61. Монстр. Кэтрин Пирс/Аврора Де Мартель. TVD/TO.
21 января 2016 г., 11:15
— Плевать мне на тебя. — Кэтрин бросается злыми словами так же легко, как и расточает кокетливые улыбки. — Мне плевать вообще на всех. Я ничего не чувствую, ясно?
— Любви не существует. — соглашается Аврора Де Мартель, лаская обнаженную грудь любовницы. По ее губам скользит рассеянная улыбка и, честно говоря, она даже не слышит того, что там говорит Кэтрин.
Аврора Де Мартель живет в своем собственном мире — она безумна. Обращение в вампира сотни лет назад не исцелило ее душевного недуга, а лишь усугубило его.
Маниакальный психоз всегда дремлет у кромки ее сознания, превращая хрупкую, миловидную Аврору в опаснейшее создание.
Она взрывается мгновенно, всегда без видимых на то причин — просто секунду назад она вам улыбается, а спустя миг уже оборачивает вокруг себя ваши кишки на манер сари.
Она убивает не потому, что ей это нравится. Она убивает вынужденно — потому что монстру, живущему внутри нее, это приносит чувство спокойствия. Когда монстру кажется, что он в безопасности, он может уснуть надолго.
Когда рядом Кэтрин, он может не просыпаться неделями.
Да, любви нет.
Есть только монстр, который спит, пока Кэтрин Пирс греет Аврору в своих объятиях и высмеивает любые привязанности.
— Не думай, что ты для меня что-то значишь, — для Кэтрин почему-то очень важно постоянно подчеркивать свою воинственную независимость. — Я возвращаюсь к тебе только потому, что у тебя полно денег и потому, что Клаус никогда не станет искать меня здесь. Ты — мое идеальное прикрытие. Я просто тебя использую. А секс… Секс идет на десерт.
— Сделать тебе хорошо? — с готовностью спрашивает Аврора, и тут же ее губы скользят по телу Кэтрин вниз, и Кэтрин со вздохом откидывает голову на подушки, темные кудри рассыпаны по белоснежному шелку, и комната наполняется звуками страсти.
Кэтрин не любит Аврору Де Мартель, здесь она искренна.
Ей в самом деле плевать на эту сумасшедшую.
Ее манит монстр, что спит внутри этой большеглазой, потерянной тысячелетней девчонки.
Кэтрин чувствует в нем родственную душу. Он тоже стремиться выжить любой ценой.
