Цена избавления

      Хмурое небо накрыло город, как всегда и бывает осенью. То самое состояние погоды, когда тёмные облака не готовы ещё пролиться дождём на деревянные и каменные постройки, а так же суетящихся всюду людей. Только холодный воздух и пронизывающий одежду ветер.       На крыше пятиэтажного дома стояло двое жнецов. Первый был одет в длинный, закутанный плащ, с собранными в хвост чёрными волосами. На его лице была серая, почти в цвет неба, маска из металла, прямо поверх которой были одеты изящные очки с круглыми линзами.       Второй жнец был одет в строгий на вид костюм, типичный для всех жнецов Департамента. Каштановые волосы, причёсанные назад, глаза янтарного оттенка, очки прямоугольной формы, а так же красивое и молодое лицо, на котором застыло уныние и печаль. В руке жнец нервно сжимал свою косу – корабельный гарпун, тщательно отполированный и заточенный.       - Тебе не о чем беспокоиться, - сказал жнец в маске своему коллеге. – Это просто наша работа. Ты ведь сдал экзамены, поэтому должен уже иметь хоть какой-то опыт.       - Я знаю, - ответил молодой жнец.       Было очевидным, что этот молодой парень, пару недель назад закончивший академию, волнуется. Работа жнецов – забирать души людей, но никто не говорил, что у всех это получается сразу, и уж тем более легко. Как в физическом, так и в моральном смысле.       Жнец в маске протянул юноше папку.       - Цель зовут Сара Сатклифф, девушка двадцати лет, работает прислугой в доме крупного промышленника два через два. Сейчас возвращается с работы, и она должна умереть на этом месте через десять минут, - жнец отодвинул рукав плаща и взглянул на сложную конструкцию, опоясывающую его руку, которая представляла собой массивный браслет с несколькими циферблатами. – Пройдёт через тёмный переулок. Вероятно, она умрёт от рук маньяка, либо просто произойдёт несчастный случай. Ты должен просмотреть ленту и забрать её душу. Всё ясно?       - Да, - равнодушно ответил юноша, разглядывая бегущих туда-сюда людей внизу улицы.       - Ну, так соберись, наконец, - мужчина в маске дёрнул парня за плечо. Не ты же сегодня умрёшь.       - Как будто я могу радоваться тому, что моя работа – забирать жизни, - буркнул в ответ молодой жнец.       Длинноволосый ненадолго замолчал.       - Не нужно забивать себе голову этой чепухой. Выбор у тебя всё равно невелик. Просто выполни работу, и мы отсюда уберёмся. Насколько я знаю, у нас будет полно дел в девятнадцатом веке.       Жнец в маске отошёл от края крыши и сел на каменную перегородку дымохода, а его молодой коллега остался на месте, в ожидании своей цели.       Одни жнецы очень самолюбивы, горды и сделают всё, что угодно, лишь бы их великолепие и профессионализм не оспаривались. Другие же – преданы своему делу, и им наплевать на всё, кроме работы. Они хотят выполнить её на отлично, просто потому, что считают это правильным, и им всё равно, что про них скажут, подумают, как отнесутся к их поступкам.       Однако всех жнецов объединяет одно – на своих первых заданиях они нерешительны и склонны к волнению. Одни меньше, другие больше, но все немного нервничают. Сказывается сложность их работы и отсутствие опыта. Поэтому такое поведение для этого юноши было вполне нормальным. Кто знает – может, в будущем этот новичок встанет в один ряд с легендарными жнецами, либо вообще возглавит Департамент?       На улице показалась девушка с волосами красного цвета, которые сразу бросались в глаза. На ней мешком висел свитер грубой вязки, который явно был велик, длинная юбка почти касалась бордюра, а большая мальчишеская кепка закрывала черты довольно милого лица.       Молодой жнец прищурил один глаз. Конечно, никто не говорил, что простая служанка должна быть богатой, но неужели у неё совсем нет денег и уважения к самой себе, раз одевается в такое рваньё?       Юноша поудобнее перехватил гарпун. Свободной рукой нервно подтянул галстук. Сара Сатклифф приближалась к тёмному и узкому переулку, где вот-вот произойдёт роковой поворот её жизненного пути. Она шагала спокойно и размеренно, скромно сложив руки на своём животе и опустив взгляд вниз.       - Вперёд, - за спиной раздался голос, приглушённый маской. – Докажи, что ты настоящий жнец.       Новичок сдвинулся с места и подошёл к углу крыши. Сара Сатклифф пересекла дорогу, по которой разъезжали кареты, опасливо поглядывая по сторонам. Наконец, девушка вошла в переулок.       Она шла, никуда не торопясь, думая о чём-то своём. Жнец, с крыши наблюдавший за ней, даже позавидовал такой беззаботности и отрешённости. Конечно. Ей ведь не нужно делать такой сложный и ответственный выбор, как ему.       Дорогу девушки внезапно преградил мужчина лет тридцати. Дешёвые штаны, избитые ботинки, потрёпанный сюртук. Жёсткая щетина на лице, хотя на вид лицо довольно красивое. На вид – просто какой-то оборванец с грошовой работой и чуть ли не ежедневными пьянками в дешёвых пабах города.       Новичок презрительно фыркнул, пока мужчина прижимал к стене кричащую девушку, задирал её юбку и расстёгивал стёршийся ремень. Жнецам многое приходится видеть в мире людей как наблюдателям. Но первое, чему этого юношу научила академия – сдержанности. Ничего нельзя добиться, если не контролировать свои эмоции.       С больным взглядом следя за происходящим, ему приходилось ждать своей минуты. С каждым криком отчаяния молодой Сары Сатклифф жнец сомневался всё больше в том, что ему не стоит вмешиваться раньше времени.       Убийства, изнасилования, ограбления – всё это естественная часть жизни паршивых и гнилых улочек Лондона, расположенных на краю города. Сюда закон не добирается. Но, как и везде, истинное и справедливое правосудие вершат только жнецы. И сейчас этот новичок должен будет выполнить свою работу, которая есть истина и справедливость. Забрать плёнку, забрать душу – не ему решать, что правильно, а что нет. Его роль - исполнение обязанностей собирателя душ. Не больше и не меньше.       Но всё равно. Убить в себе сострадание, жалость и доброжелательность сразу же не мог ни один жнец. Новичок не мог игнорировать стоны боли и крики девушки, заливавшейся слезами. Его нерешительность теперь заменилась колоссальным желанием действовать. Спасти её от происходящего чем угодно – хотя бы и смертью.       Жнец ведь имеет право вынести приговор раньше естественного времени смерти человека. Он взглянул на далёкую башню, где виднелся циферблат. Минута до смерти Сары Сатклифф.       Жнец получше подтянул перчатку на левой руке. По привычке тронул свой галстук и отряхнул рукава пиджака. Поправил очки. Уже не крики, а пронзительные визги терзали своей тональностью чувствительное ухо юноши.       Старший в маске внимательно следил за своим молодым коллегой. Казалось, он вымеряет каждую секунду и видит насквозь новенького жнеца. Видит все его мысли, направление взгляда, все чувства.       Десять секунд.       Новичок рванулся вниз.       Старший жнец считает и вымеряет каждое мгновение, не видя картины происходящего. Доверие товарищу – основа командной работы. К тому же, ему просто интересно узнать, справится ли новичок со своим бременем. Выдержит, сдержится ли он?       Пять секунд.       Пролетев три этажа, он широко раскинул руки и замахнулся блеснувшим гарпуном, призванным забрать жизнь, как и полагается косе смерти.       В руке насильника засверкал острый кухонный нож.       Секунда до момента смерти.