Мифы и магия: карта Аида

      — Куда он намылился? Нам же по пути! — сказал Лео, нарушив тяжелую тишину. — Я позову его…       — Нет, — жестко сказала Аннабет хриплым голосом. — Ему надо побыть одному. Тем более нас и так шесть человек. А с ним семь. Не думали, как мы в машину поместимся?       — Что мы собираемся делать? — спросила Пайпер, хмуро разглядывая недоеденный бургер.       — Я лажанул, — вдруг заявил Джейсон, встретившись глазами со всеми ребятами. Пайпер закатила глаза, Френк недоуменно пожал плечами, Аннабет удивленно выгнула бровь, а Лео выразил всеобщее удивление всего одним словом: «Че?»       Джейсон сжал губы, уставившись в стол, морально готовясь выговориться перед друзьями. Он не подбирал слов, не боялся говорить, это же его друзья, с которыми он пережил столько всего! Но тяжело признаваться в своих ошибках другим, вдвойне тяжелей признаваться самому себе. Но Перси прав: надо снова собрать команду. А единственным способом сделать это, по мнению Джейсона, был откровенный разговор. И начать стоит именно ему, если он хочет того же добиться от других. Как бы не было на душе гадко и тяжело, просто надо говорить. А друзья терпеливо ждали, пока он соберется.       — С тех пор, как отец лишил меня всех полубожетсвенных привилегий, мне не по себе. Я словно рук лишился. Но сегодня, когда вмешался Арес, чтобы спасти нас всех от лап минотавра, я понял, каким трусом был. Зевс наглядно показал, чего стоят дары Богов, но я не считаю, что они должны определять нас. Есть у меня силы, нет их, какая разница? Да, без них трудно, но я все тот же Джейсон. И я не хочу быть трусом. И тем более тем, кого надо вечно прикрывать, потому что я хочу, могу и буду сражаться, пока в состоянии держать в руках оружие. Зевсу не выбить почву у меня из-под ног этим.       Джейсон на минуту замолчал, готовясь извиниться перед человеком, которого, возможно, обидел сильнее всего. Который был ему дорог, был больше, чем просто другом. И эта часть монолога была особенно для него тяжелой.       — Пайпер, прости меня, — выпалил он. И, когда уже брать свои слова назад не было возможности, он продолжил, глядя ей прямо в глаза. — То, что я тебе сказал в Новом Риме… Это бред. Я не хочу ничего прекращать. Просто… Тогда я испугался, подумал, что ты хочешь порвать, и сам сделал глупость.       — Джейсон, в той ссоре виноваты мы оба, — сказала Пайпер, которая впервые за этот день звучала и выглядела мягче, чем дворовая кошка, которая фыркает на всех подряд. — Я наговорила глупостей, мы просто друг друга не поняли. Мне только нужно знать, что мы хотим двигаться в одном направлении. Что видим будущее одинаковым. Я знаю, что прозвучало так, словно я не хочу помогать спасать Нико, но это совсем не так. Я просто хочу спокойной жизни с тобой.       — Домик где-нибудь в Новом Риме… — мечтательно улыбнулся Джейсон.       — Так, чтобы мы парочками куда-нибудь выходили каждые выходные, — Пайпер подмигнула друзьям.       Аннабет отвела взгляд в сторону, Френк смутился, а Лео с Калипсо синхронно покраснели.       — Кстати о парочках… — улыбка мигом исчезла с лица Джейсона. Он серьезно посмотрел на Чжана. — Хейзел в безопасности. Аид никому не даст ей навредить. А как только мы вернем ему Нико, он отпустит её. Вот увидишь, Френк, вы с ней обязательно встретитесь.       Чжан выглядел, как большой сердитый медвежонок, которому не досталась ложка меда и теперь он дуется на всех, параллельно раздумывая, кому отомстить в первую очередь.       — Спасибо, друг. Я безумно рад, что вы откликнулись.       — Иначе и быть не могло, — мягко сказала Пайпер, сжав под столом руку Джейсона.       — Я сильно переживаю за Хейзел, ещё и эта неудача с орлом… Боги, Арес видел этот позор, — Френк выглядел подавленным, да и, кажется, он только осознал, кто их спас. Облажаться перед божественным родителем, который возлагает на тебя надежды, не особо приятно. — И вы простите за мое… кхм… некорректное поведение.       — Приветствовать оплеухой друзей теперь называется некорректным поведением? — осведомился Лео, и женская часть компании кинула на него недовольный взгляд и синхронное «Вальдес!». — Что? Я просто поинтересовался. Я сам не лучше. Исчез, не предупредив. Но кто ж знал, что вы меня недооцените? Чтобы я взорвался на небе, да еще и похоронил Фестуса? Ребят, ну вы чего!       Ребята уставились на сына Гефеста тяжелыми взглядами, на что Лео просто пожал плечами. Тут наконец заговорила Калипсо, которая до этого тщательно пыталась вжаться в грубую обивку дивана.       — Лео, я думаю, что они ждут немного других извинений, — сказала она мягко, но взгляд её тёмных строгих глаз сделал свое дело.       — Простите, что сразу не сказал, что жив. Просто я не думал, что вы за меня станете так сильно переживать.       Френк, сидевший ближе всех к Лео, дал ему подзатыльник.       — Ты идиот, — констатировал Джейсон, кивнув Чжану в знак одобрения.       — Как ты мог подумать, что мы не станем за тебя переживать?! — серые глаза Аннабет метали молнии.       Лео вдруг вспомнил, как она встретила Перси в Новом Риме, и порадовался, что сейчас между ними сидит Френк, потому что она выглядела так, словно готова была отработать тот свой прием на Лео.       — Я тебе говорила, — спокойно сказала Калипсо, пожав плечами.       — Теперь, когда все выговорились, — Джейсон собрался было встать, но Пайпер остановила его.       — Не все. Аннабет. Что ты хочешь нам сказать?       А Чейз так была близка к тому, чтобы уйти от этого вопроса! Но Пайпер всегда была внимательной. И наверняка лучше других видела и понимала, в чем дело. Дочь Афродиты, как никак.       — Перси ушел.       И правда. Когда говоришь что-то вслух, оно вдруг становится слишком реальным. Потому что только сейчас Аннабет осознала, что Перси ушел. Она не увидит его, пока не вернётся с поисков Нико, а на сколько это затянется, никто не знает. И до нее только дошло, что они не попрощались. Ей хотелось встать, побежать за ним и… И что она сделала бы? Обняла его? Поцеловала? Пообещала вернуть Нико? Что?       Хотя какой толк задаваться этим вопросом, если он ушел, а она сидит в забегаловке с друзьями. И не потому, что она не хотела с ним прощаться, - она сильно боялась, что ему это не нужно. Боялась, что увидит в Перси отстраненность и холод, которые повисли Дамокловым мечом между ними.       Да, они говорили о своих отношениях накануне, но тот разговор ни к чему не привел. Пропасть между ними меньше не стала. А сейчас, когда его нет рядом, Аннабет, к своему стыду, чувствовала скорее не тоску по нему, а вину, потому что ей даже немного легче его не видеть сейчас. Возможно, им нужна передышка. Может, они устали друг от друга, им стоит немного поскучать друг за другом. Но что если этот отдых затянется? Что, если Перси понравится быть одному? Что, если без Перси понравится ей?..       Все эти вопросы не могли её не мучить, но говорить о своих чувствах ей было по меньшей мере не комфортно. Но Пайпер буравила её пристальным взглядом, и Аннабет понимала, что от нее не отвяжутся, пока она не выложит все, о чем думает.       — Не только физически. Он отдалился от меня, и я… я не понимаю, почему. Я не понимаю, что происходит, и… — Аннабет сжала губы, мысленно отругав себя за непрошеные слезы и ком в горле. Она быстро смахнула слезинки рукавом и, стараясь контролировать свой голос, продолжила: — Я думаю, что между нами все кончено.       Аннабет пожалела об этих словах, как только они сорвались с ее губ. Нет, она думала об этом, но это была всего лишь вероятность. И очень маленькая. Но видимо, слишком возможная, раз она выпалила это в порыве своего откровения.       Аннабет быстрым взглядом окинула друзей, в надежде, что хоть кто-нибудь постарается её переубедить, но все молчали. А значит, её худшие опасения подтверждались. Ей не показалось: Перси от нее отдалился.       — Аннабет, вы вдвоем прошли через весь Тартар, — сказал Лео. — Да и без этого вы столько пережили вместе, неужели это ничего не значит?       — Я не знаю, — прошептала девушка, ещё раз протирая рукавом глаза. — Пожалуйста, давайте закроем эту тему.       Калипсо неожиданно для всех встала и, обойдя стол, села рядом с Аннабет. Она убрала назад светлые волосы девушки, нежно провела пальцами по щекам, стирая слезинки, и сказала мягко:       — Перси любит тебя. Во время своего пребывания на острове не было ни дня, ни минуты, чтобы он о тебе не думал. Ну, разве что ночью. Ночью он занят пусканием слюней, но ты это, наверно, и сама знаешь, — богиня тепло улыбнулась, когда ей немного удалось рассмешить Аннабет. — Он много рассказывал о тебе, и в эти минуты я так тебе завидовала! Как бы мне хотелось, чтобы хоть кто-нибудь вспоминал меня с такой любовью, с какой он говорил о тебе.       — Спасибо тебе, Калипсо. Ну, один фанат у тебя уже есть.       Богиня улыбнулась, подмигнула в миг покрасневшему Лео и повернулась к ребятам.       — Смотрю, у вас набирается целая команда по спасению Нико. Возьмете меня с собой?       Не смотря на то, что у Перси были деньги и он был готов заплатить двойную цену, побитого подростка в оборванной одежде с палкой вместо костыля брать в автобус никто не решался. Да и попутку было сложно поймать. Совсем потеряв надежду доехать до дома на колесах, он уже лениво побрел по трассе в сторону Нью-Йорка, как вдруг он услышал знакомый скулеж. А потом увидел его обладателя.       — Миссис О’Лири!       Адская гончая держала в зубах какое-то письмо. Как только Перси взял эту ношу в руки, Миссис О’Лири, радостно тявкнув, навалилась всем своим немаленьким весом на своего хозяина, свалив того на холодный асфальт, и принялась всего облизывать, радостно виляя хвостом.       Перси засмеялся, позволяя собаке себя обнюхивать, и только после того, как она закончила и послушно села рядом, он сумел встать.       — Привет, моя девочка, — он потрепал её по голове, почесал за ушком, под шеей, вызвав у гончей щенячий восторг. — Ты сама пришла или отправил кто?       И тут он вспомнил про письмо. Он открыл конверт, где был маленький листок, на котором написано всего три слова: «Будь осторожен. Аид».       За один вечер ему помогли два Бога. Не к добру это. Да еще и Арес ляпнул что-то там про Геру. Когда он успел её разозлить? Что вообще там на Олимпе происходит? Им скука в голову ударила совсем? Но обо всех этих вопросах он подумает позже. Сейчас не в той форме, чтобы трезво соображать и делать выводы.       Он обнял гончую за её мощную шею, и она была такой мягкой, что Перси мог бы спокойно на ней спать. Эта идея показалась ему заманчивой, в большей степени потому, что он давно нормально не высыпался.       — Поможешь мне добраться домой?       Миссис О’Лири радостно пролаяла и позволила Перси сесть себе на шею. Как только полубог крепче ухватился за неё, он почувствовал тошноту и головокружение. Нет, путешествие по теням это далеко не то, к чему можно привыкнуть. И как Нико справлялся с этим?       Миссис О’Лири доставила его прямо к квартире. Он видел знакомый номер, но никак не решался позвонить. Что он скажет маме? Что отправил друзей спасать Нико, а сам вернулся домой? Что хреновый из него герой? Об этом он не подумал. Да ещё и она теперь живет с Полом, и да, он хороший малый, но что, если Перси впутает их в неприятности? Это же он — Перси Джексон, магнит для всех монстров!       Он уже подумывал о том, чтобы вернуться в Новый Рим, но Миссис О’Лири была другого мнения. Она громко пролаяла три раза и даже поскреблась в дверь прежде, чем Перси успел её остановить.       — Иду! — послышался голос мамы из квартиры.       Салли открыла дверь и даже не показала своего удивления, когда увидела рядом с сыном адскую гончую.       — Привет, мам, — постарался выдавить улыбку Перси. Мама лишь обняла его, прижав к себе. Она притворно недовольным взглядом окинула помятого сына, а Перси лишь пожал плечами, виновато опустив глаза. Вот он перед ней: ее неугомонный любимый ребенок.       — Заходи скорее и переодевайся, милый, — сказала Салли, пропуская сына внутрь. — К тебе как раз гости.       — Кто?       Сердце Перси упало в пятки. Он машинально потянулся к ручке, но мама улыбнулась и успокоила его.       — Это Рейчел Дэр.