Бойся Дика

— … для твоего же блага, — мама наклоняется, и голос звучит еще проникновеннее, — никто не желает тебе добра так же сильно, как мы. — Да, — поддакивает в который раз отец, — учеба это важно, важнее этого у тебя сейчас ничего не должно быть, ни друзья, ни любовь… — Причем тут любовь? — откидываюсь на спинку стула в приступе раздражения, ну какая, блять, любовь. — И вообще, я всё понял, учиться и учиться, и только учиться. Обещаю, что всё подтяну, и в Рождество буду ходить веселенький и напичканный высокими баллами, как шелудивый пёс глистами. Можно я пойду уже, а-а? — Да, только последнее, — родители напряженно переглядываются, и наконец мать произносит: — Насчет этого Кайзера. Я понимаю, что никак не могу воспрепятствовать вашему общению, но Рэндал, этот мальчик…. — Я понял, я слышал, мам, — перебиваю. — Он уже другой и бла-бла-бла. — Что значит это твое «бла-бла-бла»? — возмущается мать, словно я с ней до этого не соглашался во всем, а перечил. — Действительно, Рэндал, следи уже, наконец, за своим языком, — отец напускает еще больше серьёзного вида и сводит брови на переносице. Да если бы не мать, он бы даже внимания никакого не обратил. — Ты где этих слов нахватался? Ты почему такой грубый? — очевидно теперь она с этого не слезет, кажется, вообще никогда. — Это всё Кайзер? Вот честно скажи, это он тебя подбивает так себя вести? Ведь всё было хорошо, пока он не объявился! — Господи, я понял, можно мне идти, ну пожа-а-алуйста-а-а-а-а, — стону, потому что ничего больше не желаю слышать про Кайзера. И, слава демонам, родители таки разрешают мне провалить, а значит разговора об этом куске говорящего скота больше не будет. А ведь после всего того, что произошло, все эти лишние напоминания — полное дерьмо... И самое печальное, что предки не правы, ведь Дик — не другой, ни на грамм не изменился вообще. Каким был говном ¬ таким и остался. До без пятнадцати одиннадцать, до душа перед сном, до времени перед самим сном я читал главу за главой и проходил пробные тесты один за другим, а мой мобильный практически непрерывно звонил и звонил. Но я даже не смотрел, кому так резко понадобился. * * * — Вы какие-то все невеселые, — мистер Адамс осматривает критично класс. — А ну-ка, признавайтесь, что делали вчера? — Учился! — Гулял! — Я была в кино! — А у меня брат ногу сломал! — Мисса кладёт голову на парту. — Весь вечер с ним, так что не спрашивайте меня сегодня, хорошо? Мистер Адамс не успевает ответить, как дверь открывается и возникший на пороге мистер Неллер подзывает нашего преподавателя на пару слов. Джефф пользуется этими минутами и тычет в плечо, чтобы я развернулся к нему. — Ну ты герой, так взять и свалить, — пучит глаза с какой-то радостью, — и что, сильно кричали? — Ага, теперь только учеба в голове и никаких игр, кино, фейсбука, иначе всё… — пробегаю взглядом по Дику, который копается в телефоне и, кажется, не слушает. — Но мать сказала, тебя можно приводить при условии, что ты будешь мне помогать, ну там, примеры решать и всякое такое. — А-а-а, чума, ну ты попал, — хмыкает, — и долго в таком темпе? — Пока общий балл не подтяну, ну и, конечно, тест по истории не перепишу. — Мда, — чешет затылок, и радости уже меньше, если вообще не испарилась. — Родаки у тебя суровые вообще. Дик не поднимает взгляда, хотя среди многочисленных пропущенных от Джеффа была и от него пара звонков. Чего он хотел? Почему смс не написал? Я бы всё равно не ответил, но хотя бы знал, в чём дело. * * * — А ведь ты знаешь, Кайзера вчера тоже не было на истории, — как бы между прочим подмечает Джефф. — Серьёзно? — Ну да, правда на итальянском он появился, я тебя ждал в коридоре, и вот тебя не было, а он был. — Джефф улыбается, только не мне, а чему-то в голове. — Я ведь его даже спросил. — Спросил? Кайзера? О чем? — Ну типа, не знает ли он, где Рэнди, — запирает шкафчик и поворачивается ко мне. — И знаешь, что он ответил? — секундная пауза, — что он вообще не знает, кто такой Рэнди, — еще одна пауза, — придурок, ты бы видел его рожу в этот момент: «А кто такой Рэнди?» — коверкает, — если бы он не продолжил идти в класс, а тормознул, я бы точно впечатал в его рожу кулак и… — Эй, рыцарь, — Джефф аж вздрагивает, когда Дик подходит, явно обращаясь к нему. — Там Пит решил добить твою золушку, и, если ты всё еще считаешь ее своей принцессой, то беги на второй этаж и напрягись. И да, — кривая усмешка, — можешь даже впечатать в его рожу кулак. Джефф опускает глаза в пол, прежде чем рвануть в сторону лестницы, в то время как Дик переводит взгляд на оставшегося меня: — Ну а ты, моя принцесса, долго будешь делать вид, что ничего не было? — Сказал человек, который типа не знает, кто я, — вот сейчас надо взять и уйти, но почему-то туплю на месте и жду его реплики. Долго ждать не приходится: — Бля, он что, тебе всё рассказывает? — наклоняет голову и уже более саркастично: — Слушай, я вчера перегнул, ну ты же не в обиде, верно? Хах, вот мудло. — Неа, никаких обид, только, — тяжко вздыхаю, — не до тебя мне теперь, понял? Вообще похуй, я забил на тебя. Правильный я буду учиться, а ты делай что хочешь. — Но я… — Дик вспомнил о том, что мы всё-таки в коридоре, и хоть нас никто не слушает, народ здесь есть, так что он наклоняется и шепчет: — но я хочу тебя. Как, блять, тут можно не засмеяться? Поэтому я прыскаю со смеху, чем, мне кажется, привлекаю некоторое внимание, о чем и решаюсь напомнить: — Ты вот стоишь со мной тут и болтаешь, а повсюду глаза и уши, что они подумают, а? — вот бы толкнуть его. — Лучше держись от меня подальше, не так долго осталось вместе учиться. Но он не отходит после этого, и мы какое-то время смотрим друг на друга, упрямо и почти в упор, пока не появляется Джефф: — Пробежался по всему второму, никого нет, — немного запыхавшись, Джефф еще не понимает, в чем дело. — Хм, Джефф, ты ведь варишь в цифрах, — Дик кладёт руку ему на плечо, и Джефф ошарашенно кивает. — У меня тут такие проблемы, сам никак не могу сосредоточиться, может, поднатаскаешь старика Кайзера? Нет, нет, не-е-е-е-ет. Джефф никогда в жизни не согласится, у Джеффа ведь супер острое желание убить Кайзера, которое никогда не угасает. Мой друг никогда, никогда и ни при каких обстоятельствах не скажет «да». Но я вижу его удивленное лицо, вижу, как снова кивает… — Вот и славно, тогда, думаю, на этих выходных пересечёмся, — и Дик подмигивает ему, прежде чем испариться. — Вот это, мать вашу, да! — смеет лыбиться. — Прям офигеть, я буду репетитором Кайзера, чёрт… — Нафиг ты согласился? — сбиваю браваду друга. — Ты же его терпеть не можешь. И я думал, ты будешь помогать мне на выходных вообще-то. Или он тебе важнее? — Эй-эй, Рэнди, выходные это не один день, я всё успею, чёрт, — не веря своему счастью, мотает головой, чтобы типа проснуться, но это всё не сон вовсе, — и что на него нашло, хах, «старик Кайзер»… Господи, как же всё очевидно. Дик просто хочет достать меня через моего же друга, блять, а самое главное — я никак не могу этому помешать, потому что Джефф полный кретин. Кретин! * * * Голова пухнет от всех этих нюансов и заморочек, а Джефф, кажется, почувствовал себя учителем на все сто, а то и двести. Потому что он не останавливается, даже когда я стону, что больше не могу. — Ну давай последний и всё на сегодня, — переворачивает страницу. — И я почапаю домой. — Хах, Дик, наверное, ученик получше, чем я, да? — спрашиваю, но Джефф делает вид, что заинтересован в примерах. — Ну давай, расскажи, как всё прошло, ведь ты у него был вчера, или вы занимались у тебя дома? Молчит и всё же его прорывает: — У него очешуенно, у него такой дом — и представить себе не можешь! Там всё так круто, мы даже в бильярд поиграли… — смущается, понимая, что ляпнул лишнего, — ну, уже после, чтобы снять усталость… — а глаза горят. — Прикинь, он меня даже в фейсбуке нашёл и в друзья добавил… — М-м-м, крутяк, о чем болтали? — Да о всяком, — смущается снова, — блин, ты только не парься, ты мой лучший друг, и эти занятия, ну, я просто ему помогаю и всё такое. — Я? Парься? Пф, — забираю учебник из его рук и захлопываю. — Я вообще не парюсь. — Ну славно тогда, — поднимается и пожимает плечами. — Если ты совсем без настроения, я пойду, увидимся завтра на занятиях. — Ага, бывай. После ужина я закрываю дверь, снова жалея, что нет замка, и заваливаюсь на кровать. Никаких планов, никаких желаний, хочется вот так просто пропялить в потолок весь вечер, а то и ночь. «Бззз-бззз-бззз» «Бззз-бззз-бззз» «Бззз-бззз-бззз» Игнорирую как могу, и всё же рука самовольно нащупывает брошенный на тумбочку телефон. «Бззз-бзз… — Слушаю. — Привет, детка, — смешок, — как проводишь время? — Зная, что я не буду отвечать, продолжает: — Мы тут недалеко от школы, и, если хочешь, я после заскочу к тебе. Мы? Кто это там «мы»? — Дик, это глупая затея. — Прикрываю глаза. — Во-первых, моя мать тебе даже дверь не откроет, она сильно злится, спихнула всю вину на тебя, женская интуиция, наверное, или материнская… в общем, безосновательно, но очень верно, так что… — как же сложно формулировать, — да и я тебя не рад видеть буду… — Воу, удивлен, — говорит, врет он всё, не удивлен вовсе. — Надо будет поговорить с твоей мамочкой, я умею делать вид, что я ответственный и все дела… Но ты, Рэнди? Как ты можешь не жаждать встречи со мной? Издевается или нет, всё равно отвечаю серьёзно: — Я просто не хочу себя больше вести как полный придурок, поэтому, будь добр, свали с моего пути, не лезь ко мне. — Рэнди... — начинает он, но обрываю: — Рэндал Уорт, которого не существует. Ты посоветовал поправить мне голову, и я этим и занимаюсь. Ты дурно на меня влияешь. Дик заливается смехом, и я знаю почему. Очевидно. Очевидно, я говорю все те дурацкие вещи, которые дурацкие сорокалетние предки впаривают своим подросшим детям. Очевидно, я зануда, любящий и дорожащий только тем маленьким миром, который знаю. Зона комфорта типа, или как там это называют. Но либо так, либо Дик меня доломает… Дик, который не перестаёт смеяться. — Проваливай, Кайзер. Вырубаю телефон, словно он будет названивать, ага, как же, мечтай, принцесса. Это всё не сказка, где цунами происходит от того, что ты поковырялся в носу. Всем на всех плевать, поэтому можно ковырять там сколько угодно, похрен вообще. Господи, о чем я только думаю, мне надо учиться. Учиться, быть примерным и смышлёным — это моя стезя. Сидеть на заднице и размышлять «а если бы...», — вот что моё. Как говорил Джефф, я не «отбойный молоток», а значит, не стоит связываться с мясом, которое я не могу отбить. Но, к сожалению, я был связан с этим самым мясом, оказавшимся неожиданно умным и расчётливым и… бля, он мне сосал.