Undisclosed Desire. WOAS.

Элисон ДиЛаурентис умеет хранить чужие секреты — окружающие считают это врожденным талантом, сама же Эли знает, что это вынужденно приобретенная способность. Чем больше ты знаешь об окружающих, тем меньше вероятность того, что они станут распостраняться о тебе. Искусство шантажа Эли осваивает еще скорее и оттачивает острее любого ножа — о ее коварстве и хладнокровии шепчутся тайком, ее ненавидят и презирают, но боятся. Она держит всех в ежовых рукавицах — но совсем не потому, что ей это нравится. Она просто однажды совершила ошибку и растерялась, вовремя не сгладила углы, не смогла сразу ликвидировать последствия и, чтобы избежать неловкости, пошла в наступление — ведь всем известно, что нападение является лучшей защитой. А дальше все завертелось слишком быстро — и она так прочно запуталась в паутине лжи и в хитросплетениях собственных интриг, что найти путь назад уже не смогла. Только Ария знает, что на самом деле она совсем не та бездушная стерва с кукольной внешностью, какой видят ее все остальные. Только Ария знает, что Элисон ДиЛаурентис тоже порой грустит и даже плачет. Только Ария знает, что она настоящая не имеет ничего общего с туфлями на шпильке и яркими мини-платьями. Только Ария знает, что вся ее жизнь — это фальшивка, хорошая мина при плохой игре. Только Ария может заставить ее улыбнуться в мгновения, когда весь мир накрывает тенью. Только Ария может дать ей глоточек свободы — несколько часов, в которые не нужно притворяться. — Спасибо, что всегда понимаешь меня, — благодарно говорит Эли, пожимая руки Арии. — Ты же моя лучшая подруга. Я люблю тебя, — отвечает Ария, стискивая ее пальцы в ответ. Элисон хотела бы, чтобы Ария стиснула вот так же ее сердце — коротко и крепко, одним движением раздавив. Элисон хотела бы исчезнуть — потому что Ария для нее и спасенье, и гибель. С Арии все и началось. Чувства к ней всегда были сильными и гораздо более глубокими, чем простая дружба — Эли никогда не сомневалась в том, что это любовь. Просто до определенного момента ее устраивала дружба как выражение этой любви — просто милая девчачья болтовня, пижамные вечеринки с ночевками, брожение под ручку по улицам города… Но однажды этого стало мало — кажется, они обе выросли достаточно для того, чтобы жаждать поцелуев и объятий. Вот только проблема была в том, что Монтгомери жаждала поцелуев Ноэля Кана, а Эли мечтала о поцелуях с Арией. Решение Эли нашла быстро — она решила попробовать сорвать поцелуй с губ подруги. Но поцелуй этот должен был стать особенным — он должен был убедить Арию в том, что у их отношений есть шанс. У любви нет пола — это все знают, но чтобы перебороть стыдливость и неуверенность нужен толчок. Особенный поцелуй. Потренироваться с Эмили было плохой идеей — их увидели. Именно с этого и началась «карьера» Элисон как знаменитой и беспощадной хранительницы чужих тайн и шантажистки. Она так отчаянно боялась, что до Арии дойдет молва о ее лесбийских наклонностях и что Ария испытает к ней отвращение, что будто с цепи сорвалась — Эли в самом деле совершала плохие, откровенно злые поступки, чтобы сохранить свой секрет. И где она оказалась в итоге? Там, где и хотела — рядом с Арией. С Арией, которая все так же не подозревала о ее любви, и которая находилась на грани романа с парнем по имени Эзра. С Арией, которую ей все еще до одури хотелось поцеловать — но некоторые мечты остаются всего лишь мечтами. Они рука об руку идут по жизни — вместе поступают в колледж, вместе получают хорошую работу, вместе отдыхают и вместе путешествуют. Ария просит Эли быть подружкой невесты на их с Эзрой свадьбе — и Эли соглашается, хотя сердце ее разрывается на части. Она умеет хранить тайны — и свою собственную сохранит бережней прочих, чтобы не потерять дружбу и доверие Арии. Она выдержит и отдаст любимую другому — другого выхода нет. Ария должна быть счастлива. Букет невесты летит ей прямо в руки — но спустя три года, в день, когда Ария получает развод и они вместе перевозят ее вещи из квартиры Эзры, ДиЛаурентис все так же одинока и все так же тайно преданна своей единственной любви. Вечером они напиваются и Ария долго и горько плачет на плече у лучшей подруги, а когда Эли обнимает ее покрепче, то внезапно Монтгомери (о, теперь уже Фитц) поворачивает голову и влажно, солено целует ее в губы. Особенный поцелуй застает Элисон врасплох. Откуда она знает, что этот поцелуй особенный? О, такой ни с чем не спутаешь. — Нужно было сделать это намного раньше, — говорит Ария, и ее заплаканные глаза лихорадочно блестят. — Ничего, сейчас самое время, — успокаивает ее Эли и целует в ответ.