Омут их памяти

      Андромеда всегда подозревала, что к этому всё придёт. Наверное, часть её этого и хотела. В конце концов, именно она предложила ему объединить усилия к подготовке к СОВ.       Тед с первой их встречи был способен вырывать её из привычного амплуа. И всегда видел в ней… что-то хорошее. Не то хорошее, о котором говорили ей родители. Нечто другое, то, от чего она чувствовала себя смущённой и по-глупому счастливой.       Андромеда боялась встреч с Тедом и в то же время жаждала их.       Причин бояться было много. Жаждать — меньше. Но она поступала в угоду второму.       Теперь они сидели в тени дерева возле озера, скрытые от чужих глаз — они всегда здесь занимались, решили тут же и отпраздновать окончание сдачи СОВ, что, как они надеялись, была успешной.       И в итоге она чувствовала его дыхание на своих губах. Рваное, неровное. Он волновался. Беспокоился.       Его глаза были открыты — смотрел на неё. Искал ответы на вопросы: можно ли? Хочет ли? Не причинит ли ей это неприятности?       Беспокоился о ней. И поэтому — только горячее дыхание на её губах.       И, чёрт возьми, она была очень счастлива в этот момент.       Движимая секундным порывом, она сама его поцеловала, наплевав на всё — на родителей и их трактаты о чистоте крови. Но только в этот момент.       Андромеде было всего пятнадцать, и ей было страшно.       Она боялась чувств, что вызывал в ней этот парень и что накатывали на неё от одного его взгляда. Боялась разочаровать родителей. Боялась разочаровать Теда.       Боялась Теда Тонкса.       Поэтому — только лёгкое прикосновение губ. На большее её смелости не хватило.       А после она убежала, позволяя Теду лишь наблюдать её удаляющуюся спину и оставляя его в смятении.       А потом она решила его избегать по мере возможностей, которых у неё было предостаточно. Потому что обычное равнодушное лицо никогда не обманывало Теда Тонкса…       Родителям не понравятся её чувства. Они её возненавидят. Или, что ещё хуже — вычеркнут её из своей жизни.