Любая болезнь излечима.

-Да, Ирэн, я скажу папе, чтобы он забрал твои вещи из больницы. - монотонный голос Сары эхом отдавался в коридоре. -Хорошо, я присмотрю за Эммой, пока ты будешь на обследовании. - некогда скомканный клочок бумаги был резко брошен на пол. - Да, я помню, в каких пропорциях нужно размешивать эту гадость. Брошенная без слов прощания трубка. Мерзкий скрип кровати. Опущенная голова. Спутанные волосы и усталый взгляд. В соседней комнате раздался пронзительный писк. Из гостиной послышался приглушенный вой Тоби, которому надоел плач младенца. Ее просто нужно успокоить. Вот только кого ее? Малютку Эмму или свою собственную душу, которая болит не меньше, чем живот сводной новорожденной сестренки. Моральные колики. Смешное сочетание. Просто обрыдаешься, как смешно! По привычке пройдя в родительскую комнату, Сара взяла на руки объемный конверт с наверняка самым маленьким ребенком на свете: Эмма родилась на месяц раньше положенного срока. Сморщенное красное лицо было больше похоже на игрушечного монстрика, чем на человеческое, маленькие пальчики крепко-крепко сжимали край ситцевого одеяльца. Беззубый рот ежесекундно открывался в плаче, постепенно переходящем в визг и резкие всхлипывания. Она хотела к маме. А Ирэн в это время положили в больницу на обследование и возможное удаление воспаленного аппендикса. -Расскажи ей сказку! Может, тогда замолчит?! - послышался снизу отчаянный крик брата. -Ага! Теперь понимаешь, что я чувствовала, когда ты был таким же мелким, да, Тоби? - тихо прошептала молодая женщина, чуть улыбнувшись и не переставая покачивать на руках плачущую девочку. А кто расскажет сказку ей? Увы, теперь никто. Почему? Он ушел. Он просто ушел, ничего не сказав. Около месяца назад. В тот вечер Сара и Джарет вновь остались дома одни. Мисс Уилльямс, дабы порадовать любимого, находящегося в самом что ни на есть отвратительном настроении, накрыла великолепный стол. Ужин прошел в гробовом напряженном молчании, как и вся предыдущая неделя. Так и не доев и без того маленькую порцию курицы в соевом соусе, Король медленно встал и, подойдя к окну, повернулся к Саре. -Я ухожу отсюда. Вино, как темно-алая кровь, растеклось по нежно-бежевому ковру, мелкие осколки от разбившегося бокала блестели, как горькие слезы. -Почему? - только и смогла выдавить из себя ошарашенная женщина, наивно надеясь на то, что это была его очередная идеально отрепетированная театральная шутка. -Не смей подходить ко мне. - сухо приказал он и, посмотрев на Сару еще с полминуты, в один миг исчез. Сара застыла. Шоковое состояние повлекло за собой волны ужаса и боли. Да такой, что волосы встали дыбом, - она это чувствовала. Поначалу пустое сознание взорвалось чередой сотен вопросов, содержащих слишком часто лишь одно слово: Почему?!

***

-Папа заедет к тебе завтра, Ирэн. - чуть улыбаясь проговорила молодая женщина, выкладывая из рюкзака привезенные по просьбе мачехи вещи и постные продукты. - Вот все, что ты хотела... Короткий кивок на прощание, сопровождаемое все тем же холодным взглядом. Поворот ручки. Холодный свет больничных коридоров. В углу стоит капельница. Тошнота подступила к горлу. В животе, чуть ниже желудка, заныл тугой комок, который Сара чувствовала в себе уже на протяжении нескольких недель. Однако, единственное разумное объяснение этому было одно - нервы. -Сара, тебе нехорошо? - послышался неподалеку от нее мужской голос. - Так... Палата пятьдесят семь. Резко обернувшись, - кто в этой больнице мог знать ее имя? - мисс Уилльямс увидела невысокого молодого санитара. Серо-голубые глаза внимательно всматривались в ее лицо, тонкие губы, испещренные мелкими шрамами, растянулись в неуверенной улыбке. -Нет, все в порядке. - тихо ответила она и, кивнув служителю в знак благодарности и, все еще недоумевая, откуда он мог знать ее, вышла в общий коридор. "Я не помню, откуда пришла..." - Извините, мистер, вы не знаете, где находятся двери? - окликнула она молодого мужчину, делая шаг навстречу к нему. -Двери? - переспросил он, шутливо взглянув на нее. - Какие двери? Пятьдесят восемь. - в стопке бумаг появилась новая карта. -На улицу... - неуверенно ответила Сара, в задумчивости нахмурив брови. "Кто ты?" -Может быть! - лаконично отозвался собеседник, все еще перебирая медицинские листы. -Пятьдесят девять. -Так вы поможете мне? - почти раздраженно спросила молодая женщина, скрестив руки на груди. С некоторых пор она возненавидела людей, которые не отвечали ей должным образом на поставленные вопросы. Как бы глупо они ни были поставлены. Какая разница, как была сказана просьба, если мотив и так понятен?... С некоторых пор... -Помочь тебе с чем? - усмехнувшись, вновь спросил санитар, скрепив личные дела пациентов эластичной летной. - А, вот и шестьдесят! -Как я могу выйти из больницы? - улыбнувшись, спросила Сара, хитро приподняв бровь. -А вот это уже совсем другой разговор! - мужчина одобрительно покачал головой и, пройдя мимо мисс Уилльямс, поманил ее за собой. Шагая рядом с почти неизвестным ей человеком, молодая женщина стала подмечать для себя некоторые детали, которые могли бы помочь ей узнать в нем старого друга из Заветного места. Короткие волосы цвета соломы были упрятаны под светло-голубую медицинскую шапочку, на пальцах, не скрытых под эластичными перчатками, сверкали кольца с поддельными камнями, медный браслет мерно звякал, подстраиваясь под хромоту мужчины. Хитро скосив глаза и заметив на себе внимательный изучающий взгляд Сары, санитар удовлетворенно хмыкнул и едва заметно кивнул головой. -Да... А ты здорово изменилась. - заметил он, принципиально растягивая слова. - Я-то думал... -Зачем ты здесь, Хоггл? - резко перебив его, спросила мисс Уилльямс. - Не нужно за мной следить. Недовольно поджав губы, мужчина опустил глаза. -Да ты же знаешь, что я не своим желаниям повинуюсь. - и, помолчав, добавил, - Да и вообще, я ожидал куда более радушного приветствия. Женщина, усмехнувшись, остановилась и, покачав головой, протянула руку. Заметив, как ее друг посерьезнел в один момент, Сара удивленно вскинула брови. -Да не могу я до тебя дотрагиваться, пойми, ну! Нельзя! - зло пробурчал он, опуская голову. -Но ведь он ушел от меня, Хоггл. Какая разница, что ты будешь делать? Ведь...твой...Хозяин отказался от... -Да ерунда все это, Сара! Ерунда! - горько воскликнул превращенный в человека сказочный карлик. - Не по своей воле он ушел. Да и не на долго. Задохнувшись от подобного нахальства, - то ли со стороны Джарета, то ли со стороны Хоггла - женщина всплеснула руками: -Ах, какая прелестная новость! Его Величество скоро вновь вернется! Неужели он соскучился по своей верной игрушке?! - почти срываясь на крик, воскликнула она, чувствуя, как на щеках загорелся злой румянец. -Да если бы не война с кочующими эльфами, так он и не уходил бы! - быстро проговорил Хоггл и тут же, испугавшись своих слов, закрыл рот ладонью и продолжил говорить сквозь пальцы. - Да ты представь, каково бы было, если бы его убили там, а ты бы ждала, надеялась! Да так ведь было лучше для вас обоих! Да ты знаешь, как он зол был на самого себя? Да я уверен, он страдает ничуть не меньше твоего! Да, обманул. Но ведь во благо! - заметив, как лицо Сары вытянулось, то ли от испуга, то ли от его недозволенного признания, мужчина выдохнул, горько качая головой. - Да жив твой Король, жив. Уже мирные переговоры ведет. Он ведь, знаешь, свой народ не бросит. Не было у нас еще бед, которые бы прошли без его участия. Ну, иногда эти беды он сам и насылает, но это не важно. Как любит говорить его дворецкий:"Сам заведет, сам и выведет!" Остаток пути до больничных дверей они прошли в абсолютном молчании. Каждый думал о своем. Сара - о том, как можно быть столь мужественным в делах государственных и столь глупым - в любовных. А Хоггл - о том, как несправедлива бывает любовь. Ведь, наверняка, если бы подруга увидела в их первую встречу его настоящий облик,а не гоблинский, то обязательно стала бы его. Да...