Мой Доппельгангер

Мне бы радоваться, но внутри когтями скребет тревога. Ну не мог он просто так исчезнуть без особо веской причины, как я понял из рассказа СонЧжона. Несколько дней я не ощущаю его присутствия вообще: ни мыслей, ни взгляда за спиной, ни даже его кофейного аромата в квартире. Даже конфеты закончились вчера, а сегодня вечером новой купленной порции не оказывается в шкафчике. - Радуйся, может он уже умер, - немного холодным тоном произносит мой сосед. – Одной огромной проблемой меньше. Тут не поспоришь, вот только все та же кошка, что заделалась внутренним зверем под названием тревога, мяучит противным голосом, уподобляясь мартовским котам ночью на улице. И орет очень знатно и громко о том, что если что-то случилось с ДэРеном, так почему я не могу стать следующим исчезнувшим параноиком. - А если появился другой доппельгангер в городе… - Я бы ощутил, - прерывает меня на полуфразе Чжони. – А если не я, так он. Малыш так и не оглашает имени этого загадочного человека, но даже в словах чувствуется сила неизвестного. - Раз ты так уверен, - потираю ладонью лоб и пытаюсь забыть все плохие мысли. - Если он появится - дай мне знать. - А ты сам не почувствуешь? - Дай знать, мало ли что будет. Не хочу найти тебя как прошлый раз - полуживым. Проходит еще несколько дней. Я спокойно хожу в универ, даже периодически забываю про злого двойника, испортившего не только мне жизнь, но и лишившего Мин ее. Все возвращается на круги своя, жизнь не стоит на месте, когда кто-то умирает, и никто не выходит в окно, когда терзающий и изводящий тебя ранее момент покидает личное пространство. Сложнее привыкнуть к чувству, охватывающему меня дома, когда в квартиру приходит сосед и теперь совсем не так невинно как раньше улыбается, сидя напротив меня. «Схватить за шкирку и бросить на кровать». Уверен, он поддержит мои мысли и ответит неплохой ночью. Осталось переступить через какой-то свой пунктик и поддаться искушению с красивыми чертами лица и соблазнительными губами. - Идем, - ночь почти вступила в свои законные владения, отсчитывая на часах ровно одиннадцать, когда СонЧжон врывается, а это по-другому и не назовешь, ко мне. – О, еще не в кровати, вообще замечательно. Он стаскивает меня с дивана и ведет к двери, на все вопросы отвечает коротко: «Идем, там все поймешь». И выбора не остается, кроме как натянуть ботинки, надеть куртку и пойти туда, не знаю куда, но хотя бы зная с кем. - И? - Подожди, - младший не сбавляет ход. Мы петляем какими-то переулками, вглубь самых темных и богом забытых районов города, куда и днем не будет желания сунуться, а уж ночью и подавно. Заходим в проулок, освещенный только светом луны и, еще немного пройдя, останавливаемся у двери. Она противно скрипит, впуская нас внутрь и открывая нам спрятанные развалины. Откуда-то сверху струится свет, какой-то совершенно неестественный, и освещает кое-как возможный проход через завалы мусора, камней и старых досок на второй этаж - к месту нашего назначения, как я понял. - Идешь? – СонЧжон отпускает мою руку и уходит вперед, проворно переступая через все препятствия – он тут явно не первый раз, так почему не расчистил все здесь. - Иду, малыш, - мне не удается повторить подвига Чжони и бесшумно преодолеть препятствия, потому, ругаясь в душе самым благим матом, я дохожу к более-менее расчищенной лестнице. Мой сосед приставляет к губам указательный палец, прося двигаться как можно тише и молча, и взмахом руки ведет за собой. В единственной комнате со светом раздается шум и тихое хихиканье. Мы почти дошли, когда парень останавливается и резко поворачивается ко мне. - То, что ты увидишь, возможно, шокирует тебя, но если ты хочешь жить – это единственный вариант, - киваю в ответ, мысленно готовясь принять все. В комнате нет электричества, хотя в этом доме уже скорее всего давно испортилась вся проводка, а если нет, то ей помогли грызуны, поэтому комнату освещает несколько керосиновых ламп – и откуда они только взяли их. Посреди комнаты сидит привязанный к стулу человек с мешком на голове, а недалеко от него стоит кто-то в маске. - Привет, - макне, широко улыбаясь, проходит в центр, останавливаясь около связанного. Он одним быстрым движением, не давая мне времени привыкнуть к мысли о том, что тут может происходить, срывает мешок, и передо мной предстает мое отражение. Один в один, только глаза напуганные, хотя кого я обманываю, я сам напуган не меньше связанного парня. – Ты говорил что-то про «если вдруг появится…». Ну, так вот, как только он появился, мы его нашли и поймали. Хочешь - можешь потрогать, - лукаво улыбнулся младший и пальцем поддернул подбородок моей привязанной копии. – Похож ведь, но его руки в крови – в крови других доппельгангеров. Я молча стою как вкопанный. И что прикажете делать? С собой… - Ты хочешь жить, Сорен? – я слышу его вопрос, но понять смысл не могу. В каком смысле: хочу ли я жить? Конечно, хочу и как можно дольше. – Да или нет? - Да. - Хорошо, - СонЧжон наклоняется, опираясь руками на колени моего двойника и смотрит ему в глаза. Другой человек, тот, что в маске, подходит ко второму мне сзади и накрывает рот ладонью. Что вы будете делать? – Тебе не следовало приходить в этот мир, - даже отсюда вижу, как сияют глаза Чжони. – Я не дам в обиду своего Сорена. Сосед прикасается к груди второго меня, закрывает глаза и прижимается лбом к чужому лбу. Парень не может двигаться, его голову фиксирует неизвестный. Губы Чжони начинают шевелится, произнося неслышные мне слова в скороговорке, пальцы сжимаются на груди. Я чувствую, как увеличиваются мои глаза, когда пальцы тонут в чужом теле, оставляя кровавые потеки на одежде и связывающих веревках. До ушей доносится приглушенный крик, смешанный с шепотом макне. - Десять, девять, - монотонно звучит обратный отсчет, - восемь, семь, шесть, пять, - мне кажется, мое сердце подстраивается под счет и бьется в ритм словам, - четыре, - пауза длиннее, - три, - еще больший разрыв, - два…. Единица так и не была произнесена, когда младший вытащил из моего двойника руку, покрытую кровью. Губы застыли в улыбке, глаза прожигали взглядом глаза напротив – тот смотрел не моргая. Человек в маске убирает руки, и голова безвольно повисает на шее, глаза смотрят вниз, но теперь уже сам их владелец не сможет закрыть их, как и увидеть хоть что-то. СонДжон идет ко мне обездвиженному, ошарашенному и напуганному, потому что только что на моих глазах этот милый мальчик убил человека. Страшный сон не мог стать еще страшнее, как оказалось - мог и даже стал. Он подходит, заглядывает мне в глаза и тихо, почти в самые губы, произносит: - Один… Меня в момент захватывает чувство эйфории. Каждая клеточка оживает и начинает гореть, наполняясь энергией. По телу бегут мурашки, а ноги подкашиваются. - Приятно ведь, - шепот младшего слышится сейчас так отдаленно, будто бы он находится в метрах двадцати. – Все тело оживает, каждое прикосновение сейчас как мини-оргазм, так ведь? – и проводит языком по нижней губе. Черт, яркие вспышки мелькают перед глазами, в животе все скручивается юлой и спускается ниже. Прикосновение пальцев к щеке, губ к губам, и все темнеет перед глазами. ____________ - Первый пошел, - СонЁль снимает маску, подходя к лежащему на полу парню. – Как отойдет от увиденного, продолжим. - Да, помню я, помню, - Чжони проводит по губам окровавленными пальцами, после слизывая образовавшиеся красные следы. - Дэрен не долго будет скрываться, да и запугивать я не смогу его все время, - Ёль обходит стул, сомкнув сзади руки и высоко поднимая ноги. – А если появится Мин, мне одному не справиться. - Но… - И не перебивай, - парень бросает взгляд на младшего. – Даже с тобой и Дону я не уверен, что все получится. Кто знает - какой она появится и кто прибудет с ней. Надо следить за убийствами. - Пфф, - фыркает недовольно Чжон, - проследить? Было бы так просто, узнать, кто умер и кого подменили, уже бы все знали о двойниках. - Подготовь его. - Готовы? – в помещение неожиданно входит еще один парень. – Я подогнал машину. Давай со стула тело в багажник, как я понял, он мертв, а этого затаскивайте на заднее сиденье, и я отвезу всех по своим местам, - в голосе нет никаких эмоций, только тугая приевшаяся интонация безвыходности. Дону не хочет всем этим заниматься, но тогда, возможно, его кто-то захочет заменить, а жизнь слишком коротка, чтобы отдавать ее каким-то клонам. Машина медленно проезжает по темным переулкам, вывозя парней в город света и огней. Они едут молча, размышляя о своих мотивах и ролях в этой игре на выживание среди миров. А ведь вряд ли кто-то знает - скольких людей в этом мире заменили доппельгангеры. Даже сейчас в машине находится один из них, которому не составило труда пробраться сюда и за минуту построить свою жизнь, просто убив здешнего СонЁля. Дону и СонЧжон настоящие, здешние, но от этого не легче – война продолжается каждый день. А ведь, возможно, что вокруг таких, как они, осталось совсем мало.