничего, показалось. Иди уже, не мешайся под ногами, - смутился некромант. - Вася, часы, - напомнила девушка. - Нет-нет, продолжайте, я с удовольствием послушаю весь бред, который вы по очереди несете, - внезапно проскрипело вытянувшееся из часов облако. - Давненько я не участвовал в таком балагане. - Ты в старости таким же будешь, интересно? - задумалась Варя, обернувшись на звук, но уставившись на Васю. - Здрасьте, Мафусаил... Как вас там, не важно. - Нахалка малолетняя, - вспух призрак. - Я не потерплю такого к себе отношения! - Старый козел, - пожала плечами девушка, глядя куда-то в сторону холодильника. - Вы призрак, я - некромант. Хотите уважение - проявите его первым. - Некромант, тоже мне, - проскрипел Захарченко-старший. - Да ты меня даже не видишь! Вася, что это за пигалица в моей квартире? И что за ужас вы тут устроили со стенами? Где мои обои? - Стоп, погодите, - зависший с самого начала диалога Вася очнулся. - Что значит "не видит"? Варя? Ты не видишь призраков? - Мне точно пора, - вдруг смущенно пробормотала девушка и попыталась ускользнуть в коридор, но ткнулась носом в грудь внезапно выскочившему Олегу. - Эй, дедуля, осторожнее на поворотах, ага? - фыркнул Хольгерт, услышавший всю перебранку из коридора. Затем хмуро посмотрел на призрака, указательным пальцем правой руки обвел его в воздухе и потянул в сторону часов, одновременно накрывая их левой рукой. Вернее, так это видел он, стоя в дверях, а Вася увидел просто странные жесты, которые внезапно то ли дематериализовали разговорчивый сгусток пара, то ли сделали невидимым и неслышимым, то ли действительно засунули в часы. - Спасибо, - смущенно пробормотала девушка. - Ты и сама так можешь, не маленькая, - отмахнулся Олег и, открыв дверцу холодильника, окинул тоскливым взглядом пустые полки. - Тем более, от его голоса у меня разом все зубы заныли. Не из-за тебя же мне его прогонять. Оживившаяся было Варя опять скисла, Вася еле удержался от порыва накрыть лицо ладонью: - Друг мой, а поведай: каким образом бордовая кухня превратилась в серую? - А это краски не хватило, - отмахнулся Олег. - Зеленые рожи напутали с указаниями и не ту банку взяли, а я занят был и не сразу заметил. Но смотрится неплохо, да? Выкрасили ровненько, ни капли лишней. Опять же, пленка подошла лучше, чем к красному. Смотри-ка, ни одного пузырика! А всего-то нужно было пригрозить им окончательной и бесповоротной смертью. Они-то тебя знаешь, как боятся! Без ликвидатора за спиной они никогда так хорошо не сделали бы ремонт. У них халтура и лень в ДНК прописаны, по-моему. Я однажды поймал одного, он пытался банку с грунтом вынести. Продать хотел, зуб даю! Мозга толком уже нет, одни рефлексы - лишь бы что-то спереть. - Ты пугаешь мною зомби?! - завопил пораженный Вася. - Блин, а дальше что? Детей перед сном пугать? Сочиним сказочку про злобного Васю, который жрет детские души? - Уши, души, кому какая разница, - задумался о чем-то своем Хольг. - Живые дети тебя не испугаются, ты лопух лопухом. А мертвых детей я сам боюсь, они какие-то особенно жуткие. Шучу. Просто мертвые дети тебя сами испугаются, они же не дураки. О, кстати, смотри, я научил Лелео катать шарик! - Дай-ка угадаю, это твой дурацкий птицеед - спонсор серой кухни? - догадался Вася. - Сам ты дурацкий! - возмущенный Хольгерт убрал обратно в поясную сумку паука, поглаживая его по волосатому... Брюшку? Попе? - Не слушай его, Лелео, сам он дурацкий, а ты хороший. Я тебе еще шариков куплю сегодня. - Ему шариков, себе роликов... - вздохнула Варя. - Я пошла. - Может, все-таки взглянешь на ремонт? - Оживился Олег, непонятно к кому обращаясь и проталкивая Васю и Варю в коридор. - Не зря мы тут целой командой старались, правда? - Так уж и старались? - Усомнился аспирант. - Наверняка все делали некростроители, а ты ходил кругами и ругался на них. И паука учил. Шарики катать. - Ну, как-то так все и было, но... - Олег, увидев, что Вася собирается открыть дверь в его комнату, безуспешно попытался прикрыть ее своим телом. - Стоп-стоп, а тут мы не совсем зако... - Что за?! - Возопил Вася, пораженный новой обстановкой в его квартире. - Синие стены - черт с ними, обсуждали. Но свечи, потеки воска, кристаллы, камни, мел, бархат... Сушеные розы... Череп козла?! Что здесь вообще происходит?! - Ну... Я люблю романтичную обстановку, - смутился Олег, оглядывая залежи своего потустороннего барахла, живописно лежащего на полу и по углам - за неимением совершенно никакой мебели. - Она такое настроение навевает, ммм... Утненькое. - Отлично. Уютное настроение рядом с козлиным черепом и... фу, какая гадость, это что, мумифицировавшиеся голуби? - Застывший в центре комнаты филолог уставился на поднос с малым суповым набором некроманта: крылья, перья, лапы, сушеные головы и птицы целиком. - Ты где их нашел вообще? - На чердаке, - ответила за него тихо хихикающая из коридора Варя. - А я все думала, чего он туда лазит постоянно? - Ладно, шут с ними, с птицами. - Аспирант наконец-то увидел то, что безуспешно пытался прикрыть собой медиум. - А это что за страшная рожа в кругу сидит?! - Ну, это как бы... Демон... Ну, нечто вроде... - Олег слегка поежился под Васиным взглядом. - Он тут... Мы с Любомиром слегка просчитались, это ненадолго, к вечеру уберу. И... Ну, ты сам все видишь. Но он же в круге! - И на том спасибо, - закатил глаза Захарченко. - Но почему круг в углу? - Он напугал моего паука, - пожал плечами Олег, радуясь простому вопросу, не требующему мучительного выдумывания оправданий. - Он наказан. - Демон напугал ручного паука некроманта и теперь наказан. Чудесно. Я так с вами повешусь. - Во-первых, ты некромант, так просто не выйдет, - хмыкнула Варя. - Во-вторых, за такие недостойные настоящего колдуна душевные порывы мы тебя накажем. - Как вы меня накажете, если я повешусь?! - Возопил Вася, ощущая себя то ли врачом среди сумасшедших, то ли их соседом по палате. - В угол к демону перевесите? - А что в моей комнате? - заинтересовалась Варя, открывая отчищенную от старой краски и заново выкрашенную в светло-сиреневый, под цвет потолка, тон дверь. - Это моя комната, вообще-то, - очнулся Олег. - Тупиковая. Я первый у Васи попросил! - Ты попросил тупиковую, потому что тогда Варя не собиралась переезжать, - фыркнул Вася, решив отыграться за то, что им пугали некростроителей. - Девочкам проходная комната не положена. А вдруг ты войдешь, когда она переодеваться будет? Ты же стучаться не умеешь. Тем более, ты уже эту захламил всякой ересью, за которою тебя Торквемада лично бы поджарил. И ты хотел себе синюю комнату - вуаля, комната синяя. - Блин, а я и не заметил, что она тоже синяя, - растерянно почесал затылок Хольгерт, оглядывая помещение. - Я тебе больше скажу, эта комната - не синяя! - отозвалась Варя из следующего помещения. - Она сиреневая. И, к сожалению, без окон... - Да, с окном тут незадача, - согласился Вася. - Тут какая-то дурная планировка, из-за которой моя комната идет буквой гэ и забирает окно у твоей. Можно было бы, конечно, отпилить окно из комнаты Олега, но оно там всего одно. В общем, даю тебе право выбора. - Не, я лучше тут, - вздохнула девушка. - Обещаю исправно платить за электричество. У Олега уже открыт круг для Къяарваля, переносить его слишком муторно. - А, так это для него? - вздохнул Вася. - Вот почему в углу? Чтобы не мешался? - Типа того, - кивнула ведьма. - Ладно, вот теперь мне уже действительно очень-очень пора. А вы пока подумайте, где мы возьмем мебель. И разберитесь с ужином. - Где, где, - передразнил ее Олег. - На складе шведского царства порока и разврата. Еще не забыла, где у них там умер грузчик? - Что, ты предлагаешь вынести оттуда всю мебель в квартиру? - вытаращилась девушка. - Нет, что ты, только то, что понравится, - отмахнулся Олег. - А что-то я честно куплю. Например, свечи из раздела уценки. Или занавески. Они их так мрачно называют, ух! - Вы сейчас о чем, я что-то не понял... - аспирант удивленно переводил взгляд с одного мага на другого. - Что, неужели опять Икея? - Во славу Сатане! - дружно отозвались Варя с Олегом. - Чудненько. Я пойду с дедом поболтаю. Если смогу, конечно, отковырять его из ремешка, - махнул рукой филолог и побрел в сторону кухни. Взяв часы в руки, Василий крепко задумался. Как вытаскивать родственника - не известно. О чем его спрашивать - не известно. Печаль. - Просто представь как можно четче, что снимаешь с часов невидимую крышку, которая не выпускает призрака, - услышал аспирант у себя над ухом тихий шепот. В воздухе запахло сушеными розами и пылью. Повеяло холодом. В ужасе оцепенев, Вася нервно сглотнул, глубоко вдохнул и выдохнул. Медленно повернув голову, он увидел рядом с собой молодую девушку, почти девочку - не старше шестнадцати лет. На ней было некогда светлое платье, испачканное кровью из множественных огнестрельных ранений на груди и животе. Не было никаких сомнений в том, что она уже давно и прочно мертва. - Ты... - аспирант нервно облизнул губы. - Ты меня не боишься? Я же, типа, ликвидатор... - Как можно бояться того, кто боится меня? - Улыбнулась незнакомка. - Я не боюсь тебя. И не боюсь твоих сил. Может быть, даже хочу уйти насовсем. И - не могу. - И ты серьезно этого хочешь? - удивился парень. - Исчезнуть насовсем, без возможности на реабилитацию, без будущего, без новых впечатлений? Здесь совсем скучно? - Ну, я же нашла тебя. Значит - хочу, - девушка внезапно прервалась на середине предложения и растворилась. - Ну, что тут у тебя? - на кухню, зевая, зашел Олег. - Варька ушла-таки на свои пары, но скоро придет. Нужно действительно что-то придумать поесть. Пока толком нет посуды, запечем, наверное, курицу в духовке, но ее для начала нужно добыть. Ты деда так и не достал? Это легко, смотри. Представь, что снимаешь крышку с часов - и вуаля, он вылезает, не чувствуя преград. - Где-то я уже это слышал, - нахмурился Вася. - Слушай, а если призрак сам находит ликвидатора и просит его уничтожить, это нормально? - Абсолютно и категорически нет, - покачал головой Хольгерт. - До такого додумается только безумец, а безумцы и себя-то не осознают. А что, кто-то приходил? - Нет, я так, абстрактно, - отчего-то решил соврать Василий. - Иди в магазин, а я пока разожгу духовку и потолкую со стариком, ладно? - Договорились. Но если я иду в магазин, то готовишь ты, - хитро прищурился Хольг. - Идет? - Идет, идет, - отмахнулся Вася. - Все идет, ты тоже иди. За медиумом захлопнулась дверь. Оставшийся в гордом одиночестве филолог повертел головой, но девушка больше не возвращалась. Пожав плечами, Василий сосредоточился на часах, чувствуя себя ужасно нелепо. Вглядываясь в потрескавшийся кожаный ремешок, в стрелки на пожелтевшем циферблате, в поцарапанную заднюю крышку, он все больше убеждался в том, что с магией у него явно как-то не ахти. Уже было решившись отложить часы в сторону, он внезапно ощутил легкое жжение в глазах, словно рядом пронесли тарелку с нарезанным луком. Проморгавшись, снова сфокусировался на часах - и вдруг увидел бледно-фиолетовую полупрозрачную сеть с мелкими ячейками, которая словно покрывала циферблат. Осторожно потыкав в нее пальцем, он с удивлением увидел, что она сдвинулась вокруг невидимой оси, словно держалась на одном винтике. В этот же миг с циферблата, словно гонимое ветром, выползло влажное и не очень приятное на запах облако. - А, это опять ты, - взглянул на него дед. - Не думал, что скажу это, но я рад тебя видеть. Ты как-то поприятнее будешь этого парня с вороном. Никогда не любил боевых магов еще при жизни. После смерти любовью тоже не воспылал. Ну что, придется, видимо, побеседовать? - Да уж хотелось бы, - мрачно кивнул Вася, с лязгом и скрипом вытаскивая из духовки противни и включая ее на прогрев. - Тебе не кажется, что ты и так немного подзадержался с с объяснениями? - Лучше поздно, чем никогда, - нахально ответил дед. - В общем, слушай. Как тебе уже объяснила эта старая клюшка, много лет назад наш род стал первым, принявшим силу из рук могущественного демона. К сожалению, не все потомки достойны столь великого дара, но за неимением лучших кандидатов приходится работать с тем, что есть. Мы - ликвидаторы, и не слушай тех, кто говорит, что это позорно. Это величайшая власть и величайшая ответственность, и ты, никчемный сын великого рода, должен со всей серьезностью отнестись к редчайшему шансу, выпавшему на твою скорбную долю. Все эти клоуны с пауками и канарейками - не ровня тебе, ты всегда был выше их, и выше их всегда будешь - по праву крови, текущей в твоих венах. Ты - Захарченко, и ты обязан беречь и приумножать драгоценный источник своего дара, не размениваясь на мелочную недостойную работу, которая будет лишь отвлекать тебя от истинной твоей цели: служения своему роду. - Так, закругляйся, чего ты хочешь от меня? - невежливо перебил разошедшегося призрака аспирант. - Выкопай картошку у меня на огороде. Жалко же, пропадет, - поскучнел призрак. - Что, в этом и заключается мое служение великому роду Захарченко? - скептически изогнул бровь Вася, задумчиво ковыряя единственную уцелевшую после Фросиного съезда коробочку с разношерстными специями в шуршащих бумажных пакетиках, сверточках и даже спичечном коробке. - А ты способен на что-то еще? - удивился призрак. - Так, а ну полезай обратно, - разозлился Вася, хватая часы. - Делать мне больше нечего, как картошку копать на чьем-то огороде. - Ладно, ладно, успокойся, - примиряюще поднял руки Мафусаил. - Просто съезди в дом и забери вещи, которые скажу, хорошо? Деньги у меня там, кстати, тоже есть. Ты же не откажешься от денег, правда? И мебель. Много отличной мебели, я слышал ваши разговоры. Зачем что-то красть и, тем более, покупать, когда можно забрать то, что уже есть? - Далеко ехать? - тоскливо спросил Вася, скрывая интерес. Какое-нибудь наследство кроме таланта к убиениям невинных душ сейчас пришлось бы очень кстати. Нет, вполне достаточно было и квартиры, даже более чем, но раз уж ни одну из комнат сдать не удастся - нужно как-то выкручиваться. Да и чем черт не шутит, вдруг действительно найдется диван хотя бы для Вари, которую ее семья явно уже достала по самое не могу? Вот только опять тащиться в Устин-Суходольск ужасно не хотелось... - Нет, не больше полутора часов на электричке, - оживился дед. - Ты же наверняка знаешь про Верхние Осельки на Пери? Вот там-то я и жил последние годы. - Впервые слышу, - честно признался парень. - Но название мне уже не нравится. Как-то неуловимо веет Бендером и космическими кораблями, бороздящими просторы Большого Театра. Меня там точно не побьют за какие-нибудь твои грехи в духе великого комбинатора? - Ну... - уклончиво протянул Мафусаил. По бегающим глазкам призрака можно было легко прочитать, что бить будут, причем долго, усердно и, наверняка, очень больно. - Ты, главное, цыганам на глаза не попадайся. - И много там цыган? - подозревая недоброе спросил Василий, прикидывая, есть ли у него в организме лишние зубы и сожалением понимая, что ничего подобного не наблюдается. - Почти вся деревня, - сокрушенно покачал головой призрак. В общем, тебе на Ольховую улицу, а там увидишь. Дом по правую руку будет, не перепутаешь. - Хорошо, завтра съезжу, - закатил глаза аспирант. - А теперь рассказывай. - Что? - притворился лопухом дух. - Я много чего знаю. А теперь-то - еще больше. - Не юли. Начни с демонов-покровителей, а то я не люблю обрывочную информацию, - Вася демонстративно покачал в воздухе часами, безмолвно намекая на грубый шантаж с его стороны. - Демоны... Ты представляешь себе, сколько информации растворено в воздухе? И вся она - как на ладони для тех, кто может ее увидеть и понять. Стоит мне задуматься о чем-то, и я сразу же получаю все знания, которые когда-либо имело человечество, все верования, предположения, идеи... - призрак мечтательно парил в воздухе, наворачивая под потолком пятый круг. - Да, да, я себя так же почувствовал в лицее, добравшись до полного собрания большой Советской энциклопедии, - оборвал его Вася. - Ты специально тянешь время до прихода Олега? Он с тобой церемониться не будет, он на тебе будет меня учить. Так что если есть какие-то семейные тайны, то выдавай все авансом и в полном объеме, паясничать и нагонять жуть будешь потом. Мы с тобой уже не родственники, мы - некромант и его работа. Если я про это и могу забыть, то мне очень быстро об этом напомнят. Так что прекращай. - Демоны бывают нескольких видов, - сдался мертвец. - Условных классификаций много, но все они ошибочные и неточные. Если разделять их грубо, то есть демоны-духи, это сильные души древних колдунов, мощь которых была столь высока, что потомки не смогли впитать ее до конца. Такая душа переходит после смерти на новый уровень, закончив менять физические тела. Иногда их называют ангелами-хранителями. Обычно они уже в последних жизнях достигают такого уровня умственного развития, что еще в бренном теле отрешаются от мира людей, жестко дифференцируясь с ним. Уходят в монастыри, горы, замуровывают себя... Люди, при жизни видящие энергетическое и информационное поле, берущие из него любую информацию или силу. Их достаточно много, встречаются они часто, но очень уж не любят мертвецов, которые зависли в мире для живых. - Кстати, а как выглядит мир живых изнутри? - Вася забрался на подоконник с ногами и уставился во двор, теребя в руке ремешок часов. - Видят ли призраки людей? Видят ли люди призраков? А если человек при жизни боялся привидений, то после смерти, осознав себя в ином качестве, он будет продолжать их бояться? А если будет, то себя он тоже будет бояться? А бывает такое, что призраки не видят друг друга и скитаются в толпе живых? Или не могут отличить живых от мертвых? - Что, не знает Адка таких ответов, да? - осклабился дух. - Мир живых и мир мертвых - это как два газовых облака. Живой человек с определенными талантами может однажды случайно провалиться к мертвецам и хорошенько исполосовать волосы сединой. Обычно эти два мира ровным слоем друг на друге, как два куска стекла разных цветов с прослойкой в виде преграды. Или нет, это как масло и вода. Да, это самое верное определение. Они могут находиться в тесном контакте друг с другом, как всегда и происходит, но не смешиваться. Призраки - пузырьки масла в чашке с водой. Люди - капельки воды в миске с призраками. Если взболтать пузырек с двумя этими веществами, то на некоторое время они, как может показаться, смешаются, но затем природа все равно возьмет верх: мертвым мертвое, живым живое. Мир бесплотный не имеет красок и звуков, если ты шел по улице, а она внезапно обесцветилась и притихла - проверь, не сбил ли тебя автобус. Живой человек на мертвом слое - как красный воздушный шарик на черно-белой фотографии. Усопшие сразу поймут, какой гость пожаловал. В свою очередь, призраки чаще всего не видны здесь, потому что почти не попадают к людям случайно. Из ста тысяч человек только десять смогут увидеть мертвого в толпе живых, но только один из этих десяти поймет, кого же именно он видит. Это я говорю о тех, кто может нас видеть стабильно и постоянно. А что касается случайных встреч... В среднем за свою жизнь любой человек видит около двадцати-двадцати пяти мертвецов, но не догадывается даже об этом. И не догадается до тех пор, пока случайно не пройдет загробного гостя насквозь. Что касается страха неупокоенных душ... Боятся живые. Всего боятся: потерять работу, сломать ногу, опозориться в компании, не добиться успеха... И, конечно же, смерти и ее последствий. А вот нам гораздо спокойнее. Мы-то знаем, что все страшное позади. Так что нет, призраки не боятся призраков. Мы не можем причинить друг другу вреда, разве что морально. Но для совсем у ж больных идиотов тоже есть своя кара. Ты с этим еще столкнешься и как следует посмеешься: рано или поздно к тебе придет призрачная толпа, предложит какую-нибудь плату и закажет на вечное успокоение своего загробного товарища, который уже всех достал. Для многих перерождение закрыто еще долгие, долгие годы после смерти в качестве наказания. Кто-то сам уйти не может. Кто-то не хочет. Смерть - это весело, ведь всегда можно прицепиться к какому-нибудь дурачку и прожить его жизнь еще раз, а потом еще раз, а потом... - Стоп, это я уже слышал, тетя Ада тоже не лыком шита, - Василий прервал монолог на полуслове. - А у вас есть какой-то единый мертвый язык? Как вы все общаетесь? - Слова не нужны. Вернее, нужны, но... Мыслительный процесс проходит несколько иначе, не так, как у живых. Когда ты жив - ты один, и в любую секунду времени ты полагаться можешь только на себя. Но если ты мертв - с тобой вся сила и знания всех предыдущих поколений. Если мне понадобится, я так же легко заговорю на суахили или азбукой Морзе. Я же говорил: единая информационная сеть натянута в воздухе, все как на ладони, любой вопрос получит свой ответ, достаточно просто как следует подумать, что же ты хочешь знать. - О. Слушай, а Есенин сам повесился или ему кто-то помог? - оживился филолог. - Давно хотел узнать. А, да, и что же все-таки стряслось на перевале Дятлова? Существует ли на самом деле Александрийская библиотека? Куда делась Янтарная комната? Существовала ли Атлантида? Общество Анненербе добилось каких-нибудь результатов в своих изучениях? Почему у Сфинкса нет носа? - Про демонов больше не интересно? - удивился загробный лектор. - Сфинкса делали не от балды, а в качестве статуи фараону Хефрену. А тот в свое время заразился сифилисом, лекарство от которого изобрели через какие-то жалкие четыре с половиной тысячи лет. Так что носа ему и не полагалось. - Вот блин, - опешил Вася. - Но ведь у сфинкса-то нос изначально был! - Ну так изначально он был и у фараона, - пожал плечами Мафусаил. - На чем я остановился? Ах да. Демоны-духи. Даймонии... С ними, пожалуй, все, разве что... Они очень, очень не любят мертвых, пристающих к живым. Так что обычно их политика невмешательства заканчивается там, где начинаются попытки мертвеца повеселиться за счет живого человека. Помнишь, ты в одиннадцать лет по заброшенной стройке лазил и вдруг решил, что было бы очень здорово спуститься на тросе подъемного крана с седьмого этажа? Это тебя твоя прабабка подзуживала. А помнишь, как ты передумал, почти добравшись до кабины машиниста? Это ей пролетавший мимо демон пенделя отвесил. Вот так-то... В противовес даймониям - элементальные. Слышал такое умное слово как "каббала"? Так вот забудь все, что ты о ней знал. Это одно из самых страшных направлений для живых. Те существа и вещества, обитающие там - то, что действительно можно назвать демонами в классическом людском пониманий... Там живут демоны мест и вещей. Демон огня, воды, дерева, крови, поэзии... Они - не мертвые люди, и никогда им не были, это что-то иное... Но знания такого уровня доступны только демонам-духам, мертвым магам, не бравшим свои знания у кого-то в долг, как это сделали наши с тобой предки. Среди элементалей есть очень мощные и древние создания - архонты. "Велиар", "Белиал", "Бальтазар", "Вельзевул", "Ваал", "Асмодей", "Балбан" - все они олицетворяют собой какие-то человеческие пороки и слабости, являясь демонами этих изъянов. По воле судьбы и первого в нашем роде мага смерти, они и являются демонами-покровителями некромантов. Они питаются человеческим огнем, потому и дают взамен силу. По древнему уговору, этот огонь ни на минуту не должен гаснуть. Поэтому некромант не может умереть, не передав свой дар - костер умершего гаснет вместе с ним. Чтобы получить возможность задуть собственную свечу, некромант отдает взамен ее огонь своего сына, внука, правнучки... Огонь никогда не должен гаснуть. - О чем болтаем? - Хольгер открыл дверь в квартиру настолько тихо, что Вася от неожиданности чуть не навернулся с подоконника, в последний момент невероятным образом ухватившись за оконную ручку стеклопакета. - Я добыл мамонта! - И кто у нас сегодня мамонт? - заинтересовался Вася, внезапно поняв, что чертовски голоден: на часах почти два, а он так и не позавтракал. Утром слишком нервничал перед лекцией, а по приходу домой было ну как-то совершенно не до того. - Ого, какой пупырчатый. Курица, кило картошки, бутылка пива, шоколадка, майонез... А где сыр? - Какой такой сыр, слюшай? - Хольг выдернул из-под руки у филолога банку пива и засунул в морозилку. - На сладкое советую не покушаться: откусишь кусочек шоколадки - Варя откусит тебе голову. Извини, друг, денег в обрез было. Картошка и под майонезом отлично запечется, ей сыр не так уж важен. - Ей - нет, - страдальчески вздохнул Вася. - А вот мне - очень даже важен. Ладно, шут с тобой, у меня все равно денег - на метро только. Грех жаловаться, если есть хоть что-то, причем весьма недурственное. - Я отобью Варьке смску, она по дороге домой зайдет в магазин и сопрет там тебе три килограмма сыра каждого вида, не кисни, - подмигнул Олег, внезапно просияв. - Точно! И пива мне принесет, а значит - это я могу выпить прямо сейчас. - Может, не стоит? - усомнился Вася и, непонимающе посмотрев на вытянувшееся лицо Хольгерта, спешно поправился: - Я не про пиво, пей на здоровье. Я имею ввиду, может, не стоит Варе вот так вот без особой причины умирать голодной смертью вместе с тем несчастным ребенком? Я, конечно, по той свече еще не ходил, но что-то мне подсказывает, что это весьма сомнительное удовольствие. - Да ну, она привыкшая, - легкомысленно отмахнулся медиум, тыкая пальцем в телефон. - Она столько раз уже умирала, чего мелочиться? Разом больше, разом меньше. Ты картошку собираешься чистить или где? Наша инфернальная мадам только что написала, что прозвенел звонок на последнюю лекцию. Так что у тебя на все приготовления максимум два часа, это с учетом захода в магазин и дороги до дома. - Знаешь, а давай-ка помогай, - внезапно то ли разозлился, то ли обиделся на черствого Хольга Вася. - А то представляешь, приедет Варя, а еда еще не готова. Возьмет и выпьет твое пиво со злости. - Да ну, она пиво-то не особо, - неуверенно возразил Олег, вываливая картошку в мойку и освобождая овощечистку от упаковки. - А ты - вредный тощий лжец. Обещал, что если я схожу в магазин - ты приготовишь поесть. И что в итоге? Рабский труд с моей стороны, барские замашки с твоей, а на выходе полный пшик вместо королевского обеда. - Я обещал приготовить, но про картошку ничего не говорил, - слегка успокоился Вася, освобождая курицу от упаковки и задумчиво рассматривая ее хладный труп. - Слушай, у меня в комнате термос есть где-то под вещами - перелей в него пиво, а? Запечем птеродактиля на бутылке, хрустящей корочки в два раза больше будет. - Только при условии, что пятьдесят процентов шкуры - мои, - облизнулся медиум и с грохотом унесся вглубь квартиры. - Вась, а ты уверен, что у него все в порядке? - послышался голос деда откуда-то из-за холодильника. Успевший отвлечься Василий к его немалой гордости почти не вздрогнул от неожиданности, лишь слегка присел. Не так уж и часто с ним разговаривала мебель, как-никак! - С головой? - уточнил филолог. - Я абсолютно и полностью уверен, что у него все совершенно не в порядке. У него ручной зомбированный паук-птицеед и трупы голубей в комнате. И какая-то демоническая харя в углу. Как ты думаешь, насколько у него все может быть в порядке? - Да я не об этом, - отмахнулся вполне видимый дух. - Он какой-то... Такое чувство, что человек умер, слегка подтух, а потом его душу вселили в его же тело и сказали "живи". Он даже не горел. - А справки навести в своем загробном интернете не догадался? - Вася потянулся за специями, пройдя духа насквозь и отметив отменно гадкое ощущение, которое при этом испытал. - Он получал дар одновременно с рождением. - А, ну это многое объясняет, - хмыкнул призрак, наблюдая за натиранием куриного трупа специями. - Отстань от него со своей моралью, он действительно не понимает, почему нельзя заставлять ту идиотскую девочку раз за разом умирать... Что ты делаешь, ты что, совсем кретин?! Олееег! - Что за фигня здесь происходит? - шедший по длинному коридору медиум преодолел последние метры парой прыжков. - Вась, ты что, совсем дебил?! А ну положи на место! Филолог, высыпавший себе на ладонь специи из коробка, застыл от неожиданности. По отдельности оба эти индивидуума иногда намекали или прямо говорили о своих сомнениях относительно его ума и адекватности. Дед так вообще с этого начал их знакомство. Но чтобы великий Мафусаил Захарченко позвал незнакомого ему сопляка-медиума воплем через всю квартиру? И при этом Хольгерт, не введенный в курс дела взбалмошным предком, моментально оценил ситуацию и сразу же составил о Васе ровно то же самое мнение, чуть ли не слово в слово? - А что, собственно, происходит? - как можно спокойнее спросил Вася. - Ты часто коноплей курицу натираешь? - вкрадчиво поинтересовался Олег, аккуратно перехватив Васино запястье одной рукой, а опустевший спичечный коробок другой, и медленно пересыпая травку в место ее хранилища. - Смотри, тут даже целый листочек есть... Это не говоря уже о том, что ей на всю кухню разит. - Эээ... В сортах гов... Гкхм. Фигни не разбираюсь, - передернулся Вася, одним движением ссыпая всю горку в коробочку. - Ну и дурак, - хором резюмировали оба мага - живой и мертвый. - А бабка-то не промах, - оценивающе осмотрел количество и качество травы Олег. - Кажется, мне нужно отойти на балкон. У тебя зажигалки не найдется? У меня как раз пара сигарет осталось. - Увы, у меня нет ни зажигалки, ни балкона, - спокойно отнял у него коробок Вася. - Зато есть куча нечищенной картошки в мойке. Действуй. - А это не бабкино, это внука, - внезапно включился в диалог Мафусаил. - А за холодильником коробок спичек лежит. Вась, а давай бартер: я тебе сейчас подскажу, как делать из мертвых зомби, а ты нам коробок отдашь? Потренируешься пока на курице, а мы проведем, так сказать, дегустацию? - У тебя нет легких и тела в целом, - напомнил Вася, зная, что у него все равно ничего не сложится с несчастной птицей. - На что ты надеешься? - А вдруг получится? - с энтузиазмом воскликнул Олег, перебивая Мафусаила. - Я буду первым медиумом, накурившим духа! - Вы знаете, вот сейчас я вам на двоих дам двадцать шесть лет, а не на одного, - признался Вася. - Делайте что хотите, но сначала - и мне все равно, кто именно - вы почистите картошку. И я все расскажу Варе. - Ну мааам! - заныл Олег, орудуя, между тем, овощечисткой. - И тебе все равно никто не поверит. Мафу... Мофуса... Тьфу, дядьгеной будешь. Короче, расскажи ему, как сделать зомби, а то у меня с матчастью плохо, я всегда на лекциях тети Ады засыпал. - Ну, щенок, - великий Мафусаил Захарченко со смешанными чувствами посмотрел на наглого медиума, но все-таки перевел взгляд на Васю. - Ладно, так уж и быть. Смотри, вот перед тобой труп, безжизненное тело. Ты его видишь, можешь потрогать, почувствовать запах... Последнего, кстати, советую избегать по понятным причинам... Так вот. Теперь представь, как она отращивает голову, лапы, обрастает крыльями, хвостом, клювом - короче, представь себе обычную живую курицу. И на месте ее сердца и мозга представь две светящиеся точки. - Курицу представляю, крылья, перья, лапы - тоже, а вот на точках в фантазии что-то заедает, - спустя пару минут честно признался Вася, не отрывая взгляда от курицы. Недостойная птица, учитывая концентрацию его внимания и воли, должна была бы уже как минимум совершить трансатлантический перелет, но пока даже не пошевелила окорочком. - На этих местах словно черные дыры. - Хм... А, ну да, так и должно быть, - подтвердил дед. - А ты представь, что вокруг тебя воздух словно чуть-чуть сияет. Собери все это сияние в один комок, раздели на две части и воткни в тушку. Все, мы пошли. - А картошка? - возмутился Василий. - Почищена! - торжественно воскликнул Олег, торопливо пересыпая кожуру в пакет из под продуктов и шаря рукой за холодильником в поисках спичек. - Ага, нашел. Все, мы на чердак. - Не навернись, - вздохнул Вася в спины Хольгерта и хихикающего в предвкушении призрака, нанизывая курицу на бутылку и убирая в духовку. - Наркоманы, блин... Минуты неторопливо поползли вперед. Картошка была нарезана на кружочки и спустя какое-то время выложена на вытащенный из духовки противень с горделиво возвышающимся по центру бройлером. Щедро полив корнеплод майонезом и насыпав сверху паприки и укропа, Вася засунул все обратно в недра плиты, чуть убавив температуру. Прибрался на кухне, вытер стол, вымыл раковину, переселил упаковку от курицы и опустевшие пакетики от приправ в пакет к очисткам, туда же отправился мусор с пола, поднятый случайно забытый прежней хозяйкой квартиры веником. Критически посмотрев на плоды своих трудов, Вася прикинул шансы на помощь со стороны Олега и, не дожидаясь возвращения медиума, вынес пакет в мусорный ящик во дворе. Его спокойствие прервал Варин звонок: - Привет, пара закончилась раньше, препод отравился. Так что я скоро буду. Что там насчет еды? - Курица и картошка подвергаются инквизиторским пыткам, - попытался пошутить аспирант и, не удержавшись от соблазна, наябедничал. - Варь, Хольг Мафусаила пытается накурить случайно найденной травкой. - Да ну брось, не верю, - неуверенно ответила девушка. - Они предупреждали, что ты так скажешь, - тяжело вздохнул Вася. - В общем, ждем тебя. Только не заходи в тот магазин, ладно? Еда есть, шоколадку тебе Олег тоже купил, так что обойдемся сегодня без умираний. - Да прекрати, это не так уж и страшно, - возразила девушка. - Тем более, что Олег пригрозил, что ты меня не впустишь, если я не куплю пива и сыра. Что, и правда не пустишь? - Я, вообще-то, не пью! - возмутился было Василий, но вспомнил тот злополучный вечер на чердаке и решил не развивать тему. - Короче, ждем и... Блин, курица стучится в стекло! - Ты вместе с ними курил, что ли? - деловито осведомилась ведьма. - Мне, надеюсь, оставили? Через десять минут буду, принесу чипсов и конфет, не смейте все без меня добивать! - Нет, ты не понимаешь, она правда стучится! - завопил в отчаянии аспирант, с ужасом наблюдая, как практически готовая, истекающая соблазнительным жирком птица пытается распяленными в разные стороны крыльями открыть дверцу духовки. Изнутри. - Так, я перезвоню, мне сейчас явно понадобится обряд экстремального экзорцизма! - Наркоманы, блин, - повторила Варвара недавнюю Васину фразу. - Восемь минут, держи себя в руках и не подходи к окнам и лестницам, а то вдруг накроет еще сильнее. Скоро буду. В панике уставившись на оживший и соблазнительно пахнущий через дверцу труп, Вася на автомате сунул телефон в карман брюк и попытался придумать, как же поступить. Мысли путались, шаблон был прочно порван. Именно в этот момент спасительно хлопнула входная дверь и в квартиру ввалился слегка пошатывающийся Олег и подозрительно веселый дух Мафусаила: - И как тут мой внучок? - Вот. - Вася со зверским выражением лица ткнул пальцем в сторону некро-курицы. - Хорошо, что хотя бы картошка лежит спокойно. И что теперь? - Ого, ты определенно делаешь успехи! - заржал Олег, наблюдая за подпрыгивающей бутылкой. Мафусаил, полюбовавшись на то же самое зрелище, неторопливо втянулся в часы. - Ладно, упокаивай. - А как? - растерянно посмотрел на медиума Захарченко. - Эм... А ты не знаешь? - сник Хольг. - Ну ладно, давай я попробую. Хольгерт серьезно и как-то даже укоризненно посмотрел на птицу. Птица стыдливо повернулась к нему спиной и попыталась то ли выбить заляпанное собственным жиром стекло окорочком, то ли закопать картошку. Медиум уставился еще серьезнее, выпучив глаза и став похожим на страдающую запором жабу. Курица, которой было уже нечего терять, с удвоенной силой начала скрести гарнир. Олег скрючил пальцы и что-то неразборчиво забормотал себе под нос. Ужин, хлопая румяными крылышками, попытался взлететь. Вася, наблюдавший за всем этим из дальнего угла кухни, почувствовал, что близок к тому, чтобы закукарекать просто из солидарности. В самый критический момент в дверь громко постучали, судя по эпицентру звука - ногой. - О, ты не представляешь, как же я рад тебя видеть! - чуть ли не вытряхивая девушку из кроссовок возопил Вася, спешно утаскивая на кухню одной рукой ведьму, а другой - ее рюкзак и пакет с продуктами. - У нас ничего получается... - Офигеть, - резюмировала ведьма. - О-фи-геть. Либо вы курили прямо здесь, и я надышалась, не заметив... Либо... Кто вообще додумался делать куриного зомби? - Он! - предательски завопили в унисон сразу два голоса - Олега и наполовину вылезшего из часов Мафусаила. - Вот от тебя не ожидала, - укоризненно покачала головой Варя. - А такой хороший мальчик был... - Они меня заставили! - возмутился Вася. - Я же не думал, что получится! - То, что не думал - это видно, - грустно согласилась девушка. - Я смотрю, у присутствующих на этой кухне мужчин данное действие вообще не в чести... А ну-ка... Еще миг назад бьющаяся мухой в стекло, курица застыла и, размашисто покачиваясь, завалилась на спину, задрав кверху окорочка и крылья. Ничто не указывало на безумство, творившееся здесь последние несколько минут. - Я принесла разделочную доску, пластиковые тарелки и отличный нож. Сейчас я иду в душ, а вы кладете в мою тарелку самый жирный и большой окорочок, ту часть картошки, где побольше майонеза, и... нет, пожалуй, ограничимся соком, курить я точно не буду. Травку на стол, кстати. Отныне она хранится у меня. Все все поняли? - хрупкая девушка обвела грозным взглядом понурых мужчин и, отняв у Олега изрядно облегченный коробок, продефилировала в коридор. Курицу разделывали в полном молчании и с некой опаской. Вопреки всем предосторожностям, птица не подавала ни малейших признаков жизни, безропотно позволила ее расчленить и разложить по тарелкам прямо на картофель. Самое страшное явно осталось в прошлом, хоть ребята и нервно вздрагивали от малейшего кухонного шороха и даже движений друг друга. Кушали в неловком молчании. - Ну ладно вам, все же хорошо закончилось, - неуверенно сказал Олег, накладывая себе третью порцию - даже некроманту сложно спорить с собственными физиологическими потребностями, которые подстегнула травка. - А что было бы, если бы я не пришла? - иронически изогнула бровь Варя, обгрызая куриную лапу. - Так и прыгали бы вокруг духовки? Вот что бы вы без меня делали? - Варь... - тихо начал Вася. - Что "Варь"? - передразнила девушка, уставившись на аспирант. - Ну что? Никогда не слышал, что магия - это не игрушка? - Вааарь, - настойчиво повторил Вася, опустив глаза куда-то вниз. - Нет, не перебивай! - разозлилась ведьма. - А что в следующий раз будет? Шествие зомби по Невскому? Ночь живых мертвецов у Спаса? Некро-танцы у Софийского? Хорошо, что ты все это делал дома, а если кто-то увидел бы, что ты учудил? - Варя, блин! - рявкнул Вася. - Что?! - У тебя по тарелке косточки ползают, - пробормотал оробевший Захарченко. И, содрогнувшись, поднял взгляд на ведьмино лицо. - Как думаешь, она не станет прогрызать себе путь наружу?