Сыщик из забегаловки

      Брок поведал им достаточно полезного — но ничего, что могло бы дать подсказку о нынешнем местоположении Джеффри. Мюрей следил за Делайлой, без сомнений, и Джеймс обязательно расспросит ее и ее соседей. Но даст ли это хоть что-то? Джеймс сомневался.       Напарники попрощались с Броком, давшем обещание позвонить, если Джеффри снова объявится. Джеймс так и не узнал, что наплел ему Рик, но толстяк по всей видимости верил, будто они здесь, чтобы помочь Джеффри. В машине Трейси пробил еще одну ниточку — кузена Джеффри, который чаще прочих родственников навещал последнего в тюрьме. К сожалению, и эта ниточка оборвалась — кузен уехал из Америки с год назад. Бывший коп выдохнул и завел машину. Лучшим решением сейчас было еще раз изучить материалы и досье на Мюрея. Возможно, что с новой открывшейся им информацией, они увидят что-то еще.

***

      Рик впервые оказался у Джеймса дома. Он жил в приличном спальном районе Манхеттена, в многоэтажке — конечно, не пентхаус, но и не трущобы, по которым обычно кочевал сам Уайберг. Квартира была двухкомнатной — одна спальня, а вторая оборудована под небольшой кабинет, где находились книжные полки, стол и диван с деревянным журнальным столиком. Везде царил беспорядок — но беспорядок иного рода, нежели у Рика. Рик имел привычку раскидывать вещи там и тут — так что имея минимум вещей, он все равно создавал ощущение захламленности. Его беспорядок был… можно сказать, живым. Квартира Джеймса же выглядела так, словно в ней долгое время отсутствовал хоть какой-либо человек. Шкафы, полки, даже телевизор с пультом от него покрыты толстым слоем пыли. На столе стояло несколько битых кружек (также запыленных), а за диваном валялся свернутый в рулон коврик — Рик мог рассмотреть на нем слабое пятно, словно владельцу было лень его отмывать, и он решил просто убрать его подальше. Большая двуспальная кровать в спальне была красиво и аккуратно застелена, но при этом сам Джеймс явно спал на диване, судя по подушке и пледу на нем.       — Уютненько у тебя, — резюмировал Рик, закончив осматриваться. Джеймс неопределенно хмыкнул, доставая документы и унося их в кабинет. Он не предложил чая, так что Рик решил проявить инициативу и отправился на кухню — где обескураженно обнаружил, что ни чая, ни кофе у Джеймса не имелось. В холодильнике — лишь несколько соусов и пустая коробка из-под пиццы, начавшая пованивать. Либо Джеймс предпочитал есть вне дома, либо он питался так же плохо, как сам Рик.       Юноша вернулся в кабинет и по пути вдруг увидел ее.       Фотографию на стене. С молодой рыжей женщиной, которая так широко и задорно улыбалась, что на ее щеках возникали ямочки. Она воинственно замахивалась теннисной ракеткой.       — Это Элис? — выпалил Рик прежде, чем смог удержать себя.       Ему захотелось отрезать свой длинный язык. Он не отрывал взгляда от фотографии, но по звуку понял, что Джеймс подошел и встал позади него.       — Да.       — Она… очень красивая.       — Была.       Рика бросило в жар.       Джеймс вернулся к документам, а Уайберг еще какое-то время смотрел на Элис. На его языке крутилось множество вопросов, но на этот раз юноша не позволял им выбраться наружу. Нельзя. Может, когда-нибудь у него и хватит смелости их задать, а у Джеймса — мужества, чтобы ответить, но сейчас это очевидно запретная тема.       Рик сел по-турецки прямо на журнальный столик и придвинул себе несколько документов. Фотографии, отчеты, записи… в прошлый раз он схватился за все это с бешеным энтузиазмом, выискивая причинно-следственные связи, большая часть которых существовала лишь в его голове. Его хватило тогда на полчаса, не больше. Сейчас Рик взял документы уже без особой радости. И ведь даже почаевничать было нечем! Может, сбегать в магазин по-быстрому? Рик озвучил эту мысль.       — Если дашь мне немного денег, я мог бы купить еды. Может даже приготовить что-нибудь…       Джеймс оторвался от бумаг и удивленно посмотрел на него.       — Что? Я хорошо готовлю!       — Не проще заказать что-нибудь на дом?       — Постоянно есть фастфуд очень вредно для здоровья.       — Тебе ли, хлюпику, говорить о здоровье?       — Я не хлюпик! — обиженно вскинулся Рик. Джеймс издал короткий смешок. — Впрочем, мне не охота выходить… может и правда заказать?       Джеймс порылся в сумке, достал кошелек и кинул его Рику.       — Класс! Только не пиццу, если ты не против, ок?       — Бери, что хочешь.       — Как насчет суши?       Лицо Джеймса вытянулось, но он согласно кивнул. Рик издал звук умиления и схватил телефон. Заказав сет на двоих, он вытащил из кошелька озвученную сумму и вернул кошелек владельцу.       — Я б тебя расцеловал сейчас. Ты не поверишь, какой я голодный.       — Обойдусь, — ровным голосом ответил Джеймс, и Рик постарался не показать разочарования. Он-то и правда хотел его поцеловать. То есть… он раньше не рассматривал Трейси в этом плане. От мужчины так и веяло гетеросексуальностью. Однако, инцидент предыдущей ночи словно открыл ему глаза на новые возможности. Черт возьми, Джеймс ведь был хорош. Не так божественно красив, как Хэнк, но по-своему очарователен. А еще Джеймс спас его жизнь — у Рика почему-то было предчувствие, что не в последний раз. И он похоже искренне за него волновался. В груди Рика теплело от воспоминания, каким испуганным был Джеймс, когда юноша вернулся от Бруно.       Уайберг вдруг понял, что пялится на губы Трейси. Он опустил взгляд на бумаги, чтобы отвлечься. Он как раз держал в руке одну из самых «свежих» фотографий Джеффри, на которой тот передавал сумку с деньгами своему боссу, крупному, похожему на байкера мужчине. На заднем фоне маячила вывеска паба, и Рик вспомнил, что нигде не видел упоминания этого заведения.       — Эй, отчет по «Буффало» у тебя?       — Какой отчет?       — «Буффало»! Паб! — Рик продемонстрировал ему фотографию. Джеймс ответил откровенно недоуменным взглядом.       — Никто не пробивал Буффало. Здание попало в кадр случайно, оно никак не связано с Джеффри…       Рик перебил его возмущенным возгласом.       — Ты же не серьезно? — Джеймс удивленно поднял брови. — Серьезно?! — затем юноша судорожно стал копаться в документах, выискивая нужные фотографии. Разложил перед Джеймсом и приглашающе махнул рукой. Мужчина рассматривал фото внимательно и очень долго. На его лице отображалась напряженная мыслительная работа. Наконец он поднял взгляд на Рика.       — Сдаюсь.       Излучая негодование, Рик перелез со столика на диван, поближе к Джеймсу.       — Смотри, — начал объяснять он, поочередно тыкая в фотографии. — Этот, этот и этот — у них у всех есть татуировки, в которых, так или иначе, фигурирует понятие «свобода». Этот, — он указал на байкера с самой первой фотографии, — на запястьях имеет слово «бродяга». Теперь посмотри на Джеффри — видишь крутку? Стилизованный красный дьявол! Это официальный символ Бродяг Либерти! А «Буффало» — это название их главной базы!       Он выжидающе воззрился на мужчину, но на его лице по-прежнему сквозило недоумение.       — Это же разбойники из игры Фриланс! — вскрикнул Рик, вскинув руки. — Да ладно, неужели НИКТО в участке не играет в видеоигры?!       — Фриланс? Игры? Ты уверен, Рик?       — Сам погугли, — вопреки своим же словам, юноша достал телефон и включил интернет. Найдя фансайт игры, он открыл статью о Бродягах. — Видишь?       Джеймс кивнул, но Рик видел, что он все еще сомневался.       — Слушай, мы можем хотя бы проверить его. Раз уж никто больше из полиции до этого не додумался. Что мы теряем? Никаких зацепок все равно больше нет.       — Ты прав, — сдался Джеймс. — Собирайся.       — Стой, что сейчас? Это же паб! Если там будут нужные люди, они все равно придут только к вечеру!       — Ты правда так считаешь или просто хочешь дождаться суши?       — Я прав в любом случае, какая разница?       Джеймс усмехнулся и согласно кивнул.

***

      Часов в семь напарники сели в арендованный синий опель и отправились в Буффало. К тому времени уже порядочно стемнело.       — Может, тебе лучше остаться в машине? — спросил Трейси.       — Джеймс, положа руку на сердце, ты правда думаешь, что одному мне здесь будет безопаснее?.. То-то же. А теперь вперед!       Юноша выпорхнул из автомобиля. Он был весьма воодушевлен, хотя и немного испуган — в памяти была свежа их не такая давняя поездка в Нелертоне и то, чем она завершилась в итоге. Кто знает, что может случиться сегодня?       — Держись рядом, — велел Джеймс, хлопнув его по плечу. Рик кивнул.

***

      Внутри бар был… обычным баром. Несколько людей сидели за барной стойкой, большинство — за небольшими не слишком чистыми столами. Взгляды почти всех были устремлены в телевизор, который показывал футбольный матч в живом режиме. Контингент состоял в основном из взрослых мужчин откровенного байкервского вида, такого стереотипного. Занятное место, Рику даже понравилось. То есть, конечно, один он бы сюда ни за что не сунулся, но все равно здесь было интересно.       Несколько человек обернулись в сторону новоприбывших, но большинство даже не оторвалось от телевизора.       — Каков наш план? — поинтересовался Рик потихоньку.       — Мы подойдем и спросим кого-нибудь про нашего приятеля.       — В смысле… вот так просто?       — Посмотри на них, Рик. Это не те ребята, с которыми принято юлить. Чем прямолинейнее мы будем, тем больше шансов, что нас не выгонят взашей. Это тебе не Влад с Вандой.       — Как скажешь, — пробормотал Рик.       Джеймс подошел к свободным местам у бара, отодвинул стул и сел. Его взгляд, как и у всех, приковался к экрану, словно футбольный матч был самой важной вещью в его жизни.       — Светлое, нефильтрованное, — попросил он бармена, пузатого бородатого мужичка, чем-то смахивающего на Санта Клауса. Когда ему принесли заказ, он будничным тоном поинтересовался: — Вы случайно не знаете Джеффри Мюрея?       Рику показалось, будто весь бар сейчас обратился в слух. По спине пробежались мурашки, словно десятки взглядов устремились на них, — Уайбергу пришлось напрячь всю силу воли, чтобы не оглянуться и проверить это.       — Впервые о таком слышу, — невозмутимо ответил Санта, выдержав паузу.       — Дерьмо, — рассеяно сказал Джеймс, изображая полное погружение в телевизор. — Мне сказали, его можно найти здесь. Этот гондон мне денег должен…       Бармен неопределенно хмыкнул и не ответил. Джеймс тоже молчал, прихлебывая пиво. Рик решил, что у него все под контролем и тоже попытался изобразить интерес к игре, но с треском провалился. Он никогда особо не увлекался спортом и откровенно не понимал, что происходит на экране, да к тому же всплыли неприятные детские воспоминания о том, как отец пытался привить ему любовь к футболу. В особенности, его разочарованное лицо, когда он понял, что у Рика нет ни таланта, ни интереса.       Вместо этого Рик взял в руки прайс-лист и изучил меню. Пиво, пиво, пиво, свиной стейк, пиво, свиная котлета, пиво, еще пиво… Пирог. Свиной.       Он решил, что перекусить еще раз будет совсем не лишним. Приценившись, Уайберг позвал бармена и заказал пирог — в ответ, бармен окатил его настолько презрительным взглядом, что это презрение можно было ложкой черпать. Рик поежился. Он понадеялся, что ему не плюнут в пирог, пока готовят, или типа того.       Вопреки его опасениям, пирог оказался очень даже вкусный, пусть и жирноватый на его взгляд. Спустя одну тарелку, два победных гола и один вражеский (или наоборот?), юношу начало клонить в сон. Джеймс не был склонен к беседе сейчас, и Рику стало неимоверное скучно. Он попытался развлечь себя интернет-серфингом, но и это ему быстро наскучило. В конце концов он решил посетить уборную.       Туалет «Буффало» был откровенно говоря дерьмовым. И это было настолько буквальное понятие, что спустя секунду он выскочил оттуда с позеленевшим лицом — и на свою беду налетел на какого-то брутального парня в косухе со злым взглядом. Парень разъяренно толкнул Рика в плечо.       — У тебя что, проблемы?! — рявкнул он. Парень выглядел моложе большинства посетителей бара, вероятно, ненамного старше Рика. Юноша подумал, что тот, наверное, родственник кого-то здесь. Он примирительно поднял руки.       — Слушай, извини, я тебя не заметил.       — Не заметил, значит? — процедил парень, словно эта фраза взбесила его еще больше. — Что же, может тебе глаза надо мылом протереть, чтобы ты, блять, смотрел куда прешься?!       — Я же говорю, это была случайность, — повторил Рик с легким раздражением. Вот только разборок ему прямо сейчас не хватало.       Брутал резко впечатал его в стену, заставив выдохнуть весь воздух из легких.       — А ты уверен, что не караулишь специально возле туалета, чтобы по подглядывать, а, заднеприводный?       И вот здесь Рик похолодел от гнева. О, эти натуралы, уверенные в своей неотразимости настолько, что думают, будто каждому гею в мире есть дело до их соблазнения! Уайберг натянул на лицо злую ухмылку.       — Друг мой, уверяю, я бы не стал подглядывать за тобой, даже если бы мне предложили за это миллион долларов — меня бы скорее стошнило от отвращения.       И пока брутал переваривал эти слова, он резко дал коленом ему под дых. А затем со всех ног побежал обратно к Джеймсу.       — Джеймс, Джеймс, Джеймс! — зашептал он. — Кажется, я вляпался!       Трейси повернулся к нему с лицом так и говорящем «ну почему же я не удивлен?». В этот же момент из туалетной зоны с гневным криком вылетел брутал в косухе, направляясь прямо к Рику. Не успел он замахнуться (Рик зажмурился, морально приготовившись к удару), как Трейси мгновенно очутился перед ним, перехватил его кулак и выкрутил за спину.       — А ну отпусти меня, ты, ублюдок! — заорал он. Джеймс посмотрел на него, склонив голову на бок, и… отпустил.       Только сейчас Рик понял, что в баре возникла тишина, — он не заметил этого за стучащей в висках кровью. На них устремились абсолютно все взгляды, кое-кто поднялся, и пара человек встала рядом с бруталом.       Уайбергу захотелось малодушно спрятаться за спину Джеймса.