Салли
30 мая 2017 г., 10:01
Миссис О’Лири устроили в комнате Перси, пока тот приводил себя в порядок. Мама ни о чем не расспрашивала, и он был этому бесконечно рад. Не то чтобы ей было всё равно, но Салли хорошо знала своего сына и знала, когда ему не хочется лишних расспросов, когда нужно просто подождать, пока он сам будет готов к разговору.
Перси приходил в себя после долгого и тяжелого дня. Теплая вода его успокаивала, он наконец мог быть спокоен дома, с мамой. Мешало только одно: Рейчел. Её место сейчас в Лагере, раздавать пророчества направо и налево, и если она прервала свою важную миссию, чтобы навестить маму Перси в Нью-Йорке, значит быть беде.
Когда он вернулся в кухню, мама с Рейчел весело обсуждали платье, которое она недавно приобрела, и Перси даже не стал прерывать. Домашняя обстановка и болтовня ни о чем здорово успокаивала, и он даже улыбнулся. За долгое время ему наконец было хорошо.
Салли приготовила ребятам любимых синих печеней, сэндвичей и достала холодную газировку. И даже Перси, которому ничего в глотку не лезло, уплел свою порцию за считанные минуты, как только почувствовал запах вкусной маминой еды. За ужином они поболтали о Лагере, Перси было интересно послушать, как домик Гермеса вечно выдумывает всякие приколы и как от этого больше всего бесится домик Ареса. Так же Рейчел рассказала, что Нико давно не появлялся в Лагере, просто исчез, как сквозь землю провалился. А в его случае, может, и правда провалился. А еще исчез Уилл Солас из домика Аполлона, примерно тогда же, когда пропал Нико.
Перси пришлось поднапрячься, чтобы вспомнить, Уилла.
— Это тот, ради которого тебя отшил Нико, — тактично напомнила Рейчел. Перси зарделся, а Салли поперхнулась едой.
— Мама, это не то, о чем ты, возможно, могла подумать, — смущенно пробормотал Перси, бросив Рейчел злой вгляд.
— Нет, дорогой, если тебе… В смысле, главное, чтобы ты был счастлив, — Салли сама была смущена не меньше, но что бы там не происходило в личной жизни у Перси, она хотела, чтобы он знал, что может всегда рассчитывать на её поддержку. И тут в голову ей пришла совершенно безумная мысль, и она обдумывала её всего пару минут, прежде чем разрешить неловкое молчание, но она должны была спросить, хотя бы ради своего спокойствия. — Надеюсь, ты не прикрываешься Аннабет?
— Что? — Перси зарделся ещё больше. — Боги, нет, мама, конечно, нет! Рейчел просто неудачно выразила свои мысли.
— То есть Нико тебя не отшивал?
— Фактически — нет. Просто, оказывается, у него были… чувства ко мне.
Теория Перси о том, что вслух всё звучит реальней и от того ещё ужасней, подтверждалась. Серьезно, говорить об этом, тем более с мамой, было неловко.
— Были?
— Да, и он долго скрывал. Очень долго. На самом деле пару лет. И признался в этом после войны с Геей. Потом сказал, что это всё в прошлом, и, кажется, теперь у него новый дружок. Ну, во всяком случае был.
Девушки вопросительно на него посмотрели, и Перси, отложив вилку, решил, что сейчас самое подходящее время рассказать, что произошло.
Он рассказал им всё, смягчая неприятные моменты, стараясь звучать как можно безразличней. Словно всё под контролем. Так ведь и должно быть. Его друзья отправились в поиск, а ему полагается сидеть и не мешать. И верить, что у них будет все в порядке.
— Я поживу пока тут, если вы с Полом не против. Не могу сидеть дома, в Новом Риме, пока их нет.
Салли слушала сына очень внимательно и, хотя он изо всех сил старался казаться спокойным, прекрасно видела его переживания. Тем более Нико и Бьянка занимали особое место в его жизни. После того, как ему не удалось сдержать обещание, данное маленькому мальчику, и его сестренка погибла ради успеха в поиске, Перси долго приходил в себя. Но всё же избавиться от гнетущего чувства вины ему не удалось. Он редко говорил о Нико, но когда заходила о нем речь, Салли казалось, что к нему он относится как к младшему брату, за которого несет ответственность, которого должен защищать, чего бы ему это ни стоило.
И Салли понимала, как важно ему спасти Нико. Сын пришел к ней за поддержкой, хотел немного пожить с ней, и она на пару минут позволила себе помечтать, что наконец-то они могут провести немного времени вместе. Она уже хотела рассказать о том, что скоро у него появится маленький брат или сестричка, а потом вспомнила предупреждение Аида. Даже аппетит пропал.
Рейчел тоже не нужны были объяснения. Она видела всё насквозь, видела, что надолго здесь Перси не задержится. Он просто не сможет сидеть сложа руки, здесь даже не надо быть ясновидящей.
— Рейчел, тебе нужно немедленно вернуться в Лагерь, — сказал Джексон, тяжелым взглядом смотря на девушку. — Они едут как раз сейчас прямо к тебе за советом, каким-нибудь пророчеством, и тебе надо успеть до того, как они приедут.
— Хорошо, конечно, только как я успею?
— Миссис О’Лири. Она дружелюбная.
Рейчел с сомнением и мольбой посмотрела на Перси, надеясь, что эта была шутка, но он выглядел очень серьезным. И ей ничего другого не оставалось, как кивнуть в знак согласия.
— Ну, Рейчел, теперь рассказывай, что привело тебя сюда, — спросил Перси.
— Ничего, — пожала плечами девушка, улыбнувшись. — Просто я… Ну, ты знаешь, бывает. Я даже, если честно, смутно помню, как добралась сюда.
— То есть тебя привело сюда твое шестое чувство, но ты не можешь понять, что именно?
Перси старался сдержать свою злость. Эта постоянная раздражительность раздражала уже его самого. Он прекрасно понимал, что Рейчел не виновата в том, что не может до конца понять природу своих способностей и не всегда правильно может распознать свои видения. Он просто был на нервах из-за происходящего вокруг, да и появление Оракула, как правило, не ведёт ни к чему хорошему.
Рейчел виновато посмотрела на Салли, а потом перевела взгляд на её сына. Перси от этого взгляда передернуло. Он морально приготовился к плохим новостям.
— Кто-то умрет. И я не могу понять, кто.
Салли даже не удивилась. Только вчера Аид настоятельно советовал ей уговорить Перси найти свою смерть в море. И от Перси это не ускользнуло. Мама не выглядела испуганной или застигнутой врасплох, она была просто взволнована.
На самом деле Салли была перепугана до ужаса. Она старалась не показать своего волнения ради Перси и изо всех сил пыталась не переживать ради её будущего ребенка. Рука её невольно дернулась к животу.
— Давайте разбираться с проблемами по мере их поступления. Я буду рядом с мамой и Полом. Я не позволю, чтобы с ними что-то случилось, — Перси сжал мамину руку и ободряюще ей улыбнулся. — А ты должна помочь ребятам найти Нико. Ты там нужна сейчас больше, чем мне тут.
Рейчел не стала возражать. Она сделала то, что должна была: предупредила. И ей оставалось лишь верить, что всё обойдется и её предсказание не сбудется. Ей жутко хотелось ошибаться насчет этого.
Когда Миссис О’Лири исчезла в тени с Рейчел, Перси наконец мог спокойно побыть с мамой.
Они посвятили вечер друг другу: приготовили синей еды, выбрали комедию, к началу которой присоединился Пол, и фильм они так и не посмотрели. Пол рассказывал интересные случаи на работе, к нему подключилась мама, которая поделилась сюжетом своего нового произведения и с гордостью сообщила, что образ главного героя списан с её сына.
В этот момент Перси покраснел, причем не от смущения, и опустил глаза. Какой, к черту, герой, когда он сидит тут, пока его друзья пытаются спасти Нико? Салли поняла, что ляпнула лишнего, и тут же перевела тему, но всё оказалось безуспешно: Перси ушел в себя. Сидел, пялясь в узор ковра. Он даже не заметил, как мама тактично попросила Пола оставить их вдвоем.
— Милый, всё хорошо?
Перси очнулся, только когда почувствовал прикосновение маминой руки.
— Да… — пробормотал он рассеянно, и в его коротком ответе было столько неуверенности, что ему стало стыдно за свое неумение держать проблемы при себе.
Всё-таки уже не маленький, и это ему полагается защищать маму, а не наоборот. Это он должен ей помогать, выслушивать, поддерживать, когда надо, а выходит всё всегда не так. Неудачник. Боги, какой он неудачник!
— Нет, мам, не в порядке, — выпалил он, тут же отругав себя за неумение держать язык за зубами. — Я не могу сидеть тут, пока они отправляются за Нико. Да мы даже близко не знаем, что это за остров и как туда добраться!
— Так почему ты ещё не собран?
— Что? — Перси показалось, что он ослышался.
Но мама ободряюще улыбнулась и потрепала его по голове.
— Перси, ты шумный, иногда непослушный, непоседливый ребенок, которого выгнали со всех школ, в которые удавалось поступить, потому что везде ты умудрился напортачить. Серьезно, не было ни одного спокойного семестра на моей памяти, ты всегда умудрялся что-то где-то разбить, с кем-нибудь подраться, разнести спортзал, если не всю школу…
— Мама, ближе к делу, — смутившись, пробормотал Перси.
Салли засмеялась. Когда она узнала, что у нее будет ребенок от Посейдона, она ещё тогда поняла, что спокойной жизни ей теперь не видать. И да, он доставил не мало хлопот, но это всё не имело значения, потому что он — её сын.
— Ты никогда не был тем, кто может стоять в стороне, когда спасают друга. Перси, я знаю, что тебе Аполлон настоятельно советовал держаться подальше от этой миссии, но чего хочешь ты?
— Отправиться в путь прямо сейчас и присоединиться к ребятам, — без раздумий выпалил Перси.
Салли не хотела продолжать этот разговор. Она хотела бы посоветовать ему послушаться Аполлона и остаться дома, вдали от неприятностей. Но предупреждение Аида и его предложение никак не хотели выходить из головы. И хоть и на сердце у неё было не спокойно, она чувствовала, что делает всё правильно.
— Поехали в Монтаук, — вдруг предложила Салли.
Перси хотел было возразить, потому что ночь на дворе, но идея поехать в его любимый летний домик была слишком заманчивой. Они собрали только немного еды, взяли теплых одеял и отправились в путешествие. Пол хотел было предложить подвезти, но Салли напомнила, что ему завтра на работу и меньше всего ему нужна бессонная ночь.
Летний домик был в ужасном состоянии, и они почти до рассвета пытались привести его в порядок и немного прибраться. Когда они решили передохнуть, Перси расстелил одеяла у самого берега моря, а Салли принесла корзинку с едой.
Они оба сидели с кружками теплого чая в руках, смотрели на спокойный океан, переливающийся разными оттенками серебристого в свете ранних лучей восходящего солнца. Небо, как ни странно, было чистым, и светлые оттенки синего приходили на замену темным.
Всякий раз находясь в Монтауке, он очень часто думал об отце. Сейчас ему вдруг вспомнилось, как несколько лет назад он представлял его, гадал, каким он может быть, потому что никогда его видел. Тогда он очень хотел с ним встретиться, узнать, какой он, но сейчас ему казалось, что есть что-то особенное в незнании. Он мог представлять его героем, на кого стоит равняться, он мог воображать что угодно, позволить себе хранить в голове образ идеального отца и продолжать жить жизнью обычного подростка с дислексией, которому никак не удается надолго удержаться в одной школе.
А у реальности есть границы. И пусть его отец и всемогущий Бог, сотрясатель земли и повелитель морей и океанов, сам Посейдон из мифов о Древней Греции, Перси не мог избавиться от мысли, что без него его жизнь была бы совершенно иной. И он старался не думать, что ему, возможно, нравилась бы жизнь обычного подростка. Во всяком случае, так ему казалось. Времени думать, получилось бы у него быть обычным смертным без всех этих опасных приключений и монстров, желающих тебя убить, у него не было. Да и он уже не мог себя представить без этого.
В свою первую встречу Посейдон назвал его ошибкой. Эти слова крутились в голове Перси долгое время, и он сильно сомневался, что когда-нибудь сможет об этом забыть. И тогда он был страшно зол и обижен, теперь же мог представить и даже понять, почему отец так сказал.
Интересно, Посейдон всё ещё жалеет о том, что он появился на свет?
— Что собираешься делать, Перси? — тихо спросила Салли, обняв сына.
— Я не знаю, мам, — ответил он, прижавшись к ней.
Это была не совсем правда, и они оба понимали это, но Перси помнил предсказание Рейчел. Нико есть, кому спасать, а вот его маму с отчимом никто не защитит.
— Говоришь, Арес сказал, что Гера на тебя злиться?
— Я даже понятия не имею, что опять натворил, — пробурчал недовольно Перси.
Зато Салли знала. И она понимала, что так просто Гера от него не отвяжется.
— Что насчет присоединиться к ребятам?
— Я рискую многим, если Аполлон окажется прав.
— Перси, ты никогда не был трусом и всегда рвался в бой, спасать друзей. Ты выбрался из Тартара, и ты боишься предсказания Аполлона?
— Думаешь, стоит поехать за ребятами?
— Если они добрались до Лагеря, быстрее всего тебе будет добираться морем.
— А что насчет предсказания Рейчел? Я не хочу отпускать вас…
— Перси, мы справимся, — Салли потрепала мальчика по голове, поцеловав в макушку. — Тебе стоит подумать, как спасти Нико.
— Сначала его надо найти.
— А как ты нашел остров Калипсо?
— Чуть не умер, — буркнул Перси, вспомнив не совсем приятные ощущения тех событий.
Салли помолчала пару минут, не веря, что правда собирается сказать это.
— Может, стоит попробовать снова?
— Мама, ты предлагаешь мне покончить с жизнью? — спросил Перси, не веря собственным ушам. А вообще, если подумать, идея была не совсем уж и плохой. И он, и Лео на остров к Калипсо попали, умирая. Словно вместо того, чтобы попасть прямо в Царство Мертвых, они попадали на тот заколдованный остров. Как второй шанс на жизнь. Может, Зевс придумал подобное наказание и для Нико?
Салли видела как недоумение на лице сына сменила задумчивость. Боги, она поверить не могла, что надоумила его на такое.
— Я предлагаю попробовать, но без фанатизма.
— Я люблю тебя, мама.
— Я тоже люблю тебя, дорогой.
Через пару часов, немного отоспавшись, Перси отправился на Пегасе в Лагерь. Салли ещё долго сидела на берегу, уставившись взглядом куда-то вдаль, думая, правильно ли она поступила. Роль мамы давалась ей не легко, но она пыталась с ней справляться.
В этом домике двадцать лет назад она встретила Посейдона. Боже, это был такой головокружительный роман! Отношения были бурными, как океан в шторм, с ним никогда не было никаких банальностей, никакого постоянства, никакого спокойствия. Всегда на стороже, всегда эмоции, драма, страсть, снесшая голову им обоим, и в результате этого романа получился Перси. Весь в отца, никакого постоянства!
Салли грустно улыбнулась, вспоминая те времена, думая, смогла бы жить с таким, как Посейдон. С океана подул ветерок, и легкие наполнились соленым запахом. Она вдохнула полной грудью, чувствуя небывалое ощущение свободы и умиротворения.
— Давно не видел тебя здесь.
Салли даже не повернула головы. С ним всегда так: появляется и уходит тогда, когда взбредет в голову.
— Давно не было причин сюда заезжать, — ответила она, обняв себя за колени.
Посейдон присел рядом с ней, все в той же гавайской рубашке и цветных шортах. Выглядел как бомж-рыбак, который бритвы не видел месяца два. Но была в нем непоколебимая уверенность и сила. Это, наверное, и привлекало когда-то Салли.
— Сейчас какой повод?
— Странно, что ты не знаешь.
Посейдон чуть напрягся, Салли это поняла по океану, который словно чуть встревожился. Она рассказала ему о том, что собрался делать Перси, о том, что произошло в «Лотосе» и о словах Ареса насчет Геры. И рассказала о визите Зевса.
— Он поплатится за это, — процедил Посейдон, сжав кулак. Он поднялся на ноги, и вокруг стало слишком холодно. Поднялся ветер, и волны вместе с ним стали больше.
— Ты ж не собираешься устроить шторм прямо сейчас? — спросила Салли, поднявшись следом за ним.
— Я собираюсь расквитаться с Зевсом. И отгородить тебя от Геры, — Посейдон схватил Салли за руку.
— Что? — она недоуменно посмотрела на бога, который выглядел слишком серьезно. — Что ты собираешься делать?
— Зевс глуп, если думает, что Гера остановится на Перси. Как только она поймет, что не может ему отомстить, так сразу она возьмется за твоего второго ребенка. Гера не раз и не два показывала, какой жестокой может быть с теми, с кем ей изменил мой заносчивый младший брат. Ты исключением не станешь. Я не могу защитить тебя на Земле, но могу забрать тебя с собой в Подводный Мир, где до тебя не доберется ни Зевс, ни его сумасшедшая женушка.
— Да кто из вас двоих ещё сумасшедший! Я не могу взять и исчезнуть! Не могу оставить Пола одного!
— Какого Пола? — что-то в тоне Посейдона её взбесило. То, как он спросил. Так, словно присутствие мужчины в её жизни удивительно и даже нежелательно.
— Того, с кем я живу, Посейдон, — ответила она, расправив плечи.
Это было бы круто двадцать лет назад, когда его спонтанность и решительность были безумно привлекательными и сексуальными. Сейчас это значило лишь большие неприятности, но она не могла не признать, что Посейдон прав.
— Можно и его прихватить, если этот смертный так тебе важен, — недовольно сказал Посейдон, отведя взгляд. — Но ты должна пойти со мной. Зевс переходит все дозволенные границы, он подставил под удар тебя и твое будущее дитя, а я не могу позволить, чтобы с тобой что-нибудь случилось.
