Мой Доппельгангер

FB ДонУ POV Как же надоели его постоянные претензии. Мы уже и дня не можем провести вместе, не поссорившись, и это засело все где-то глубоко в самых недрах души и тихо ноет, что друг другом, а пора бы и жизнь строить, а не в машинки в песочнице играть. Но вот мое мнение и мнение СонЁля, моего лучшего друга с самого детского сада, расходятся кардинально. «Ты где?» Ну вот опять шлет смс. Нет меня, исчез, испарился или потерялся. Все равно, только перестань вести себя, как моя мамочка, хотя и она так никогда не вела себя. Эта дружба доведет меня до сумасшествия. - Привет, - почему я не подумал, что он будет ждать меня около моего дома. - Привет, - бросаю фразу в ответ и прохожу мимо него в подъезд. - Ты телефон забыл дома? – идет за мной. - А, да, - поддерживаю его предположения, хотя, наверное, стоило бы сказать, что я просто игнорировал его. Еще один лестничный пролет, не хочу пользоваться лифтом и оставаться с ним в маленьком замкнутом пространстве, и, делая шаг на ступеньку, чувствую вибрацию телефона в куртке, а за ней громкий звонок. - Забыл? - Ну, нет, не забыл, - оправдываться нет желания, да и с чего вдруг я должен это делать. Поднимаюсь выше, сколько там еще до нужного мне этажа. – Не хотел мне отвечать. - Да, - подхожу к спасительной двери и, нащупав в кармане штанов ключи, пытаюсь быстрее открыть дверь. - Мы уже не друзья? – с ноткой истерики в голосе. - Нет, с чего ты взял это? - Сделал вывод. - Твой вывод не верен, - как бы я хотел зайти и закрыть за собой дверь. Оставить тебя за ней и пойти уснуть без разборов полетов и отношений. Вот только мне не позволит совесть захлопнуть перед Ёлем дверь, и наш разговор продолжается уже внутри. Он сам по-хозяйски закрывает дверь. Ему не надо объяснять куда идти, он может спокойно найти все, что ему понадобится в моей квартире даже с закрытыми глазами. Почему меня это не пугает? Беру вещи из шкафа и, игнорируя какие-то реплики друга, отправляюсь в ванну. Никогда не думал, что СонЁль будет таким. Раньше я бегал за ним, когда у того появлялись новые друзья и подруги, мне было интересно с ним и весело, и я сам скучал по его приколам. Но сейчас, неужели он то же самое чувствовал тогда? Черт его знает, но это бесит. Стук в дверь. - Хен, - у меня мурашки бегут от его голоса. – Я останусь сегодня у тебя. - Нет. - Я предупреждаю, а не спрашиваю. Когда я выхожу из ванны, в квартире почти везде темно, лишь в моей комнате горит свет. Захожу, ожидая его увидеть на своей кровати и одновременно планируя забрать подушку и прихватить одеяло, но его нет здесь, значит, лег спать на диване. Внутри все успокаивается, и я быстро засыпаю. - Хен, - приторно-сладкое слышу вдалеке. – Я не могу уснуть, - и какая-то прохлада забирается под одеяло. – Я посплю с тобой. Меня будят его руки, обвивающие вокруг талии, и частое дыхание, обжигающее шею. Кажется, пора начинать бояться. Сон испаряется и уже не посещает меня до самого утра, в голову в это время беспощадно лезут мысли о переезде, переводе и вообще полном исчезновение из города. Но ведь глупо. Какая-то мания у меня. - Хеен, - меня скоро будет доводить до белого каления это слово. – Спишь? – делаю вид, что сплю. – Надеюсь, тебе снится наше будущее. Знаешь, раз ты спишь, я тебе кое-что расскажу. Мне недавно стало ясно, что ни от чего мне не становится так хорошо, как от общения с тобой. И чем больше я об этом думаю, тем больше хочу тебя видеть. У меня так было с щенком в детстве, тогда мы еще не были знакомы, - он замолкает, поворачивается к моей спине лицом и почти на ухо шепотом продолжает. – У меня был щенок. Родители подарили мне его, когда у меня совсем не было друзей. Он был таким ласковым, послушным и постоянно меня облизывал. Мы вместе гуляли, и он никогда не подходил ни к кому. Только мой. Был. Но однажды он почему-то убежал к какой-то девочке, и я заметил, как он ластится к ней. Мой щенок, понимаешь? А потом я встретил тебя. Он опять замолчал, а я напряг память, пытаясь вспомнить щенка СонЁля, но это у меня не вышло. Мы переехали тогда в Сеул и поселились на одной улице. Я часто ходил к нему, а он ко мне, но почему я не помню его? - Хен, - вновь повторяет Ёли, и чувствую горячее прикосновение к спине, сопровождаемое дыханием. – Мой щенок больше не убегал от меня. Он остался только моим, и мне до сих пор с ним очень весело. Надеюсь, ему нравится то место, что я выбрал для него. Он всегда любил грызть ветки сакуры, поэтому я похоронил его под ней. Его щенок умер перед нашим знакомством? Даже немного грустно от такой истории. То ли от жалости, то ли еще почему накрываю руку, лежащую на мне своей. Сжимаю, но будто бы во сне. Прости, я не оставлю тебя. - Не оставляй меня, Дону. Я не хочу терять и тебя. Он остается у меня почти через день. А по утрам я чаще обнаруживал, что в кровати не один. Стоило задуматься о происходящем, но я сильно расслабился, притом мои мысли были заняты новым знакомством. - Дону, - еще один сон прерывается голосом СонЁля. – А чей это номер у тебя в исходящих? - Девушка, - в полудреме отвечаю и проваливаюсь в сон. - Хен, - я только упал на кровать после возвращения с вечеринки. В голове кружит карусель, с губ не сходит улыбка, и хоть сил и нет, но внутри все в нереальном движении. Сердце колотится как заведенное, перед глазами все еще яркий танцпол, а в ушах отдают воспоминанием биты. - Я бы еще потусил, - переворачиваюсь на спину и, закрыв глаза, потягиваюсь. – У меня еще столько скрытой энергии. - Хен, давай ее потратим, - чувствую возникшую из неоткуда тяжесть на бедрах и, лениво приоткрыв глаза, смотрю на сидящего на мне Ёля. - Слезь. Или решил меня защекотать? Я хоть и полон сил, но сопротивляться мне лень, - смеюсь со своих слов, в которых сам себе противоречу. - Нет, - подпрыгивает на мне и ерзает. - Ну, СонЁль, я хочу спокойно поваляться и, успокоившись, уснуть, - пытаюсь спихнуть его с себя рукой, но он перехватывает их. Мокрое горячее прикосновение к ладони заставляет открыть глаза снова. Я как завороженный смотрю на Ёля, посасывающего мой палец, как он его облизывает и скользит губами. Сердце ускоряет ритм еще больше. – Что ты делаешь? - Не нравится? – отпускает мою руку, и она безвольно падает на кровать. – Хен, тебе понравилось же? – он трется об меня, запускает длинные прохладные пальцы под майку и гладит ими живот. - Что ты делаешь? - Приятно, - наклоняется, замирая в нескольких сантиметрах от моего лица, и смотрит в глаза. Меня передергивает, когда его рука пробирается под резинку штанов. – Я сделаю нам обоим приятно. Той ночью произошло то, о чем я пожалел и не раз – мы переспали. На утро было жутко внутри от осознания произошедшего. Секс с парнем, с Ёлем, не лез ни в какие рамки и оправдания были неуместны. - Это ошибка, мне нравятся девушки, - я который раз пытаюсь объяснить парню, что прошлой ночи не повторится. - Но ты меня имел вчера, и не вспоминал ни о каких девушках. - Да мало ли что по пьяни можно сделать. - Отсосать да, а трахнуть лучшего друга – нет, - он сидит на диване, как ни в чем не бывало, и смотрит на меня. – Признай, ты ко мне что-то испытываешь. - Ты мой друг. Был. - А теперь я твой парень. Стал. - Нет, - шумно выдыхаю и собираюсь ставить на всем жирную точку. – Мне нужно свыкнуться, а лучше поскорее забыть произошедшее, и тебе тоже, поэтому давай какое-то время не будем видеться. - Нет, меня все устраивает. - А меня нет. Этот разговор ни к чему не приводит. Он не уходит и продолжает ночевать в моей квартире, каждую ночь возвращаясь в мою постель. Мне приходится переходить на диван в гостиной, но и там он через какое-то время находит меня. Единственное решение, что я вижу - временный переезд к своей девушке. Телефон все чаще отключен, но когда приходится его включать, чтобы позвонить родителям или проверить звонки, начинают приходить десятки сообщений. Отправитель один – СонЁль. Спустя две недели я меняю квартиру, но, вернувшись за вещами, нахожу сидящего под дверью Ёля. - Привет, хен, - произносит, не поднимая глаз от пола, – давно не виделись. Где был? - У девушки. - А, пытался забыть ту райскую ночь? – посмеивается парень. - Да. - Давай повторим? – он поднимает на меня глаза, а они блестят, и этот блеск отдает сумасшествием. - Мне нужно забрать свои вещи. - Забирай, - отодвигается от двери, позволяя зайти мне. Под пристальным взглядом, буравящим во мне дыру, и гробовую тишину даже сообразить не могу, что из вещей нужно забрать сегодня. Поэтому решаю взять пару самых основных и быстрее уйти. - Дону, - тянет парень и по коже бежит табун мурашек, а ладони холодеют. – Ты меня предаешь, как мой щенок, - не понимаю, о чем он, и опять этот щенок, что б ему. – Я надеюсь, ты тоже любишь сакуру, - разворачиваюсь к нему и пытаюсь прочитать во взгляде что-то, хоть отдаленно напоминающее здравый смысл. Голова парня наклонена немного в сторону, губы растянуты в застывшей улыбке, а глаза горят. – Ты же любишь сакуру? – губы растягиваются еще сильнее, а голос немного срывается. – Ты будешь рядом с Пори лежать под сакурой. Только мой. Рука вытягивается перед собой. Пальца сжимают темный ствол пистолета, а парень смеется. - За предательство надо платить. - Ёль, опусти, хватит сходить с ума. - Да, хватит, пора. В мгновение ока шею Ёля обвивают чьи-то руки. Резкое движение, и он с шумом падает на пол, оставаясь лежать с закрытыми глазами. Тело не поддается мне. Стою как вкопанный, смотря на лежащее на полу тело с зажатым в руке пистолетом. Что случилось? Что произошло? Кто это сделал? А сил поднять глаза на стоящего человека нет. - А сказать спасибо? – голос до боли знаком, и теперь еще страшнее узнать кто это. – ДонУ? Твой друг был бракованный вариант. - Кто ты? – мне страшно, нереально страшно и жутко, потому что около тела Ёля стоит он же. Его точная копия, близнец. Один в один до морщинки в уголках глаз. - СонЁль, - улыбается парень. – Я уберу все, не переживай, и если не хочешь переезжать - оставайся. Хотя сомневаюсь, что ты останешься, - вполне бодрым голосом говорит, будто бы вернулся мой старый друг. – Он бы убил тебя. Так что с тебя должок. ____ - Ты сам сказал, что он сошел с ума, - Дону отпивает вина заботливо налитого в бокал стоящим сзади Ёлем. - А причина? – делает глоток из горла, не отходя от старшего, и проливает немного красной жидкости на плечо Дону. Тот шипит, но рука, держащая старшего за талию и прижимающая его к СонЁлю, не позволяет отойти. – Прости, - язык касается кожи, покрытой каплями вина. - Не знаю и перестань, СонЁль. - Все так же неприступен, - слизав все красные капли, Ёль оставляет теплый поцелуй на плече. – Когда надоест ломаться - приходи снова. Напьемся, вспомним день знакомства, первого твоего двойника и забудемся как тогда с тем, другим мной. Ты же сам знаешь, что память передается от одного к другому, и я могу точно сказать, что тогда тебе безумно понравилось, - он переходит на шепот. – А представь, что умею я. Как только в бутылке заканчивается содержимое, гость СонЁля покидает его квартиру, оставляя хозяина в гордом одиночестве и полном распоряжении ночи. - Одна миссия, одна судьба, много жизней – один настоящий исход – смерть. _______ СонЧжон мирно спит, а я лежу рядом с ним. У малыша до сих пор красные губы от поцелуев и растрепанные волосы. Я не дал того, чего он хотел, просто не смогу переступить через себя и переспать с таким хрупким и красивым существом. Рассматриваю его, замечаю на руке под браслетом какую-то надпись. Аккуратно сдвигаю украшение и пытаюсь прочитать замысловатые символы-закорючки, когда на лестничной площадке громко хлопает дверь – он вернулся. Приходится встать и уйти к себе. В квартире темно и тихо. Но потом до моего слуха доносится журчание воды из ванной. По какой-то глупости, иду на кухню и готовлю ужин для себя и него. Несусветная глупость, но уж какой есть. В течение часа ДэРен так и не выходит из ванной, поэтому ужинаю я один. Подождав еще немного, иду к себе и ложусь спать. Свет горит только в ванной, проникая тонкой струйкой в щель под дверью. Вода то затихает, то вновь шумит. Я засыпаю под ее шум. Утром я не нахожу Дэрена.