Бесценное

- И что ты скажешь? Что всё это значит?! – надо отдать Хэйваджиме должное, пока на Изаю с кулаками он не бросался, хотя руки так и чесались. Орихара коротко и облегченно выдохнул, но руку так и не убрал, словно надеялся удержать блондина при помощи силы телекинеза. - Есть у меня кое-какие подозрения. Но я всем сердцем надеюсь, что пришло время одного из тех невиданных случаев, когда мои предположения неверны. Впрочем, надеяться на это было уже как минимум глупо. Опасения подтверждались с буквально каждой секундой, отсчитываемой безжалостным таймером. Тот, к слову, услужливо подсказал, что у них остаётся чуть больше четырёх с половиной минут до чего-то ужасного. - Давай без лирических вступлений, - прорычал блондин, нервно косясь на мигающие цифры. – Коротко и ясно, где мы и в какую пакость вляпались по чьей-то (не исключено, что твоей) милости? - Мы в ловушке, - коротко бросил информатор, терпеливо проглотив столь нелестное замечание. Не время выяснять отношения, сейчас промедление смерти подобно. - В какой ещё… В комнате вспыхнул свет. У стены, противоположной стене с таймером, одновременно включились несколько мощных лампочек, временно ослепив товарищей по несчастью. Когда резь в глазах унялась, а слёзы от яркости и боли прошли, парни смогли рассмотреть не замеченный ранее вмонтированный в стену телевизор, и тяжёлую металлическую дверь. По экрану побежали помехи… - Приветствую, Шизуо и Изая. Орихара нервно скривил губы, глотая истеричный смешок. Ну да, всё правильно. На них, откуда-то из другого пространства взирали безжизненные и жестокие глаза деревянной куклы, с выбеленным лицом и странными завитками-румянцами. Мда, такое милое личико мог изобразить только человек, явно страдающий психическими расстройствами. Шизуо, хоть и не обладал большей частью необходимой для понимания ситуации информацией, тоже не пришёл в восторг от этой безумной пародии на игрушку. Покажи такое чудо ребёнку – всю жизнь заикаться будет. Впрочем, ещё не понятно, чем для них двоих кончится это странное знакомство. Кукла тем временем продолжила: - Я хочу поиграть с вами в игру. Годами вы тратили свою жизнь на бессмысленную ненависть, мечтая лишь о том, чтобы уничтожить друг друга. Вы настолько одержимы этой мыслью, что не замечаете ничего вокруг или же не хотите замечать. От вашей безумной вражды страдает множество людей, но при этом страдаете и вы сами, бесцельно прожигая отведённые вам годы. Но кого это волнует? Вас всё устраивает, поэтому вы продолжаете каждый день подвергать свои жизни опасности, не оценивая по достоинству того, что было вам дано от рождения или же приобретено с годами. Сегодня вы попробуете по-настоящему оценить то, что имеете, иначе навсегда потеряете нечто бесценное. - О чём он? - Тц! Выслушай! - Итак, вернёмся к игре. Правила просты. У вас есть два часа, чтобы выбраться из этого здания, потом оно взлетит на воздух. По пути придётся пройти несколько испытаний, каждое из которых может стать последним. Всегда внимательно выслушивайте инструкции и помните: жить или умереть - выбор за вами. Ваше первое испытание – выбраться из этой комнаты. На поиски ключа осталось всего три минуты из отведённых пяти, но уверяю, этого достаточно. Потом произойдёт взрыв, и игра завершится фактически так и не начавшись, а ваши тела вряд ли кто-нибудь опознает. Ключ может достать каждый, но я уверен, вы не хотите упустить возможности разобраться с другим прямо сейчас. Вы со старшей школы мечтаете убить друг друга. Что ж, тогда решайте эту проблему здесь и сейчас. Но следует поторопиться. Игра началась! Изображение исчезло стремительно, за доли секунды свернувшись в крохотную серую точку. Ошеломлённые, бармен и информатор несколько драгоценных секунд таращились в безличную плазменную пустоту, а потом почти синхронно развернулись друг к другу. - Где ключ? – коротко бросил Шизуо, мечтая о привычном вкусе никотина на языке. Ему оставалось только мечтать, так как затащивший их сюда псих предусмотрительно обчистил его карманы. - Ты меня спрашиваешь? – Изая сложил руки на груди выражая крайнее возмущение, но Хэйваджима заметил, что пальцы информатора нервно сжали острые локти. Боится. – Мы тут в равных условиях, забыл, что сказала тебе мудрая кукла? - Нет, но о местонахождении ключа она толком ничего не сказала. Конечно, их обоих не меньше занимали слова о том, чтобы «решить проблему», но эту тему пока толерантно не затрагивали, хотя времени на решение обеих задач осталось не так много – таймер напомнил, что остаётся у них только полторы минуты. Свет. Очередная лампочка дала разглядеть очередную подсказку. - А вот и он. Точнее, они. Шизу-чан, ключ есть у каждого из нас, при себе, - брюнет хихикнул, но в его голосе не было абсолютно ничего весёлого. На специальной полупрозрачной доске весели два рентген снимка, и с каждого буквально смотрела надежда на выживание, принявшая облик маленького ключика, удобно расположившегося где-то в их телах. - А что это такое тёмное сбоку? - Не скажу точно, Шизу-чан, - Орихара торопливо осмотрел себя, а затем извернулся, чтобы глянуть на спину, но в итоге пришлось довериться только тактильным ощущениям, - но если учесть, где у меня – и у тебя, скорее всего – находится зашитый хирургический разрез, могу предположить, что это почка. Правая, если тебе интересно. - И как его оттуда доставать?! - нервно рявкнул парень, подстёгиваемый тиканьем электронных часов. - Ну, похоже, заботливый дядюшка-маньяк оставил мне инструмент, - Орихара повертел в пальцах один единственный нож, обнаруженный в кармане джинсов – любимая куртка не отправилась с ним проходить испытание. – И к слову, теперь становятся несколько понятней его слова. Не думаю, что кто-то из нас, не имея медицинской подготовки, да ещё и с учётом нашей взаимной любви, сможет вынуть ключ из тела другого, не задев при этом ни в чём не повинную почку, что в свою очередь чревато последствиями. Грубо говоря, нам любезно предоставили возможность в кратчайшие сроки наконец прикончить друг друга, так как добровольно под нож никто не станет. Сорок секунд. Кажется, звук на незамолкающих часах кто-то резко увеличил. Тридцать шесть. В комнате висит напряжённое молчание, шевельнуться никто не решается. Тридцать четыре. Первое движение и звон от удара металла об пол. - Ненавижу играть в чужие игры, Шизу-чан. И по чужим правилам. Двадцать восемь. Несмотря на столь неожиданный поворот и ограниченное время спокойствие возвращается… Двадцать шесть. ... вместе с ним приходят рассудительность, логика и затерявшаяся на время этого безумия память. Двадцать пять. Какого чёрта они тут столько времени страдали фигнёй?! Двадцать три. Хэйваджима кивает, едва ли не впервые в жизни соглашаясь со всеми мыслями и даже невысказанными доводами Орихары, и делает решительный шаг вперёд, мягко отстраняя брюнета в сторону. Двадцать. Дверь поддаётся не сразу, делали, видимо, на совесть. На устранение этой незначительной преграды уходят три драгоценные секунды. Пятнадцать. Информатор вслед за Шизуо поспешно вылетает из комнаты, предусмотрительно отбегая подальше. Десять. Блондин старательно пристроил дверь на место, чтобы обезопасить себя и Орихару от возможных травм. Пять. Оба стоят, не решаясь выдохнуть и всё ещё до конца не веря в реальность происходящего. Один. Ноль. За толстым куском металла что-то громко и глухо хлопает, отчего стены, кажется, сотрясаются где-то с полсекунды мелкой дрожью. - Уф, - Изая прикрыл глаза и обессилено опёрся спиной о стену. – Это он нас так обработал классно, чтобы мы замешкались и забыли об элементарных вещах. Хотя, по-моему, господин маньяк знал, более того, он хотел, чтобы всё вышло именно так. - Погоди, - наверное, никогда ещё в жизни Шизуо настолько не хотелось закурить, - он же вроде предлагал кому-то из нас прикончить другого? - Нет, - брюнет усмехнулся, одновременно как-то и весело, и горько – он сказал нам «решить проблему». И мы решили её так, чтобы выжить в дальнейшем. Знаешь, Шизу-чан, ещё никто и никогда не пытался учить меня жизни, тем более столь радикальными методами. Очевидно, Конструктор - замечательный человек!