Silver Lines

Durarara!! OST – 12.瓶詰めの天使 Эй, вы ведь тоже нервничаете перед важными событиями? Вот и я сейчас загнал себя настолько, что заперся в ванне и уже около часа не вылезал из воды. Меня всегда успокаивала прохладная ванна, но сегодня мне хотелось утопиться в этой прозрачной жидкости, иллюзорно окрашенной в желтый. Сегодня мое свидание с Джерардом, и я определенно не знал, как себя вести. О чем мы будем говорить? Что я должен сказать ему при встрече, чтобы не показаться идиотом? Как повести себя, располагая его к своей весьма скучной персоне? Такие люди, как я,не привлекают других. Я и не нуждался во внимании людей, но Уэй – другое дело. Мне нужно было ему понравиться. Знаете, это как когда вы идете на первое свидание в своей жизни и стараетесь в первый же день влюбить в себя вашего партнера. Хотя стоп. У меня и так это будет первое свидание в моей жизни. Я всегда был одиночкой, соответственно и девушки у меня никогда не было. Меня в принципе не привлекали отношения, я нуждался в покое и уюте, а с девушкой, которая, несомненно, таскала бы меня по ресторанчикам, паркам аттракционов, музеям и океанариумам, постоянно оставалась ночевать и занимала бы собой все мое время и личное пространство, я не был бы счастлив. Меня влекли лишь клавиши фортепиано, что столь призывно поглядывало на меня из приоткрытой двери кабинета. Обычную комнату в доме, которая могла бы быть гостевой, или же спальней я называл кабинетом, так как лишь там я мог творить. Мелодии шли из-под пальцев лишь здесь, здесь меня окружала милая сердцу обстановка спокойствия и уюта. Куча подушек на полу, мягкая мебель, темный паркет, что так приятно охлаждает жаркими летними вечерами, стены в бежевых тонах и полки с книгами и нотными тетрадями, забитые до краев. В основном всю свою жизнь я провел в этой комнатке, оставаясь здесь и ночью, так что вскоре родители перетащили сюда небольшой диванчик, разрешая мне и ночевать, и есть в кабинете. Комната, наполненная звуками клавиш, фактически стала моей комнатой, сильно отличавшейся от комнаты типичного подростка, забитой плакатами, захламленной абсолютно ненужными им вещами. Еще с детства родители твердили мне, что я должен стать пианистом. У меня был талант от рождения, я легко переигрывал едва услышанные мной песни, сочинял собственные мелодии, коробка с которыми покоится под диваном, и был в полном восторге от этого. Когда мои пальцы касаются клавиш, я словно улетаю в свой собственный мир, который не так жесток по отношению к подросткам. Я наблюдал за людьми и видел, как жизнь, а вернее уже сломанные жизнью подростки ломают других. Это замкнутый круг, знаете? Вот ты еще ребенок, преисполненный мечтами о светлом будущем, резвишься на травке, выискивая в небе причудливые замки. Вот ты в начальной школе. Тебя начинают грузить важностью учебы, а ты все больше сгибаешься под упорно вдалбливаемой в твою голову идеей – ты должен учиться. Вот ты в средней школе. Здесь тебя начинают учить жизни другие дети, такие же,как ты. Распределяются роли, устанавливается контроль, диктуются свои правила. И вот ты в старшей школе. Уже столь потрепанный жизнью, стараешься выжить в мире, который кажется тебе куда страшнее реального. Или же, как я, стараешься избежать его. Есть множество вариантов развития событий, множество троп жизни, на которые ты можешь ступить, однако выбирать тебе практически не приходится. Обстоятельства выбирают за тебя. И единственный способ избежать неверного пути – задать себе его еще в самом начале, в детстве. Я всегда знал, чего хочу. Узнал, как только в пять лет впервые увидел фано. Я искал способ рассказать миру о том, что именно я думаю о нем, и я нашел ответ в музыке. Музыка была моими словами, а фано – рассказчиком. И другом. Самым верным, самым близким, оно давало мне ответы на все вопросы. Эх, если бы оно могло дать мне ответ, как вести себя в ресторане. Я долго прихорашивался, и раз это свидание, решил вырядиться в костюм. Он не особо-то мне и шел, однако ничего не поделаешь – свидание есть свидание. Тем более он позвал меня в один из самых престижных ресторанов города. Но это если судить по статье, которую я нашел на одном из сайтов; сам я никогда не появлялся в подобных местах. Я и город-то не видел в принципе, хотя часто ходил к побережью, так что буквально заучил кратчайший и наиболее безлюдный путь до него. На часах высветилось без двадцати пять. Думаю, если пойду пешком – доберусь вовремя. *** Durarara!! OST – 08.火曜日の夜に Я думал, он окажется пунктуальней. Нет, ну серьезно, опаздывать на час?! Хотя я и подозревал, что меня киданут, но он мог бы хотя бы предупредить? А ведь точно, у него нет моего номера. Тогда что, мне домой идти? Из ресторана доносились едва слышные обрывки разговоров, мимо проходящие люди, в основном парочки, мило беседовали, а я в одиночестве сидел на лавочке рядом с рестораном, пялясь на клумбу. Я пришел за десять минут до назначенного времени, но спустя полчаса это уже начало раздражать. Милая официанточка даже вынесла мне чай, за который я отдал бешеные деньги, хотя он того стоил. Из приоткрытого окна вместе с разговорами доносились нежные звуки скрипки. Здесь и живая музыка есть? Знаете, если Уэй не заявится через пять минут, я пойду один, назаказываю себе жратвы, напьюсь и увалюсь в эту клумбу с горя. Из-за угла ресторана донеслись какие-то крики, а в следующее мгновение передо мной возник запыхавшийся Джерард, едва успев притормозить перед ступенями небольшой лестницы и чуть не свалившись в клумбу. Если бы он не стоял, уперевшись ладонями в колени и не пытался хоть немного утихомирить надрывное дыхание от, по видимости, длительного бега, он бы выглядел весьма солидно: светлый костюм с галстуком в тон, в сумерках отдававший персиковым в свете фонарей и окон «Recollection», лакированные ботинки на небольшом каблуке, чей стук я слышал полминуты назад, зачесанные назад волосы… Стоп, что? Уэй взялся за расческу? Завтра пойдет снег? Упадет метеорит? Нашу планету поглотит черная дыра? Настанет зомби-апокалипсис? Ни в каком другом случае бы Джерард, тот Джерард, который ходит по этой земле, не прикоснулся бы к расческе. Ругательства за опоздания параллельно с восхищением застряли в горле, я вылупился на него, оглядывая с ног до головы. Никогда, даже в своих мечтах, я не видел Уэя в таком образе – образе покорителя сердец, от которого, наверняка, упали бы в обморок наши учительницы по пластике, повидавшие в своей жизни далеко не одну сотню мужиков. - Прости, - более-менее отдышавшись, произнес Джерард, состраивая извиняющуюся мордашку, - я опоздал на электричку, так что пришлось бежать. Я попытался придать своему лицу иное выражение, так и застывшее на удивлении, но, кажется, ничего из этого не вышло. Но все же я смог слабо улыбнуться, показывая, что я не сержусь на него. Хотя нет, черт возьми, я сердился, я потратил впустую целый час своей жизни! Но, боже мой, это того стоило. Джерарду для дополнения образа не хватало цветов. Увидев, наконец, что я на него не злюсь, он вышел из позы «сейчас выблюю желудок от недостатка кислорода и сдохну в клумбе» и направился к дверям ресторана, призывно протянув мне руку. Ладно, Фрэнки, ты должен взять себя в руки и сохранять спокойствие на протяжении всего вечера. Просто тебя пригласил на свидание самый охуенный парень школы, а плюс еще ты влюблен в него на протяжении четырех лет, но что в этом такого? Это не повод срываться с поводка. Держи себя в руках, тряпка. Мы миновали двери, которые за прошедший час я заучил настолько, что мог бы нарисовать их с закрытыми глазами, и прошли в зал, наполненный тихо переговаривающимися и лениво поглощающими блюда посетителями. В дальнем углу на небольшой сцене расположилась скрипачка в платье цвета неба. Мелодия, лившаяся из-под ее пальцев, наполняла просторное помещение, отделанное в золотисто-коричневой гамме. Плотные коричневые шторы придавали тяжести окнам, как бы запирая нас в этой теплой комнате, словно ограждая от окружающего мира. Джерард провел меня к забронированному заранее столику, и даже усадил меня, отодвинув стул. Чувствую себя беззащитной девушкой. Противно, если честно. Но это же игра, помнишь, Фрэнки? Тебе далеко до его мастерства, но не бейся лицом в грязь, если можешь просто обойти ее стороной. Подозвав официантку, он что-то прошептал ей на ухо, а затем, когда она побежала выполнять заказ, перевел взгляд на меня: - Расслабься, - после недолгого изучения меня своими изумрудными глазами, сказал Джерард, чуть улыбнувшись, - Фрэнки, не будь таким забитым, ты словно боишься, что я тебя скручу, затащу за угол и при первой же возможности изнасилую. Поверь, я этого делать не буду, - добавил он, увидев, как мои брови поползли вверх. - Я… - протянул я, оглядываясь по сторонам и сосредотачивая взгляд на чуть загнувшемся уголке скатерти, - просто не привык ко всему подобному. Я никогда не появлялся в подобных местах, поэтому чувствую себя несколько…- я отвел взгляд, сводя предложение на нет, но Джерард продолжил: - Лишним? Не переживай, ты отлично смотришься, даже лучше, чем я, - хохотнул он, продолжая всматриваться мне в глаза. В ресторане вдруг начал медленно приглушаться свет, погружая посетителей в обстановку интимности и таинственности. Под потолком зажглись голубые фонарики, освещая все вокруг приятным прохладным светом, создавая атмосферу океана, а сцена сильнее выделилась за счет прожекторов с белым светом. Скрипачка присела на табурет, закончив композицию, и пианист объявил небольшой перерыв. Мне не особо-то хотелось поддерживать разговор, но Джерард не был мной. - Фрэнки, расскажи мне о себе. Это же свидание, а на свиданиях принято узнавать друг друга, - он проницательно смотрел мне в глаза, устроив подбородок на сцепленных в замок руках. В полумраке его глаза отливали кристально-изумрудным. В голову тихо постучала муза, обрисовывая незатейливую композицию, отдающую изумрудным цветом. Так, спокойствие, он не флиртует с тобой, нет-нет. - Ну, я обычный студент. Мое хобби – моя специальность. Моя жизнь скучна и однообразна. Мне нечего рассказывать о себе. Я одна из самых неинтересных личностей нашей школы, которого пригласила на свидание одна из самых интересных, - будничным тоном ответил я, все же немного расслабляясь. Я замерз у дверей ресторана, а теперь меня обволакивало приятное тепло и запахи разнообразных блюд, от которых уже начал тихонько урчать живот. Джерард тихо хихикнул, что совсем не звучало как насмешка, скорее это было похоже на жест понимания и принятия. - Давай так, - произнес он, чуть склоняя голову набок, - Я буду задавать вопросы, а ты отвечать. Можешь в ответ и мне задавать вопросы. Я пожал плечами, потянувшись к меню. Да, я определенно попробую хоть что-то из их блюд, вот например рагу с соседнего столика пахнет так аппетитно, что мне хочется подсесть к двум девушкам и сожрать все, что они назаказывали. - Оке-ей, - протянул Джерард, хлопнув в ладоши, - У тебя есть братья или сестры? - Нет, я один в семье, - мотнул головой я, листая меню, - а у…ах да, - осекся я, вспоминая Майкла. Тут же где-то под ребрами проснулась ревность, слабенько тыкая меня своими остренькими пальчиками. Джерард улыбнулся и продолжил: - Сколько тебе лет? - Семнадцать. - Мне тоже. - Я знаю, - не задумываясь, сказал я и тут же заткнулся, уставившись в меню невидящим взглядом. Я кое-что знал о Джерарде, ну больше, чем остальные, я выискивал информацию о нем. А если он меня за сталкера примет? Оборвется твоя единственная возможность побыть с ним, пусть и не настоящая. Так стоп, Фрэнк, нагнетаешь. - С родителями живешь или один? – словно и не заметив мою небольшую панику, продолжил Джерард. Ну или же пропустил мимо ушей. - Один в родительском доме. Родители в постоянных разъездах, так что я уже давно приучен жить один. - А кто они у тебя? – Джи провел по волосам, словно их уложенность раздражает его. Стоп, Джи? Фрэнк, ты ему никто и не имеешь права так его называть. Хотя Майки имеет… Черт. - Они фотографы. У них постоянно командировки в разных странах, поэтому они если и возвращаются, то на пару дней, - я снова пожал плечами, не смотря на Джерарда, - А кто твои родители? - Мама кондитер, а отец - владелец сети ресторанов, но по профессии архитектор. Он спроектировал и это здание, - ответил Джерард, как можно незаметней пытаясь растрепать свою прическу. Усмехнувшись, я махнул ему рукой, мол, не стесняйся, если тебе удобно с растрепанными – будь с растрепанными. Я тут же отвел взгляд, не желая подолгу смотреть в его глаза, но все же успел разглядеть легкое удивление и благодарность. - У тебя есть домашние животные? – продолжая опрос, спросил Джерард. - Нет, но я всегда хотел собаку. Мама сказала, что я не смогу заботиться о ней, так как я слишком много витаю в облаках и могу просто забыть выгулять ее или покормить. - Тупая причина, не находишь? – хмыкнул Джерард, ероша свои патлы и расстегивая пиджак. Он явно чувствовал себя все раскрепощенней. - Да, но что я могу поделать. А у тебя есть? – в ответ поинтересовался я. - Да-а, - протянул Джерард, - кошечка. Зовут Линдси. Такая милая, но уж больно подвижная, не дает нам покоя, постоянно мечется из комнаты в комнату… Хотя она больше любит Майки, - многозначительно подняв брови, ответил Джерард, стаскивая с плеч пиджак. На нем была обыкновенная белая футболка, что несколько не сочеталось с его видом покорителя женских, и не только женских, сердец. Я непроизвольно улыбнулся, скрывая улыбку за волосами. - Есть хочется, - протянул я, выискивая поблизости официанта, но вдруг рука Джерарда мягко опустилась на мою, останавливая. - Я уже заказал, скоро должны принести, - снова эта его улыбка. Невозможно перечить, но я же Фрэнк Айеро, тихий парень с противным характером. - Ты знал, чего именно я захочу? - Я знаю, что хотят все люди, - ответил Уэй, ухмыляясь. Через несколько минут я понял, чего же хотят все люди. Сладости. Море сладостей, десятки пирожных, внушительные куски тортов, фруктовое желе, вазочки с мороженым, варение и сладкие сиропы… Весь наш столик оказался заставлен вкусняшками, а Джерард держал в руках ведро с… это вино? Алкоголь и сладости, замечательный вечер. Я что, так похож на девчонку, что поведусь на сладости? Хочу мяса, хотя и вегетарианец. Ну ладно, отбивную из салатика. Джерард рассмеялся, глядя на гримасу, что я состроил при виде всей этой прелести и протянул мне бокал. - За нас! – эпично выкрикнул он, чокаясь со мной и отпивая полбокала. Я не хотел пить «за нас», но если я выпью, наши отношения будут успешны? Я бы хотел этого. Мы сидели уже второй час за этим долбаным столиком, подперев подбородки кулаками, медленно поглощая сладости, запивая их вином и слушая выступления скрипачки в голубом. Ее мелодия навевала мне то полет птицы в шторм, то побережье и прохладный ветерок в лицо, то поле трав и цветов, закат и хрустящий гравий под ногами, а под конец она сыграла так глубоко запавшую мне в сердце мелодию, что мне захотелось записать ноты, что с трудом выстраивались в моем уже изрядно пьяном сознании, чтобы потом в один из вечеров рассказать своему фано о воздушной девушке в голубом. Ее выступление закончилось, равно как и наша бутылка, а посетителей лишь прибавилось. На часах показывало уже под десять вечера, мое тело приятно растекалось по креслу, а Джерард разрисовывал сиропом пустую тарелку из-под внушительного куска орехового торта. Я узнал довольно много о нем, о его жизни и предпочтениях. Джерард много работал для воплощения своей мечты – стать актером, который снимется в эпичном фильме про смерти подростков, он желает играть суицидника. Они с Майки живут отдельно от родителей на противоположном конце города в каком-то квартале, отделанном в японском стиле, Майки обожает всякие японские штучки, Джерард отлично поет, ну это я итак знал, а еще Джерард пробирался на концерты его любимых групп без билета и ни разу не попался. В свою же очередь он узнал о моей обыденной жизни, однако я так и не сумел объяснить ему всю прелесть одиночества. - Знаешь, когда я только увидел тебя, ты мне показался прикидывающимся паинькой наркодиллером или наемным убийцей, хотя первое более вероятно. - Я так смахивал на наркодиллера? – протянул я, одновременно зевая. - Ты смахиваешь на человека, который скрывает свою настоящую жизнь, Фрэнки, - ответил Джерард. Он искренне удивлялся, когда я рассказывал ему о том, что вместо того, чтобы разъезжать по разным вечеринкам, как любой в моем возрасте, я гуляю по побережью, придумывая музыку. - Так ты композитор? – спросил Джерард, ковыряя вилкой очередной кексик, так и рассыпающийся от его прикосновений. - Не то чтобы. Я просто записываю ноты, если они приходят мне в голову, а иногда воспроизвожу их, вот и все, - пожал плечами я, не поднимая головы со стола. Меня клонило в сон, но также мне хотелось пойти и совершить что-то неописуемое. Меня клонило в сон. Я определенно не тот человек, который может оставаться во вменяемом состоянии после бутылки весьма неплохого вина. Я определенно нет, а Джерард определенно да. - Фрэ-энки, - протянул Джерард, постукивая меня носком ботинка по ноге, - а угадай, что у меня е-есть? Я промычал что-то нечленораздельное, прося Джерарда закрыть свой рот и дать мне расплываться по столу и дальше. - Ну Фрэ-энки, - заныл Джерард, уже оказываясь рядом со мной и стараясь взять меня под локоть, - У меня, - Он наклонился ко мне и заглянул в глаза, - Есть, - Он дунул мне в лицо, сдувая упавшую на бровь прядку, - Кагор, - Счастливо улыбнувшись, он чмокнул меня в бровь, потянув на себя. Сейчас я был совершенно в невменяемом состоянии, поэтому он с легкостью поднял меня на ноги и потянул на выход, захватывая с собой мой пиджак. Как я понял, в этом ресторане нельзя со своим бухлом, поэтому Джерард решил напиться у входа? Не знаю, пусть ведет меня куда хочет, а лучше всего ко мне домой. Хочу спать. Но моя жопа хочет приключений. В итоге мы явились в ближайший парк. Развалившись на траве в позе звездочки, мы потягивали кагор прямо из бутылки и смотрели на звезды, рассказывая друг другу удивительные истории. Вернее, это Джерард рассказывал что-то про их с Майком путешествие в Осаку, а я растворялся в его голосе, медленно погружаясь в сон. Было весьма беспечно засыпать в парке, но меня это мало волновало. Меня сегодня впервые мало что-то волновало. Я никогда не позволял себе напиваться до такого состояния, но я надеюсь, что утром я буду помнить хоть что-то из сегодняшнего вечера. Последнее, что я четко помнил перед тем, как погрузиться в мягкий сон, это рука Джерарда, мягко обнимавшая меня.