Варийская девушка

      — Занзас, мальчик мой, Скуало, — Девятый устало вздохнул, откинулся на спинку кресла и сложил ладони, готовясь к длинному разговору. — Прошу прощения, что заставил оторваться от дел и приехать, но, как мне показалось, это дело лучше стоит обсудить лично. Суть в том, что орудует один маньяк, нападающий на жён и невест влиятельных мафиози, предпочтительно блондинок. Давно уже пора прекратить жертвы, но на него не так-то просто выйти...       — Меня это не интересует, — осушив широкий бокал виски, Занзас звонко поставил его обратно на стол и встал, собираясь уходить.       — Эй, босс! Куда? Давай хоть дослушаем!       — Остановись, Занзас, пожалуйста.       — Поднимайся, мусор, — он на секунду обернулся, смиряя Скуало холодным взглядом. Занзас был явно не в настроении сегодня вникать в предстоящее дело.       — Ну, извиняйте уж, — вслед за ним поднялся Скуало и направился к дверям.       — Скуало будет играть роль наживки! — выкрикнул Тимотео, принуждая обоих буквально врасти в пол.       — Чего-о? Какого хрена я?! — лицо мечника исказило глобальное возмущение. Он переводил растерянные взгляды с Занзаса на Девятого босса.       — Так, может, вы присядете?       Занзасу эта новость, несомненно, пришлась по вкусу. Патлатый мусор в роли наживки для ловли маньяка? Неплохо... Он незамедлительно занял своё место на кожаном диване.       — Продолжай, — на губах тенью скользнула довольная ухмылка.       Тимотео — мужик серьёзный, в летах уже. Много на своём веку повидал. И поэтому шутить шутки с независимым отрядом убийц не собирался. Возраст не тот, да и должность не позволяет. А Занзас, по природе своей являясь едва ли не законченным алкоголиком, понемногу улавливал ход его мыслей, несмотря на похмелье, из-за которого еле заставил себя покинуть особняк. Скуало же, в свою очередь, думал, что старик бредит.       — Так вот, вернёмся к делу, — продолжил Девятый. — Так как поймать маньяка — дело непростое, Скуало должен сыграть роль наживки. Внешне только он подходит: мои люди уже успели убедиться, что преступнику приглядываются лишь девушки повыше...       — Я, блядь, что, на бабу похож? Крайнего нашли? — он подорвался со своего места и, упираясь руками о край стола Девятого, гневно навис над ним. — Наймите какую-нибудь шлюху блондинистую и отлавливайте на неё маньяков! Я на такое подписываться не стану.       — Скуало, держи себя в руках, пожалуйста, я ещё не закончил. Вернись на место.       Делать нечего — пришлось послушаться. Иметь дело с Варией — себе дороже, но они профессионалы, так что нужно считаться.       — Девушку брать нельзя. Твоя роль как наживки характеризуется тем, что преступника надо будет обезвредить. Ну, и постоять за себя, в первую очередь, конечно же. Ты справишься, я не сомневаюсь, но Занзас...       Своё имя, услышанное от Девятого, внезапно отвлекло его от напряжённых мыслей, в которых заключалось представление того, как Скуало, как и всякая другая женщина, будет делать эпиляцию.       — Что-то не так?       — Ты должен сделать всё для того, чтобы поймать преступника. В том числе и изображать в компании своего подчинённого супружескую пару.       Занзас молчал, смотря в упор на своего приёмного отца. Тупой старикан. Настырный тупой старикан. Какая, мать её, ещё более убогая мысль могла прийти в его съеденную старческим маразмом голову?       К удивлению, Занзас расхохотался. Но это был не тот смех, к которому хотелось присоединиться. Это был тот смех, от которого хотелось бежать и прятаться.       — Я с ним, — он указал большим пальцем в сторону Скуало, когда внезапный приступ истерической радости прекратился, — любезничать не буду. Возьми для этого чмошников Савады.       — Это мой приказ как Девятого босса. Не просьба, мальчик мой, не поручение... Приказ. Не исполнять его ты не в праве. Послушай... Через неделю состоится бал. Там соберутся все важнейшие персоны мафии. Этим своим появлением, в качестве пары, вы сможете привлечь внимание преступника. Скуало наденет платье и будет играть роль твоей жены; вы должны показать всем, как любите друг друга. И если маньяк клюнет, есть неплохие шансы поймать его и обезвредить.       — Слышь, дед, — подал наглый голосок будущая «жена» босса Варии. — Ты, блин, чё, женских романов перечитал, а? Совсем на закате лет умом тронулся? Какая, чёрт возьми, любовь? С этим алкашом?! — нервишки заметно сдавали. В обычных условиях Скуало не позволил бы себе разговаривать с начальством в такой манере.       — Мусор дело говорит. А за алкаша потом мне ответишь. Я, блядь, мужик или кто? Я не собираюсь сосаться с другим мужиком у всех на глазах!       — Вот-вот, и я тоже, — поддержал мечник. — Те мелкие педики для этого больше сгодятся! Взять хотя бы этого, как его там? С дебильной причёской который, ну!       — Рокудо, — подсказал Занзас.       — Вот его, ага. Или этого...       — Это ваше задание, — многозначительно произнёс Девятый, прерывая размышления Скуало. — Надеюсь, условия ясны? У вас неделя. И научите этого дикаря манерам. Тебе тоже не помешает потренироваться, Занзас.       — Мне насрать. Да чтобы я, Занзас, обжимался с этим патлатым мусором?! Любовь с ним показывал, да? Этого ты хочешь, старпёр?! — подойдя к столу, он обхватил за тонкую ножку торшер, занёс его над головой и отбросил на пол.       По ковру разлетелись детальки лампы, покатился абажур... Девятый, вжавшись в спинку кресла, побледнел. Он и так редко виделся с Занзасом, но наблюдать его в таком состоянии было крайне тяжело.       — Вро-ой, да ты, старикан, спятил совсем! — подорвался Скуало, приближаясь к напольному светильнику. Но тут же отскочил, как только Занзас ударил его по руке. — Эй, босс, я тоже хочу что-нибудь разбить!       — Не позволяй себе лишнего, мусор. Только я могу дебоширить здесь, — его рука уже потянулась к пистолету, собираясь продырявить одну из картин, но подоспевшие вовремя люди Девятого ловко остановили его. Они, как бы варийцы ни сопротивлялись, всё же усадили их обратно на диван.       — Господи, Занзас, что же ты творишь... — бессильно вырвалось у Тимотео. Он выпил воды и, потирая лоб, посмотрел в сторону босса и мечника. — Вы просто невыносимы.       Эти ребята казались обиженными и выглядели как наказанные дети. Их рвение что-то сломать понять можно было, но не устраивать же дестрой в кабинете самого главы всей Вонголы?       — А теперь просто примите тот факт, что миссия по поимке преступника, которого уже ненавидит вся мафия, лежит полностью на вас. Приказ есть приказ. Не соблюдать его вы не можете.       Занзас едва заметно кивнул, поднялся и, кинув взгляд на капитана, указал на дверь.       — Но за последствия этого тупого задания отвечать тебе, — прежде чем выйти в коридор, сказал он. Старик в ответ лишь равнодушно покачал головой.       За рулём сидел Скуало. А у брюнета после разговора с Девятым в голове гудело. Шок от условий миссии почти стёр на нет все признаки похмелья. Осознание того, что им обоим придётся сделать, ещё не завладело мыслями, но против приказа не попрёшь. Факт оставался фактом — придётся играть на публику любящую пару. Хуже всего, думал Занзас, придётся патлатому. Все эти дамские штучки: платье, чулки, каблуки и помада — он бы с этим не справился.       — Босс, почему я, а? Ну какая из меня баба? Почему не Луссурия? Каблуки, парик — вот тебе и дело с концом! Получится шикарная блондинка. Он и ходить может, и краситься, и ведёт себя как полагается...       — Мысли читаешь, мусор. Но, сука, фигурой не вышел. Качок он, а вот ты тощий. Ты подходишь.       — Хорошо. Тогда Бел. Ему и парик не нужен. Только каблуки, сантиметров так двадцать. А то и ходули.       — Сам-то понял, что сказал? Этому мусору псевдокоронованному вообще в люди выходить нельзя. Возьмём маньяка и ему отдадим, пусть играется.       — Вро-ой, то есть ты всерьёз решил из меня бабу заделать? — возмутился мечник и сильнее прижал педаль газа. Скорость превысила допустимую. Из длинных пальцев в окно вынужденно выпала сигарета. Живя с Занзасом под одной крышей, любой закурит. — Твою мать... Я в девицу наряжаться не собираюсь!       — Тебя никто не спрашивает.       — Босс, ну блин! Я не хочу...       — Слишком шумно, мусор. Бесишь.       Ладонь сильно шлёпнула блондина по губам, а после потянулась к кнопочке на магнитоле. Из маленьких колонок полился джаз. Занзас прикрыл глаза и откинулся на спинку кресла. Это его успокаивало. По дороге домой было время подумать. Скуало мысленно крыл всё вокруг трёхэтажным матом. Периодически его плечи и запястья дёргались. Видимо, нервное.       Тем временем в особняке за городом на редкость всё было спокойно. Во всяком случае, так казалось Луссурии. Последний раз он видел Бела ещё утром, Леви спал в своей комнате, а за Франа можно было не беспокоиться. «Шатается, наверное, где-нибудь... Поблизости с принцем. Они ведь так близки, — с улыбкой думал «мамочка» всея Варии. — Что может случиться?»       Закончив с приготовлением ужина для босса (Занзас любил и выражал отдельное уважение за это), Лусс поднялся на третий этаж и проник в ванную комнату. Там он, заткнув отверстие слива ванны пробкой с уточкой на цепочке, стал крутить краники с горячей и холодной водой, настраивая нужную температуру. Когда вода покрыла собой дно, он взял со стеклянной полочки прозрачную банку. Внутри находились мелкие розовые хрусталики — морская соль. Опустошив банку наполовину, он стал помешивать ладонью в воде, растворяя соль, а после потянулся, прихватил с полки бутылочку с лиловой жидкостью и немного отлил из неё. Струя воды взбивала собой пену. По комнате распространился сахарный аромат мармелада.       Захватив с собой косметичку, Лусс спустился в гостиную. По плазме крутили «Топ-модель по-американски» — его любимое реалити-шоу. Закинув ногу за ногу, он полулежал на диване и подпиливал ноготки. Рекламные паузы раздражали, а почти в самом конце программы — тем более. Прошло тридцать минут. Переживая за уход из шоу того блондинчика, о воде он забыл напрочь.       Это ты зря, Луссурия, детка... Очень некстати. Кафельный пол ванной комнаты — это потолок кабинета Занзаса. Глубокая ванна заполнилась до самых краёв. С них стекала вода тонкой плёнкой, а по полу клубилась пена. По TV по-прежнему крутилось реалити о моделях. Пошла заставка следующего выпуска. Парень и думать не успевал о ванне. Позади него на втором этаже заливало кабинет босса. Пока ещё редкие капли стучали о папки с документами на рабочем столе.       В саду то виднелась, то снова пряталась в зарослях кустов соломенная шевелюра принца. Слышалось рваное дыхание. Ну и напряжённая же работка там велась, как видно. Шумно выдохнув, Бельфегор проткнул лезвием лопаты землю и, оглянувшись по сторонам, убедился, что никого поблизости нет, затем поднял лохматую чёлку и рукавом вытер пот со лба. Его колени коснулись дёрна, а пальцы зарылись в кучу свежей земли и стали выбирать оттуда какую-то особую. Из этой «нужной» он стал создавать ещё одну кучку, поменьше. Если приглядеться, то можно заметить, как она шевелится. Вскоре из влажного вороха почвы изящными пальчиками он выудил друг за другом штук двадцать, а то и больше пурпурных склизких шнурочков и заботливо уложил их на дно консервной банки. Не царское это дело — самому себе червей копать. Его высочество собралось на рыбалку? Или опыты на них ставить будет? А может, лягушек ловить? Хоть не препарировать. Господи, сбереги жизнь зеленоволосого мальчика...       Мыском сапога Бел запихал лопату подальше в кусты, чтобы никто не нашёл. «Это добро ещё пригодится», — думал он. Запыхавшийся, ни то от гордости, ни то от усердия, с пыльными листьями и веточками в причёске, походившей на старую швабру, с грязными руками, ногтями, штанами и обувью, он королевским аллюром поскакал к чёрному входу особняка, что ведёт прямо на кухню. На его счастье, там никого не оказалось.       На столешнице кухонной тумбы дымился любовно запечённый Луссурией гусь. Блюдо с листьями салата, на котором он лежал, было украшено золотистыми дольками картофеля и фаршированными алыми ягодками клюквы, яблоками. Бельфегора, пришедшего с уличной голодухи, этот видок явно соблазнял. Поставив свою жестянку с червями на самый край полочки над тумбой, он слегка сполоснул руки под краном и, запихнув в рот сразу два кусочка картошки, взял фаршированное яблоко и поспешил скрыться с места преступления, благодушно улыбаясь.       Куда же он? А как же черви? Или это такой сюрприз от самого принца неизвестному адресату? Черви, видно, так не думают... Край банки перевесил — и она звонко грохнулась, рассыпая по всей столешнице червячков, которые, кажется, уже вовсю спешат за своим освободителем. Но несколько штук угодило прямо в блюдо с гусем.       Так вот, оказывается, для кого сюрприз был подготовлен... Для Занзаса. Только не думается, что он ему шибко обрадуется. Молитесь и кайтесь, принц, чтобы эта парочка-другая червяков оказалась в вашей порции.